Секьюрити номер тринадцать, или Дневники «топтуна»

– И долго тебе пришлось её уламывать да уговаривать?

– Куда там! Я только на порог ступил, а она мне с ходу: где так долго шлялся? Почему не звонил? Говорю ей: так, ты же сама меня выгнала! Она: уже простила. Ну, и всё. Я сейчас в автосервисе, в месяц идёт тридцатка и выше, так что, жить можно!

– Смотри уж, не перепразднуй восьмого! А то опять выгонит.

– Нет, Петрович, с этим – всё! Два раза на одни и те же грабли не наступаю…

Вечером, в честь завтрашнего праздника, девчонки организовали очередной «продпаёк» из просрочки. Но кто-то ляпнул, что перед праздниками ГБРовцы свирепствуют не на шутку – мотаются по всему «кусту», устраивают облавы на тех, кто мог вынести просрочку. Вроде того, даже на улице могут остановить, и потребовать чеки. Если окажется, что чеков нет, отвозят в отделение «для выяснения обстоятельств». Поэтому, перед тем как бежать на остановку, я раза три обегал всю округу. Вроде, всё было чисто. Но до остановки, всё равно, шёл уже знакомыми окольными путями…

Ну а праздничное утро в магазине началось с почти анекдота. Покупателей после открытия было не слишком много. Точнее сказать, совсем не густо. И вот, заходит какой-то уроженец юга, и чешет прямо ко мне. Подошёл и спрашивает:

– У вас есть вазэлын?

Стою, вспоминаю, есть ли такое средство в нашем отделе сопутствующих товаров. Оборачиваюсь к кассиршам и спрашиваю их:

– Девчата, а у нас тут вазелин найдётся? Человеку, вон, понадобился…

Не знаю почему, но их этот вопрос дико рассмешил. Кстати, ржачка началась и среди некоторых покупателей. Ну, это и понятно: в народе ходит много скабрезных анекдотов, где упоминается такое средство. Ну а девчонки, взяв себя в руки, уже серьёзно начали уточнять, для чего ему нужен этот продукт нефтепереработки. Оказалось, что южанину требуется крем для рук. Он работает на стройке, и у него от цементного раствора на пальцах начала трескаться кожа. Ну, нашли ему крем.

А потом девчонки рассказали мне, почему их так рассмешил вопрос о вазелине. Года два назад у них работал охранником какой-то излишне озабоченный. Мужику за пятьдесят, но он, с кем бы и о чём бы ни говорил, все темы обязательно сворачивал на тему про «любофф». Себя он воображал «казановой», от которого все женщины без ума. Дабы лишний раз напомнить об этом, он даже в пакет со своим обедом обязательно клал баночку вазелина и пару (понятно каких!) резиновых изделий. Поэтому его за глаза, случалось, иронически именовали, кто – супер-мачо, кто – супер-чмо.

Впрочем, таких чудаков везде и всюду предостаточно. Володька одно время работал в нашем, ступковском такси, и там у них был такой же комик предпенсионного возраста. Каждый раз, возвращаясь на базу с вызова, он с многозначительным видом повествовал шофёрской братии о том, что вёз некую блондинку (брюнетку, шатенку), и та всю дорогу его настырно домогалась. Ну, вот, прямо-таки, принуждала к «сеансу любви»… Если верить этим байкам, то каждую смену его домогалось, по меньшей мере, полтора-два десятка пассажирок. Таксисты, над этим, конечно, посмеивались. Но воспринимали такие россказни спокойно, исходя из здравого принципа: каждый с ума сходит по-своему.

В целом, день прошёл хоть и бурно (в смысле, нескончаемой беготни по торговому залу), но без «ЧП». Когда уже стемнело, позвонил Васин. Ну, я сразу же понял, в чём тут юмор. Он по голосу выявлял тех, кто «напраздновался» на рабочем месте. Но звонил, надо было думать, только тем, кто с пьянкой ранее не «засветился». А вот к «группе риска», скорее всего, ему пришлось ездить лично. Вот работа у мужика! Поневоле посочувствуешь.

Как и водится, как и полагается, он спросил он про задержания. Тут мне, понятное дело, как и всегда, похвастать нечем. Не крадут! Насчёт поддержания порядка он даже спрашивать не стал – и так понятно, что обстановка непростая. На том и распростились. Пьяных сегодня, конечно, было много. Когда в десять вечера закрыл входную дверь, подбежали трое хорошо «подогретых» мужичков, начали кулаками долбить в стекло: открывай! Им, видите ли, выпить хочется. Переадресовал их в круглосуточный, он от нас не слишком далеко. Правда, цены там!..

