- -
- 100%
- +
Внутри всё возмутилось. Каждый шаг согласовывать с ним? Спрашивать разрешения, как маленькой девочке?
Я больше не принадлежу себе, это очевидно, но вот так открыто говорить мне об этом зачем? Для чего? Чтобы меня унизить?
Жар поднялся к щекам, руки сжались в кулаки на коленях. Хотелось возразить, закричать, что я не вещь, что со мной так нельзя, но слова застревали в горле.
– У нас с тобой договорной брак, – продолжал он, не сводя с меня тёмного взгляда. – И мы оба это знаем. Поэтому прекрати трястись каждый раз, когда видишь меня. И шарахаться от меня тоже прекращай. Вопрос нашего брака решён, поэтому привыкай быстрее к моему обществу.
Я опустила глаза, чувствуя, как щёки горят от стыда. Он был прав насчёт моего поведения, но как я могу изменить себя по щелчку? Всё происходило слишком быстро, я не была готова ни к чему из этого.
– Веди себя спокойно, – в его голосе послышались стальные нотки. – Никто тебя не съест. Я не люблю робких, дрожащих женщин.
От этих последних слов щёки вспыхнули ещё сильнее. Робкая, дрожащая… Именно такой я и была. Именно такой он меня видел. Стыд и обида смешались в груди, заставляя сжаться ещё сильнее. Хотелось возразить, сказать, что я не такая! Но я не могла, потому что он был прав.
Тем не менее внутри всё кипело против требования согласовывать с ним каждый свой шаг. Но одновременно понимание собственного поведения заставляло корить себя. Как мне справиться с собой, если от одного его взгляда я теряю способность связно говорить?
– У тебя есть вопросы? – спросил он наконец, слегка наклонив голову. – Что-то непонятно?
Я с трудом подняла взгляд, встретилась с его глазами на секунду и тут же опустила голову.
– Всё понятно, – прошептала я едва слышно.
Повисла тяжёлая пауза, и даже не глядя на него, я чувствовала его недовольство моим ответом.
– Тогда посмотри на меня, – его голос стал жёстче.
Пришлось заставить себя поднять глаза. Встретиться с его взглядом было как смотреть на солнце, хотелось тут же отвернуться.
– Не избегаешь моих взглядов, не трясёшься, – перечислял он, не отводя глаз. – Иначе все сразу поймут, что у нас не настоящий брак. А если сделка сорвётся, наша договорённость аннулируется, и вы будете решать свои проблемы сами.
Холод разлился по груди. Семья. Долги. "Серьёзные люди", о которых говорил отец. Если я всё испорчу… Я непроизвольно коснулась шеи нервным жестом, не отводя взгляда от его лица.
– Я всё поняла, – сказала я чуть увереннее. – Мне просто… немного нужно времени, чтобы привыкнуть.
Я старалась держать его взгляд, но глаза предательски опускались вниз, а потом я снова заставляла себя смотреть на него. Получалось плохо, но я пыталась.
Ратмир несколько секунд изучал моё лицо, потом чуть кивнул.
– Хорошо. Договорились.
Он завёл машину и довёз меня прямо к воротам дома. Выйдя, обошёл машину и открыл мне дверь. Протянул руку, чтобы помочь выйти из высокого джипа.
Я смотрела на его большую ладонь и сразу поняла, что это проверка. В доме я отказалась от его помощи, а теперь он хочет увидеть, насколько я поняла и готова исполнять договорённости.
Неуверенно, нехотя, но всё же протянула ему руку. Его тёплые пальцы тут же сомкнулись вокруг моих, крепко поддерживая, пока я спускалась с высокого сиденья. Когда я коснулась земли ногами, он аккуратно закрыл дверь машины, однако руку мою не отпустил.
Я попыталась мягко высвободить ладонь, но его хватка не ослабла. Растерянно посмотрела по сторонам, потом на него, поправляя свободной рукой сумку на плече.
Ратмир молча смотрел на мою руку в своей ладони, а потом начал медленно поглаживать большим пальцем. От этого неожиданного прикосновения меня словно током ударило. Волна смущения накрыла с головой, дыхание участилось, а в груди всё сжалось в тугой узел.
После долгого молчания он прищурился и тихо спросил:
– Где твоё кольцо?
Внутри всё оборвалось. Кольцо… Я сняла его сразу после помолвки, ещё в машине, когда мы уезжали от Айдаровых. Засунула в сумку и забыла. Не хотела даже видеть его на своей руке. А теперь он заметил его отсутствие.
