Изгнанница. Искра Императора

15

Мне повезло, что в своей прошлой жизни я занималась организацией праздников с разным размахом и бюджетом. Я была тем человеком, который все это контролировал и за все отвечал. Доставили ли торт? Какого стендапера пригласить на день рождения биг босса, чтобы бюджета еще и на праздничный фейерверк хватило? Как разрулить скандал между главным бухгалтером и коммерческим директором, которые не желают сидеть за одним столом? Я была связующим звеном между заказчиком и подрядчиками, и сейчас все эти навыки, весь мой многолетний опыт Аглаи, которой я была прежде, сильно пригодился мне как Альви.

Мне повезло, а вот Беркинсону нет. Он решил, что если меня переселить в самую крутую спальню замка, я просто обрадуюсь и дальше не пойду. Опрометчиво с его стороны.

Вторым моим требованием после переезда и плотного горячего завтрака было провести экскурсию по всему замку.

— По вс-сему? — Дворецкий даже заикаться начал, когда я ему озвучила, что хочу знать, где буду жить.

Судя по виду Беркинсона, о таком его не просил даже император. Но мой драконий муж, видимо, дворецкому доверял. Или, скорее, ему доверял тот, кто Беркинсона здесь назначил, сомневаюсь, что императора волновало, кто и как управляет в одном из его дальних замков. Он всем боссам босс, а есть начальство поменьше, вот оно Беркинсона здесь поставило и просчиталось.

— По всему, — подтвердила я. — Но больше всего меня интересуют наши ресурсы и их распределение.

Мы начали с кухни и запасов еды. Так я снова познакомилась с Жульеной, которая здесь была шефом. Первое впечатление, конечно, стереть не получилось, и мне хотелось бы быть непредвзятой, но не вышло. Она не простила мне мальчика, которого считала вором, я не могла забыть издевательство над ребенком и испорченный завтрак. Поэтому повторное знакомство вышло холодным, но погреба и мешки с мукой и крупами она показала мне сразу.

Правда, тут же возникла вторая проблема: я не знала количество персонала, поэтому не могла сделать выводы, много у нас запасов или впритык. Лишь оценить разнообразие: здесь были и мясо, и молочка, и яйца, и всякие соленья и копчености. Последние доставили с корабля.

Следующим шагом было знакомство со всеми слугами: я помнила, что их немало, меня интересовало только, чем занимаются все эти люди. Часть из них работали на кухне и помогали Жульене. Горничные и лакеи следили за чистотой замка, подавали еду, конюхи работали на конюшне.

— А где экономка? — поинтересовалась я, не без помощи Альви вспоминая еще одну важную должность.

— Она стала слишком стара для выполнения своих обязанностей и сейчас живет в деревне на побережье, — ответил Беркинсон. — Теперь я выполняю эти обязанности.

Наэкономил он хорошо, подумалось мне. Мы еще не весь замок обошли, а я уже поняла, что он больше напоминает склеп, чем дом. Отправляться сюда в последний путь — самое то, а вот жить… Жить тут можно только обложившись пирамидками-обогревателями. Или я смогу найти компромисс? Чтобы всем стало максимально уютно.

Сделав себе мысленную пометку съездить в нижнюю деревню и заручиться помощью экономки, может, обо всем ее расспросить, я попросила отвести меня к артефактам.

Надо было видеть лицо дворецкого, когда я сообщила о том, что теперь мы будем их использовать в гостиных и в холле, и везде, где работают люди. Распределим по уму. Естественно, он тут же встал в позу.

— Это расточительно, госпожа! Вы сказали, что у вас хрупкое здоровье. Мы заряжаем артефакты раз в пару месяцев, если они разрядятся, то вам не хватит, и вы просто замерзнете.

— А это уже ваша обязанность распределить их так, чтобы хватило и на меня, и на всех остальных. Например, держать их на кухне не целесообразно: там есть печи, и тепло сохраняется без артефактов.

Беркинсон пыхтел, но принимал мои условия. К вечеру все пирамиды, которых оказалось даже больше тех, что я успела увидеть в спальне, перетащили в гостиные, где убирались и чистили камины горничные, и на конюшни, для конюхов и лошадей. С лошадьми я до попадания в этот мир сталкивалась исключительно в в парках и видела их в кино, но животных любила и понимала, что им тоже необходимо тепло.

Камины и печи тоже теперь топились вовсю. За день, как мне показалось, даже весь замок ожил, зашуршал, наполнился светом и теплом. Правда, к вечеру я снова была выжатым лимончиком. С этим тоже нужно было что-то делать.