Когда пошёл на остановку, по пути то – там, то – там, без конца встречались или подпитые, или пьяные. На остановке – то же самое. Наверное, я очень похож на автобусного диспетчера, поскольку один тип габаритами «два на два» достал своими расспросами:

– А автобус будет?

– Обязательно.

– А когда?

– Скоро.

Минута проходит, всё начинается сначала:

– А автобус будет?..

Одиннадцатое марта

Всё ближе и ближе «дембель»! Уже меньше недели осталось. За эти дни много чего произошло. Утром девятого позвонил Володька. Его об этом Федька Свистко попросил. Суть дела такова, что Федьку, по сути, «кинул» его сменщик в «Купи!». Что интересно, Федька сам помог ему туда устроиться, поскольку планировал оставить доверенного человека на своём месте, чтобы съездить домой, и потом, после отпуска, опять туда же выйти. Но поросёнок-сменщик решил всё переиграть, и вместо Федьки втюхать в этот «Купи!» своего дружка. Для этого он что-то нехорошее про Федьку наплёл начальству, и тому по телефону, прямо на дом, сообщили, что в этом «Купи!» он больше уже не нужен.

Ну, Федька, понятное дело, воспылал жаждой мести, начал искать возможности расквитаться с тем треклятым обманщиком. И вот, кто-то из приятелей Федьки сообщил ему по телефону, что ненавистная ему «редиска» уже второй день квасит напропалую. Поэтому Федька тут же принял решение «слить» информацию в службу безопасности «Купи!». А где взять её номер? Вот Володька и предал мне просьбу Федьки найти телефон СБ.

Ну, а я-то где его найду? Я же работаю в совсем другой торговой сети. Пошёл к нашей директорше. Спросил её – вдруг, у неё есть контакты с СБ «Купи!»? Александра просьбе очень удивилась, но я ей в общих чертах объяснил суть вопроса, и она, как всегда, ничего не говоря, начала рыться в блокноте. И – надо же! – нашла-таки искомое. Передал я номер Володьке, но от себя добавил, что, наверное, Федька зря надеется восстановиться на своём прежнем месте. Зря! Скорее, может получиться так, что его вообще из «ЛОМа» выпрут. Во всяком случае, Васин это сделать может запросто. Уж, его-то я знаю!

Девятого днём опять появилась ревизорша Катька. Ходит отчего-то нервная и злая. На всех срывается, ко всем придирается. То ли недопила восьмого, то ли перепила… Ходила, ходила по залу и, под конец, ко мне подрулила. Начала выяснять, сколько у меня было задержаний за праздники. А нисколько! А у нас не крадут!

Надо сказать, я за ней уже заметил такое свойство: ей ужасно нравится, когда её боятся, и она, прямо-таки жаждет, чтобы перед ней лебезили. Может быть, ждёт, что я начну унижаться? Чёрта с два! Нашла «шестёрку»! Разговариваю с ней, и, при этом, безмятежно улыбаюсь, как будто она мне абсолютно «до фонаря». Хотя… Она и в самом деле мне была именно – «до фонаря».

Катька сразу же начала заводиться:

– Я вижу, у вас беспричинно весёлое настроение… Хотелось бы знать, с чего бы такое веселье? Особенно, если учесть незавидные итоги вашей работы. Задержаний нет, товар разворовывается…

Спокойно ей возражаю:

– Насчёт краж – вопрос спорный. Это не более чем голословное утверждение. На этот счёт нужны твёрдые факты.

Её аж заколотило.

– Будут факты! Будут! – только что не орёт Хваталова. – На днях мы проведём самую тщательную проверку наличия спиртного, и я думаю, по её итогам кое-кому будет не до веселья.

Но тут я её, можно сказать, добил:

– И я, кажется, догадываюсь, кому именно…

Её, бедную, от такого нахальства чуть кондрашка не хватила. Сделала страшное лицо, и побежала к кассиршам. Отыгралась на них. Подхожу к девчонкам, они что-то вполголоса обсуждают.

