Вельзеград

— Твой брат — сектант?! — капитан вскрикнул и едва не упал.

— Он не сектант! — Ия нахмурилась. — Модест — шпион, или вроде того. Он передавал полиции информацию о Даттас Ему постоянно приходилось рисковать собой. Я уговаривала Модеста бросить эту затею, и пару недель назад он написал, что закончил с особой миссией, что скоро уедет со своей девушкой куда-то далеко и больше не вернется к этим проклятым сектантам Постой, а откуда ты узнал о нем? Я же не рассказывала

Молчание повисло тяжелым грузом. Вен виновато смотрел в глаза своей девушки. Ему хотелось соврать, сказать, что с её братом все в порядке и он сообщил все полиции, что Вен видел этого паренька в живых Но капитан решил, что ложь не станет выходом, по крайней мере, ложь не полная.

— Он он попал под обстрел и погиб, — серьезно произнес Вен.

По телу девушки пробежала неприятная дрожь, к горлу подступил ком — так бывает со всяким, кому приходилось слышать о смерти близкого.

— Ты уверен? — шепотом спросила Ия.

— Да, — подтвердил Вен. — он выбежал вместе с остальными сектантами и получил пулю. Мы не знали Все было слишком быстро, слишком опасно

Ия оперлась спиной о стену. Она не плакала. Никогда.

— Модест был хорошим шпионом... — сдержанно сказала девушка и подошла к окну. — ...и хорошим братом. Это я втянула его в секту, но у него хватило ума связаться с полицией. Ваш начальник, должно быть, знал про Модеста. Брат мог просто уйти, забрать свою девушку и уехать в другую страну, фанатики из Даттас никогда смогли бы его найти Но, похоже, он захотел остаться, играть роль подсадной утки до конца Черт, он соврал, что бы я не волновалась

Ия открыла окно и облокотилась на подоконник локтями, вдыхая свежий уличный воздух.

— Мне жаль, — Вен виновато опустил голову.

— Вы не виноваты, — с грустью сказала Ия. — Он знал, на что шел и был готов умереть. Жаль конечно, что не успел передать что-то важное Может, это помогло бы уничтожить Даттас. И девушку его жаль Надо ее найти, сказать обо всем

— Может я

— Не надо, сама найду её, — Ия даже не обернулась. Она обдумывала все. — Значит, это было его последнее задание, — Ия сделала судорожный вздох. — Как жк я не догадалась?...

Взгляд девушки упал на редкие машины далеко внизу. День сегодня выдался необычайно солнечным: тучи во второй раз за целый месяц разошлись и дали солнцу хотя бы на время порадовать горожан своим присутствием. Вен смотрел на Ию, гадая, какие мысли крутятся в её умной головке. За все время, что капитан знал Ию, он не замечал за ней проявлений грусти и страха. Капитан предположил, что в Даттас она навидалась всякого и приобрела иммунитет к негативным эмоциям, либо хранила их глубоко в себе.

— Есть сигарета? — неожиданно спросила Ия.

— Ты же бросила, — напомнил Вен.

— Да, — девушка медленно опустила голову. — но бывают моменты, когда чертовски сложно держать себя в руках. Порой тебе удается сдержаться и кажется, что все идет отлично. Но потом, словно по какому-то зловещему плану, все рушится на твоих глазах и боль может снять только то, что тебя убивает. То, что нас убивает, спасает нашу психику.

Вен нехотя подошел к тумбочке у своей кровати. В первом выдвижном ящичке он нащупал пачку дешевых сигарет. Он знал, что должен помочь в девушке в борьбе с вредной привычкой, но время от времени у человека в жизни случается такая ситуация, когда можно сделать исключение. Вен не мог помочь, Ия осталась один на один со своей зависимостью.

— Держи, — сухо сказал Вен.

— Огромное спасибо, — без эмоций произнесла девушка.

