Хрустящие булочки от попаданки

Глава 16

Услышав условие, я незаметно выдохнула. И только-то?

– Госпоже Лави нужно будет всего лишь испечь хлеб, как пример продукции своей лавки, – пролепетал Леопольд, – ничего сложного!

А вот на этих словах я опять напряглась. Когда кто-то говорит “ничего сложного”, обязательно вылезает какой-то подвох!

– Есть же ещё дополнительные условия, верно? – спросила я, наклонившись вперёд и в упор глядя на Бирюка, – Никогда не поверю, что всё настолько просто.

В глазах Леопольда мелькнула настороженность, и он с удивлением посмотрел на меня. Я его понимала. Наверняка он ждал, что нежная и наивная с виду Милена постесняется допытываться до мельчайших подробностей договора и согласится на всё не глядя.

– Совершенно верно, – с явным неудовольствием выдохнул Бирек, – во-первых, на приготовление к этому испытанию вам даются одни сутки, после чего к вам прибудет наша комиссия для оценки. Во-вторых, ваш хлеб должен быть приготовлен исключительно из продуктов, которые вы приобретёте у лицензированных Гильдией торговцев. Для подтверждения вы должны будете предъявить расписки от каждого.

– Кто войдет в комиссию? – быстро спросила я. Леопольд загадочно улыбнулся:

– А это секрет, об этом претенденты узнают только в день проведения испытания.

Так, мне это уже не нравится. Никто не мешает Бирюку насовать в комиссию своих друзей и родственников, а они потом хором скажут, что шиш мне с маслом, а не лицензия. Ладно, разберёмся…

– И это всё? – мрачно спросил Эрнест. Похоже, он тоже не доверял Леопольду и ждал подвоха от каждого его слова.

– Сущий пустяк, – торопливо развёл руками Бирюк, – испытание будет проводиться в лавке, и она должна быть готова к приёму клиентов!

Я потрясённо вытаращилась на него.

– Я это должна буду сделать за один день? – вырвалось у меня, – Это же невозможно! Я же сказала, что лавка пережила пожар, я не смогу отремонтировать её за сутки! А мне ещё хлеб надо будет печь.

– И правда, – процедил Эрнест. Желваки на его скулах вздулись, и сходство с волком стало ещё более явным, – я предупреждал тебя, чтобы не смел выдвигать невыполнимых условий!

Леопольд прищурился и откинулся на спинку кресла.

– Я просто озвучиваю наши стандартные условия получения лицензии, – холодно отчеканил он, – все остальные желающие их прекрасно выполняли, так что не вижу никаких проблем. Госпожа Милена, всё в ваших прекрасных ручках!

– Наверняка у остальных желающих не было пожара в их лавках! – не удержалась я. Мои прекрасные ручки нестерпимо зачесались дать Бирюку щелбан.

Он пожал плечами, порылся в ящике стола и протянул мне массивный ключ.

– Дерзайте. Это ключ от вашей лавки. У вас есть целые сутки.

***

– Просто кошмар! – кипела я, шагая обратно к лавке, – Интересно, этот Леопольд вообще представляет себе, что значит привести лавку к приему клиентов за одни только сутки после пожара?

– Насчёт этого не волнуйся, – пожал плечами Грейхаунд, – я пришлю своих ребят, они тебе помогут. Ещё и материалов для ремонта принесут.

Я резко остановилась. Повернулась к нему.

– За это огромное спасибо, – с искренней благодарностью сказала, – но…

– Но? – переспросил Эрнест, глядя на меня сверху вниз с плохо скрываемой усмешкой.

Я ткнула его пальцем в грудь и тихонько ойкнула: с тем же успехом я могла бы тыкать каменную стену.

– Пообещай мне, что это будут материалы, добытые честным путем. Не хочу, чтобы в критический момент кто-то из комиссии опознал какие-нибудь свои доски или кирпичи.

Судя по тому, как быстро глаза Грейхаунда метнулись в сторону и обратно, я поняла, что что-то такое он и планировал.

– Обещаю, – хмыкнул он.

– Вот и ладушки, – оптимистично сказала я, – прорвёмся. Кстати…

Я вспомнила ещё кое о чём, что подспудно смущало меня с момента нашей сегодняшней встречи.

– Почему ты так активно вызываешься мне помочь? – спросила я, испытующе глядя на Эрнеста, – То сопроводить в Гильдию решил, то своих людей озадачить материалами для ремонта.

– Подозрительная ты, – протянул Грейхаунд, но взгляда не отвёл, – а на вид – сама невинность. Сказал бы мне кто, что за таким милым личиком скрывается такой характер, никогда бы не поверил.

