Дочь севера. Гвардеец по распределению
- -
- 100%
- +
– Всего лишь подметить очевидное и сказать об этом вслух, – ведь провоцирует. По холёной морде вижу, что провоцирует. Да вот только не на ту напал!
– Так вы научились бы для начала, – я отзеркалила его позу и теперь мы сверлили друг на друга взглядом.
– Чему именно?
– Ну звуки изо рта худо бедно в слова складываете, – усмехнулась я – а вот подмечать очевидное, пока совсем не получается.
Новенький окинул меня взглядом медленным, тяжелым, изучающим. С ног до головы. Вслед за его взором по телу пробежал табун мурашек. Переутомление, странное, горячее и непонятное переутомление, никак, я повторяю никак, не связанное с шикарным мужчиной. Который стоял и продолжал рассматривать. Вот ведь нахал! Неужели думал, что я здесь буду дожидаться пока он налюбуется? Развернулась и пошла было дальше, как в спину мне раздалось.
– Это ты? Пахнешь?
Новенький прикрыл глаза и в прямом смысле слова принюхивался. А я лишь титаническим усилием воли прикусила язык. Да, я пахну! Травнице положено пахнуть. Как мяснику или пекарю, никогда не избавиться от ореола аромата мяса или хлеба, так и меня не спасти от стойкого запаха трав. Я пробовала. По глупости даже купила как-то раз дорогие духи, которые так и стоят теперь на подоконнике. Потому что соблазнительный цветочный аромат, который так шёл обычным девушкам, смешиваясь с моим стойким травяным превратился в вонь, способную вызвать только головную боль. Не то чтобы я не знала, об этом, но все равно аж дыхание сбилось от возмущения и… обиды? Неважно. Кто же вообще себе позволяет такое вслух говорить? Ответ очевиден.
Аристократ. Могу поспорить на что угодно. Только они считают, что в праве себя так вести. Безнаказанные, надменные, непробиваемые. Как же я их ненавижу! Руки сами собой сжались, но звук надрывающегося бумажного пакета с травами и собранными мешочками меня отрезвил. Кстати, о пакете, то есть о работе.
– Да господин, – опустила взгляд в пол – я пахну. И сейчас наверху тоже будет пахнуть. Поэтому извините за неудобство, но лучше вам побыть в общем зале ещё буквально пару минут.
– Нет.
Вот так просто. Хотя, о чем это я? Откуда аристократам вообще знать о сложностях. Меня спас хозяин двора. Опять. Мужчина наконец вытащил бочонок с вином, но застыл у двери, завидев странную картину. А поверьте, я стоящая и буравящая взглядом пол – это очень странно. Вам любой скажет.
– Лиси, гхм, Лиа, все в порядке?
– Да, – я с облегчением глянула на Рэймана – господину не понравился мой травяной запах.
– Это вы зря, – хозяин постоялого двора удивлённо уставился на гвардейца – Лиабэл у нас потомственная травница. Она сборами половину севера на ноги ставит. А мешочки с травами для аромата, мы ее сами еле уговорили для наших гостей делать, чтобы лучше спали и вкуснее ели. Но раз вам не по душе, то комната господина седьмая, там ничего не меняй.
Я счастливо кивнула, идти в комнату к этому типу не хотелось совершенно. А хозяин постоялого двора поставил бочонок и в довесок к своим словам упёр руки в бока. Ещё и полным именем меня назвал. Редко я его слышу. В основном просто Лиа. Близкие зовут лисой. Точно старик меня защищать собрался. Я невольно улыбнулась.
– Лиабел, – вдруг подал голос молодой гвардеец. Растянул мое имя, будто попробовал его на вкус, а потом вновь обжег чёрным взглядом – неправильно меня поняла. Мне очень понравился… запах. Значит сейчас будете обновлять?
Я кивнула, не в силах ничего вымолвить. И мечтая, чтобы богиня удачи вспомнила о моем существовании хоть раз в жизни.