– Я… я… – начала заикаться, чувствуя, как паника поднимается волной.
Ратмир чуть сильнее сжал мои пальцы и потянул меня на себя. Наклонился к самому уху, и его горячее дыхание обожгло кожу.
– Мне плевать на твои тараканы в голове! И на то, что ты хочешь или не хочешь, тоже плевать, – прошептал он низким голосом, от которого по спине пробежала дрожь. – Кольцо придётся носить. Поняла?
Близость его тела, горячее дыхание у уха, этот хрипловатый шёпот – всё смешалось в одну волну ощущений, которая накрыла меня целиком. Страшно и волнительно одновременно.
– Да, да, да! – закивала я в панике, отчаянно желая побыстрее сбежать и отдалиться от него. – Я всё поняла!
В попытке отстраниться я резко повернулась к нему лицом, но он оказался слишком близко. Мой нос задел его щёку, а губы…
Губы случайно коснулись его губ.
Глава 8.
Прошло четыре дня после того как я случайно поцеловала этого Айдарова. Целых четыре дня! Но я всё ещё не могла выбросить из головы то, что случилось в тот вечер. Каждый раз, когда закрывала глаза, перед глазами всплывало его лицо в тот момент, когда наши губы соприкоснулись. Всего на секунду, случайно, но этого хватило, чтобы весь мой мир перевернулся.
– Рада, ну расскажи же наконец, что у тебя творится! – Лейсан сидела на моей кровати, поджав под себя ноги, и с нетерпением ждала ответа. – Ты вся какая-то странная в последние дни.
Моя бывшая одноклассница приехала в гости, как и обещала ещё неделю назад, но я всё откладывала этот разговор. Знала, что придётся рассказать правду, а к этому было сложно подготовиться.
– Лейсан, – начала я неуверенно, садясь рядом с ней. – То, что я тебе расскажу, должно остаться между нами. Обещаешь?
– Конечно! – она кивнула так энергично, что её светлые кудри запрыгали. – Ну давай же!
Я глубоко вдохнула и решилась:
– Мой брак… он не настоящий. То есть настоящий, конечно, но не по любви.
Лейсан моргнула, не сразу поняв.
– Как это не настоящий?
– У нас дома проблемы с деньгами. Серьёзные проблемы, – объяснила я, чувствуя, как голос становится тише. – Отец задолжал огромную сумму, и единственным способом решить проблему было передать наши акции семье Айдаровых. Чтобы сделка прошла без проблем, им требовалась гарантия, и этой гарантией стала я.
– То есть тебя продали? – ахнула Лейсан, прикрывая рот ладонью.
– Можно и так сказать, – кивнула я с горькой усмешкой. – За спасение семейного бизнеса.
Подруга несколько секунд переваривала информацию, а потом взорвалась.
– Рада, это же средневековье какое-то! Как твои родители могли такое сделать? Ты же не вещь!
– Лейсан, пожалуйста, не надо так громко, – испугалась я. – А что мне было делать? Если я откажусь, пострадают мама и Карина. Отец говорил про серьёзных людей, которым он задолжал и они не прощают долгов, понимаешь?
– Нет, это… Это же неправильно! Так не должно быть! – не унималась она. – Давай ты сбежишь! Я помогу тебе! У меня есть знакомые в другом городе, спрячем тебя, поможем там устроиться на работу, снять квартиру…
– Нет, – качнула я головой. – Я не смогу так поступить с семьей. Не смогу их бросить.
Лейсан расстроенно вздохнула и взяла меня за руки.
– Ну хорошо, а как он сам? Этот твой… жених? Хотя бы не урод?
Я почувствовала, как щёки вспыхнули.
– Он… нормальный. Красивый даже. Но холодный такой, властный. А ещё я умудрилась его поцеловать сама. Боже, мне так стыдно…
– Ты? – переспросила подруга не веря.
Я рассказала ей про тот вечер, про разговор в машине, про то, как он не отпускал мою руку у дома. А потом дошла до самого главного.
– И вот он спрашивает про кольцо, наклоняется ко мне, прямо к уху, и говорит всякие строгости. А я от растерянности резко поворачиваюсь, и… наши губы соприкасаются.
– Ого! – выдохнула Лейсан. – И что дальше?
– Дальше я отшатнулась, начала заикаться, говорить, что случайно, что не хотела. А он всё держал мою руку и смотрел на меня так… прищурившись. Молча. Очень долго. Я хотела убежать, но не могла, он же руку не отпускал. Только когда я сильнее дёрнулась и вырвалась, смогла убежать.
