Приключения итальянца в России, или 25 497 км в компании «Веспы»
- -
- 100%
- +
Номер аккуратный и чистый, мебель достаточно старомодна и проста, только самое необходимое. Но, кажется, есть некоторые претензии на люкс, в номере две комнаты, гостиная, спальня и ванная комната с душем. В гостиной со стенами розового цвета стоит диван, два небольших кресла, журнальный столик, все это размещено на старом синтетическом ковре и освещается большим окном с белыми шторами, вверху и с боков украшенными драпировкой красно–амарантового оттенка. В спальне с обоями цвета зеленого горошка двуспальная кровать, тумбочка, комод со стоящим на нем телевизором и небольшой шкаф. Здесь тоже большое окно с белыми шторами. В обеих комнатах синие вазы с искусственными цветами, которые пытаются придать окружающей обстановке некую изысканность, но, если честно, получается китч. Ничего не имею против номера и подчеркиваю свое удовлетворение, произнеся два громких «хорошо», сопровождая их широкой улыбкой, что, по моим представлениям, должно бы растопить толстый слой льда, который обволакивает «большую женщину», и придать ей более человеческий вид.
Но все бесполезно, и, хотя я всегда буду выказывать себя галантным и чрезвычайно уважительным постояльцем, «солдат» ничуть не оттает в течение всего моего пребывания и будет считать меня, вероятно, не клиентом, а незваным пришельцем издалека.
13 мая я покидаю гостиницу, где провел спокойную ночь, попрощавшись перед отъездом с неизменно холодной, недружелюбной и жесткой в своей «военной форме» женщиной на ресепшен. На момент отправления пробег Веспы составляет 51 551 км; с того дня, как покинул дом, я проехал 5 698 км.
Выезжаю на Е30, которая приведет меня в Москву, отстоящую на 900 км, это расстояние я преодолею в два этапа. E30 вполне приличного качества, хотя приходится быть очень внимательным из–за большого количества постоянно обгоняющих меня грузовиков. Примерно через сто километров останавливаюсь на сервисной площадке, чтобы взять кофе и заправить бак бензином, который здесь, в Беларуси, стоит (в эквиваленте) 70 евроцентов за литр. В торговом автомате беру американо: на самом деле это кипяток коричневого цвета с едва различимым вкусом кофе. Выпив без удовольствия этот «кофе», иду в туалет умыть лицо, на которое осела копоть из выхлопных труб грузовиков.
Когда открываю дверь туалета, меня встречает приятный сюрприз: висящий на стене усилитель распространяет нежную музыку; в помещении, окрашенном в белый и розовый цвет, приятный аромат чистоты; обстановку оживляют яркие горшки с цветами на нескольких полках. Хотя я много путешествовал по Европе, но никогда не видел такого чистого общественного туалета, в котором приятный запах, музыка и красивые цветочные горшки заставляют вас забыть, что вы зашли в банальный туалет. Когда выхожу на улицу, вижу большой блестящий новый мотоцикл, припаркованный рядом с Веспой. Молодой человек в шлеме с явным интересом разглядывает мой скутер; увидев, что я подхожу, здоровается и улыбается. Сначала он задает мне вопросы, которые я услышу бесчисленное количество раз во время путешествия: «Куда вы едете? И откуда вы?» Когда говорю, что я родом с юга Италии, что уже проехал 5 тыс. км и что еду в Магадан, в восточной Сибири, он несколько секунд молчит, а на его лице явно прочитывается смесь удивления, изумления и восхищения. Он просит позволения сфотографировать Веспу и сфотографироваться вместе со мной. Тогда ради шутки я говорю: «Но как так? Вы путешествуете на королеве и хотите сфотографировать Веспу, а она всего лишь Золушка?»
