Энтропия

Моджо прикрывает глаза, медленно выдыхает. Встаёт в полный рост и смотрит прямо в глаза человека, который — он точно знает — понял бы, расскажи он ему всё с самого начала. Проблема в том, что Дэйв не хочет произносить вслух то, что происходило задолго до того, как преимущественный процент дел, за которые он брался, начали составлять психи.

— Хантер один из лидеров Дона. Они явно связаны с Мануфом, а значит и с «Паноптикумом».

— Ага. — Мак кивает. — Вот только дело не в этом, Дэйв. — Отвечает на пристальный взгляд, пытаясь прочитать его.

— Да что б тебя… — обречённо бормочет Раст, отступая на шаг и понимая, что ему не остановить их препирательства.

Дэйв открывает рот, чтобы выдать серию аргументов, отмазывающих его от того, в чем пытается уличить его Мак, но его прерывает громкий восхищённый возглас.

— Сэр! — Все трое одновременно поворачиваются на звук. Бренда, так резко вставшая со стула, что тот сейчас валяется возле её ног, смотрит на Рочестера взглядом победителя, перемешенного со злорадством. — Он попался. Назначил встречу.

Отлично. Хоть что-то сработало. Тема с чатом, над которым всё это время работала Бренда, не была основной и шансов на то, что человек, находящийся по ту сторону экрана, клюнет, было ничтожно мало. Но и не разрабатывать это направление они не могли. Трое мужчин переглядываются. Раст ухмыляется. Моджо тяжко выдыхает и засовывает руки в карманы брюк.

— Лады, — примирительным тоном говорит он, пожав плечами. — Поездка в Академию может подождать.

Мак несколько секунд пристально смотрит на него, а затем коротко кивает.

***

Эрин вздрагивает от грохота. Рафферти, ругнувшись, достаёт упавшую рамку. Она выдыхает, понимая, что уже минут десять гипнотизирует телефон. Она не станет звонить Теоне ещё раз. Она уже делала это трижды за последние два часа. И хоть голос подруги не блистал энтузиазмом, но был хотя бы живым. Может быть нянька из Эрика никудышная, но вот отвлекающим фактором он стал самым подходящим.

Эрик Косински. Странный тип. Она помнит выражение его глаз в вечер, когда он привёз Тео домой и вчера, когда Форест втянула его в свою авантюру. Да, он огромный, выглядит устрашающим с этими своими татуировками, грубый и хамоватый… Но Эрин с поражающей чёткостью кое-что поняла: Теона рядом с ним в полной безопасности.

— Да как же ты меня затрахал-то, а!

Возмущённый возглас вырывает Эрин из мыслей. Она поворачивается в сторону Рафферти, матерящего телефон и невольно усмехается.

— Чем тебя так достал телефон, Ник? — с лёгкой улыбкой на губах интересуется. В ответ получает недовольный взгляд.

— Не телефон. Вонг, — отвечает он, кривя губы. Эрин вопросительно поднимает брови. Ник закатывает глаза. — Агент ФБР. Я договаривался о встрече. — Эрин понимающе хмыкает. — Он переносил её уже четыре раза.

— У них сейчас есть проблемы поважнее, понимаешь же, — пожав плечами, говорит Морган. Глаза Ника злобно блестят.

— А мне что, брать материал из воздуха? — Разводит руки в стороны. — Сроки поджимают. — Кидает телефон на стол, сам садится в кресло.

— И не у тебя одного… — бормочет Эрин. Отклоняется в сторону, бросив быстрый взгляд на кабинет босса. Сэм говорит с кем-то по телефону, важно расхаживая по помещению. Эрин прикусывает внутреннюю сторону щеки, думая. — Ник?..

— А?

— Известно что-нибудь про убийство химика? — спрашивает она, невинно моргая. Ник открывает рот, чтобы ответить. Закрывает. Щурится.

— Хах, ну нет, дорогуша, я на это не куплюсь.

— Что? — Эрин выпрямляется на стуле, принимаясь перебирать какие-то бумажки на столе. — Не понимаю о чём ты…

— Да что ты. — Отталкивается ногами от пола и на кресле подъезжает ближе к Морган. Наклоняется вперёд. — Шеф ясно дал понять, что тебе не стоит лезть в это. Я не собираюсь получать люлей из-за твоего упрямства.