Как Альви вообще жила и не падала в обморок от усталости от простых дел? Может, потому что она не пыталась управлять замком? И не спорила весь день с ушлым дворецким! Она сидела в своих комнатах, гуляла по парку и ждала императора. Ты такой жизни для себя хочешь, Аглуш? Нет? Тогда вперед! Занимайся благоустройством, между прочим, собственного замка. Дракон сослал тебя сюда навсегда. Так сделай это место своим домом!

С такими жизнеутверждающими мыслями я решила, что сегодня меня хватит только на нормальную ванну в новых покоях.

Память Альви снова меня легонько пихнула.

— Мне нужна камеристка, — сообщила я дворецкому.

Моя личная горничная и первая ассистентка. Та, что будет представлять меня перед остальным коллективом и отстаивать мои интересы. Та, которой я смогу доверять. Не как Анаста. Но как в этом серпентарии выбрать ту, что будет работать на меня, а не на дворецкого и повариху?

— Я рекомендую выбрать Нину или Май, — посоветовал Беркинсон. — Они прекрасные девушки и прекрасно справляются со своей работой.

Я скептически приподняла бровь. Может, они и прекрасные, но я уже смогла убедиться в том, что ни с чем они не справляются. Нужен кто-то другой.

Мой взгляд упал на девушку в чепце, которая убирала со стола. Ужин для меня приготовили по-императорски вкусный и красивый. Я видела эту девушку сегодня на кухне, но запомнила ее еще вчера, когда она неосознанно подсказала мне идею насчет «наказания» мальчишки.

— Ты знаешь Пита? — обратилась я к ней.

Я успела привыкнуть к тому, что персонал здесь смотрит в глаза и вообще достаточно наглый. Во дворце недомужа все опускали глазки в пол, даже его Искра. Но эта девушка смотрела на меня не заносчиво, а с вежливым любопытством. Это хорошо, таких, как Нина, я рядом с собой не потерплю, а зашуганная мышка для должности не подойдет.

— Я выросла в том же приюте, госпожа.

— Справишься с работой моей камеристки?

Я предупреждающе подняла руку, когда дворецкий захотел вмешаться, но девушка не растерялась и сделала книксен.

— Для меня это огромная честь, госпожа.

Оказалось, что мою новую камеристку зовут Ханна, и за всю следующую неделю в Лавуале я ни разу не пожалела, что забрала ее к себе. Ханне недавно исполнилось восемнадцать, но в замке она работала больше трех лет. Помогала на кухне, выполняла грязную работу и стояла на нижней ступеньке местной служебной иерархии. До своего нового назначения, естественно. Ханна такую привилегию оценила по достоинству, и у меня были и горячая ванная, и выглаженная одежда, и даже шерстяная накидка. Последняя появилась в моем гардеробе, когда я перед сном высказала идею прогуляться в верхнюю деревню и посетить приют. Сегодня Яков решил наконец-то отступить, и на улице выглянуло солнышко.

— Вы не смотрите, что это шерсть, госпожа Альви, — вручила мне накидку Ханна. — Ваши курточки превосходны, но они морозным днем не согреют.

Ярко-бирюзовая накидка была из такой мягкой шерсти, будто я гладила котика. Достаточно тонкой, но удивительно теплой. Примерив обновку, я поняла, что это какое-то чудо. Как этот тонюсенький материал может так греть?

— Откуда это?

— Подарок от моей сестры по приюту. Она работает в нижней деревне и вяжет и ткет одежду для местных.

— Почему оно такое тонкое и такое теплое?

— Вам рассказывали про Якова? — поинтересовалась Ханна и после моего кивка продолжила: — Говорят, наши горы с магией. Вот и шерсть кроликов обладает такими чудодейственными свойствами.

Фантастика!

Но почему я о таком не слышала? Ладно я, порывшись в памяти Альви, я поняла, что она тоже про эту шерсть слышала впервые.

— В столице разве не знают про этих кроликов?

— Знают, — кивнула Ханна. — Сюда люди ара Эрхольда приезжали, увозили много шерсти с собой и даже кроликов. Но вот в чем штука: стоило тюкам с шерстью покинуть местные воды, так вся магия тю-тю. Исчезала без следа! Только здесь, в Лавуале, эта накидка будет греть, уедете отсюда, станет простой тряпочкой.