– Петрович, – говорят, – вы с ней будьте осторожнее! Злопамятная и мстительная. Её и в центральном офисе из-за этого не переносят. Говорят, собираются выгнать из-за склочности. А на её место думают поставить Фаину – это та, что с ней была, в очках которая. Они всегда были лучшими подругами. А теперь она Фаину ненавидит, и ест поедом.

– Девчата, через несколько дней мне уже на «дембель», так что, зря пусть не пыжится. Её я не боялся, и не боюсь. Шиш она мне что-то сделает!

Людмила качает головой:

– Но она может сделать так, что ни к нам, ни вообще в нашу сеть вас больше не возьмут… Это она умеет!

Ну, что уж будет, то и будет…

После обеда бегал в соседний хозмаг. Купил там нафталина, чтобы заранее положить в свою дорожную сумку – ещё не хватало привезти домой клопов и тараканов! Уже готовлюсь к отбытию.

А вчера, десятого числа, вскоре после начала работы, мне позвонил Пашка. У них в «Купи!», едва они открылись, с какого-то бодуна учинили, говоря словами Папандопуло из «Свадьбы в Малиновке», «грандиозный шухер». Два сотрудника службы безопасности, прикинувшиеся деревенскими «пинжачками», набрали в тележку кучу продуктов, и пришли на кассу. Выкладывают они продукты на стол кассирши, та пробивает, и даже мысли у неё не появилось оторвать от стула седалище и заглянуть в тележку. А СБшники на самом дне оставили всё самое дорогое, и беспрепятственно вывезли эти продукты за пределы торгового зала. И тут же объявили:

– Контрольная закупка! Был произведён контрольный вынос товара, на который никто не отреагировал. Всем оставаться на местах!

Тут же появился директор, с ним Васин, и – началось!.. Стоимость вывезенных продуктов разделили на всех кассиров, а Пашку Васин оштрафовал на две тысячи. Пашка пытался доказать, что, в то время, когда СБшники проворачивали свою аферу, он не мог оторваться от «алкашки» – там шарились двое каких-то синяков. Но Васин его и слушать не стал. Своё повествование Пашка сопроводил выражениями многоэтажной архитектуры. Да это и понятно – кто бы остался равнодушен к такой сквернотной подставе?!

Слушаю его, а сам вдруг вспомнил про недавнюю Федькину просьбу найти ему телефон СБ «Купи!». Уж, не из-за его ли «стук-стук» СБшники развили столь бурную деятельность? А ведь это запросто может быть! Федька хотел свести счёты с каким-то там своим обидчиком, а вот отрикошетило, и очень даже серьёзно, Пашке и кассиршам, которые к Федькиным проблемам и на грош не имели никакого отношения. Правильно говорят, о чём я и предупреждал Володьку: не буди лиха!..

Сразу же после разговора с Пашкой, я пошёл к нашим девчонкам и рассказал о ситуации в «Купи!». Все, конечно, в некотором обалдении от услышанного. Но тут же заверили, что уж они-то зад оторвать от стула не боятся, и тележки проверяют, как должно.

Ближе к обеду примчался Васин. Он появился как раз в тот момент, когда я на выходе из кассы выяснял у одного бомжеватого типа – не прихватил ли он с собой неоплаченный брикет масла? Я точно видел, что он его взял, но не видел, чтобы положил на место, а на кассе среди его покупок масла не оказалось. К тому же, набрав продуктов, он достаточно долго отирался в тех закоулках, где у камер «слепая зона».

Мужик, понятное дело, возмутился, оскорбился, расходился, начал выворачивать карманы, расстёгивать одежду… Но я его остановил – этот «стриптиз» меня как-то не впечатлял. Мне хотелось, просто, знать – куда делось масло? Попыхтев и понудив, он сказал, что – да, взять-то масло, он взял, но покупать раздумал, и поэтому бросил брикет куда-то меж штабелей плавленых сырков.

В этот момент подошёл Васин, и с ходу начал выяснять, что конкретно происходит. Этому мужику кивает:

– Ну, пошли, покажешь, где и чего бросил.

Пошли втроём. Как ни странно, но масло обнаружилось, и именно среди плавленых сырков «Космос». Мужика Васин отпустил, сделав ему замечание, что, вообще-то, стоило бы уважать труд продавщиц, занимающихся раскладкой товара. Уж, где взял, там и положи. Ну а потом началась разборка моей работы. По поводу этого мелкого инцидента он и мне сделал замечание, вроде того, надо быть внимательнее. По идее, мы сейчас перед этим типом должны были бы извиниться.