— Да я просто спросила. — Небрежно пожимает плечам. — Интересно же…

Продолжает перебирать бумажки, делая вид, что ей всё равно. Ник какое-то время молчит, размышляя. Набирает в лёгкие побольше воздуха.

— У них почти ничего нет… — начинает говорить, поглядывая на кабинет шефа. Эрин не прерывает своего занятия, но теперь перебирает бумажки медленнее и тише. — Ни биологического материала, ни улик, ни следов. Вот если бы они нашли хотя бы одного свидетеля… — задумчиво произносит, не замечая как застывает Эрин. Он медленно поворачивает голову и смотрит на неё через плечо. Их взгляды встречаются. — Ходят слухи, что какой-то федерал, отбитый на всю голову профи, нашёл что-то на видеозаписях.

— Да? — тянет слабым голосом Морган. — И что же?

— Ты думаешь, они делятся подобной информацией? Говорю же, это слухи, — отвечает Ник тоном, подразумевающим окончание разговора, и снова отталкивается ногами от пола, чтобы вернуться на своё рабочее место. Эрин тянет руку и хватается за подлокотник его кресла, останавливая.

— Погоди, — наклоняется ближе, — Ник…

— Эрин!

Оба замирают. Поворачивают головы в сторону звука и видят Ланкастера, стоящего на пороге своего кабинета и сверлящего их негодующим взглядом.

— Д-да?.. — нервно улыбнувшись, отзывается девушка.

— Будь добра, зайди ко мне, — сверкая фальшивой дружелюбной улыбкой говорит Сэм.

Не дожидаясь реакции с её стороны, разворачивается, идёт к своему столу. Ник и Эрин переглядываются.

— Я спляшу на твоей могиле, — весело говорит он. Эрин фырчит, поднимаясь со стула.

— Только если под Led Zeppelin.

— Договорились, дорогуша.

***

— Мы серьёзно наденем это? — Лука кривится, демонстрируя всё отношение к маске хоккеиста из какого-то странного мультфильма.

— Я думал, ты оценишь, — широко улыбаясь, говорит Рэйден, активно шевеля бровями.

— Ха, — безэмоционально отзывается серб и швыряет в него маску. — Очень смешно. Клоун. — Тот, словив на лету предмет, тут же прикладывает маску к лицу. — Эй, — обращается к только что вошедшему в помещение склада Хантеру, — я не надену это.

Рид одаривает его раздражённым взглядом, пыхтя от натуги из-за коробки с техникой, которую притащил из машины.

— Да хоть труселя мамаши Криса напяль, — говорит со злостью. — Главное, чтобы твоего лица не было видно.

Практически кидает коробку на один из стоявших здесь столов. Упирает руки в бока и осматривается.

Склад пустует уже несколько лет. Хлам, коробки, пыль, грязь. Солнечный свет не пробивается сквозь окна. Несколько лет назад Дон использовал его.

— Надо бы разгрести весь хлам хотя бы в середине, босс, — говорит Крис.

Хантер отвечает не сразу, отвлечённый уведомлением о новом сообщении. Уведомлением, прозвучавшим не от его рабочего телефона. Он лезет во внутренний карман куртки и достаёт старенькую раскладушку, не обращая внимания на четыре пары глаз, прикованных к нему. Хватается за крышку и открывает телефон. На дисплее показывается маленький запечатанный конверт. Чувствует зуд в пальцах, нажимает на нужную кнопку

Время и место встречи.

Он выдыхает, прикрыв глаза, только сейчас осознав всю степень напряжённости, вызванной молчанием со стороны человека, написавшего сообщение. Смотрит на часы. Полдень. Значит, ему ждать ещё десять часов. Чувствует раздражение. Какого чёрта его заставляют ждать? Замечает, что мужики так и стоят, ожидая его распоряжений. Чувствует вторую волну раздражения. Останавливает свой взгляд на Крисе.

— Что ты сказал? — уточняет, хотя прекрасно слышит и с первого раза.

— Говорю… — голос того становится на тон тише, — разгрести бы тут всё, чтобы было где развернуться… — нервно усмехается, не понимая он ли является причиной этого фирменного взгляда Рида.