– Отлично, тогда начинайте с моей комнаты, потом я уже усну. Не хочу, чтобы в этот момент кто-то копошился.
Это с ним сейчас идти в комнату? Надеюсь, мои глаза не вылезли из орбит от ужаса?
Гастиль диль ван хейзен Примонд
Огромные тёплые глаза цвета ореха смотрели на меня с явным страхом. Надо же. Как интересно. Девчонка пыталась отстраниться, огрызалась, явно обиделась, а теперь и вовсе испугалась. Такого набора эмоций у юной прелестницы я не вызывал никогда. А в том, что передо мной прелестница не было никаких сомнений. Тонкая, маленькая, изящная. Девушку не портило даже закрытое, колючее, бесцветное платье с воротником, длинными рукавами и юбкой в пол. Фартук и пояс с огромным количеством мешочков. Огненная копна волос, которые с трудом держались в низком пучке. Лицо с этими трогательными веснушками, пухлые губы и нереальный взгляд. Зверька. Маленького, но готового биться и кусаться даже с неравным соперником. Даже со мной.
– Может я зайду завтра, не хочется отвлекать вас от отдыха, господин?
Я невольно усмехнулся. Вроде и просьба корректная, и обращение верное. Но поза, взгляд, все буквально вопит, что девица готова вцепиться мне в горло. Будь ее воля.
– Нет. Хочу сегодня. Или вы хотите, чтобы я плохо спал? – девчонка скрипнула зубами, какая прелесть.
– Лиа, – раздался сзади голос хозяина постоялого двора – давай я схожу, а ты беги в остальные номера.
Так, уже второй раз защищает? Кто она ему? Ни одной общей черты лица, значит точно не дочь и даже не родственница. Неужели он с девчонкой? Это объясняет почему пытается ее спрятать от молодых и явно более подходящих ей в качестве компании парней. Мысль почему-то разозлила. Не сказать, что это первый в моей жизни хозяин заведения, который тискает прислугу. Но почему же кулаки сжались, сами собой.
– Рэй, я справлюсь. Ты и так взял на себя общий зал, все будет хорошо.
Девчонка храбрилась. Стоит улыбается, уверенно смотрит на мужчину, но я то слышу как грохочет ее сердце.
– Лиа?
– Не лишай меня последних медяшек, – улыбнулась вдруг она и подмигнула – я быстро.
И побежала вверх. В прямом смысле побежала, неужели думает успеть, прежде чем я поднимусь в номер?
– Господин Примонд, – раздался сзади приглушённый голос, пришлось обернуться – Вы только прибыли и можете не знать, но наша столица отличается от столицы Империи.
– О, это я заметил, – оскалился в ответ, но мужчина не стушевался. Молодец, продолжил как ни в чем не бывало.
– И в первую очередь нравами. Лиабэл работница. И здесь она не отдыхает, не знакомится, а работает, – с ударением на последнее слово закончил-таки хозяин таверны.
Надо же какой смелый, стоит, буравит меня тяжелым взглядом. Запугать что ли пытается?
– Очень на это надеюсь. Я, знаете ли, сюда тоже приехал не отдыхать, не знакомится, а работать.
Хозяин медленно кивнул и развернулся к бочонку. А я наконец пошёл наверх. И нет я не тороплюсь. У меня всегда быстрый и широкий шаг.
Дверь в мою комнату открыта. Я переступаю порог небольшого помещения как раз вовремя. Девчонка подхватывает пакет с пола и резко оборачивается.
– Вот и все. Не буду больше копошиться.
Она делает шаг вперёд. Я тоже. Она замирает и смотрит растерянно. Боится. Меня? Или себя? Или хозяина? Цепляет, чем же она меня так цепляет?
– Можно я пойду?
– А ты хочешь, Лиабэл? – имя ласкает, тянется, играет. Мне нравится.