Здра-а-сьте! Это с какого же бодуна извиняться-то? Я его, что, обыскивал, лазил по карманам? Или, как Лёха Магомедов, намял бока? Я всего лишь задал абсолютно ординарный вопрос, и ждал такого же простого, ординарного ответа. И если бы он не начал корчить из себя святую невинность на первом свидании, а сразу же сказал, что масло бросил на витрину с сырками, кто бы и чего от него домогался? Но Васина переспорить – надо перца наесться!

Снабдив меня ценными советами, руководящими указаниями и гениальными наставлениями, он пошёл к администраторской, а ему навстречу из грузового терминала вываливают – и директриса, и Катька-ревизорша, и Светлана. Как оказалось, они решили провести тотальный пересчёт всего-всего-всего спиртного. Васин их решение одобрил и откланялся, как всегда, напоследок меня сфотографировав.

Считали они долго. Шухрату пришлось разрываться между подвозом товара в отделы и этими считальщиками, которым без конца требовалось что-то поднять, что-то поставить, что-то передвинуть. Катька была, прямо, как именинница. Когда я оказывался рядом, на её физии появлялась многозначительная ухмылочка: ну, мы тебе покажем! Ну, мы тебя на уши поставим! Правда, с течением пересчёта её ухмылочка постепенно начала скисать. Потом и вовсе исчезла. А потом, в какой-то момент, исчезла и сама Катька. Сказала:

– Ну, ладно, закончите это всё без меня – дела, знаете ли, дела, надо ехать!

И – фюйть! – только её и видели. Пересчёт закончился где-то уже в шестом часу. Гляжу, вид у директрисы очень даже озадаченный. Подошёл к ней, поинтересовался:

– Александра Юрьевна, узнать-то можно итог проверки? Много спиртного пропало?

Она замялась, засмущалась, и неохотно так говорит:

– Не хватило одной бутылки водки «Снежинка» …

– То есть, – развожу руками, – коньяки, в том числе и «Фронтовой», в без вести пропавших не числятся? Они вернулись из боя?

– На данный момент – да, все на месте… Но, Алексей Петрович, у нас здесь не только спиртное! У нас много других продуктов. И – кто знает?! – каковы были бы результаты, если бы мы пересчитали все колбасы, сыры, элитный кофе… Так что, итог нашей проверки – не повод, чтобы расслабляться!

Да, боже ж мой! Кто собирается расслабляться-то?! Работаем-с! Главное, чтобы такие дуры-актуалки, наподобие ревизорши Катьки Хваталовой, не били по рукам, чем она не помогает, а мешает работать. Вон, взять Пашку. За что его сегодня наказали? Да, ни за что слупили две тысячи честно заработанных денег! Хотя, у Пашки задержаний даже больше, чем у Ромки, нашего общепризнанного «суперменчика», при трезвой, добросовестной работе. О себе – вообще не говорю. У меня задержаний – ноль. И вот теперь Пашка – уж, точнее точного! – сюда больше ни ногой. И кого они возьмут на его место? Такую же «редиску», как тот, что подставил Федьку, хотя, если разобраться – это полный отброс?

…Вечером позвонил какой-то незнакомый тип и сказал, что мой телефон ему дал Васин. Мол, посылают его к нам вместо той «редиски», что напился на праздники. Моя задача – проводить новенького до общаги и помочь ему там обосноваться. Сейчас он едет к нам. Ну, приезжай…

Приехал сменщик «редиски» уже часу в девятом вечера. Вид довольно потрёпанный, но, в целом, парень крепкий, ему где-то тридцать с небольшим. Сказал, что постоянно проживает в Клину, зовут его Николаем. Что интересно, добирался он до нас на попутных, по сути, без копейки денег. Васин только завтра должен прислать ему аванс. В этой системе Николай работает уже давненько, года четыре. Знает почти всех, с кем мне доводилось, так сказать, пересекаться. В том числе, знает Шмагуна (мнения о нём невысокого), знал и Антоху Малюхина – этого вообще считает за полное ничто.

