Примэго. Возвращение ферзя

— Так… Девять в броне! — оценивал ситуацию про себя Мечислав. — Нас двое. У Фиила ухват… Ну и воин. Я в одних портках. Шансов мало! Надо не дать им зайти сзади!

Богатырь поднялся на несколько ступеней выше и увидел у выхода из опустевшей таверны две фигуры. Одна напоминала на женщину в штанах и лёгкой броне, вторая — была в робе с капюшоном.

— А это что за ёнда! — выругался Мечислав. — Теперь их одиннадцать? Больно уж много!

— Стойте, черти окаянные! — раздался резкий женский голос.

Головорезы моментально остановились и опустили оружие. Фигура в броне направилась в их сторону. Женщина явно была предводительницей шайки.

Мечислав оторопел. К нему шла черноволосая — Агата.

«Не может быть! Сестра! — догадался юноша. — Точно сестра! Близняшки!»

— И это так вы выполняете свою работу? — спросила девушка у своих бойцов.

Она пнула ногой, и из-за валявшегося стола выкатился труп одного из головорезов. В этой суматохе Мечислав его не заметил.

«Значит, Фиил успел одного уложить? — восхитился богатырь. — Молодец! Вот так бзыря!»

— Потеряли бойца! И толстяка не прикончили?! — гаркнула девка, остановившись в пяти саженях от Мечислава.

— Феона! Мы не успели! Прости! — начал оправдываться один из головорезов и, кивнув в сторону богатыря, добавил: — Да ещё этот объявился. Живехонек, гад! Твоя Агата оплошала!

Феона с разворота ударила мужика кулаком в голову. Он пошатнулся и опустился на колени, склонив голову. По скуле потекла струйка крови. На кисти девушки Мечислав разглядел кастет. Девушка склонилась над бойцом.

— Не сметь! Гавкать на мою сестру! — проорала она и, обращаясь к богатырю, спросила: — Где моя сестра, ублюдок? Где Агата?

— Наверху! — спокойно ответил Мечислав. — Спит мёртвым сном.

Феона со скрежетом сжала зубы, на скулах заиграли желваки. Полные ненависти глаза потемнели от злобы.

— Я вырежу тебе сердце, сука! — прошипела она и вытащила из ножен рапиру. В два скачка оказалась рядом с Мечиславом. Клинок длиной в полтора аршина заточки не имел. Он был тонкий, прямой, в поперечнике почти квадратный. Гарду образовывали шесть лепестков с отверстиями в оправе из стального прутка; все вместе они формировали защитную чашку.

«Дуэльная рапира! — изумился он про себя. — А девка не промах! Надо быть начеку!»

Он слышал про такое оружие от Прокопа, но видеть не приходилось.

Укол в сердце был быстр, но предсказуем. Богатырь легко парировал в сторону и контратаковал в шею. Девушка отбила удар и, отскочив назад, снова с натиском атаковала. Феона отлично владела оружием. Богатырь, поняв это и зная, что на нём нет брони, начал использовать физическую силу в ударах, чтобы нейтрализовать быстрые атаки девушки. При этом навязал ей затяжные атаки, создав «переруб». Феона была опытна, на эмоциях не заметила, как попала в ловушку.

Она отбила три быстрых выпада, но четвёртый, рубящий, Мечислав нанёс не как деревенщина, а как мастер: с коротким замахом, вложив вес корпуса.

Феона попыталась уйти в сторону, но её рапира зацепилась гардой за край стола. Богатырь тут же атаковал сверху вниз. Клинки скрежетнули — рапира прогнулась, но выдержала. Однако девушка не смогла парировать полностью: тяжёлый меч скользнул по её эфесу и чиркнул по плечу. Кровь брызнула на пол.

— Попалась, — резюмировал Мечислав, занося меч для второго, уже смертельного удара.

— Допрыгалась, — добавил с лестницы Фиил.

Феона отпрыгнула к камину, прижимая раненую руку. Рапира дрожала в ослабевших пальцах. Она поняла: ещё один такой переруб — и клинок либо переломят, либо выбьют. А её скорость уже не та — плечо горело огнём.