Раскатисто засмеявшись, он трижды повторяет «да, да». После нескольких кадров, которые порадовали молодого кентавра, я продолжаю свой путь. Но едва проехав 50 километров, слышу, что двигатель начинает потрескивать, а Веспа «всхлипывать». Останавливаюсь на какой – то заправке с намерением быстро очистить свечу или, при необходимости, поменять ее. Пока вожусь со свечой, вижу подъезжающую пару молодых людей. У парня длинные волосы и борода, чёрная байкерская куртка. Я встаю на ноги и отвечаю на их приветствие. Они представляются: Калев Рутсман и Наталья, едут в Минск, где и живут. Калев интересуется, откуда я и куда еду. Отвечаю, что я из Италии и еду в Сибирь, но задержусь на несколько дней в Москве. Он говорит, что у него есть Веспа PX125, а в Москве есть друг–веспавод, который может мне помочь. С энтузиазмом отвечаю, что был бы очень рад встретиться с его другом, это знакомство могло бы мне очень пригодиться. Тогда Калев берёт свой сотовый телефон, звонит этому другу–москвичу и спрашивает, может ли тот помочь мне. Получив положительный ответ, Калев дает мне номер телефона некоего Юрия Переса, российского гражданина с испанской фамилией.
В 13.00 подъезжаю к Красному, даже и не заметив, что нахожусь уже на российской территории. С подписанием Союзного договора между Россией и Беларусью контрольно–пропускные пункты между двумя странами упразднили, и по этой причине я въехал в Россию, не увидев даже таможенника. Я останавливаюсь перед кабинкой, покрытой рекламными плакатами, тут, как я понимаю, можно приобрести страховой полис. У небольшой стойки страховой компании ВСК покупаю трехмесячный полис за 1 434 рубля.
Укрепив себя полисом, возвращаюсь на Е30, в направлении на Смоленск. После села Тверитино дорога называется М–1, а затем Р–120 до Смоленска. Я мог бы остановиться и в Смоленске, но до наступления темноты много времени, так что решаю проехать еще пару сотен километров. Примерно через 230 км я останавливаюсь перед памятником павшим во Второй мировой войне, который изображает солдата в напряженный момент броска гранаты. Поражаюсь тому, как скульптор сумел передать всю динамику действия; тот, кто смотрит на фигуру солдата, может легко представить, что произошло до и что вот–вот случится. Солдат сделал мощный рывок, затем почти упал на колени, его туловище откинулось назад, а правая рука вытянута в готовности метнуть гранату. Сразу после памятника я сворачиваю с Е30 направо, чтобы попасть в город, названный в честь космонавта Гагарина, первого человека, успешно слетавшего в космос на борту космического корабля «Восток» 12 апреля 1961 года. Юрий Гагарин родился в деревне Клушино, в 23 км от города, который назван его именем. Среди многих фраз, произнесенных известным космонавтом, одна, в частности, вызвала сенсацию, особенно в западном мире, простая фраза, состоящая из нескольких слов, но содержащая банальную и в то же время неопровержимую истину: «Я не вижу здесь вверху никакого Бога». И еще, глядя на Землю из иллюминатора «Востока», он выразил свое удивление и восхищение нашей планетой: «Отсюда Земля прекрасна, безгранична и без государственных границ», «Обогнув Землю в космическом корабле, я увидел, насколько прекрасна наша планета».
Приезжаю на главную площадь Гагарина и за памятником героическому пионеру космоса нахожу большой отель «Восток». Паркую Веспу перед входом и иду просить номер на одну ночь. К моему великому сожалению, мне достался номер на третьем этаже этого отеля без лифта, и придется перетаскать вручную весь мой багаж! После душа выхожу прогуляться по городу, осмотреться и поискать какой–нибудь ресторан. Памятник Гагарину стоит на площади перед «Востоком»; не сказал бы, что это красивый памятник: космонавт изображен уверенно стоящим на ногах, правая рука слегка приподнята, чтобы уравновесить тяжесть на левом плече того, что мне казалось парашютом, удерживаемым рукой.