Но, что самое интересное, он хорошо знаком с Валей, которая сменила меня в Стукачихе. С ней он встретился и познакомился на днях в Электростали. По его словам, сейчас в Вале от той, былой библиотекарши-«белоснежки», не сталось и следа: дымит, как паровоз, через слово – мат, под глазом синяк… Познакомились они в электростальском «Купи!», куда его послали сменить уже отработавшего вахту охранника. Одновременно, приехала туда и Валя – в офисе чего-то напутали, и их обоих прислали на одно и то же место, да ещё и на три дня раньше, чем это было нужно. И тогда Колька снял для них обоих рядом с магазином комнатушку, где они с Валей «прокувыркались» все три дня без передышки. Разумеется, ежедневно накрывался «дастархан» с вином и водкой. Собственно говоря, на это-то и ушли все его капиталы.

Звонить домой жене, чтобы прислала денег, Колька не стал. Когда от Васина пришла команда: Валя остаётся в Электростали, а Николай едет в Боровки, он собрал сумку, и пошёл на дорогу. Добрался всего за день. О Вале, как о женщине, мнения самого высокого («Баба – супер! Кайф словил офигенный!..»), поэтому, по завершении вахты в Боровках, собирается встретиться с ней снова. Меня услышанное как-то не очень приятно удивило.

– …Постой, но у тебя, я так понял, есть жена. Наверное, и дети есть?

– Да, есть дочка и сын. Старшей – пять лет, младший – только недавно родился…

Ну и ну! Ну, а чего же тогда гуляешь от неё, если она родила тебе детей, и, надо думать, женщина порядочная, от тебя по мужикам не бегает? Колька кивает: да, жена у него, и в самом деле, женщина золотая. И красивая, и характер замечательный. И, между прочим, любит он её очень даже! Да-а-а-а! Ни разу грубого слова не сказал, всё заработанное – только ей!

Развожу руками, не в силах понять этой аномальной логики: ну, если любишь, то почему изменяешь? Он на меня смотрит, и тоже не может понять: а в чём тут, вообще, проблема? Ну, да, на вахте у него всегда есть женщины. Ну и что? Что тут такого?! У него, оказывается, есть такой «пунктик» в голове: я – мужик, мне постоянно нужны бабы. Вот и вся логика. О какой измене может идти речь, считает он, если с другими у него – никаких чувств, одна лишь голая физиология? Приезжая на вахту, Колька первым делом ищет себе пассию среди кассирш из тех, что помоложе. Если таковых не находится, он начинает знакомиться с покупательницами. Максимум, на второй день находит то, что нужно.

– …Петрович, я, практически, никогда не кантуюсь в этих клоповниках-общагах. На кой бы это нужно было? Обычно, живу у своей бабы. Если с ней всё складывается нормально, дежурю по две-три вахты подряд. Пока не надоедим друг другу. А бывает, за вахту трёх-четырёх баб меняю. Это ваше поколение какое-то слегка прибабахнутое: комсомольцы-добровольцы, блин! Это у вас было так – «супружеская верность», «любовь до гроба» … Бред! Всё это уже давно устарело, как окаменевший навоз мамонта. Сейчас отношения – типа игры в бильярд. Шаром об шар – стук! – и покатились в разные стороны. Ни моральных осложнений, ни обязательств…

Да, Коля, у тебя есть шанс однажды жестоко разочароваться в этой своей «бильярдной» теории! Знавал я одного такого «бильярдиста». Мужик здоровущий, при деньгах и связях. Он тоже любил свою жену, и тоже от неё гулял направо и налево. И твёрдо был уверен в своём праве «мушчины» иметь кучу баб. При этом, «бильярдист» даже мысли не допускал, что и его жена способна на нечто подобное, что и она может ему изменить. Но это случилось. Однажды ему рассказали, что его нежная и трепетная, скромная и невинная, уже давненько спит с его лучшим другом, с которым он – и на рыбалку, и на охоту… Эта новость для нашего «бильярдиста» стала громом среди ясного неба. Он тут же свалился с тяжелейшим инфарктом. Благо, «скорая» прибыла вовремя, и его, хоть и с большим трудом, врачи, всё же, вытащили с того света…

Рабочий день закончен, с Колькой идём на остановку. Он шарит по карманам.

– Петрович, у меня всего пять рублей. На автобус добавишь?

Ну, куда ж я денусь? Добавлю. В общаге он занимает освободившуюся Ромкину койку. Ужинать ему, понятное дело, нечем. А не ел он с самого утра. Делюсь с ним своими запасами просрочки…

Да, парень, при такой «приключенческой» жизни здоровья тебе надолго не хватит. Ещё года три-четыре, и подкараулит тебя кто-то из «славных попутчиков» разгульного бродяжничества: или язва, или цирроз, или тяжёлый панкреатит с диабетом, или даже онкологией… Не говоря уже о простатите и аденоме, да ещё (не к ночи будь помянуто!) о какой-нибудь «венерке», типа СПИДа.