Юноша пошёл к ней, аккуратно ступая босыми ногами. В его глазах не было злобы — только холодная решимость. Он не собирался давать ей передышки. Короткий замах — и меч пошёл по диагонали, снова рубящий, с подсечкой ног.

Феона упала, но быстро встала и готовилась к отчаянному прыжку вперёд, под удар — лишь бы уколоть в горло ценой собственной руки…

— Стоять! — раздался женский старческий голос из-под капюшона второй фигуры.

Мечислав остановился. Ему не очень-то хотелось отправлять на тот свет очередную девушку. Он взглянул на фигуру в робе.

— Кто вы такие? — спросил он у женщины в робе.

Та подошла к Феоне и скинула капюшон. Старое сморщенное лицо, жёлтые ехидные глаза, длинный крючковатый нос и тонкие сжатые губы. Ошибиться было невозможно — Демонта. Самое странное, что, несмотря на дряхлое лицо, фигура у неё была точеной, как у молодой девушки, с правильной осанкой и круглой пышной грудью.

«Старая карга! — подумал Мечислав, узнав женщину. — Вот и свиделись!»

— Узнал, Мечислав? Рад встрече? — спросила она, будто прочитав его мысли. — Я говорила, что смерть тебя ждёт? Девочка моя Девара тебя не убила…

— Так вот оно что! — перекрестился Фиил, перебив ведьму. — Змея подколодная! Я был прав, это ты с Грегором сотворила? Горе луковое, это по твоему наущению он жену с дочкой извёл? Да будь ты проклята в роды и роды!

— А-а-а, старый балахвост разговорился? — съязвила старуха и ответила: — Этот Грегор добряк на передок сам слаб был, вот и поплатился за свой грех. Прелюбодеяние — кажется, так кличут блуд в вашей религии? Пару совокуплений со мной, наверное, зачлись ему на небесах? Или где там ещё? В преисподней?

— С тобой?! Ох, матушка-честная! — зашёлся смехом винодел. — Ты, видать, ликом выцвела, старая карга, как риза ветхая! Я бы с тобой в хмельном угаре на сеновал не полез — того и гляди дух вон, али бес ребра переломит! Не-е, уволь, бабушка!

В таверне раздались смех и хихиканье головорезов. Мечислав тоже широко улыбнулся, разглядывая старуху. Только Феона слегка скривила губы и презрительно обвела взглядом всех мужиков.

— Чего ржёте, как старые мерины?! — огрызнулась Демонта. — Вы ещё моим отваром иллюзии не угощались! После него вам любая старая кляча грудастой бабёнкой покажется. Я всегда наверняка делаю! Смотрите!

Старуха вскинула руки.

— Mutare exterius! — выкрикнула она.

Кожа на лице Демонты стала двигаться и разглаживаться. Изо рта, от лица и тела пошёл пар, окутывая старуху, пока полностью не покрыл её. Через секунду из клубов пара вышла женщина с той же красивой фигурой, но прекрасным лицом: широкие дуги бровей, блестящие жёлтые глаза, небольшой прямой нос и красные пухлые губы. Перед ними стояла красавица. Все ахнули от удивления. Лишь Феона продолжала презрительно усмехаться. Демонта не спеша подошла к бочонку с вином, взяла с полки деревянный кубок и наполнила его.

— Ну что?! Старый козёл?! — спросила она, обращаясь к Фиилу. — С такой бы девкой в койку лёг? Я уверена, побежал бы! Да ещё вприпрыжку!

Голос у неё был приятный, от прежнего старческого карканья не осталось и следа. Она сделала глоток вина и расхохоталась.

— Как я поняла, затея Феоны с девками, — сказала Демонта, — провалилась. Ну что ж…

Её снова перебил Фиил.

— Какая затея? Это она о чём, сын мой? — удивлённо спросил он у богатыря.