Ия держала в руке белую пачку дешевых сигарет. Синий узор на пачке она узнала бы из тысячи. Упаковка с никотином еще была покрыта в поблескивающую пленку. Она смотрела на пачку сигарет, словно на ампулу с ядом, способную сделать нарастающую боль в груди чуть менее сильной, а в голове постоянно метались мысли: прыгнуть в пропасть, или нет? Способен ли человек на мужество, когда имеет полное право на слабость? Может ли одна ошибка на пути уничтожить идущего и саму дорогу? И, наконец, властен ли человек над своими инстинктами, гормонами в голове и самой своей сущностью?

Внезапно она услышала голос: Одно поражение стирает тысячи побед. Одна ложка дегтя может испортить всю бочку меда. И одна. Голос прервался и в голове девушки, словно искра, вспыхнуло продолжение фразы: ...капля никотина убивает лошадь. . Ия горько улыбнулась. Все эти фразы ей постоянно говорил брат, когда она хотела вернуться в Даттас, когда хотела все больше и больше денег, все больше и больше тратить, жить, как королева Видеть смерти убивать Модест, старший братик

— Прости, — с едва сдерживаемым всхлипом произнесла девушка.

— За что? — всполошился Вен и подскочил к девушке.

— Я сказала тебе не всю правду, — Ия смотрела на свинцовые тучи. — Если бы не ты, я бы никогда не смогла выбраться из тюрьмы. Но до этого, еще в Шипке, когда у меня появилась возможность тебя сдать, я не сделала этого только по одной причине — собиралась бежать вместе Модестом. Еще тогда я решила покончить с сектантами, если бы сдала вас, то все бы только испортила. Мы хотели бежать в другую страну, где Даттас не смогли бы до нас добраться. Но началась перестрелка, я попала в тюрьму, а Модест ушел с сектантами на свое последнее задание Я хочу сказать, что это он помог мне избавиться от зависимостей — пристрастия к деньгам и чрезмерной роскоши, наркотиков, алкоголя, и это он открыл мне глаза и дал понять, насколько Даттас опасен. За реками денежных купюр, улыбками сектантов и их теплыми словами я не замечала океаны крови Точнее, я старалась не замечать. Модест помог мне, открыл глаза на кровавый путь фанатиков. Если бы не он, я бы сдала тебя той ночью. Если бы не он, я бы умерла от передозировки наркотиков или чего хуже. Он постоянно говорил фразочки про мои зависимости, всякий раз, стоило ему только увидеть, как я достаю сигарету или трачу все деньги на наркотики. Эти фразочки до сих пор в моей голове, как рефлекс или инстинкт, странное чувство... — Ия приложила ладонь ко лбу. — ...чувство, словно даже после смерти он хочет помочь мне. Я понимаю, что это лишь моя фантазия и того света нет, не существует духов или призраков, но так становится проще. Модест помог избавиться от всех зависимостей, кроме одной — никотина. Теперь, думаю, он помог мне в последний раз. Возможно, некоторые мертвые могут оказывать вполне реальное воздействие на живых, но вряд ли это магия или нечто с того света Это, скорее, отголоски их поступков. Может, это и называют силой духа? Такие люди говорят так громко, что могут достучаться до нас сквозь время и пространство. Даже если Рай и Ад существуют, то точно не могут удержать памяти о человеке и его поступках.

Ия с силой сжала пачку, ита смачно захрустела. Сигареты были сброшены с восьмого этажа, прямо вниз, на давно проржавевший козырек. Девушка повернулась. Вен стоял с широко раскрытыми от удивления глазами. Не говоря ни слова, Ия подошла и обняла Вена. Капитан думал лишь о Модесте, которого так хладнокровно убил.

Прошло несколько дней с похорон Розы. Горислав не выходил из своего кабинета, закрылся в себе, говорил редко и только с Саввой. Все ждали суда над сектантами, оставалась всего несколько дней.