– Конечно, мне уже пора, – хмурится, заливается румянцем, но хмурится. Что за чудо! Как же ее отпустить, когда нет сил даже просто оторваться от этих ярких и чистых эмоций, – пустите.
– Я разве держу? – усмехнулся ситуации.
Комната была небольшая. Кровать вдоль стены, шкаф возле противоположной, окно, под которым располагался стол и стул – вот и все. А выход был в конце небольшого, но узкого коридора. Который как раз занимал я. Надо же как приходилась широкая кость, даже такой малышке не просочиться.
– Отойдите, мне не пройти.
– Что мне за это будет?
– А что вам нужно?
– Поцелуй.
Оно того стоило! Девчонка залилась краской. Веснушки на милом лице стали ещё ярче, огромные глаза уставились на меня, не мигая из-под пушистых ресниц. Надо же, ни грамма косметики, и такая красота. Так стоп, это что? Она собралась плакать? Неужели восприняла всерьёз? Конечно, она милая, но ещё не хватало бегать за девчонкой, когда я привык бегать от них. Ладно, может у меня дурацкое чувство юмора, а может в этой Богами забытой дыре просто не умеют шутить.
– Эй, да я же…
Делаю два быстрых шага и подхожу вплотную к девушке. Надо успокоить дуреху, а то совсем некрасиво получилось. Вот только договорить она мне не дала. Рыжая бестия как-то сразу подобралась, ее глаза полыхнули гневом, и она прорычала.
– Не смейте!
Быстрым движением она срывает со своего пояса какой то мешок и, разрывая его, швыряет мне прямо в лицо. Белый порошок застилает мне на секунду обзор, после чего я чихаю, растерянно смотрю на девчонку. Точнее на размытый силуэт, который вдруг плывет. Вместе с комнатой. Прямо в темноту.
Глава 4
Лиабэл Северная
Ярость, которая затуманила разум, развеялась вместе с грохотом свалившегося гвардейца. Ой. Ой. ОЙ!
Я с ужасом смотрела на валяющегося на полу новенького. С одной стороны, он ведь просто уснул. Но с другой, он ведь когда-нибудь проснётся. Хотя, это ему нужно переживать! Наверное. Я-то оборонялась. Мое слово, против его. И мы не в столице, где происхождение развязывает руки. У нас на севере есть только правда. Будь ты хоть аристократ высшего сословия! Ладно про высшее, я преувеличила, их здесь отродясь не было.
Выскочила из комнаты и закрыла дверь. На автомате быстро сменила мешочки с травами. И прочь с постоялого двора. Только на подходе к дому немного умерила свою панику. Ну чего я переживаю? Поспит немного гвардеец, так это же хорошо! Отдохнет с дороги, как следует. Можно вообще сказать я о нем позаботилась. Ай да молодец. А то, что на полу, так не страшно. И вообще для спины полезно.
Подойдя к нашему домику, начала петлять. Сделать дорожку все никак не доходили руки и сейчас грязь размыла небольшой дворик. Поэтому путь от ограды до входной двери представлял собой небольшую полосу препятствий. Входная дверь привычно скрипнула, и я быстро ее прикрыла. Скинула обувь и прошла по гостиной, служившей также кабинетом и кухней, вплоть до двери в комнату к ба. Прислушалась к мерному сопению моей старушки. Хорошо, что она спит. Мне ещё нужно поработать, а ба снова стала бы ворчать. Домик у нас был совсем небольшой, на первом этаже располагалась еще ванна с туалетом, а по приставной лестнице я забиралась на чердак, точнее в свою спальню. Говорю же травницы много не зарабатывают. Даже потомственные.