– И всё? Он ничего не сказал?
– Ничего. Просто смотрел.
Лейсан задумчиво покусала губу.
– А ты что чувствовала? Ну, когда губы соприкоснулись?
Я уставилась в пол, не зная, как объяснить.
– Ляся, я ведь целовалась раньше… С Андреем из параллельного класса, ты же помнишь. Для меня в этом не было ничего особенного. Поцелуй как поцелуй. Да, приятно, но не так, чтобы сердце замирало или колени подкашивались, как все рассказывали. А здесь… было по-другому. Будто что-то щёлкнуло внутри меня. И это от одного лишь лёгкого касания губ, которое почему-то оказалось слишком ярким для такой мимолётной случайности.
– Рада, – подруга прищурилась и наклонилась ближе. – Ты, может, уже того… к нему неравнодушна?
– Нет! – слишком быстро возразила я. – Нет, конечно. Просто… просто всё слишком странно и быстро происходит.
Подруга внимательно изучала моё лицо некоторое время. И видимо она увидела как я вымоталась и измучилась за эти дни, что предложила следующее.
– Слушай, – мягко сказала она. – Тебе нужно развеяться. Отвлечься от всего что творится сейчас.
– Что ты имеешь в виду?
– Вечеринка у Кати Семёновой помнишь? Она на всех нас приглашения разослала ещё месяц назад. Или можем в тот новый клуб сходить, который недавно открылся. Выбирай, я за любой вариант.
– Ляся, нет, – замотала я головой. – Я не могу сейчас на вечеринки ходить.
– Почему? Ты же ещё не замужем! Имеешь полное право отдохнуть перед тем, как твоя жизнь кардинально изменится. Считай, это твой законный девичник, – Ляся уже совсем увлеклась своими мыслями.
– Родители не отпустят.
– А кто сказал, что нужно их спрашивать? – хитро улыбнулась она. – Помнишь, как мы в старшем классе тайком на вечеринки ездили?
Конечно, помнила. Дождёмся, когда родители заснут, и через окно в сад, а потом уже куда угодно. Только тогда это казалось безобидным развлечением, а сейчас…
– Лясь, я не знаю…
– Рада, посмотри на себя! Ты вся бледная, под глазами круги, руки трясутся всё время. Так нельзя. Тебе правда нужно хоть немного расслабиться. Всего один вечер, ничего не случится за это время. Ну! Давай же, соглашайся!
Я смотрела на своё отражение и понимала, что она права. Последние дни я практически не спала, всё время думала о предстоящей свадьбе, о том случайном поцелуе, о том, как буду жить с чужим человеком.
– Один вечер, – продолжала на повторе Лейсан. – Просто один вечер, когда ты будешь обычной девушкой, а не товаром в деловой сделке. Сделай это для себя! Ну же, соглашайся.
Эти слова больно ударили, но в них была правда. Скоро я стану женой Ратмира Айдарова, и тогда о какой-либо свободе можно будет забыть. Может быть, это действительно последний шанс побыть свободной, собой в конце концов?
– Хорошо, – выдохнула я. – Но только на пару часов.
– Отлично! – обрадовалась Лейсан. – Тогда договорились. Дождёмся ночи и идём развеиваться!
Вечером я сказала родителям, что очень устала и рано ложусь спать. Карине соврала, что у меня болит голова, и попросила не беспокоить. К десяти в доме воцарилась тишина.
Лейсан приехала и ждала меня в саду. Я тихонько открыла окно своей комнаты на первом этаже и осторожно выбралась наружу. Сердце колотилось от волнения и страха быть пойманной.
– Ну как, соскучилась по приключениям? – прошептала подруга, обнимая меня.
– Умираю от страха, – честно призналась я.
– Всё будет хорошо. Пошли!
Я оделась нарочно скромно, остановилась на чёрных джинсах и лёгкой блузке без лишних деталей. Даже не стала краситься. Хотелось остаться незаметной, не привлекать к себе лишних взглядов. Главное было оказаться среди людей и хотя бы ненадолго отдохнуть от собственных переживаний.
Мы отправились в новый клуб в центре города. Внутри было полно движения, звуков музыки и смеха. Всё это оказалось именно тем, чего мне так не хватало последние недели. Постепенно я начала расслабляться и даже позволила себе немного улыбнуться.
– Видишь, как тут хорошо! – кричала Лейсан, перекрывая музыку. – Ты уже выглядишь живой!