Я почувствовала, как щёки слегка порозовели, но не дала сбить себя с толку.

– Ты зубы не заговаривай, – упрямо мотнула головой, – просто ответь на вопрос.

– Ладно, – хмыкнул Эрнест, – скажу прямо. Понравилась ты мне, вот и всё. С первой же нашей встречи там, в лесу, когда увидел тебя в экипаже.

В принципе, меня всегда было достаточно сложно смутить, но тут я прямо-таки смешалась.

Грейхаунд был славным парнем, даром, что разбойником. Я была искренне благодарна ему за готовность помочь, но не могла воспринимать его как-то иначе, нежели младшего брата. Хотя такое открытое выражение симпатии мне и польстило.

Наверное, сказалось то, что, несмотря на тело молоденькой Милены, ментально я по-прежнему ощущала себя Натальей Павловной Астаповой, сорокасемилетней женщиной, умудренной жизненным опытом.

– Спасибо большое за честность, – мягко улыбнулась я ему, – но, увы, в ответ могу предложить только дружбу. Ты уж извини.

Грейхаунд ничуть не расстроился. Он рассмеялся, но взгляд остался твёрдым.

– Дружба — так дружба. Мне нравится этот вызов. И знаешь… посмотрим, кто первый сдастся.

Я рассмеялась в ответ, но уже немного нервно. Мне нравилась его прямолинейность и то, что он не пытался как-то юлить или говорить туманными намёками. Но она же всё-таки вносила в наше общение ненужное напряжение.

– Ладно, – подняла я ладони и решительно тряхнула волосами, – хватит топтаться на месте, нас ждут великие дела! Пошли скорее.

***

Около лавки меня поджидал очередной сюрприз. Напротив её дверей взад-вперёд прохаживался солидный седовласый господин в строгом тёмно-зелёном костюме и с моноклем в одном глазу.

Увидев меня, он сухо кивнул и недовольно процедил:

– Вы Милена Лави? Слышал, вы собираетесь открыть тут хлебную лавку.

– Совершенно верно, – кивнула я, – а с кем имею честь…

– Меня зовут Казимир Грубер, – перебил меня мужчина, поджав тонкие губы, – я владелец пекарни “Лунное зерно”. Вы наверняка слышали о ней, ведь это крупнейшая во всем Шварцвальде пекарня…

Он сделал паузу и смерил презрительным взглядом обгоревшие останки моей хлебной лавки. Я тут же рассердилась на такое высокомерие. Ужасно захотелось утереть ему нос.

– Боюсь, ничего про ваше зерно не слышала, – пожала я плечами, – у вас ко мне какое-то дело?

На лице Казимира отразилась крайняя степень неудовольствия, и его губы и вовсе сжались в тончайшую нитку.

– Я бы хотел обсудить с вами открытие вашей забегаловки, – холодно сказал он и, понизив голос, добавил зловещим тоном:

– А также предостеречь. Просто так. По-добрососедски.

Глава 17

– Предостеречь? – нахмурилась я. Это слово прозвучало угрожающе и совершенно не по добрососедски, – От чего?

– Как я уже сказал, – не моргнув глазом, заявил Грубер, – я владелец крупнейшей в Шварцвальде пекарни…

– Не нужно повторять, – сухо сказала я, – я это с первого раза поняла. Переходите, пожалуйста, к делу.

Грубер поджал губы.

– Я не только владею “Лунным зерном”, – недружелюбно сказал он, – также мне принадлежат и все остальные шварцвальдские хлебные и кулинарные лавки. Даже одна рыбная.

– Всё ещё не понимаю, к чему вы клоните, – сказала я, скрестив руки на груди.

Я слегка покривила душой. Кое-какие догадки у меня уже имелись, но я бы хотела, чтобы он их лично озвучил.

– Я веду к тому, – вкрадчиво сказал Грубер, – что вам ещё не поздно передумать. Откройте здесь какую-нибудь швейную мастерскую, лавку по продаже пряжи, лоток с детскими игрушками… в общем, чем вы, женщины, там занимаетесь.... А про пекарню забудьте. Главное – откройтесь подальше отсюда, чтобы не мозолить глаза!

Я аж поперхнулась от негодования. Судя по сдавленному кашлю сзади, то же самое проделал и Грейхаунд.

– Милена, разреши, я сам с ним поговорю, – процедил он и шагнул вперёд. На лице Грубера не дрогнул ни один мускул.

– Если пытаетесь меня запугать, то напрасно, – хладнокровно сказал он, – я таких, как она, уже добрый десяток повидал, и методы вашей работы знал. То хнычете, то мужей ко мне своих подсылаете, чтобы они угрожали. То дети сопливые мне пороги обивают, умоляют, чтобы я их родителей не тронул… тьфу!