— Ты сегодня рано — сказала Ия, снимая наушники.

— Уже неделю ничего не происходит, — улыбнулся Вен, вешая плащ у входа. — Фанатики, похоже, залегли на дно.

— У вас появилось время для отпуска? — ехидно спросила девушка.

— Вроде того, — Вен устало потянулся. — Этот день могу посвятить самому дорогому для меня человеку.

— Девушке с обложки журнала для взрослых, который я нашла в тумбочке? — поддразнила Ия.

— Эй! — виновато улыбнулся Вен, его лицо залила легкая краска. — Я же их выкинул!

— Но мне не надоест тебе напоминать, — Ия по-детски показала язык.

За прошедший месяц Ия изменилась: ее лицо залилось румянцем, карие глаза излучали радость, губы всегда были изогнуты в ехидной, дружеской улыбке. Она надевала одежду Вена, хотя он уже давно прикупил для нее женские вещи: джинсы, блузки, юбки и прочее. Но Ия предпочитала носить большую, белую футболку Вена и простые шорты чуть короче колена.

— Опять весь день слушаешь музыку и играешь на гитаре? — хмыкнул Вен.

— Что поделать? — Ия пожала плечами. — Мне нравится музыка.

— Соседи не приходили жаловаться? — Вен скрестил руки на груди.

— Да ладно, в этой развалине живем только мы и одна престарелая пара.

— Зато, — Вен поднял голову, словно читал лекцию неопытной студентке. — здесь достаточно безопасно и фанатики тебя не найдут, — капитан краем глаза посмотрел на светильники в углах комнаты.

— А полиция?

— Я договорился, полиция теперь за тобой не охотится, — капитан улыбнулся. — Ты же никого не убила и не обокрала.

— Ну, почти — девушка неловко почесала затылок.

Вен поднял девушку за подмышки, словно кошку, и посмотрел ее в карие глаза своим единственным глазом.

— Я не дам никому тебе навредить, глупышка, — улыбнулся Вен. — И не допущу, что бы с тобой что-то случилось.

— Пф, то же мне, рыцарь, — Ия обвила ногами талию капитана. — Твой пыльный плащ далеко не похож на красивые рыцарские латы.

— Да ладно тебе, — буркнул Вен, словно обиделся. — мой плащ тоже красивый. Тебе не нравится зеленый цвет?

— Я люблю зеленый, — улыбнулась девушка. — но тебя — еще больше.

Ия поцеловала Вена в губы. Когда поцелуй прервался, Вен, довольно улыбаясь, обратил внимание на кулон Ии.

— Что это? — дразняще спросил Вен.

— А, это? Это кулон с фотографией брата, — улыбнулась Ия.

Девушка взяла украшение в ладонь и показала капитану. Кулон был круглый, из серебра, с простой гравировкой. Ия открыла кулон. Вен в испуге замер: в кулоне оказалась фотография человека, которого Вен уже встречал — это был тот самый обожженный сектант, которого он хладнокровно застрелил в Бурсе. Капитан сперва подумал, что обознался, но все приметы сходились: у того парня имелись большие, круглые очки, глупое выражение лица и черные волосы; все эти признаки нашлись и у того обожженного сектанта, пусть распознать обожженное лицо сложно, но капитан исключал возможность ошибки. Именно этот парень взялся за край брюк Вена в ту ночь, именно он умолял о помощи, и именно его жизнь он забрал..

— Твой брат — сектант?! — капитан вскрикнул и едва не упал.

— Он не сектант! — Ия нахмурилась. — Модест — шпион, или вроде того. Он передавал полиции информацию о Даттас Ему постоянно приходилось рисковать собой. Я уговаривала Модеста бросить эту затею, и пару недель назад он написал, что закончил с особой миссией, что скоро уедет со своей девушкой куда-то далеко и больше не вернется к этим проклятым сектантам Постой, а откуда ты узнал о нем? Я же не рассказывала

Молчание повисло тяжелым грузом. Вен виновато смотрел в глаза своей девушки. Ему хотелось соврать, сказать, что с её братом все в порядке и он сообщил все полиции, что Вен видел этого паренька в живых Но капитан решил, что ложь не станет выходом, по крайней мере, ложь не полная.