Гагарин, расположенный на берегах реки Гжать, с его 28 тыс. жителей, не кажется мне интересным городом, хотя улицы его чистые и широкие, зелень ухожена. Здания без архитектурных изысков придают городу анонимный и заурядный вид. Так что я почти сразу же перестаю играть роль любознательного туриста, всегда в поисках чего–то интересного, чем подпитать дух, того, о чем можно рассказать, вернувшись домой, семье и друзьям. Принимаю походку и вид проголодавшегося человека, который хочет как можно скорее найти какое– нибудь местечко, где он может дать пищу для тела и заставить замолчать пустой в течение многих часов желудок.
Я обращаюсь с вопросом к прохожему, и добрый человек берёт на себя труд сопроводить меня к маленькому ресторану. Выбирать там особенно не из чего: подают только мясные шашлыки на дровяном гриле. Я сижу за одним из трех столов, которые есть у «ресторана» и очень быстро съедаю три заказанных шашлыка, отменного качества. Довольный и сытый возвращаюсь в «Восток», думая, что на следующий день окажусь в Москве. В голове крутятся многочисленные вопросы: смогу ли я справиться с управлением Веспой на больших дорогах столицы, в хаотичном движении, среди мчащихся на большой скорости автомобилей? Смогу ли я справиться с огромными, замысловатыми перекрёстками, где нет времени для раздумий, где не позволено совершать ошибки? С головой, полной вопросительных знаков, прихожу в отель и автоматически поднимаюсь по лестнице в свой номер.
Мной овладела какая – то неясная и коварная тревога. Надо избавиться от нее, пока она не разрушила мой гранитный оптимизм, мой здоровый, безответственный оптимизм, неоднократно проверенный и помогавший в очень сложных ситуациях. Да, я должен остановить эту волну негативных мыслей, пока она не поглотила меня! Напоминаю себе, что я водил свой автомобиль или Веспу в адском трафике во многих городах Европы и Африки; мне это очень хорошо удавалось в Стамбуле, Бухаресте; я лавировал среди прилавков уличных торговцев в Медине в Марракеше; выбрался невредимым из сумасшедшего дорожного движения в Сенегале, в Рюфискье, у ворот Дакара, посреди тысяч разбитых автомобилей, продолжая ехать между рядами гремящих грузовиков, вдыхая черные миазмы, которые выплевывали их выхлопные трубы; я ехал без проблем в Киншасе, столице Демократической Республики Конго, где не существуют дорожные знаки; я пересек этот город с востока на запад, ориентируясь на солнце… Лежа в постели отеля, я вспоминаю встречу с веспаводом Калевом (которого в действительности зовут Константин). Шарю в поясной сумке и нахожу листок бумаги с номером телефона Юрия Переса. Как только приеду к окраинам Москвы, свяжусь с ним и доверюсь ему. Перспектива предстоящей встречи с Юрием и воспоминания о моих впечатлениях за рулем рассеивают тревогу и страх, и в моем сознании звучит призыв: «В Москву! В Москву!» трех сестер из пьесы Антона Чехова, которые связывают с этим городом надежду и шанс вырваться из однообразного и серого существования в провинциальном городе. «В Москву! В Москву!» – повторяю я несколько раз и медленно соскальзываю в глубокий и спокойный сон до рассвета.
Москва, Москва!