Рэйман не соврал, меня делу обучала ба – а она одна из лучших. И сейчас любит повторять, что может гордиться своей ученицей, превзошедшей учителя. Но ее гордость не помогает нам покупать продукты и вещи. А жаль. В целом мы не жаловались. У нас было все необходимое, без излишков, но и без голода. Те времена слава Богам закончились. Когда болезнь забрала маму и сильно подкосила ба, мне было всего одиннадцать. Я ещё верила в сказки, в отца… Но жизнь быстро учит, а если ты ее игнорируешь, то она преподаёт урок снова только жёстче, пока не дойдёт. Я свой усвоила. Поэтому к двенадцати уже вышла торговать с первыми сборами.
Было тяжело. Очень. Я была, по сути, ребёнком, неусидчивым и нетерпеливым. А именно этого не терпит работа травницы. Это кропотливый, филигранный, но очень монотонный труд. Под чутким руководством ба я… запарывала сборы один за другим. Уж сколько трав погубила собственными руками в том возрасте, даже вспомнить страшно. Но голод хороший стимул. Не сможешь опустить руки, даже если сильно захочешь. Потихоньку у меня стало получаться. Сначала самое простое. Лечебные сборы, миксы для отваров и готовки. Ба вбивала в меня свойства трав, правила подготовки, рецепты, возможности при смешивании. Постепенно моя голова стала включиться, я стала не просто запоминать, но и осознавать. Задавать вопросы. Думать. Экспериментировать.
Для меня открылся новый мир, в котором я могла пропадать днями напролёт. Изучая новые свойства трав, выводя схемы при смешивании ингредиентов, пробуя новые агрегатные состояния. Постепенно мой ассортимент разнообразился эссенциями, мазями, порошками. Я использовала привычные свойства трав в неожиданных областях. Так с простого лечения, готовки, я перешла на работу по дому, наведение красоты, даже работу с ароматерапией. Мешочки для помещений я придумала как раз после неудачного опыта с духами.
В общем я пыталась применить травы и их свойства везде, где можно. Даже где нельзя. Безусловно помогала моя магия. Да-да, у меня был дар. Без обучения и стабилизации толком пользоваться я им не могла, но даже сырой магической силы мне хватало для работы. Я могла замедлить или убыстрить какие-то процессы, закрепить или усилить свойства полученного продукта. Немного, но для нашего края уже запредельно.
Магов у нас здесь не было. Конечно, гвардейцы имеют дар, но как объяснял Базматти, они его перекраивают исключительно для рабочих нужд. Боевая, поисковая, разрушительная и защитная магия – это да. Но ни одного бытового, целительского или любого другого заклинания они попросту не знали. Каждый год, когда новички немного обживались, я пыталась выспросить хоть что то, но ничего нового за столько лет не узнала.
Вернулась к столу, стоявшему прямо по центру комнаты. Одну стену занимала кухня и шкафы с домашним скарбом. А вот противоположная была моей гордостью. Полки с бесконечными бутыльками, коробками и ящиками. Развешенные листья, цветы и веники. Инструменты для работы, мерные стаканчики, полезные мелочи. Что-то переданное ба, еще со времени ее работы. Что-то сделанное или купленной уже мной. Каждый раз начиная работу я испытывала настоящий восторг от своих инструментов. Может поэтому ба иногда даже жалела, что сделала из меня травницу. Она любила повторять.
– Дурная ты. Сделала же уже сбор! Ну и хватит! Чего ты там сидишь ночами напролёт? Лучше бы ты на свидания так бегала, как в свою оранжерею и в лес.
Ба так боялась, что я повторю судьбу мамы. Она была удивительной, весёлой и жизнерадостной. Всегда отдавала всю себя, без остатка. Сначала учебе, потом работе, и конечно же отцу. Да вот только ему не была нужна ни любовь, ни наше захолустье, ни даже я. Мама так и не смогла открыть своё сердце кому-то ещё. И глядя на меня ба видела свою дочь. Я не спорила, тем более проще сказать, что я просто не встретила того самого. Чем объяснять, что кусок мяса меня заботит намного больше, чем свидания.
