Дочь севера. Гвардеец по распределению

– Так точно, – бодро отрапортовали новенькие. А Базматти повернулся ко мне.

– Спасибо Лиа. Сегодня ты преподала всему гвардейскому корпусу хороший урок. А что самое главное помогла нам не пропустить появление убийцы. Будем надеятся, с расследованием мы справимся.

– Баригор, тут я не сомневаюсь. У вас все получиться.

– У меня только что чуть не получилось пропустить преступление прямо у себя под носом.

– Все мы устаём, не вини себя. И найди эту тварь, – жестко добавила я.

Кивнула на прощанье командиру и помахала рукой знакомым гвардейцам. Теперь начинается расследование, здесь я буду только мешать. Вышла из сторожки, быстро пошла в никуда, пытаясь собрать мысли и составить хоть какой-то план действий.

У деда Вэгла были сыновья, но они давно подались в имперскую столицу, в поисках лучшей жизни. Предупредить их нужно, но дожидаться смысла нет. В бездну на севере провожали костром, по устаревшим обычаям. И гореть он должен, пока труп не остыл, чтобы душа не ушла в вечные льды. В общем времени у нас всего до полуночи, а это совсем немного. Не думаю, что сыновья дедушки разбогатели и могут позволить себе портал, но при этом за столько лет так не разу и не помогли родному отцу.

Обязательно до обеда зайти в храм всех богов и попросить выделить служителя. Но на подаяние у меня нет с собой ни медяшки. А мои травяные сборы там вряд ли примут.

Нужно собрать снаряжение для прогулки в бездну. Но его я наверняка найду у Вэгла дома, значит в первую очередь нужно озаботиться ритуальным нарядом, провизией.

Получается совсем не маленький маршрут. Сначала домой за деньгами. Потом в храм и в канцелярию отправить письмо. На рынок, за всем необходимым и заодно рассказать во сколько назначит ритуал храмовник. Потом обратно собирать деда Вэгла. В последний раз. Резко остановилась от осознания, пытаясь удержать слёзы. Но мне их вышибло. В прямом смысле слова. Сзади на меня налетели и я начала заваливаться вперёд. Что-то слишком много столкновений за последние пару дней, успела подумать про себя, представляя, как шлепнусь в грязь. Но меня подхватили.

– Простите, вы так быстро двигалась и резко встали. Я случайно.

Меня поддержали, но сразу же аккуратно отпустили. Да и голос незнакомый, мягкий, журчит, словно ручеёк по весне. Обернулась и чуть не упала ещё раз. Точно, новенькие! Точнее второй из них, сейчас пристально смотрел на меня прекрасными изумрудными глазами. Красивые черты лица, высокий, атлетичный, но судя по хватке в фигуре нет ни капли жира, одни мускулы. Из-под картуза торчали светлые кудри, а выражение лица было очень искренним и сопереживающим. Вот демоны, как же его?

– Гвардеец…

– Обернан, – улыбнулся красавчик – Вайлон диль Обернан, можно просто Вайлон или Вай.

Уставилась на молодого мужчину. Аристократ. Ну конечно, Базматти же не мог дать мне в помощь кого-нибудь нормального.

– Лиабэл Северная, можно просто Лиабэл или Лиа.

– Северная?

Ох, ну кто бы сомневался. Интересно, он сейчас броситься отряхивать свои аристократические руки, от такого безродного мусора? Я даже не смогла сдержать гримасы. Да и не хотела.

– Да, Северная. Отец отказался от меня, ещё до рождения.

– Ну и дурак! – гвардеец искренне мне улыбнулся, но потом вернул своему лицу спокойное выражение – Прости Лиа, понимаю у тебя горе. Но я все равно очень рад с тобой познакомиться.

– Не было бы счастья, да несчастье помогло, – вспомнила старую присказку, с грустной улыбкой – я тоже рада.

Так странно. За всю жизнь я слышала разные реакции на своё происхождение. Отвращение, жалость, сочувствие. Но сколько себя помню, никто не называл отца дураком. Хотела бы я посмотреть на его выражение лица, услышь он наш разговор с Вайлоном.

– Так какие будут распоряжения? – грубый голос перебил мои рассуждения, и я покосилась на его хозяина – Или основная задача познакомиться и поболтать?

– Ну с тобой то мы уже и познакомились, и поболтали – огрызнулась в ответ.

– Да? – блондин уставился на своего сослуживца – Значит Гас решил тебя спрятать? Нам он ничего не рассказывал.

– Было бы, о чем говорить, – новенький лениво пожал плечами.

Было бы о чем говорить? Каков нахал! Да… да… действительно! Было бы о чем! Раз для него это ничего не значит, то для меня и подавно! И вообще не до темноволосого, я совсем не о том думаю.

– Действительно не о чем, – процедила.

– Ну раз все познакомились и даже поболтали, – примирительно заговорил Вайлон – перейдём к делам. С чего начнём?