На следующий день к 10.30 утра я уже проехал по Е30 большую часть из 184 км маршрута Гагарин–Москва. Около одиннадцати часов пересекаю МКАД, десятиполосную кольцевую дорогу и оказываюсь на западной окраине Москвы. Останавливаюсь на какой–то улочке, вдоль которой тянутся десятки магазинчиков, торгующих электроникой и телефонерией. Ставлю Веспу на подножку и начинаю прогуливаться, чтобы расслабиться и размять ноги, а между тем анализирую ситуацию и решаю, что делать. В Москве у меня есть адрес, где я буду жить во время пребывания в столице. Я буду гостем у Павла Воронина и его жены Кати. Павел – сын Евгении Подрезовой, с которой я познакомился на Фейсбуке благодаря Маурицио, метрдотелю одного из отелей в моём городе. Перед отъездом я связался с Евгенией, и она сказала, что готова помочь мне в путешествии. Евгения – увлеченная путешественница, она хорошо говорит по–английски и по–итальянски и очень любит Италию, культуру, обычаи и традиции которой знает глубоко. Я познакомлюсь с ней лично в Челябинске, городе на Южном Урале, где она живет. Между тем, здесь, в Москве, я буду гостем ее сына.
Да, но как до него добраться? Москва огромна, а я знаю только несколько слов по–русски, не могу использовать GPS своего телефона, в который я еще не вставил русскую сим–карту. Но у меня в кармане есть козырь: номер телефона Юрия Переса. Поскольку я не могу позвонить ему со своего мобильника, обращаюсь к молодому владельцу небольшого магазина, около которого я припарковал Веспу, и прошу его связаться с Юрием, чтобы объяснить, где я нахожусь. Когда добавляю, что заплачу за звонок, молодой человек протестующе поднимает руку, как бы говоря: «Да нет!». Я жду около получаса, потом вижу молодого человека на белой Веспе: Юрий Перес! Я действительно рад встретиться с ним, и он, кажется, тоже счастлив познакомиться. Прежде чем показать ему нужный мне адрес, мы садимся за столик в маленьком баре и пьем кофе. Дом Павла находится во 2–м Новоподмосковном переулке, на северо – западе Москвы, недалеко от станции метро Войковская. Итак, мы пускаемся в путь. Юрий впереди, уверенно ведет Веспу по улицам столицы, а я держусь позади него, ободренный присутствием живого гида. Три четверти часа и вот мы перед зданием, где живет Павел. Юрий звонит ему и сообщает о моем прибытии. Мне повезло, потому что Павел сегодня не работает, он дома. Минута – и открывается дверь подъезда, из него выходит молодой мужчина с мальчишеским лицом, светловолосый и улыбчивый. Павел тепло пожимает мне руку, приветствуя. Прежде чем разгрузить багаж, я прощаюсь с Юрием до завтра, поскольку он предложил приехать и забрать меня на экскурсию по столице.
Квартира Павла не очень большая, но довольно уютная. Прихожая, функциональная кухня, спальня и просторный кабинет с библиотекой, письменным столом и большим диваном, на котором я проведу пять ночей в Москве. Устроив свои вещи в комнате, решаю выйти на прогулку по району. В банке меняю на рубли 200 евро и получаю 14 тыс. рублей. В маленьком супермаркете покупаю еду и пиво, чтобы держать его в холодильнике. Я хочу минимально «напрягать» хозяев своим присутствием. Возвратившись, уже к сумеркам, знакомлюсь с Катей, женой Павла. Она выглядит очень сдержанной, не склонной к диалогу, но достаточно любезной. В последующие дни я мало увижу и Павла, и Катю. Они оказали мне доверие, вручив ключи от дома и дав одну–единственную рекомендацию: закрывать хорошенько каждый раз, когда выхожу, входную дверь, ту, которая дает доступ к лестнице и входной двери здания. Пока меня не было, Катя приготовила ужин. После холодного свекольного супа в сопровождении нескольких столовых ложек сметаны, очень приятных кислых сливок, впервые в жизни пробую типичное русское блюдо из Сибири: пельмени с мясом. Они очень похожи на наши равиоли. Русская кухня богата блюдами, многие из которых мясные. Тем не менее, нет недостатка и в овощах, особенно в супах, горячих зимой, холодных и освежающих летом. Последние я буду часто пробовать во время моего путешествия, и не всегда они придутся мне по вкусу.