— Он он попал под обстрел и погиб, — серьезно произнес Вен.

По телу девушки пробежала неприятная дрожь, к горлу подступил ком — так бывает со всяким, кому приходилось слышать о смерти близкого.

— Ты уверен? — шепотом спросила Ия.

— Да, — подтвердил Вен. — он выбежал вместе с остальными сектантами и получил пулю. Мы не знали Все было слишком быстро, слишком опасно

Ия оперлась спиной о стену. Она не плакала. Никогда.

— Модест был хорошим шпионом... — сдержанно сказала девушка и подошла к окну. — ...и хорошим братом. Это я втянула его в секту, но у него хватило ума связаться с полицией. Ваш начальник, должно быть, знал про Модеста. Брат мог просто уйти, забрать свою девушку и уехать в другую страну, фанатики из Даттас никогда смогли бы его найти Но, похоже, он захотел остаться, играть роль подсадной утки до конца Черт, он соврал, что бы я не волновалась

Ия открыла окно и облокотилась на подоконник локтями, вдыхая свежий уличный воздух.

— Мне жаль, — Вен виновато опустил голову.

— Вы не виноваты, — с грустью сказала Ия. — Он знал, на что шел и был готов умереть. Жаль конечно, что не успел передать что-то важное Может, это помогло бы уничтожить Даттас. И девушку его жаль Надо ее найти, сказать обо всем

— Может я

— Не надо, сама найду её, — Ия даже не обернулась. Она обдумывала все. — Значит, это было его последнее задание, — Ия сделала судорожный вздох. — Как жк я не догадалась?...

Взгляд девушки упал на редкие машины далеко внизу. День сегодня выдался необычайно солнечным: тучи во второй раз за целый месяц разошлись и дали солнцу хотя бы на время порадовать горожан своим присутствием. Вен смотрел на Ию, гадая, какие мысли крутятся в её умной головке. За все время, что капитан знал Ию, он не замечал за ней проявлений грусти и страха. Капитан предположил, что в Даттас она навидалась всякого и приобрела иммунитет к негативным эмоциям, либо хранила их глубоко в себе.

— Есть сигарета? — неожиданно спросила Ия.

— Ты же бросила, — напомнил Вен.

— Да, — девушка медленно опустила голову. — но бывают моменты, когда чертовски сложно держать себя в руках. Порой тебе удается сдержаться и кажется, что все идет отлично. Но потом, словно по какому-то зловещему плану, все рушится на твоих глазах и боль может снять только то, что тебя убивает. То, что нас убивает, спасает нашу психику.

Вен нехотя подошел к тумбочке у своей кровати. В первом выдвижном ящичке он нащупал пачку дешевых сигарет. Он знал, что должен помочь в девушке в борьбе с вредной привычкой, но время от времени у человека в жизни случается такая ситуация, когда можно сделать исключение. Вен не мог помочь, Ия осталась один на один со своей зависимостью.

— Держи, — сухо сказал Вен.

— Огромное спасибо, — без эмоций произнесла девушка.

Ия держала в руке белую пачку дешевых сигарет. Синий узор на пачке она узнала бы из тысячи. Упаковка с никотином еще была покрыта в поблескивающую пленку. Она смотрела на пачку сигарет, словно на ампулу с ядом, способную сделать нарастающую боль в груди чуть менее сильной, а в голове постоянно метались мысли: прыгнуть в пропасть, или нет? Способен ли человек на мужество, когда имеет полное право на слабость? Может ли одна ошибка на пути уничтожить идущего и саму дорогу? И, наконец, властен ли человек над своими инстинктами, гормонами в голове и самой своей сущностью?