— Очень жаль, — я не стала скрывать своего разочарования. Такую шерсть можно было продавать в столицу и зарабатывать себе на жизнь. Жить на «алименты» мужа я не собиралась. Которые и вовсе не алименты. На содержание замка он что-то выделяет, но вряд ли расщедрится на Искру, которая ему даже наследника не родила!

Но Ханна подала мне другую идею: надо бы задуматься, чем мне здесь заняться, и на что вообще жить. Этот мир, конечно, интересный и с магией, но я-то тоже не из отсталого. С шерстью не получилось, но может получиться с чем-то другим.

Надев варежки и кутаясь в теплую накидку с капюшоном, я в приподнятом настроении покинула замок через парадный вход. Мороз щипал за щеки, ярко светило искрящееся на снегу солнце, и я подумала, что, с магией или без, изобрету солнцезащитные очки. Но даже без них мои глаза широко раскрылись, когда я смогла рассмотреть открывшиеся моему взгляду пейзажи. В первый день я слишком устала и хотела прилечь, потом Яков спустился с гор, но сегодня я была полна сил, чтобы оценить красоты Лавуаля и сам замок по достоинству.

Видимо, когда-то здесь была внешняя стена, защищающая внутренние строения замка, но ее снесли, а вот красивый каменный мостик остался. Дорога, выложенная брусчаткой, вела вниз, где в ладонях гор с белоснежными склонами виднелись каменные и деревянные домики с заснеженными крышами, попыхивающие дымовыми трубами. Это была настоящая альпийская деревня, словно сошедшая с рождественских открыток.

Настоящий зимний курорт!

Ханна и Арчибальд, выделенный Беркинсоном лакей, кажется, не успевали за мной. Правда, они несли две корзины для приюта. Я бы тоже что-нибудь с собой прихватила, но для тела Альви даже такая прогулка была подвигом. Ничего, буду ходить в деревню каждый день — привыкну. Стану сильной. Во всех смыслах.

Верхняя деревня вблизи впечатлила меня еще больше. Я откровенно пялилась, не скрывая своего восторга. Ханна только усмехалась, а Арчи… он был из свиты Беркинсона, поэтому по его лицу сложно было понять, что он думает. В замок мы вернулись на закате, я всю дорогу оборачивалась и рассматривала красное небо и такие же покрасневшие верхушки многовековых сосен. Уже почти стемнело, когда мы поднимались по ступенькам парадного входа. Ждал нас до невозможного счастливый Беркинсон.

Когда я увидела улыбку дворецкого, искреннюю и самодовольную, сразу же заподозрила нехорошее. Хотя был еще вариант, в котором у него перестали болеть зубы.

— Добрый вечер, госпожа, — почти пропел Беркинсон, причем очень странно выделил обращение. — Вас ожидает гость.

— Гость? — Я стянула накидку и отдала ее Арчибальду, моими стараниями в замке теперь было жарко.

— Да, доктор Вайт. Вы с ним разминулись, когда решили посетить деревню.

— Доктор? — я нахмурилась. — Зачем мне доктор?

— Он вам все расскажет, — гаденько усмехнулся дворецкий. — Я провожу.

Я оглянулась на Ханну, которая, кажется, тоже ничего не понимала, но пошла следом за Беркинсоном.

Доктор Вайт ждал меня в большой гостиной на первом этаже, пил чай возле камина. При моем появлении он поднялся и поклонился мне. Я же отметила, что он полностью соответствует своей фамилии, похож на Деда Мороза.

— Добрый вечер, госпожа Альви, — поприветствовал меня доктор и объяснил свое появление здесь: — Я приехал, чтобы подготовить вас к извлечению искры.

Часть 2. Обреченная искра. 1

После его слов мне сразу стало понятно, почему Беркинсон выглядит как объевшийся крокодил. Другого сравнения мне в голову просто не пришло. Разумеется, ведь если из меня извлекут искру, это значит, что супруг не просто на меня разозлился, а вышвырнул из своей жизни. Учитывая, что скоро у него появится новая Искра… Анаста!

— Не скажу, что он добрый, — чуть резче, чем планировала, ответила я.

Впрочем, доктор не выглядел злодеем, напротив, он казался искренне расстроенным.

— Простите, что не приехал раньше, — произнес он, потирая густую бороду. — Произошло недоразумение. Письмо его императорского величества должны были передать с вами, но моряки забыли и не придумали ничего лучше, как отправить мне его местной почтой. Пока оно до меня добралось снизу… словом, у нас здесь все не так быстро, как хотелось бы.

— Вы живете здесь? — уточнила я, присаживаясь к камину. Доктор опустился следом за мной.