— Да всё просто, отче! Твоих девок, что ты для меня заказал, они подменили. Я, так понимаю, одна из них была её сестрой, — ответил Мечислав, кивнув в сторону Феоны.

У девушки снова заходили желваки, лицо покраснело, глаза налились злостью.

— Гнида! — прошипела Феона. — Ты скоро обо всём пожалеешь! Смерть врага — самый сладкий миг. А ты мой враг!

Не обращая на неё внимания, Фиил с интересом спросил Мечислава:

— Так они тебя в неглиже решили…

— Хватит! — на этот раз его перебила Демонта. — Наговорились! Там у себя на небесах договорите!

Старуха, повернувшись к Феоне, сказала:

— Пора закачивать этот балаган. А то, не ровен час, стража набежит. Опять этому жлобу бургомистру мзду платить надо будет. Что-то…

— Слышь, бабка! — прервал её Мечислав. — А что тебе за надобность в моей смерти? Второй день хлопочешь. Где дорогу я тебе перешёл?

— Ты мне дорогу перешёл, когда родился, — голос Демонты стал тише, в нём появилась тягучая, почти ласковая нотка. — Ты — примэго.

Мечислав нахмурился.

— Чего взгрустнулось? Не удивляйся, — усмехнулась старуха. — Я вашу породу за версту чую. Не ты первый, не ты последний. Щенков, которые ещё своего дитя не состряпали, я всегда находить умела. За это в Ордене Мортемоса заслуги имею.

Она замолчала, словно прислушиваясь к чему-то внутри себя.

— Они платят золотом. За каждого. Наивные… Думают, я ради монет стараюсь.

— А на самом деле? — Мечислав сжал рукоять кинжала.

Демонта улыбнулась. Улыбка на молодом лице выглядела особенно жутко.

— Сердца ваши, щенячьи, мне надобны. Вы долгожители. Из ваших сердец примэго варят зелье долголетия. Старый рецепт, я его одна знаю. Я давно живу, мальчик, уже счёт столетьям сбила. И ещё поживу. С твоей помощью.

— Начинайте! — распорядилась она Феоне.

Девица только этого и ждала. Попыталась приподнять рапиру, но раненая рука совсем отказала. Взяв оружие в левую руку, прорычала:

— Вперёд! Убить их! — и пнула бойца, всё ещё стоявшего на коленях. — Гавел! Иво! За мной! Атакуем его одновременно по моей команде!

«Толково придумано!» — мысленно оценил замысел Мечислав и, глядя, как от удара девахи рухнул вояка, которого она пнула, подытожил: «Минус один».

Мечислав опять сместился к лестнице, чтобы не обошли сзади.

Феона с двумя бойцами ринулась в проход на богатыря. Юноша не стал дожидаться, когда они приблизятся, и напал первым. Он молниеносно спрыгнул со ступенек и, не дав опомниться, сделал выпад и уколол в колено ближайшего противника. Тот вскрикнул и рухнул как подкошенный.

— Минус два, — вёл счёт богатырь.

Нападавшие не растерялись.

— Иво, отползай! — крикнула Феона и толкнула его ногой, убрав с пути.

Гавел и Феона атаковали одновременно. Она уколола в живот, а головорез — в голову. Но было поздно. Богатырь успел отскочить назад, их клинки продырявили воздух.

— Повторим! Опять трое! — прокричала девушка и скомандовала: — Гавел! Счепан! Колем вместе! Вперёд!

— Вот ёнда! — выругался Мечислав и, не оборачиваясь, скомандовал Фиилу: — Фиил, по центру!

Противники атаковали, но вдвоём. Счепан не успел пробежать в проход и опоздал с выпадом. Два кончика клинков одновременно подлетели к телу богатыря. С филигранной точностью он захватил оба клинка и стал разводить их в стороны мечом и кинжалом.

В это время Фиил выкинул ухват в сторону третьего бойца. Раздался хруст сломанной шеи. Счепан упал замертво.