Внезапно она услышала голос: Одно поражение стирает тысячи побед. Одна ложка дегтя может испортить всю бочку меда. И одна. Голос прервался и в голове девушки, словно искра, вспыхнуло продолжение фразы: ...капля никотина убивает лошадь. . Ия горько улыбнулась. Все эти фразы ей постоянно говорил брат, когда она хотела вернуться в Даттас, когда хотела все больше и больше денег, все больше и больше тратить, жить, как королева Видеть смерти убивать Модест, старший братик

— Прости, — с едва сдерживаемым всхлипом произнесла девушка.

— За что? — всполошился Вен и подскочил к девушке.

— Я сказала тебе не всю правду, — Ия смотрела на свинцовые тучи. — Если бы не ты, я бы никогда не смогла выбраться из тюрьмы. Но до этого, еще в Шипке, когда у меня появилась возможность тебя сдать, я не сделала этого только по одной причине — собиралась бежать вместе Модестом. Еще тогда я решила покончить с сектантами, если бы сдала вас, то все бы только испортила. Мы хотели бежать в другую страну, где Даттас не смогли бы до нас добраться. Но началась перестрелка, я попала в тюрьму, а Модест ушел с сектантами на свое последнее задание Я хочу сказать, что это он помог мне избавиться от зависимостей — пристрастия к деньгам и чрезмерной роскоши, наркотиков, алкоголя, и это он открыл мне глаза и дал понять, насколько Даттас опасен. За реками денежных купюр, улыбками сектантов и их теплыми словами я не замечала океаны крови Точнее, я старалась не замечать. Модест помог мне, открыл глаза на кровавый путь фанатиков. Если бы не он, я бы сдала тебя той ночью. Если бы не он, я бы умерла от передозировки наркотиков или чего хуже. Он постоянно говорил фразочки про мои зависимости, всякий раз, стоило ему только увидеть, как я достаю сигарету или трачу все деньги на наркотики. Эти фразочки до сих пор в моей голове, как рефлекс или инстинкт, странное чувство... — Ия приложила ладонь ко лбу. — ...чувство, словно даже после смерти он хочет помочь мне. Я понимаю, что это лишь моя фантазия и того света нет, не существует духов или призраков, но так становится проще. Модест помог избавиться от всех зависимостей, кроме одной — никотина. Теперь, думаю, он помог мне в последний раз. Возможно, некоторые мертвые могут оказывать вполне реальное воздействие на живых, но вряд ли это магия или нечто с того света Это, скорее, отголоски их поступков. Может, это и называют силой духа? Такие люди говорят так громко, что могут достучаться до нас сквозь время и пространство. Даже если Рай и Ад существуют, то точно не могут удержать памяти о человеке и его поступках.

Ия с силой сжала пачку, ита смачно захрустела. Сигареты были сброшены с восьмого этажа, прямо вниз, на давно проржавевший козырек. Девушка повернулась. Вен стоял с широко раскрытыми от удивления глазами. Не говоря ни слова, Ия подошла и обняла Вена. Капитан думал лишь о Модесте, которого так хладнокровно убил.

Прошло несколько дней с похорон Розы. Горислав не выходил из своего кабинета, закрылся в себе, говорил редко и только с Саввой. Все ждали суда над сектантами, оставалась всего несколько дней.

— Ты сегодня рано — сказала Ия, снимая наушники.

— Уже неделю ничего не происходит, — улыбнулся Вен, вешая плащ у входа. — Фанатики, похоже, залегли на дно.

— У вас появилось время для отпуска? — ехидно спросила девушка.

— Вроде того, — Вен устало потянулся. — Этот день могу посвятить самому дорогому для меня человеку.

— Девушке с обложки журнала для взрослых, который я нашла в тумбочке? — поддразнила Ия.

— Эй! — виновато улыбнулся Вен, его лицо залила легкая краска. — Я же их выкинул!