— Да, наверху. Я помогаю и наверху, и внизу, просил прислать второго доктора, сами понимаете почему, но никто не хочет сюда ехать. Пришлось обучить пару талантливых ассистентов, и теперь они живут в поселке у моря, на всякий случай. Чтобы если что-то экстренное, помогли людям продержаться, пока я спущусь.

Да, медицина здесь тоже требует инвестиций и реформ. Но сейчас не до этого. Сейчас надо разобраться с извлечением искры, почему к ней надо готовиться, и прочая, прочая, прочая.

— Расскажите мне все о процедуре, которая мне предстоит, — произнесла я. — Я хочу знать все в мельчайших деталях. Все возможные осложнения, последствия, как этого избежать, и так далее.

— Собственно, за этим я здесь. Но не думаю, что мне стоит пугать вас осложнениями…

— Стоит, — сказала я. — Как раз этим и стоит. Я привыкла просчитывать риски, и мне нужно понимать, к чему готовиться.

— Хорошо, — доктор развел руками. — Налить вам чай?

Только сейчас я поняла, что после моего возвращения к нам не заглянул никто из слуг, и, хотя сервировка была на двоих, позаботиться обо мне никто не спешил. Видимо, слухи об извлечении искры уже разошлись по замку (Беркинсон постарался), и теперь все придется начинать сначала. Я имею в виду, выстраивать отношения с теми, кто меня ни во что не ставит!

— Да, пожалуйста, — я кивнула, и доктор подхватил дымящийся пузатый чайник. Налил, подвинул ко мне чашку, а мне вдруг так обидно стало!

Из-за всей этой ситуации, из-за того, что приходится постоянно сражаться с оборзевшими слугами! Из-за этого злобного самодура и Анасты! Прямо слезы на глаза навернулись, хотя я раньше никогда таким не отличалась, да и вообще, работала с самыми разными клиентами и решала самые разные конфликты!

— Спасибо, — получилось немного в нос.

— Ну, не расстраивайтесь раньше времени, — пробормотал доктор. — Я сделаю все от меня зависящее, чтобы все прошло хорошо. Во-первых, я принес вам укрепляющие зелья. Для иммунитета, его надо пить утром и вечером, строго натощак.

Он поставил саквояж на колени и достал первый пузырек. Достаточно большой, из темного непрозрачного стекла.

— Во-вторых, для зрения. Это нужно принимать после обеда, запивать достаточным количеством воды. — Этот пузырек был поменьше, внутри пузырилась какая-то голубоватая жидкость искрами магии. — И последнее общеукрепляющее, так называемый солнечный эликсир. Его принимаете просто четыре раза в день.

Флакон с солнечным эликсиром и правда светился, как будто туда залили крохотное солнце.

— Раз в неделю я вас буду осматривать и приносить вам новый запас зелий. Буду проводить общее магическое укрепление, тоже раз в неделю. Что еще могу рекомендовать: прогулки на свежем воздухе — когда, разумеется, Якова нет. В целом, это все.

Я посмотрела на флакончики, потом на доктора.

— Вы забыли рассказать об осложнениях, — напомнила я.

Хотя судя по тому, что мне тут выставили, меня ждет снижение иммунитета, потеря зрения и полная слабость после того, как император заберет себе свою искру, будь они с ним на пару неладны!

— М-м-м… да. Ну начнем с того, что таких случаев в истории было не так уж и много, поэтому какие-то выводы делать сложно.

— А что это были вообще за случаи?

— Первый, когда м-м-м-м… Искра изменила своему супругу. И он изъял ее сразу без подготовки. К сожалению, женщина погибла.

— Ужасно, — мне сразу расхотелось продолжать экскурс в историю. — Давайте лучше в общем.

— В общем все зависит от силы изымаемого пламени и от здоровья девушки. Из осложнений могу отметить пошатнувшееся здоровье, повышенную утомляемость, быстрое старение, ну и невозможность иметь детей в будущем. Из обязательного: то, что мы с вами, увы, предотвратить не сможем, душевная нестабильность.

То есть вариантов у меня не так уж и много: я либо ухожу в мир иной (и вряд ли мне выпадет еще один шанс), либо становлюсь депрессивной Альви с кучей сопутствующих болячек, плохим зрением и морщинами. Буду сидеть в своей неотопляемой комнате (после извлечения искры вряд ли со мной станут церемониться) и выть на Луну, пока Яков завладевает окрестностями.

Ну уж нет! Не дождетесь!