Мужчинам я не доверяла. Слишком глупо полагаться на того, кто в любой момент может тебя бросить. В отличие от работы. Мои травы всегда со мной, и лучше я свои силы буду отдавать им.
До заморозков нужно успеть пересадить все в оранжереи. Чтобы зимой не остаться без ингредиентов. Собрать травы нехитрое. А вот собрать семена или молодые побеги сложно. Очень. Чтобы найти подходящие для пересадки побеги, приходится прочесать весь лес, а не обойтись первым попавшимся растением. Прибавьте к этому дикое зверьё, которое начинает мигрировать осенью и поймёте почему я каждый год напрашиваюсь к гвардейцам в караул. Бродить одной несколько дня, пока соберу все необходимое, равноценно самоубийству.
Я правда пыталась поработать. Но чёрные глаза преследовали меня. Просыпав очередную порцию семян, пришлось сдаться. Говорю же переутомление. Да и вообще у нас в домике что-то слишком жарко, надо бы окно открыть. Собрала сумку для задабривания Базматти, на всякий случай положила тонизирующий и укрепляющий эликсир. Не потому, что переживаю за нахала, а просто из человеческих соображений. Ящик с товарами и заказами я слава Богам подготовила ещё вечером. Все спать. Надеюсь, хоть сон уймет эту странную дрожь.
– Милая, я бы тебя не будила, но ты же потом мне всю плешь проешь.
Сквозь дрему я слышу, как ба кричит, и стучит приставной лестницей о стену. Подняться сюда у неё уже не получалось. А значит никто меня из кровати не вытащит. Ну и отлично.
– Милая, твой ящик сегодня совсем маленький – значит заказы можно и завтра на рынке раздать, может тогда и с гвардейцами уйдёшь в следующий караул?
Замечательное предложение. Так стоп, как в следующий? Нехотя разлепила веки и ужаснулась. На чердаке было только одно небольшое окошко, которое я плотно зашторивала. Оставляя лишь небольшую полоску света, чтобы иметь возможно ориентироваться по времени. И сейчас я видела сияющий луч, говорящий что я проспала. Снова.
Чертыхаясь и носясь так, словно за мной демоны гонятся, я собиралась. Чистое платье, фартук, привычный пояс с инструментами и компонентами. Времени на красоту нет. Впрочем, как всегда, поэтому снова низкий пучок, который только делал вид, что удерживает мою рыжую гриву. Внизу под смешки ба я засунула в рот пару лепёшек, обожглась бодрящим отваром, поцеловала свою старушку и выскочила на улицу.
Корпус гвардейцев располагался в самом центре, и на единственной мощеной площади. Там же устраивались праздники, собрания и тренировки гвардейцев. По большому счёту площадь предназначалась только для последнего, но Базматти был все-таки прекрасным начальником. Судя по времени утреннее построение уже закончилось, значит смогу избежать неловкой встречи. Нужно всего то быстро найти Базматти, договориться и бежать на рынок. А вот и он, стоит прямо перед входом в здание корпуса. Невысокий, но очень широкоплечий мужчина, уверена форму ему перешивает Мираша. Русые короткие волосы, густые усы и ярко-зелёные глаза. Обычно улыбчивое лицо сейчас было как никогда серьёзным, а взгляд устремлён в даль. Куда это так внимательно смотрит начальник? О Боги! Кто бы сомневался. Может мне в храм сходить, подношения сделать, чтобы высшие силы хоть немного надо мной сжалились.
Гастиль диль ван хейзен Примонд
Я убью девчонку. Задушу собственными руками. Хотя какая девчонка? Бестия! Трепетный образ маленького зверька померк, вместо него передо мной стояла сверкающая глазами и взбешённая фурия. Мешочки для крепкого сна, демоны их раздери! Хотя так крепко я действительно никогда не спал. Вайлон меня еле поднял.