Я благодарно посмотрела в сверкающие зеленью глаза. Может в сегодняшнем дне будет хоть один лучик солнца.

– С дома.

Гастиль диль ван хейзен Примонд

Девчонка без рода и без отца. Сумасшедшая травница. Рыжая огрызающаяся дикарка. И она весь день спокойно болтала с Вайлоном. Я всегда поражался таланту друга располагать к себе, но сейчас больше хотелось его придушить.

Мы прошли почти весь Лостиркуд, причём туда и обратно. Сначала отправились в дом девчонки. Игнорируя все правила приличия нас даже не пригласили. Более того, нас оставили за калиткой. Хотя откуда ей знать о манерах? Вышла рыжая быстро и в другой одежде, я даже удивился. Впервые на моей памяти женщина переодевалась не целую вечность, а ровно столько, сколько этот процесс и занимает по времени. На ней был чёрный прямой сарафан в пол. Короткие рукава открывали обзор на тонкие руки, а в квадратном вырезе можно было увидеть торчащие ключицы и аккуратные груди. Она вообще питается? Или только отвары пьёт. Казалось ее унесёт резким порывом ветра, настолько хрупкой и тонкой она смотрелась. Сверху она куталась в шаль, потому что платье у неё было явно не по погоде. Неужели нет подходящего наряда?

Далее мы отправились в храм. В северной столице он был один, общий. Невысокое серое здание из шлифонового камня, с круглым куполом и небольшим двориком. Именно на территории перед входом располагались постаменты с цветными чашами – символами наших богов. Здесь они были больше древние, нежели драгоценные. Проходя, мы с Вайлоном по привычке бросили подаяния Богам боя и эфира, в отличие от травницы. Ты кинула затравленный взгляд на ярко-жёлтую чашу богини удачи, с белыми завитками, но тяжело вздохнув двинулась дальше. Притормозив буквально на секунду, чтобы выпасть из поля зрения друга, я бросил туда монету. Просто не стоит гневить богиню. Вот и все.

В самом храме девчонка долго разговаривала со служителем. Мы стояли на почтительном расстоянии, но до нас все равно долетали обрывки фраз. Из которых было ясно, что храмовник очень не хочет брать деньги с Лисички, которая собирает им венки для всех праздников. А Лисичка вновь и вновь повторяет, что у всех своя работа. В итоге она изловчилась и сунула в его сопротивляющиеся руки медяшку. Только после этого мы двинулись дальше.

Недалеко располагалось потрепанное здание канцелярии, откуда рыжая отправила две магических телеграммы, сыновьям почившего. Я с Вайлоном предупредительно встали рядом, поэтому письма ушли по гвардейскому каналу. В конце концов для нас – это бесплатно. И не просто же так нас командир с ней отправил. Помогать, так помогать.

Далее нас ждало испытание рынком, где каждый, я клянусь, каждый успел пообщаться с травницей. Рыжая бесконечно рассказывала одну и туже историю, приглашала на ритуал прощания, принимала соболезнования. Как я понял дед был ей никто, но ей сопереживали словно родной внучке или младшей дочери. Обойдя весь рынок, она зашла в свой ряд. Где я не узнал дерзких и крикливых баб, которые отпускали пошлые шутки в нашу первую встречу. Все они сорвались из-за прилавков, окружили девчонку и долго обнимались. Периодически что-то нашептывая, да стукая друг друга локтями в увесистые бока. Когда женщины наконец расступилась, глаза у рыжей были покрасневшими, но искрились благодарностью и тёплом. Она повернулась к одной и потянулась в карман, но не успев сунуть руку, на неё гаркнули так, что вздрогнул даже я.

– Только посмей Лиа! Клянусь Богами, я надеру твой зад, и не посмотрю на день траура.

– Салли, прошу. Деду Вэглу нужно собрать провизию, ты же знаешь.

– Конечно, к костру принесут все самое лучшее и свежее. Обязательно побольше капусты, что так любил этот старый козел. Но я не возьму с тебя ни медяшки!

– У нас у всех…

– СВОЯ РАБОТА! – крикнули три женщины одновременно.

– Но это не работа, милая, – продолжила полная дама – во-первых, позволь нам проводить старого Северянина достойно. Во-вторых, перестань нести весь груз одна.

– А, в-третьих, – добавила чернявая – Иди уже собирай Вэгла.

– Но… – травница растерялась.

– А вы чего встали? – вдруг переключилась, кажется Салли, на меня – Быстро увел эту неугомонную, пока она последние сбережения не спустила. А ты, – быстро перевела взгляд на Вайлона – давай-ка сюда, будем загружать овощи.

Растерянно переглянувшись, друг направился к прилавку, а я встал рядом с травницей. Но она будто зависла. Покашлял, ноль реакции. Тихонько позвал.

– Лиабэл?