— Но мне не надоест тебе напоминать, — Ия по-детски показала язык.

За прошедший месяц Ия изменилась: ее лицо залилось румянцем, карие глаза излучали радость, губы всегда были изогнуты в ехидной, дружеской улыбке. Она надевала одежду Вена, хотя он уже давно прикупил для нее женские вещи: джинсы, блузки, юбки и прочее. Но Ия предпочитала носить большую, белую футболку Вена и простые шорты чуть короче колена.

— Опять весь день слушаешь музыку и играешь на гитаре? — хмыкнул Вен.

— Что поделать? — Ия пожала плечами. — Мне нравится музыка.

— Соседи не приходили жаловаться? — Вен скрестил руки на груди.

— Да ладно, в этой развалине живем только мы и одна престарелая пара.

— Зато, — Вен поднял голову, словно читал лекцию неопытной студентке. — здесь достаточно безопасно и фанатики тебя не найдут, — капитан краем глаза посмотрел на светильники в углах комнаты.

— А полиция?

— Я договорился, полиция теперь за тобой не охотится, — капитан улыбнулся. — Ты же никого не убила и не обокрала.

— Ну, почти — девушка неловко почесала затылок.

Вен поднял девушку за подмышки, словно кошку, и посмотрел ее в карие глаза своим единственным глазом.

— Я не дам никому тебе навредить, глупышка, — улыбнулся Вен. — И не допущу, что бы с тобой что-то случилось.

— Пф, то же мне, рыцарь, — Ия обвила ногами талию капитана. — Твой пыльный плащ далеко не похож на красивые рыцарские латы.

— Да ладно тебе, — буркнул Вен, словно обиделся. — мой плащ тоже красивый. Тебе не нравится зеленый цвет?

— Я люблю зеленый, — улыбнулась девушка. — но тебя — еще больше.

Ия поцеловала Вена в губы. Когда поцелуй прервался, Вен, довольно улыбаясь, обратил внимание на кулон Ии.

— Что это? — дразняще спросил Вен.

— А, это? Это кулон с фотографией брата, — улыбнулась Ия.

Девушка взяла украшение в ладонь и показала капитану. Кулон был круглый, из серебра, с простой гравировкой. Ия открыла кулон. Вен в испуге замер: в кулоне оказалась фотография человека, которого Вен уже встречал — это был тот самый обожженный сектант, которого он хладнокровно застрелил в Бурсе. Капитан сперва подумал, что обознался, но все приметы сходились: у того парня имелись большие, круглые очки, глупое выражение лица и черные волосы; все эти признаки нашлись и у того обожженного сектанта, пусть распознать обожженное лицо сложно, но капитан исключал возможность ошибки. Именно этот парень взялся за край брюк Вена в ту ночь, именно он умолял о помощи, и именно его жизнь он забрал..

— Твой брат — сектант?! — капитан вскрикнул и едва не упал.

— Он не сектант! — Ия нахмурилась. — Модест — шпион, или вроде того. Он передавал полиции информацию о Даттас Ему постоянно приходилось рисковать собой. Я уговаривала Модеста бросить эту затею, и пару недель назад он написал, что закончил с особой миссией, что скоро уедет со своей девушкой куда-то далеко и больше не вернется к этим проклятым сектантам Постой, а откуда ты узнал о нем? Я же не рассказывала

Молчание повисло тяжелым грузом. Вен виновато смотрел в глаза своей девушки. Ему хотелось соврать, сказать, что с её братом все в порядке и он сообщил все полиции, что Вен видел этого паренька в живых Но капитан решил, что ложь не станет выходом, по крайней мере, ложь не полная.

— Он он попал под обстрел и погиб, — серьезно произнес Вен.

По телу девушки пробежала неприятная дрожь, к горлу подступил ком — так бывает со всяким, кому приходилось слышать о смерти близкого.