– Кого же ты подцепил, что даже до кровати не дополз? – подначивал Порт, пока мы бежали на построение, на которое все равно уже опоздали.
– И главное где? Свою золотоволосую Оливию он бросил за столом, – вторил Кастиль.
– Неужели сбежал на сеновал? Захотелось деревенской романтики? – добил Вайлон и парни вновь загоготали.
Меня не бросили и кое как добудились. Я быстро облачился в синюю форму, состоящую из штанов и кителя, надел картуз на голову, высокие сапоги почистить так и не успел. Теперь мы неслись к гвардейскому корпусу, а я жалел, что друзья не свалили. Слушать их было ещё большим наказанием, чем штраф за опоздание.
Слухи не врали. Баригор диль Базматти размазал нас, как нашкодивших первогодок. Его не смущали ни наши показатели, ни даже происхождение некоторых.
– Значит так, – гневно сверкнул он изумрудными глазами и поджал губы, отчего усы стали казаться ещё более густыми – запомните. Это север. Здесь нет места глупости. Пока в столице охраняют от интриг, мы охраняем от зверей. Пока вас учили держать строй, мы держим границы от горгов. Пока вы расслабляетесь и пьянствуете, мы должны нести караулы. И я не позволю нарушать уклад, рискуя жизнями простых жителей. Здесь ни у кого нет личных магов или телохранителей. Только мы. А теперь я спрошу. Из-за чего опоздание.
– Я проспал, командир. А парни меня будили, поэтому задержались.
– Своего не бросили. А ты значит, высшего сословия, но вину решил не перекладывать? – задумчиво протянул Базматти, пристально меня разглядывая – Не безнадёжны. Все внутрь, к капитану за распределением в группы. А ты, гвардеец Примонд, задержись.
Даже не сомневался, что честность не избавит меня от наказания. Но хотя бы парней не тронут. Командир строгий, но справедливый. Работать можно.
– Даже знать не хочу почему ты проспал, – о поверьте, я не расскажу даже под пытками – но учти. Не все девушки на севере готовы к приключениям. Про этих женщин не просто так говорят, что они дочери холода. Поверь, нет здесь значит нет. А не кокетство. Хоть одна жалоба, и я сам спущу с тебя шкуру и отрежу… Не посмотрю на происхождение.
– Понял. Нет значит нет. Отрезать ничего не нужно.
– Надеюсь. Давай 10 кругов. А то вижу, что не успел даже кофе с утра выпить, вот и взбодришься, – усмехнулся командир.
Интересна эта шутка и наказание у гвардейцев под кожу въедается? Вместе с нашивками. Отрапортовал согласие и побежал. Могло быть и хуже. Могло быть и лучше, если бы не рыжая. Круги отсчитывал, придумывая как мне проучить девчонку.
Первый, можно исполнить угрозу. Даже не так. Можно сделать так, чтобы она молила исполнить мою вчерашнюю угрозу. Второй, можно зажать ее, чтобы снова почувствовать тонкую талию и вслушиваться в бешено скачущее сердце. Третий, можно зарыться в волосы и наконец разобраться, чем же так пахнет от девчонки. Ну не уютом же в самом деле? Четвёртый, можно подхватить ее на руки. Уверен она вообще ничего не весит. Кстати, вон же она идёт, проверить прямо на бегу? Стоп! Вон же она идёт! Прямо к Базматти! Неужели пришла жаловаться?
Так быстро я не бегал, мне кажется, даже на экзаменах. А она стояла и щебетала о чем-то с командиром. Строила умилительное лицо и складывала руки в умоляющем жесте. Подпрыгнула и просияла лицом. Активно кивала. После чего заливисто смеялась и долго всовывала мужчине какой-то пакет. Я подошёл к окончанию сцены, когда Базматти все-таки взял из рук девчонки небольшой мешок.
– Балуешь ты меня, Лиа. Я бы и так разрешил. Правда потом опять слушать плач караула, которому ты не досталась.