На следующее утро, в 9.00, я спускаюсь на улицу, где уже ждет Юрий. Меня так увлекла перспектива покружить по улицам Москвы на Веспе, что я забыл взять свой шлем. Возвращаюсь наверх, открыв и закрыв дверь. Спускаюсь, завожу Веспу, но, когда уже собираюсь тронуться, осознаю, что оставил в комнате поясную сумку с деньгами, паспорт и документы на скутер. Быстро иду вверх и вниз по лестнице и, наконец, мы с Юрием можем уехать. Я открывал и закрывал эти двери черт знает сколько раз!
Проехав несколько километров, с удовольствием понимаю, что ездить в Москве проще, чем я предполагал; Юрий едет медленно, давая мне возможность следовать за ним без труда. Потребовалось 40 минут, чтобы в разгар интенсивного движения проехать 13 км и прибыть на Красную площадь.
Как же я рад оказаться здесь! На самой большой и самой красивой площади Москвы и всей России, которую каждый хотел бы увидеть хоть раз в жизни. Здесь можно дышать историей не только России, но и большой части планеты. Однако не знаю, почему я представлял ее больше, несмотря на ее действительно впечатляющие размеры: 700 метров в длину и 130 метров в ширину. В 1990 году весь комплекс Красной площади и Кремля был объявлен ЮНЕСКО объектом Всемирного наследия. Площадь датируется концом пятнадцатого века, и её имя не связано, как многие думают, ни с цветом коммунизма, ни с красным цветом кирпичей, которые использовали при строительстве большинства окружающих её зданий, но происходит от русского слова красный, которое в современном русском и означает красный цвет, а в древнерусском – красивый, то есть Красивая площадь. Каждый год 9 мая на Красной площади проходит военный парад в ознаменование годовщины победы в Великой Отечественной войне.
Прогуливаясь, я вспоминаю событие, которое произошло 28 мая 1987 года и о котором писали во всем мире. Молодой немец Матиас Руст приземлился с небольшим самолётом на мостовой Красной площади, пролетев из Хельсинки до Москвы, следуя линии железной дороги и держась на низкой высоте, чтобы ускользнуть от радаров. Юношу осудили, и он пробыл 432 дня в московской тюрьме. Его поступок вызвал серию дискуссий об уязвимости российской оборонительной системы, и российский министр обороны и командующий ПВО были уволены президентом Горбачевым.
На Красную площадь выходят несколько зданий, эффектных по внешнему виду и очень интересных в своем интерьере:
Кремль, институциональная резиденция российского президента; мавзолей Ленина, в котором находится забальзамированный труп большевистского лидера, изменившего историю России; собор Василия Блаженного и Казанский собор; Государственный исторический музей и универмаг ГУМ.
Я хотел бы посетить мавзолей Ленина, но, к сожалению, он закрыт на реставрацию. Ограничиваюсь посещением собора Василия Блаженного. Он представляется мне удивительным своей причудливой и оригинальной архитектурой, которая делает его уникальным и отличает от любого другого религиозного здания в России и мире. Его девять церквей увенчаны красивыми цветными куполами различной формы, выполненными из разнообразных архитектурных элементов. Согласно одной цитате, комплекс в целом напоминает образ «пламени костра, поднимающегося к небу». Оказавшись внутри, я очарован тем, что вижу: нет ни одной части поверхности, которая не была бы украшена или покрыта ценными иконами. Именно в то время, когда я нахожусь внутри, в одной из часовен звучит хор.
После посещения собора Василия Блаженного нам с Юрием приходит мысль выпить кофе. Мы усаживаемся за столик в кафе «Боско», где я пью отличный кофе, а Юрий пьет сок, в сопровождении двух вкуснейших пирожных. Обслуживание безупречное!