— Отличная идея, Крис! — широко улыбнувшись, говорит тот, приводя мужчину в ужас. — Вот и займись этим. — Улыбка моментально пропадает, когда Хантер переводит взгляд на безмолвно стоявшего в стороне Арво. — Вместе с Арво.

День проходит совсем не так, как ожидает Хантер. Вместо того, чтобы кинуть все силы на планирование предстоящей операции, они по уши закапываются в груды хлама, разгребая и выкидывая всё без разбора. Звучит много трехэтажной нецензурной лексики. А учитывая разнообразие национальностей, представляющих их маленькую группу, это трехэтажная нецензурная лексика, помноженная на пять. К тому моменту, когда начинает смеркаться, им удаётся расчистить достаточную территорию для того, чтобы поместилось два больших стола и несколько стульев. Нужно бы добавить чуть больше комфорта, учитывая то, что им предстоит провести здесь очень много времени. Но это подождёт до завтра.

Хантер вытирает грязные руки о какую-то тряпку и тут же жалеет об этом, потому что по ощущениям похоже будто его руки, вместо того, чтобы отчиститься от пыли, стали ещё грязнее. Он тихо матерится себе под нос и свистит, сигнализируя подчинённым о том, что хочет кое-что сказать. Когда все четверо оказываются в непосредственной близости от него, он достаёт пачку сигарет, прикуривает и только после этого начинает говорить:

— Вы оба, — смотрит на Луку и Криса, — завтра навестите UBS. Мне нужно знать сколько там камер, количество охраны, время пересменки, в общем все. — Лука кивает, Крис остаётся безучастным. — Не светитесь там сильно, наблюдайте издалека.

— Может взять с собой Сару? — предлагает Рэйден.

— Чё? — тупо переспрашивает Рид.

— Сара, — повторяет.

— Мне должно быть знакомо это имя? — с издёвкой интересуется. Рэйден от досады сжимает челюсти.

— Она работает на бухгалтера Дона. Могла бы зайти внутрь и прикинуться потенциальным клиентом. Узнала бы чуть больше, — совсем тихо заканчивает. Хантер несколько секунд сверлит его пристальным взглядом.

— Хочешь сказать, ей можно доверять?

— Да она завязана по самые уши, — вместо Рэйдена отвечает Лука. Угрюмо. Слишком угрюмо. Хантер щурится. — Вся её семья работает на Дона. Родители, братья, сестры… Там какой-то долг, я не знаю всей истории, — заканчивает, отводя взгляд. Рид думает несколько секунд.

— Нет. Пока обойдёмся без лишних. — Рэйден уныло кивает. — Но… — немного помолчав, продолжает Хантер, — если не останется других способов, то, как вариант, подойдёт. — На этом аттракцион неслыханной щедрости под названием «скупая похвала от Хантера» заканчивается. — Рэйден, нужны планы здания, схемы сигнализации… короче всё, как обычно.

— Понял. Достану.

— Арво… — зовёт, намеренно растягивая звуки, выводя того из себя. Они встречаются взглядами. Хантер щурится. — Здесь не хватает пары кресел, дивана… может кофеварки и небольшого холодильника… — Осматривается, заводит руки за спину, сцепляя пальцы в замок, пожимает плечами. — Может раздобудешь пару старых ковров. В общем… наведи здесь уют, хозяюшка. — Широко улыбается, отвечая на тяжёлый взгляд.

— Хорошо, — отзывается Арво, но как бы ни старался, все равно не может сдержать гневные нотки.

— Вот и умница, — говорит он, разворачивается на пятках и шагает к выходу, прикуривая очередную сигарету.

— Так… на сегодня всё? — недоуменно интересуется Лука.

— Ага, — следует незамедлительный ответ.

Хантер даже не оборачивается, на ходу небрежно махнув им рукой и оставляя в замешательстве. У него больше нет времени. Нужно добраться на другой конец города в максимально короткие сроки.

***

— Спасибо, что подвёз, — с улыбкой говорит Эрин Сэму, хватаясь за ручку двери. Ланкастер отвечает такой же улыбкой.

— Без проблем. Засиделись мы что-то.

— Ну так работы валом, — пожав плечами, отвечает и собирается выйти из машины, но вопрос Сэма останавливает её.