Странно, имя девчонки будто ластиться, как котёнок. Точнее лисёнок. Не зря ее так называют, маленькая, беззащитная, а все равно дикая и неприручаемая. Зверёк. И сейчас я впервые увидел ее беззащитной, какой-то обреченной. Захотелось успокоить, поддержать, показать, что ей не нужно справляться со всем в одиночку. Больше не нужно. Не похоже на меня, но должна же и у черствого сухаря иногда просыпаться человечность. Не выдержал и просто поддался порыву.

Взял рыжую за руку и повёл прочь. Девчонка устала. Ее день начался с трагедии и эмоционального потрясения. Потом пришлось использовать сырую магию, что вообще то сильно выматывает. Уже послеобеденное время, а она ни разу не присела, не поела. Даже не сумасшедшая, а просто безумная. И ладошка такая маленькая. Так аккуратно прячется в моей руке. В себя она пришла только около сторожки.

– Спасибо, – я обернулся и снова подивился, насколько же огромные у неё глаза. Цвета карамели и мёда – я немного, в общем… Со мной так не бывает. Обычно, я собраннее и сильнее.

– Ты и так очень собранная, сильная, – она гипнотизировала меня, казалось, я могу так стоять и стоять. Греть маленькую ладошку, любуясь самыми искренними глазами в Империи – Даже слишком. Обычно девушки более хрупкие. И не усыпляют за простую шутку.

– У обычных девушек есть выбор, – она печально улыбнулась, а потом смешно насупилась – и я усыпляю только за плохие шутки.

– Тогда в следующий раз постараюсь выдать хорошую, – тоже не смог сдержать улыбки – погибший был важен для тебя?

– Да, – она посмотрела куда-то сквозь – дед Вэгл помог мне, можно сказать спас. Он один позволил мне самой решить свою судьбу, несмотря на то что мне было всего одиннадцать.

– Сочувствую твоей утрате, – коротко бросил я.

А в голове сразу роем зажужжали вопросы. Как спас? От кого? Почему одиннадцатилетнему ребёнку пришлось решать свою судьбу? Сколько ещё таин в этой как мне казалось деревенщине? И почему я хочу узнать каждую из них?

Мы постояли какое-то время, но тут рыжая мотнула головой, словно возвращаясь в реальность. Уставилась на наши сплетенные пальцы, чуть покраснела. Мягко потянула на себя руку, освобождаясь от меня. Опять.

– Деда Вэгла забрал Баригор, он сказал, что гвардейцы займутся костром. С ритуальным нарядом я уже отправила к ним Фрэю с рынка. Она поможет. Нам осталось собрать его вещи для прогулки в бездну, – устала вздохнула она – и надо поспешить. Совсем скоро ритуал.

– Тогда пошли, – я постарался скрыть разочарование от опустевшей руки.

Мы собирали снаряжение, одежду, ножи, утварь, даже пару трофеев и просто каких-то безделушек. Все это сгрузили в два больших ящика и один мешок. Рыжая попыталась что-то схватить, но я быстро все у неё отобрал.

Костёр подготовили за городом. Большой, с мирно лежащим на нем мужчиной. Облаченный в просторную расшитую рубаху до пят, он выглядел скорее спящим. Вокруг костра Вайлон уже разгружал провизию. Мы подошли и присоединились, раскладывая скарб. Люди все подходили и подходили.

На закате солнца подошёл храмовник и начал ритуал. Печальная песня прощания полилась из уст служителя богов. Песня-молитва, песня-память, песня-пожелания. Темп то нарастал, то совсем затихал, погружая всех присутствующих в какой-то транс. На предпоследнем куплете люди стали подходить с факелами и поджигать костёр. В Империи так давно не хоронят, но сейчас я не понимал почему обычай устарел. Было что-то печально-торжественное в этом прощании с помощью огня. На последнем куплете, все присутствующие присоединились к песне, желая Вэглу хорошей вечности.

С окончанием ритуала повисла тишина. Не знаю, чем занимались люди, но я не мог оторвать взгляд от травницы. Прямая, спокойная, действительно истинная дочь севера. Хотя уверен внутри неё полыхает такой же костёр из боли и скорби. Но здесь не принято плакать. Слезами заливается дорога, а по мокрому пути в бездну можно и поскользнуться. Рядом с ней стояла такая же миниатюрная старушка. Они держались друг за друга, и нельзя было понять, кто кого сейчас больше поддерживал.

Наконец люди потянулись от костра, мы с Вайлоном тоже пошли. Хотя уходить не хотелось, точнее не хотелось оставлять там девчонку. Казалось, нужно снова взять ее за руку и просто увести далеко, там, где она сможет поплакать и побыть уже наконец слабой.

Печальный, странный, бесконечный день. Мы шли в тишине, и я мечтал только скорее лечь спать. Как уже у постоялого двора друг вдруг сказал.

– Знаешь, я, кажется, влюбился!

На меня уставились два горящих зеленью глаза, а я только подумал о том, что казалось день не может быть хуже. И вот ведь странность, может!