Юрий говорит, что хотел бы отвезти меня на Воробьевы горы, одну из самых высоких естественных смотровых площадок Москвы, на берегу реки Москвы, в 9 км от нас. Мы покидаем Красную площадь и двигаемся в юго – западном направлении, но почти сразу же нас останавливает полиция. Юрий подходит к ним, а я паркуюсь рядом, в нескольких метрах. Нас просят предоставить документы и обвиняют в незаконной парковке в районе, где она запрещена. Как они нас увидели, догадаться нетрудно: за нашими скутерами следили видеокамеры наблюдения, так что мы не могли избежать дистанционного контроля. Я краешком глаза наблюдаю, как мой друг спорит с полицейскими. Потом, когда они обращают взгляд на меня, я подхожу. Приветствую по – русски полицейского, который открывает мой паспорт. Он проверяет визу, затем восклицает: «Итальянский!» И я, воодушевленный его улыбкой, говорю: «Да». Затем добавляю по – английски: «Я приехал с юга Италии и еду в Сибирь, в Магадан!» Подозреваю, что полицейский не знает английского языка, поэтому прошу Юрия извиниться за совершенную нами ошибку; если мы припарковали на несколько минут наши скутеры в запрещенном для этого месте, то только для того, чтобы иметь возможность сделать фотографии со всей Красной площадью на заднем плане. Наши извинения дают ожидаемый результат, потому что полицейский возвращает нам документы и отпускает2.
Нам требуется почти час, чтобы добраться до Воробьевых гор, лавируя в интенсивном дорожном движении и проезжая мимо сотни светофоров. Мы паркуем скутеры прямо перед чугунной балюстрадой, со смотровой площадки открывается фантастическая панорама Москвы. Отсюда, с высоты 200 метров, мой взгляд перемещается свободно, позволяя насладиться одним из лучших видов Москвы и окрестностей. На заднем плане я легко узнаю знаменитый стадион Лужники, где проходили Олимпийские игры 1980 года и где проводят большие концерты и мероприятия, собирающие тысячи и тысячи зрителей, которые могут удобно сидеть на 78 тыс. мест стадиона. Устремляя взгляд за пределы стадиона, можно увидеть знаменитые «Семь сестер», комплекс высоток, воздвигнутых во времена Сталина в честь Коммунистической партии и в попытке подражать намного более высоким небоскребам Соединенных Штатов, хотя их архитектурный стиль отмечен тем, что называется социалистическим классицизмом. Переводя взгляд налево, я вижу Московский государственный университет имени М. В. Ломоносова, огромное здание с его 240–метровой центральной башней, увенчанной пятиконечной звездой.
Мало – помалу народа на смотровой площадке прибывает. Подъезжают мотоциклисты на своих мощных «железных конях». Некоторых из них привлекает Веспа, а любопытство подталкивает задавать мне обычные вопросы. Между тем погода портится, небо затянуло тучами, и ледяной ветер быстро охлаждает воздух. Пока я надеваю теплую одежду и водонепроницаемые брюки, появляется небольшая телевизионная команда. Это друзья Юрия, которых он позвал, чтобы на частном московском телеканале сделать краткий репортаж о моей поездке.
С неба, ставшего свинцовым, начинает падать мелкий, но частый дождь. Я замерз и проголодался. В соседнем киоске мы с Юрием заказываем сэндвичи с маринованной капустой и сосисками, которые жадно съедаем. Затем решаем уехать со смотровой площадки и седлаем наши скутеры. Юрий хочет показать мне гараж, где он хранит несколько весп и где работает механиком. Доступ в гараж контролируется частными охранниками, которые просят меня показать паспорт. После многочисленных настойчивых просьб моего друга охранники сдаются, и, наконец, я получаю разрешение войти. В гараже я провожу техобслуживание моей Веспы; обычные небольшие, но необходимые операции: чистка свечи зажигания, разборка и чистка воздушного фильтра карбюратора, проверка давления в колесах. Уже пять часов вечера и пора домой. В час пик, когда большинство москвичей возвращаются домой после рабочего дня, потребуется больше часа, чтобы доехать до дома Павла.