Я кивнула, действительно чувствуя, как напряжение понемногу отпускает. Может быть, подруга была права. Может быть, мне действительно нужно было это…
Мы танцевали уже минут двадцать, и я впервые за долгое время чувствовала себя свободной. Музыка словно проникала в каждую клеточку тела, заставляя двигаться плавно и естественно. Я закрыла глаза, позволяя ритму вести себя, и почувствовала, как тело само находит нужные движения. Руки плавно скользили вдоль силуэта, бёдра покачивались в такт басам, а волосы развевались при каждом повороте головы. Впервые за долгие недели я была просто Радой, а не дочерью с долгами и не невестой по принуждению, а обычной девушкой, которая танцует и наслаждается моментом.
Я так увлеклась танцем, что сначала не заметила, как изменилось моё настроение. Музыка всё так же играла, тело двигалось в том же ритме, но внутри появилось какое-то беспокойство. Словно кто-то пристально наблюдает за мной. Сначала я списала это на паранойю, ведь всё-таки тайком сбежала из дома, нервы на пределе. Но ощущение не проходило, становилось только сильнее.
Я невольно начала оглядываться по сторонам, пытаясь понять, откуда исходит это давящее чувство. Взгляд скользил по лицам танцующих, по столикам, по бару… И тут я замерла.
Сердце пропустило удар. Дыхание застряло в горле. Весь клуб словно исчез, оставив только одну фигуру.
У барной стойки, в компании нескольких мужчин, стоял Айдаров. Его тёмные глаза были направлены прямо на меня, и даже в полумраке клуба я чувствовала, как они сверлят меня насквозь.
Глава 9.
Я застыла на месте, словно корни проросли сквозь подошвы туфель в пол клуба. Его взгляд прожигал насквозь, и казалось, что весь шум вокруг растворился в воздухе. Танцы, смех, пульсирующая музыка исчезли, осталась только эта пронзительная тьма в его глазах, которая не отпускала меня.
Воздух застрял в лёгких. Каждая клеточка тела кричала "беги", но ноги отказывались слушаться. Время словно остановилось, и в этой бесконечной секунде я поняла одну простую истину. Меня ждут серьёзные неприятности.
Судорожно сглотнув, я поспешно отвела взгляд, отчаянно пытаясь притвориться, будто ничего не заметила. Сделала вид, что ищу Лейсан в толпе, что слишком увлечена музыкой, что я его не видела или как минимум не узнала. Но внутри всё уже перевернулось с ног на голову, потому что я понимала, что он меня увидел и понял, что я тоже его узнала. А ещё он видел, как я танцевала и наслаждалась свободой, как делала именно то, что он мне запретил.
– Рада, ты чего? – крикнула в ухо Лейсан, заметив, что я вдруг сбилась с ритма и стою как столб посреди танцпола.
– Всё нормально! – соврала я, силясь выдавить улыбку, которая, наверное, получилась кривой и неестественной.
Подруга ничего не заподозрила, снова закружилась под музыку, погружаясь в ритм, а я чувствовала, как по спине пробегают мурашки. С каждой секундой становилось всё тяжелее находиться здесь, под этим пристальным взглядом. Хотелось исчезнуть, раствориться в толпе, провалиться сквозь землю, лишь бы не встречаться с ним глазами ещё раз.
Я попыталась сделать несколько шагов в сторону выхода, стараясь двигаться естественно, будто хочу выйти подышать. Но даже не оборачиваясь, я чувствовала на себе его взгляд. Этот взгляд обжигал кожу, и с каждым шагом становилось только хуже.
Не выдержав, я украдкой глянула в его сторону. Айдаров всё так же стоял у барной стойки, высокий, спокойный, окружённый группой мужчин, но будто отрезанный от всего мира. Его друзья что-то говорили, смеялись, но он не участвовал в разговоре. Он смотрел только на меня. Внимательно, неотрывно, с той холодной сосредоточенностью хищника, который выбрал добычу.
Паника поднялась волной. Я резко развернулась и направилась к выходу, стараясь не бежать, но каждый мускул тела требовал бежать как можно быстрее и как можно дальше.
– Лейсан, мне нужно выйти подышать! – крикнула я подруге, даже не оборачиваясь.
Она что-то ответила, но слова потонули в музыке. Я уже протискивалась сквозь толпу к выходу, отчаянно нуждаясь в свежем воздухе и хотя бы минутной передышке от этого давящего присутствия.