Он с явной брезгливостью сплюнул. Я глубоко вздохнула и едва удержалась, чтобы не закатить глаза.

Ещё один напыщенный индюк. Прямо-таки привет от Рейвенна. Они тут что, почкованием размножаются?

– Я вас услышала, – спокойно сказала я, усмехнувшись про себя. Когда-то я услышала, что если не хочешь потерять лицо, а сказать оппоненту “иди нафиг!” очень хочется, надо просто сказать ему “я вас (или тебя) услышала”. Раздражение снимет сразу же, – но только от своей цели я не отступлюсь. Лавке – быть!

Грубер уставился на меня так, словно я отрастила крылья, окрасилась в зелёный, встала на четвереньки и захрюкала.

– Очень недальновидное решение, – процедил Казимир, но я упёрла руки в бока и продолжила:

– А почему это вы, господин Казимир, так стремитесь выжить меня с хлебного рынка? – прищурилась я, – Сами же хвастаетесь, что у вас куча лавок. Живите с этим спокойно и радуйтесь жизни. Неужели моя скромная лавочка вам настолько помешает?

Казимир презрительно – явно нарочито – фыркнул.

– Да кто вы вообще такая, чтобы опасаться вашей конкуренции! – заявил он, и я вспыхнула от обиды. Ладони тут же зачесались от негодования, – здесь дело в другом.

Он поднял руку и ткнул в мою сторону пальцем.

– Весь Шварцвальд в курсе проклятия этого места, – с налётом зловещей торжественности заявил он, – а это значит, что ваше присутствие совершенно точно принесёт новые проблемы вашему окружению, и мне в том числе. Просто подумайте о безопасности других.

А вот это прозвучало уже совсем бредово и больше напоминало наспех придуманный повод, шитый не просто белыми, а белоснежными нитками.

– Вот что, – решительно сказала я, – мне надоел этот разговор. Я вас услышала. Не пытайтесь меня запугать, это ешё никому не удавалось. Я открою лавку, и точка. Всего хорошего.

Глаза Казимира заледенели.

– Очень хорошо, – процедил он, – в таком случае позвольте откланяться.

– Была рада знакомству, – соврала я, – всего хорошего!

Отвесив мне короткий и явно издевательский поклон, Грубер не спеша двинулся прочь.

Отойдя на пару шагов, он вдруг замер, обернулся на меня и, нехорошо улыбнувшись, сказал:

– Ты молодец, раз так смело взялась за дело. Но я бы подумал дважды... Иногда новое начинание приносит больше бед, чем пользы. И не все справляются, когда начинаются… неожиданные трудности.

– И вам не хворать, – невозмутимо сказала я. Казимир, явно ожидавший другой реакции, скривился и ушёл.

– Милена, – вдруг раздался над ухом голос Эрнеста, и я подскочила от неожиданности: настолько тихо он подкрался, – по-моему, это было похоже на угрозу.

– Не просто “было похоже”, а это она и была, – сухо сказала я, наблюдая, как вниз по улице удаляется неестественно прямая спина Грубера, – и зачем ему так сдалась эта лавка…

– Вот что, – категорично сказал Грейхаунд, – я пришлю тебе пару человек, чтобы они присмотрели за твоей лавкой. И не отнекивайся! – тут же добавил он, потому что на моём лице, видимо, отразился протест, – Ты должна думать о своей безопасности.

– Ладно, спасибо, – вздохнула я. Кажется, просто так он не отстанет, – но попроси их сделать так, чтобы их работа не бросалась в глаза остальным. Пусть в клиентов переоденутся, что ли…

– Мои ребята знают свою работу, – хмыкнул Эрнест, – ни ты, ни твои посетители их даже не заметят.

Я поблагодарила его и невольно вспомнила странного человека, который утром преследовал меня. На мгновение мелькнула мысль: уж не Грейхаунд ли его подослал?

И тут же отмела её. Ну, не похож он был на того, кто работает на Эрнеста… тогда кто же это такой был?

Ладно, выясню это позже. Сейчас надо сосредоточиться на подготовке к тесту!

Я вытащила ключ, который мне вручил Бирюк, и сунула в замочную скважину. Повернула. Пружины внутри двери взвыли, но ключ не поддался и не провернулся.

– Дай-ка я, – сказал Эрнест. Легко отодвинув меня, он подошёл к двери и одним резким движением повернул ключ.

С натужным “крак!” дверь распахнулась. Наружу вырвалось облако спёртого воздуха, пахнувшего дымом, гарью и старыми тряпками.