В ту же секунду Мечислав прямым ударом левой ноги в грудь оттолкнул Феону и, шагнув этой же ногой вперёд, продолжая удерживать своим мечом клинок Гавела, уколол его в шею освободившимся кинжалом. Боец упал, захлёбываясь кровью, хлеставшей из аорты.

— Ещё минус один, — посчитал юноша.

Феона быстро оправилась от удара и встала.

— Эгидиус, Патрик! — снова приказала она. — Зайдите со двора и залезьте в окно любой комнаты. Надо обойти их сзади, а мы пока тут потанцуем.

Двое громил отделились от группы и бегом направились к выходу.

Перед Мечиславом и Фиилом осталось трое.

— Справимся, — бросил богатырь, шагнув вперёд. — Фиил, за мной!

Он не успел сделать и выпада. С улицы у входа раздались звон металла и короткие крики. Один из головорезов забежал назад в таверну и присоединился к оставшемуся отряду. Второй не вернулся.

— К ним подкрепление прибыло, — объяснил он своё возвращение.

— Без тебя вижу, Патрик, — процедила Феона.

В дверях показался детина в тяжёлой кирасе, вооружённый двуручным мечом. За ним в таверну вошли ещё четверо дружинников.

— Казимир! — выдохнул Фиил.

— Казимир! Ёнда твоя мать! — воскликнул Фиил и тут же спохватился: — Да простит меня создатель! Ты чего так долго? Я тут Богу душу чуть не отдал!

Молодой детина в тяжёлой кирасе окинул взглядом разгромленную таверну, переступил через труп, хмыкнул и лишь потом соизволил ответить:

— Светомир сказал: «Поезжай, помоги». А срочности не обмолвился. Думал, ты там с парнем толкуешь по душам, а не… — он повёл рукой, обводя поле боя, — …вот это всё.

Фиил только крякнул в ответ.

— Так что здесь происходит? — с ухмылкой спросил Казимир. — Светомир говорил, что надо какого-то парня к бургомистру сопроводить. Ну типа в помощь. Там его кто-то встретить может. Ну типа опасно!

— Как видишь, недалёкий отрок! — ответил Фиил. — Встреча состоялась раньше. Помощь нужна сейчас.

— Это я у входа понял! — не обращая внимания на ехидство винодела, так же с усмешкой сказал Казимир и, кивнув в сторону Феоны, добавил: — Когда услышал, как эта курица орёт! А потом тебя с этим оружием увидел!

Детина указал на ухват в руках Фиила. Дружинники расхохотались. Феона кинула взгляд на Казимира, полный презрения и злобы.

— Мы сразу не стали заходить. Смотрели, как белобрысый курицу учил, — продолжил он. — Хотя надо отдать должное, дивчина этой штукой отлично владеет.

Казимир указал на оружие Феоны. Она стиснула зубы и плюнула в его сторону, явно не оценив комплимент.

— Ну так вот, — продолжил Казимир, не обратив на это внимания, — подождали на выходе. Одного хлопнули, а этот верткий оказался.

Детина кивнул на уцелевшего Патрика, который уже стоял рядом с Феоной и остальными бандитами; при этом глаза Казимира недобро блеснули.

— Эту курицу уже давно ловим, — дополнил он. — Познакомились вы с самой лютой бабой в этих краях. Да и команда у неё — клейма негде ставить!

— Прорываемся к выходу! — резко выкрикнула Феона, понимая, что для неё эта встреча добром не закончится.

Девица, решив использовать фактор неожиданности, напала на Казимира. Остальные бандиты последовали её примеру. Завязался бой. Она попыталась, активно используя рапиру, попасть парню в лицо и ноги.

Однако левой рукой она фехтовала гораздо хуже. Казимир был опытным воином, отлично владел двуручным мечом и умело пользовался бронёй. Зная оружие Феоны, он понял, что она не будет рубить, поэтому применил прямую защиту - прямолинейными движениями меча отстраняя её клинок, и уделял особое внимание защите ног и лица. Скорость атак левой рукой была не та, что правой, а главное — не было той точности, с которой она могла бы поразить выбранную цель.

Примечания