— Как там кузен твоей подруги?

Он смотрит куда угодно, но только не на девушку, задавая этот вопрос. Эрин не сразу понимает о ком он спрашивает, а когда всё же понимает, то около минуты просто глупо моргает, пялясь на своего босса.

— Ну, тот, с недержанием…

— А… эм… — Она переводит взгляд на приборную панель. — А он уехал.

— Так скоро? — Брови Сэма приподнимаются.

— Да, ему… нашли хорошую клинику. — Эрин нервно хихикает и предпринимает ещё одну попытку сбежать.

— Эрин…

— Да?..

Ланкастер открывает рот, чтобы продолжить, но тут же закрывает его. Дежурно улыбается.

— Ничего. До завтра.

Эрин молча кивает и наконец выходит из машины. Ланкастер не трогается с места до тех пор, пока не убеждается в том, что Морган без проблем зашла внутрь многоквартирного дома. Эрин же остаётся в холле, провожая машину босса взглядом и только после этого шагает к лифту. Она чертовски устала, хотя практически не продвинулась в написании статьи. Обзвонила семьдесят процентов из списка освободившихся по УДО, но либо никто не отвечал по указанному в деле телефону, либо отвечали и узнав кто она и по какому поводу звонит, отправляли в пешее путешествие по всем известному маршруту.

Эрин прислоняется спиной к стенке кабины лифта и прикрывает глаза от усталости. Характерный «звяк» раздаётся слишком быстро и девушка уныло плетётся к двери, надеясь, что хотя бы у её подруги всё в порядке. Квартира встречает сумраком и звуками транслируемого матча, который смотрит Эрик. Эрин не сразу находит взглядом Теону. Девушка сидит на полу возле раковины и с остервенелым усердием трёт дно кастрюли.

— Привет… — с улыбкой говорит Морган. Ответом служит взгляд разозлённых голубых и скучающих карих глаз. — Признаков разрушений не видно. Я удивлена.

Теона выдаёт раздражённое: «Пффф» и возвращается к прерванному занятию. Косински поднимается с дивана, шагает к выходу. Пройдя мимо Эрин, он кидает безразличное: «До завтра», и выходит из квартиры. Эрин ещё какое-то время стоит в растерянности разглядывая только что закрывшуюся дверь, а затем подходит к стойке, делившей пространство между кухней и комнатой.

— Всё не могло быть так плохо, — с беззлобной насмешкой говорит она Тео и встречает взгляд, который мог бы убивать.

***

Басы бьют по барабанным перепонкам, но Хантер, выкрутив громкость на всю, не собирается это менять. Ему нужно хорошенько проветрить мозги перед встречей. Рок подходит для этого как нельзя лучше. Он отбивает большими пальцами ритм, качает в такт головой, иногда даже подпевает на особо любимых моментах. Но совсем не замечает этого. Не видит и того, что происходит за пределами его машины. Сознание переходит на автопилот, натренированное до идеального состояния, не способное дать осечку. Он знает, что среагирует моментально, если возникнет опасная ситуация на дороге. Среагирует на автомате. Поэтому не утруждает себя концентрацией внимания на этом моменте, уверенный в своих инстинктах. Фокусируется на первоочередных задачах. Дон. Точка. «Паноптикум». Точка. Убитый химик. Точка. Покушение на его собственную жизнь. И… Дэвид Моджо? Да, о нём тоже стоит поговорить.

Проверяет зеркала и сворачивает с оживлённой центральной улицы в проулок. Ещё один поворот и ярко освещённые улицы остаются позади, заменяемые тихими полутемными переулками. Но ему нужно не сюда. Старый, заброшенный сквер в юго-восточной части города. Не самый благополучный район, но и не самый гадкий. Средненький. Ничего выделяющегося. То, что нужно.

Хантер паркуется возле одного из муниципальных зданий. Не скрывается, зная, что камер здесь нет, но всё равно сканирует взглядом улицу на предмет подозрительной активности прежде, чем продолжить путь уже пешком. Натягивает на голову капюшон, руки прячет в карманы и втягивает голову, стараясь казаться меньше, чем есть на самом деле. Ещё два квартала идет пешком, прислушиваясь к каждому шороху. Добирается до сквера быстрее, чем рассчитывал, и на секунду тормозит у старых покосившихся кованных ворот. Снова осматривается, не напрягая зрение.