Ночной воздух обдал лицо прохладой, но сердце продолжало колотиться так бешено, что казалось, его услышат все прохожие в радиусе километра. Я облокотилась о холодную стену клуба, жадно вдыхая кислород и пытаясь привести в порядок мысли.
Может быть, он даже не понял, что это я, отчаянно думала я.
Но эти жалкие попытки самообмана рассыпались, едва я попыталась в них поверить. Разумеется, он всё видел и прекрасно понял, кто перед ним на танцполе, забывшись, извивался под ритмы музыки.
– Господи, зачем я вообще сюда пошла… – выдохнула шёпотом, закрывая глаза и прижимаясь затылком к стене.
Дверь клуба за спиной открылась с глухим стуком, и моё сердце ухнуло куда-то в пятки. Я не обернулась, но знала, что это он. Внутренний голос кричал об опасности.
Шаги приближались медленно, уверенно, неторопливо. Без спешки человека, который точно знает, что добыча никуда не денется. Я прижалась к стене сильнее, как будто холодный кирпич мог меня спрятать или защитить.
– Ты любишь испытывать судьбу, Рада, – его голос раздался совсем близко, низкий, спокойный, тот самый бархатистый тон, от которого по телу пробегала предательская дрожь.
Я резко обернулась, встретившись с ним глазами. Он стоял в нескольких шагах от меня, руки спокойно лежали в карманах брюк, поза расслабленная, но во взгляде не было ни капли мягкости. Тяжёлый, пронизывающий взгляд, без единой тени улыбки или снисхождения.
– Я… я просто… – слова застряли в горле, как будто кто-то перехватил мне дыхание.
– Что? – он сделал шаг ближе, и теперь между нами оставалось совсем немного пространства. Столько, что я чувствовала его парфюм, смешанный с чем-то сугубо мужским. – Что просто? Или ты решила, что никто не узнает о твоих ночных похождениях?
Щёки вспыхнули от стыда.
– Я… я просто решила отдохнуть, – пролепетала я, голос дрожал, но в нём прозвучала едва слышная попытка защитить себя. – Ничего плохого не сделала… Я редко так делаю, поэтому ночные похождения… это не про меня…
– Отдохнуть, – повторил он с лёгкой иронией, и в его голосе прозвучала едва заметная насмешка. – Значит, ты считаешь, что имеешь право самостоятельно решать, когда и где тебе отдыхать?
Вопрос прозвучал обманчиво мягко, но в нём скрывалась такая холодная угроза, что я невольно поёжилась.
– Я же… я взрослая, – пролепетала я еще тише, но тут же осеклась под его пронзительным взглядом.
– Взрослая, – констатировал он, словно пробуя это слово на вкус и находя его неподходящим. – Ладно. Тогда ответь мне на вопрос. Твой отец знает, что ты поехала в клуб отдохнуть?
Внутри всё похолодело. Вопрос ударил точно в цель, и я поняла, что попала в ловушку. Конечно, отец не знал. Конечно, я обманула всех дома. И теперь своими действиями подставляла не только себя, но и семью. Если об этом узнает отец, если дойдёт до Айдаровых старших… Господи, что я натворила?
Я опустила глаза, потому что смотреть в его тёмные, беспощадные глаза было невозможно. Казалось, они видят насквозь каждую мою мысль, каждое оправдание, каждую попытку защитить себя.
– Рада, – он произнёс моё имя так, будто выносил приговор. – Я не прощаю самовольства. Даже самого маленького.
– Но я не… – я запнулась, осознав, что любое оправдание сейчас звучит жалко и глупо.
Он молчал, просто смотрел на меня, и это молчание пугало больше любых слов.
Вдруг он протянул руку и коснулся моего подбородка. Я инстинктивно дёрнулась, но его пальцы оказались неожиданно крепкими, они удержали меня, мягко, но непреклонно заставляя поднять голову.
– Посмотри на меня, – приказал он тихо, но в этой тихости слышалась непререкаемая власть.
Я подчинилась, хотя всё во мне сопротивлялось. Его взгляд приковал к себе, лишая воздуха и способности здраво мыслить.
– Запомни, – голос стал ещё ниже, чуть хриплым. – Это первый и последний раз, когда я закрываю глаза на твои выходки. Я не намерен с тобой нянчиться. Если ты не поняла, как обстоят дела, я пожалуй посвящу тебя. Этот брак нужен больше вам, чем мне. Усекла?
Я судорожно кивнула, не в силах произнести ни слова. Страх сдавил горло так, что дышать стало трудно.