— Ты уверен? — шепотом спросила Ия.

— Да, — подтвердил Вен. — он выбежал вместе с остальными сектантами и получил пулю. Мы не знали Все было слишком быстро, слишком опасно

Ия оперлась спиной о стену. Она не плакала. Никогда.

— Модест был хорошим шпионом... — сдержанно сказала девушка и подошла к окну. — ...и хорошим братом. Это я втянула его в секту, но у него хватило ума связаться с полицией. Ваш начальник, должно быть, знал про Модеста. Брат мог просто уйти, забрать свою девушку и уехать в другую страну, фанатики из Даттас никогда смогли бы его найти Но, похоже, он захотел остаться, играть роль подсадной утки до конца Черт, он соврал, что бы я не волновалась

Ия открыла окно и облокотилась на подоконник локтями, вдыхая свежий уличный воздух.

— Мне жаль, — Вен виновато опустил голову.

— Вы не виноваты, — с грустью сказала Ия. — Он знал, на что шел и был готов умереть. Жаль конечно, что не успел передать что-то важное Может, это помогло бы уничтожить Даттас. И девушку его жаль Надо ее найти, сказать обо всем

— Может я

— Не надо, сама найду её, — Ия даже не обернулась. Она обдумывала все. — Значит, это было его последнее задание, — Ия сделала судорожный вздох. — Как жк я не догадалась?...

Взгляд девушки упал на редкие машины далеко внизу. День сегодня выдался необычайно солнечным: тучи во второй раз за целый месяц разошлись и дали солнцу хотя бы на время порадовать горожан своим присутствием. Вен смотрел на Ию, гадая, какие мысли крутятся в её умной головке. За все время, что капитан знал Ию, он не замечал за ней проявлений грусти и страха. Капитан предположил, что в Даттас она навидалась всякого и приобрела иммунитет к негативным эмоциям, либо хранила их глубоко в себе.

— Есть сигарета? — неожиданно спросила Ия.

— Ты же бросила, — напомнил Вен.

— Да, — девушка медленно опустила голову. — но бывают моменты, когда чертовски сложно держать себя в руках. Порой тебе удается сдержаться и кажется, что все идет отлично. Но потом, словно по какому-то зловещему плану, все рушится на твоих глазах и боль может снять только то, что тебя убивает. То, что нас убивает, спасает нашу психику.

Вен нехотя подошел к тумбочке у своей кровати. В первом выдвижном ящичке он нащупал пачку дешевых сигарет. Он знал, что должен помочь в девушке в борьбе с вредной привычкой, но время от времени у человека в жизни случается такая ситуация, когда можно сделать исключение. Вен не мог помочь, Ия осталась один на один со своей зависимостью.

— Держи, — сухо сказал Вен.

— Огромное спасибо, — без эмоций произнесла девушка.

Ия держала в руке белую пачку дешевых сигарет. Синий узор на пачке она узнала бы из тысячи. Упаковка с никотином еще была покрыта в поблескивающую пленку. Она смотрела на пачку сигарет, словно на ампулу с ядом, способную сделать нарастающую боль в груди чуть менее сильной, а в голове постоянно метались мысли: прыгнуть в пропасть, или нет? Способен ли человек на мужество, когда имеет полное право на слабость? Может ли одна ошибка на пути уничтожить идущего и саму дорогу? И, наконец, властен ли человек над своими инстинктами, гормонами в голове и самой своей сущностью?

Внезапно она услышала голос: Одно поражение стирает тысячи побед. Одна ложка дегтя может испортить всю бочку меда. И одна. Голос прервался и в голове девушки, словно искра, вспыхнуло продолжение фразы: ...капля никотина убивает лошадь. . Ия горько улыбнулась. Все эти фразы ей постоянно говорил брат, когда она хотела вернуться в Даттас, когда хотела все больше и больше денег, все больше и больше тратить, жить, как королева Видеть смерти убивать Модест, старший братик