Шагает в темноту, под голые, кривые и извивающиеся ветви деревьев, о которых уже давно никто не заботится, и быстро пересекает сквер. Без особых усилий перепрыгивает через невысокий забор, перебегает узкую улицу, тормозит напротив одноэтажного старого и как будто заброшенного дома. Вглядывается в тёмные окна, замечает едва уловимое движение внутри и быстро обходит ветхое строение. Он не станет заходить в помещение через главный вход, воспользуется чёрным.

Дом встречает тишиной, темнотой, холодом и вонью отсыревших стен. Рид осматривается, проходит в гостиную.

— Ты опоздал.

В темноте раздаётся хриплый, жёсткий голос. Хантер видит едва различимый силуэт и к своему удивлению испытывает волну раздражения.

— А чего ты в задницу к чёрту не забрался? Я бы и не так опоздал.

Мужчина, сидящий в скрипучем кресле, резко наклоняется вперёд, упирается локтями в колени. И теперь Хантер может видеть его лицо в свете тусклого, грязного уличного фонаря.

Шон Доэрти.

Единственный человек, связывающие Рида с его прошлой жизнью. Человек, заставляющий его делать страшные вещи. Тот, кого Хантер давно начал тихо ненавидеть.

— Забываешься, — холодно произносит Шон, щуря глаза.

— Ты не выходил на связь несколько месяцев, ожидал тёплого приёма с цветами и шампанским? — в тон ему отвечает. Доэрти остаётся неподвижным несколько секунд, затем усмехается и принимает расслабленную позу.

— Ты вышел сколько, две недели назад? Три? Знаешь же, что было опасно связываться с тобой, пока ты отдыхал в камере.

Хантер невесело усмехается. «Отдыхал», как же. Он проходит чуть вперёд, огибая стол, и опирается на него, скрещивая руки на груди.

— У нас проблемы, Шон…

— Да, «Паноптикум», я наслышан, — безразличным тоном отзывается Доэрти.

— И? Что будем делать?

— Ничего. — Пожимает плечами. — Наша основная цель не изменилась, парень.

Хантер замирает, пытаясь понять не шутит ли он, а когда понимает, что нет, психует.

— Какого чёрта?! У вас полно нужного материала! Уже года три как, но я всё ещё торчу на месте. И вдобавок вынужден работать с террористами. С террористами, Шон! Хочешь сказать, что тебе наплевать? Настолько, что ты рискнул и засветился в репортаже у здания суда? И ты собираешься сидеть и просто наблюдать?! Люди погибнут. Много людей!

— Люди, — Доэрти резко поднимается во весь свой рост и Хантеру приходится чуть задрать голову, — умирают каждый день. — Чеканит каждое слово. — Наша цель осталась той же.

— Я хочу выйти.

— Ты не закончил.

— Да мне поебать! — Хантер повышает голос.

Доэрти по-отечески кладёт руки на плечи Хантера.

— Я знаю, ты устал. Психологическое давление, которое ты испытываешь каждый день, любого уже давно свело бы в могилу. Я понимаю, почему ты обеспокоен текущей ситуацией… но, — он замолкает, выдерживает паузу, — помни, зачем ты здесь, парень. Помни, ради чего вообще ввязался в это.

Хантеру не нужно помнить, потому что он и не забывал. Ни на одну гребаную секунду последних восьми лет своей жизни. Вставал с этим знанием, ложился с ним. Напивался, принимал, избивал, убивал… ни на секунду не забывая о своих истинных мотивах. Опускает голову, а затем едва заметно кивает.

— Что-то ещё? — участливо интересуется Шон. Хантер поднимает голову, смотрит ему в глаза.

— Меня пытались убить.

— Ну, — Доэрти отходит на пару шагов, усмехнувшись, — ты же преступник, тебя каждый день пытаются убить.

— Нет, это не просто какие-то уличные разборки. Это была спланированная операция. И ребята были серьёзные.

Шон некоторое время пристально смотрит ему в глаза и Хантер понимает, что до него доходит серьёзность ситуации.

Примечания