– Не заставляй меня передумать, – добавил он, наклоняясь ещё ближе, так что я почувствовала тепло его дыхания на своих губах. – Поверь, это в твоих же интересах.
Я не знала, что ответить, что вообще можно ответить на такое. Просто стояла, застыв между страхом и каким-то странным, опасным трепетом, который поднимался откуда-то из глубины души.
– Кивни, если поняла меня, – сказал он, сокращая ещё больше дистанцию между нашими губами.
И я запаниковала. Совершенно по-детски, нелепо. Резко подняла обе ладони и закрыла ими губы, зажмурившись так крепко, что перед глазами замелькали искры. Сердце колотилось так бешено, что, казалось, вот-вот выпрыгнет из груди. В этой близости было что-то такое… опасное, завораживающее, от чего внутри всё переворачивалось и замирало одновременно.
Глава 10.
Этот клуб мне сразу не понравился. Слишком шумно и пафосно. Но Булат продолжал настаивать на том, что тут качественный контингент, и я смогу наконец расслабиться перед предстоящей свадьбой.
– Последний шанс погулять холостяком, – хмыкал он, заказывая нам что-то покрепче.
Я молчал, оглядывая толпу. Передо мной расстилался стандартный набор. Накрашенные куклы в мини-юбках и топах, которые еле прикрывают то, что должно интриговать, а не выставляться напоказ. Все на одно лицо, все одинаково доступные и предсказуемые.
Скучно.
Взял бокал и отошел к барной стойке, продолжая наблюдать за танцующими, пока парни продолжали обсуждать что-то о том как будет весело сегодня ночью. Может, Булат прав, и мне тоже стоит найти кого-то на эту ночь. Уже через пару недель я стану мужем восемнадцатилетней девчонки, которая дрожит при одном моем взгляде. Такая перспектива радости не добавляла.
Музыка сменилась на что-то более ритмичное, и толпа на танцполе заметно ожила. Мой взгляд лениво скользил по фигурам, пока не зацепился за что-то совершенно неожиданное.
Среди всех этих полуголых красоток выделялась одна фигура. Не красотой, а как раз наоборот. Самые обычные джинсы, полностью закрытая блузка, бледная кожа без привычной глазу боевой раскраски. Что за серая мышь? Кто вообще пустил эту замухрышку сюда? У этого заведения фейс-контроль вообще существует?
Настроение у меня и так было неважным, а после этой картины стало совсем паршиво. Я не переносил таких «правильных» девочек, которые думают, что, попав в клуб, станут более заметными. Таких я презирал больше всего. Ни рыба ни мясо, без характера, без малейшей изюминки.
Я отвернулся, но через минуту какое-то странное чувство вынудило меня снова посмотреть в её сторону.
Эта невзрачная фигурка оказывается умела двигаться. Несмотря на полное отсутствие форм, несмотря на скромный наряд, её тело двигалось плавно и естественно. Длинные светлые волосы развевались при каждом повороте, а руки скользили вдоль силуэта так, что ниже пояса что-то неожиданно отозвалось.
Хм… Любопытно.
Девчонка закрыла глаза, полностью отдавшись музыке. В её движениях читалась скрытая чувственность. Бёдра покачивались в такт басам, и я поймал себя на том, что не могу оторвать взгляд от этого зрелища.
А потом она повернулась лицом в мою сторону и меня будто холодом окатило.
Нет. Мне явно показалось.
Но я не смог успокоиться. Прищурился, пытаясь разглядеть её получше сквозь полумрак и мигающие огни. Мозг отчаянно искал объяснения, любые другие варианты. Девчонок с такой фигурой сотни по городу, светлые волосы у половины населения, а профиль… профиль может обманывать в этом освещении.
Но я продолжал смотреть, и когда она снова оказалась в поле зрения, сомнений больше не осталось.
Рада. Моя чёртова невеста танцует в клубе, куда обычно ходят только ради одного!
Лава закипела в груди. Ярость, такая чистая и горячая, что пришлось сжать зубы, чтобы не выругаться вслух на весь клуб. Вот же маленькая лгунья! Дома строит из себя невинную овечку, а сюда приперлась крутить задом перед всеми мужиками.
Я поставил бокал на барную стойку и впился взглядом в её фигуру. Каждое движение, каждый изгиб теперь казались личным вызовом мне. Она делала именно то, что я ей запретил. Вела себя как свободная женщина, хотя уже принадлежала мне по всем правилам.