Эрнест первый заглянул внутрь, а у меня не вышло: его широкая спина загораживала собой весь проход.

Присвистнул.

– Что там, что там? – нетерпеливо спросила я, вставая на цыпочки и тщетно пытаясь заглянуть за спину Грейхаунда.

Он медленно повернулся ко мне. На его лице отражалось недоумение пополам с нешуточной настороженностью.

– Взгляни сама, – неожиданно серьёзным голосом сказал он, – только вряд ли тебе это понравится…

Глава 18

Да что же он там увидел?!

В голове тут же пронёсся вихрь вариантов: от огромного провала в полу до очередной деревянной рыбины. Нет, ну а что, вдруг это какой-то местный прикол?

Как выяснилось, с последним предположением я даже не очень далеко ушла от истины.

Когда Эрнест посторонился и пропустил меня, я тут же сунулась в дверной проём и, ахнув от неожиданности, отпрянула.

– Это ещё что такое? – вырвалось у меня. Тут же изнутри пришёл смутный отголосок страха, словно Милена перепугалась ещё больше.

На деревянном полу лавки была щедро рассыпана мука. И это не была обычная куча. Кто-то постарался сделать так, чтобы придать рассыпанной муке округлые очертания, похожие на чью-то голову.

Этот же кто-то старательно изобразил на этой голове лицо, скривившееся, словно от укуса чего-то кислого. Роль глаз при этом исполняли два гладких камушка.

Вишенкой на торте служила веточка кизила, кокетливо воткнутая в кучку муки там, где было нарисовано ухо.

Я поискала глазами и увидела разодранный сбоку мешок. В дыре что-то белелось, и у меня не было сомнений, что это были остатки этой самой муки.

От мешка к инсталляции на полу вели странные мучные следы, похожие на кошачьи, только с более вытянутыми, чем у котов, пальчиками. Эти следы тянулись как от мешка, так и к нему, что убедило меня в том, что это оставил неизвестный нам художник.

Похоже, он просто бегал туда-сюда, зачерпывая всё новые и новые горсти муки!

Как ни странно, при взгляде на эти следы первоначальный испуг отступил. Ну, не верилось мне в то, что обладатель таких милых следов мог задумать что-то плохое!

– И что думаешь? – спросил Эрнест, скептически осматривая инсталляцию, – Может, Казимир постарался?

– Мог, – пожала я плечами, – но я так не думаю. Следы видишь? Либо Казимир превращается в кота и пакостит, либо тут замешан кто-то другой.

Грейхаунд молча перешагнул лицо, что оказалось несложно – ноги у него были длинными, и наклонился над следами. Опустился на одно колено, растёр двумя пальцами муку вокруг одного следа и поднёс к носу.

– По запаху похоже на каура… – протянул он, – но уж слишком мелкие. Кауры обычно размером с корову бывают, да и в города не особо суются. Тем более, не оставляют таких рисунков.

– Погоди-ка, – пробормотала я, во все глаза глядя на него, – как ты мог по запаху что-то определить? Я ничего такого не чувствую.

Эрнест лукаво взглянул на меня, поднялся и отряхнул руки.

– А я что, не говорил? – небрежно спросил он, – Я же оборотень. И не только я. А иначе почему, думаешь, мы Шварцвальдскими волками назвались?

От такого известия у меня зашумело в голове, и я покачнулась. Грейхаунд подскочил ко мне и подхватил под спину, не дав рухнуть на пол. Аккуратно поставил на ноги.

– Оборотень, – с нервным смешком повторила я, – только этого мне для полного счастья не хватало.

– Да ты не бойся, – хмыкнул Эрнест, – я тебя не трону. Это только в сказках волки едят непослушных девочек, в жизни такого не бывает.

– Вот спасибо, – в тон ему усмехнулась я, – ладно, серый волк, некогда нам трепаться, пошли лавку осматривать.

Сказано – сделано. Лавка оказалась небольшой, состоящей из зала, в котором мы очутились, когда вошли, и кухни, скрывающейся позади. Их разделял деревянный прилавок, за которым я обнаружила полки, заваленные старыми бумагами.

Стены зала были чёрными от копоти, отчего он казался очень мрачным. Вдобавок, оконные стёкла тоже были потемневшими. Я тут же распахнула окна, чтобы впустить внутрь не только свежий воздух, но и хоть немного света.

– Кстати, – спросила я у Эрнеста, разглядывающего что-то под прилавком, – а кто такие кауры?

– Нечисть, – спокойно пояснил он, – водятся в диких пустошах или лесных чащах. Они выглядят, как большие коты с рожками. Но они пугливые, никогда не сунутся ни в город, ни, тем более, в дом. Тебе вот это нужно?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.