В моем мире все лечится физическим трудом и спортом, ну и БАДы от Деда Мороза, то есть от доктора Вайта тоже не помешают. К тому времени, как прибудет мой дорогой супруг, я буду готова.

— Позвольте, я вас просканирую, — произнес доктор. — Мне нужно зафиксировать ваше общее состояние, и, пожалуй, сразу проведем магическое укрепление. Мы с вами и так потеряли неделю, а у нас всего два месяца.

Да, и магическое укрепление тоже не помешает.

Пока доктор ходил вокруг меня, а меня то пощипывало, то покалывало, то согревало, я составляла себе график дополнительных процедур. Утро можно начинать с пробежки вокруг замка, хорошая такая тренировка получится. Перед обедом — чередовать йогу, кардио и силовые. А вечером перед сном — легкая расслабляющая коррекционая тренировка. Чтобы лучше спалось.

Пока я все это продумывала, ощутимо приободрилась, и на заметное сожаление в глазах доктора стало уже не так страшно смотреть. А доктор… ну что доктор!

Просто он не знает, на что способны девушки с Земли!

2

Попрощавшись с доктором, я поднялась в свою новую спальню. Вспоминая «теплый» прием слуг, я не удивилась бы, что оттуда вынесли все артефакты или все мои вещи, а меня саму теперь переселили на чердак. Но спальня встретила меня ярким светом и горячей ванной. И Ханной.

— Я принесла ужин, госпожа Альви, — сообщила мне девушка, указав на столик с креслом возле окна. — Поедите, чтобы совсем не остыло? Или сначала хотите погреться? Я тогда принесу вам другую еду.

Рвению Ханны я не удивилась: она старалась с тех пор, как я назначила ее своей камеристкой. Меня, скорее, удивило, что она продолжала относиться ко мне как с госпоже, а не к Искре, которую скоро отправят на пенсию. Ведь новости наверняка дошли и до нее.

— Не нужно другую еду, — я покачала головой и попросила: — Просто сделай мне еще горячий чай. Если не сложно.

— Почему мне должно быть сложно? — улыбнулась девушка. — Вы лучшая госпожа.

— Разве Беркинсон не обрадовал всех «прекрасными» новостями? Император хочет забрать мою Искру.

— Слышала, — призналась Ханна. — Вся прислуга об этом судачит.

— И что об этом думаешь ты? — Мне было важно знать, на чьей она стороне. Я понимала, если Ханна передумает быть моей камеристкой, я расстроюсь, но переживу. Главное сразу все узнать.

— Очень нечестно с его стороны, — выпалила она и покраснела. — Так с вами поступать.

— Со стороны Беркинсона? — вскинула бровь я.

— Императора. Вы не заслужили этого, госпожа Альви.

Я сжала склянки, которые мне дал доктор, и решила быть до конца честной:

— Я сделаю все, чтобы остаться собой после этой магической процедуры, но пока будет сложно. Если хочешь, ты можешь уйти сейчас.

Ханна обиженно поджала губы:

— А вы ушли, госпожа, когда Жульена поймала Пита? Мы своих не бросаем!

Ничто так не придает сил, как поддержка. Знание, что ты не одна. А я в эту самую минуту осознала, что Ханна на моей стороне. Во мне просто не хватило сил и благородства ее прогнать.

Меня быстро усадили в кресло, открыли крышку, которая закрывала большое блюдо. Там оказался огромный кусок красной рыбы на гриле и овощи. Много овощей. В желудок Альви при всем желании такое бы не влезло, но она не собиралась выжить во время извлечения искры и не сойти с ума. А я собиралась не просто выжить, но еще и после жить долго и счастливо. Поэтому съела все до последнего кусочка, предварительно выпив все необходимые зелья от доктора.

Ханна посмотрела на меня одобрительно. Потом была ванна, в которой я после непривычно сытного ужина едва не уснула. Оказывается, на дне бронзового гиганта были специальные артефакты, которые помогали настроить и поддерживать нужную температуру. Камеристка за всем следила, вытащила меня оттуда через полчаса, помогла переодеться и усадила на постель, расчесывать волосы и заплетать косы. В прошлой жизни длинные волосы у меня были разве что в детстве, поэтому мне с ними было непривычно, но и стричь их не хотелось: у Альви они были густыми, блестящими, красивыми. У меня на такую красоту рука не поднималась.

— Какие у вас планы, госпожа?

— Тренироваться, — честно призналась я. — Доктор сказал, что у меня должно быть сильное тело. Но его можно укрепить не только с помощью зелий. Кстати, о них… Спрячь их так надежно, чтобы никто другой не нашел.