Павел и Катя дома. Спрашиваю, не хотят ли они поужинать в итальянском стиле, потому что я охотно приготовлю для них что – нибудь. Павел принимает мое предложение с энтузиазмом, а Катя не очень расположена менять свои привычки в еде, хотя бы и один раз. Я предлагаю пасту (перышки) с лососем, так как уверен, что смогу найти все ингредиенты в маленьком супермаркете поблизости. И действительно, в супермаркете я покупаю пасту, копченого лосося, банку очищенных помидоров. Что касается сливок, то придется ориентироваться на сметану, специфические русские сливки, слегка кислые, а вот про пармезан надо забыть – он недоступен из – за событий, связанных с Украиной. Вместо пармезана покупаю другой твердый сыр, который можно натирать.
После ужина делать нечего. Я обменялся парой слов с Павлом на своем плохом и бедном английским, потом ухожу в предоставленную мне комнату. Навожу порядок в вещах, ложусь на диван и доверчиво отдаюсь в объятия Морфея.
Рано утром я уже жду Юрия на улице. У меня назначена встреча с Ириной Волковой, преподавательницей итальянского и английского языков и переводчицей. Я получил этот контакт от Евгении, с которой они знакомы, и, не колеблясь, попросил о дружбе на Facebook. Мы с Юрием ждем Ирину на выходе из метро на станции Охотный Ряд, куда люди приезжают, чтобы пойти на Красную площадь. Ожидание длится минут пятнадцать, среди сотен проходящих мимо людей я легко вычисляю Ирину. Звоню ей в Мессенджере, она поворачивается и, улыбаясь, подходит ко мне. Всегда приятно, после первого виртуального контакта, встретить в реальной жизни человека, с которым познакомился в сети. Я предлагаю Ирине выпить чего–нибудь в баре. Сидя за столом, рассказываю о своем путешествии и описываю этапы маршрута, которые приведут меня в Магадан. Она, хотя никогда не бывала в тех краях, даёт мне совет по поводу безопасности. Говорит, что дороги на востоке Сибири плохие и чрезвычайно трудны и что надо остерегаться медведей. Я внимательно слушаю слова Ирины, но не придаю им большого значения. Уж что касается дорог, то не будут же они сложнее, чем африканские тропы, по которым я проезжал на Веспе в других путешествиях; а возможную встречу с медведем мой безответственный оптимизм считает маловероятной, поскольку вроде бы ничего о встрече человека на Веспе и медведя не писали! Перед прощанием Ирина дает мне свой номер телефона на случай, если мне понадобится переводчик во время путешествия.
Юрий и я оставляем скутеры там, где мы их припарковали, и пешком доходим до Лубянки – большой площади, которая до 1990 года носила имя Феликса Дзержинского, основателя ВЧК, позже это станет называться Комитет Государственный Безопасности или просто КГБ. Огромную статую Дзержинского, стоявшую в центре площади, снесли после провала государственного переворота 1991 года. Своей славой площадь обязана самому важному зданию, которое на нее выходит: внушительному и печально знаменитому зданию из желтого кирпича, получившему в народе имя Лубянка, когда–то штаб–квартиры КГБ, а теперь и ФСБ (Федеральной службы безопасности). В 1930–х годах тюрьма на Лубянке стала трагическим и страшным местом для жертв сталинских чисток. Именно там проходили в порядке, описанном лауреатом Нобелевской премии по литературе Александром Солженицыным в книге «Архипелаг ГУЛАГ», допросы, пытки и расстрелы арестованных; именно оттуда отправлялись в сибирские лагеря. В сталинский период слава Лубянки была настолько зловеща, что среди народа ходила популярная поговорка: «Лубянка – самое высокое здание в Москве, потому что прямо оттуда можно увидеть Сибирь». В этих саркастических и горьких словах содержался намек на судьбу тех, кто попадал на Лубянку даже как простой подозреваемый и почти всегда оказывался в Сибири, откуда вернуться было бы трудно.