– Не преувеличивайте господин диль Базматти, – надо же, залилась краской. Прямо до самых волос.
– Лиа, ты чего? – насупился командир. И увидел едва заметный кивок девушки в мою сторону, после чего расхохотался – Перестань. Это для него есть субординация, а тебе я много раз повторял, перед подчиненными не обязательно называть меня иначе.
– Ой Баригор, ну вот сам тогда разбирайся, – махнула рукой она – и с субординацией, и с новенькими. Ещё раз спасибо. Третьего дня буду на рассвете. И не усердствуй с отваром.
Старательно избегая возможности столкнуться со мной взглядом, рыжая подняла ящик с пола, сдула непослушную прядь со лба и уже на ходу бросила.
– Привет Мираше и малышам. Передай, что про сушеные ягоды я помню, как раз в лесу и наберу.
– А ну-ка стой Лиа! – все-таки командный голос, шикарное дело. Даже эта бестия замерла как вкопанная и удивлённо обернулась на Базматти – У меня тут новенький как раз проснуться никак не мог. Вот думаю десять кругов его взбодрили, но на всякий случай пусть и твой ящик до рынка донесёт. Так сказать, закрепит эффект.
– Баригор, не надо, – смотри-ка аж заикается – я сама. И рынок тут в двух шагах. Что я не дотащу, что ли.
– Вот именно, что сама, что дотащишь! Лиабэл, ты девушка, может вспомнишь об этом наконец в перерыве между работой.
– А я не прерываюсь, – насупилась рыжая. Да что же она на все так реагирует то?
– Это то я вижу, – хохотнул командир – все, не обсуждается. Отдавай ящик. Гвардеец Примонд, поможешь и вернёшься в корпус за распределением.
Никогда я ещё с таким предвкушением не говорил, так точно.
Глава 5
Лиабэл Северная
Я, кажется, не дышала. Точно не дышала. Вот почему? Боги, почему? За что? Я трудолюбивая и послушная девочка. Ну ладно, может не послушная, но такого не заслужила. Вот бы провалиться под землю. Демоны, да не в прямом же смысле!
Поскользнувшись на грязи, я стала заваливаться назад. Пока меня не придержали за талию, и я не уперлась в грудь новенького. Из стали она что ли у него сделана? Огромная рука снова не спешила меня отпускать, и в этот раз я не стала ждать.
– Извините, спасибо и отпустите, – выпалила на одном дыхание.
– Ты быстро учишься, – проникновенный голос мужчины раздался у самого моего виска.
Сделав быстрый шаг вперёд, я обернулась. Гвардеец держал ящик одной рукой, будто бы тот ничего не весил. Пристально смотрел на меня, казалось, чёрные глаза сейчас прожгут меня насквозь. Так, это наш будущий защитник, нам ещё переживать зиму вместе. А на севере – это считай пройти через всю бездну. Прятаться от него все равно не получится, так что лучше решить все раз и навсегда. Набрала побольше воздуха в легкие.
– Господин Примонд, – он изогнул одну бровь и усмехнулся – я не собираюсь извиняться за вчерашнее. Вообще то это вам должно быть стыдно. Приличным девушкам такого не предлагают. Тем более вы гвардеец, образец доблести и чести. Надеюсь, вы не посрамите свой мундир недостойным поведением. И между нами не возникнет более недопонимания. Тем более подобных ситуаций.
– Гастиль.
– Чего? – опешила я, с какой-то заторможенностью отмечая как приближается ко мне мужское лицо.
– Меня зовут Гастиль, Лиабэл.
И это все? Все что он мне ответит? Этот наглый, самодовольный, красивый индюк! Некрасивый! Никакой некрасивый. Вон черты лица какие мужественные, острые, и шрам этот у виска. Да что со мной твориться? С трудом выдохнула и пошла вперёд. Некогда мне в гляделки играть.