…А вчера перед вечером у нас появился ещё один жилец – Фаридон, совсем ещё зелёный, застенчивый таджик из Горного Бадахшана. И тоже, без денег и еды. Выручай, моя просрочка! Как жаль, что тебя оказалось так мало…

Ну а сегодня у Пашки последний день работы. Когда он вчера вечером приехал, то очень сильно удивился тому, что наша комната теперь заполнена «по самую завязку». Утром пошли с ним на остановку, а он какой-то скучный, хмурый. Хотя, по идее, должен бы прыгать от радости. Что опять не так? А он и сам не знает. Слишком много самых разных настроений. С одной стороны, теперь он – вольная птица: лети, куда хочешь. А с другой… Хотя здесь – и надоело, и даже опротивело, тем не менее, во многом он уже и привык к этой жизни, к этой работе… Удастся ли найти что-нибудь получше? Кто бы подсказал?..

…На работе с утра у наших девчат только и разговоров про начавшиеся проверки в нашей торговой сети по примеру «Купи!». Видимо, в центральном офисе «Вкуса» прослышали про «великий почин» коллег-конкурентов, и тоже решили устроить «грандиозный шухер». Ох, Федька! Ну, не скотина ли ты? Сколько из-за тебя всем нам выпало мороки! И какого чёрта я дал тебе телефон этого СБ?! Хотя… А может, и зря я его «полоскаю»? Может быть, все эти корпоративные катаклизмы начались по каким-то другим причинам? Катька-то свои первые наезды на наш магазин учинила ещё до истории с Федькиной «вендеттой» …

До обеда работа ничем особенным не отличалась. Покупатели идут, товар выбирают, на кассе платят… Народ дисциплинированный – ничего не скажешь. Вот обедать опять пришлось стоя у «алкашки». Шухрат опять хронически занят на складе, опять что-то там проверяют. Только приступил к еде, бежит Женька:

– Петрович, эта злыдня Катька опять появилась!

Всё понятно. Прячу контейнер с едой под шкаф с «элиткой» и иду по рядам. И в самом деле, по залу шествует Катька. Прошла мимо, как будто не заметила. Впрочем, её я тоже «не заметил». Только после этого удалось докончить свою «трапезу». Опять хожу по залу. Звонит телефон – это Володька.

Сообщил, что теперь уже – точно, подменять меня не приедет. К весне обострились все его болячки, заработанные на вахтах. Насчёт Федьки рассказал. Как я и думал, из-за того своего звонка Свистко погорел здорово. Просвистел, как фанерка над Парижем. Вчера он надумал созвониться с Васиным насчёт следующей вахты (а что делать – деньги-то разошлись рекордно быстро, надо опять срочно ехать на заработки!), но тот с ходу обломил его по полной. Даже не дослушав, сказал, что ему очень не нравится, когда кто-то берётся «прыгать через голову» и, минуя его, своего непосредственного начальника, выходить на ту же СБ. Поэтому, с ним работать он больше не желает. Теперь Федька хочет созвониться с начальником отдела по «Корзиночкам». Может быть, тот возьмёт к себе?

Сразу после разговора с Володькой, я позвонил Васину. Сказал, что у Володьки серьёзные проблемы со здоровьем, поэтому мне нужна замена. У Васина, как всегда, бывает в таких случаях, сокрушённые вздохи. Но замену найти пообещал (ну, ещё бы не нашлось желающих попасть на этот сытный объект!).

Кстати, нынешний день выдался очень интересным. В частности, довелось увидеть несколько курьёзных житейские сценок. В первом часу дня прилично одетая молодая женщина набирала в сумку спиртное (либо, восьмого не напраздновалась?). Наблюдая за ней, её сынишка лет десяти почти по-взрослому начал убеждать свою маму взять что-нибудь другое, наподобие фруктов или торта. Та не соглашается. Стою рядом, наблюдаю за их спором. Неожиданно мальчишка оборачивается ко мне и, прямо-таки, со взрослой иронией, начинает убеждать:

– Не давайте ей спиртное! Не давайте! Ей ещё нет восемнадцати! Ну, где твой паспорт, где? Во-о-т! У тебя ещё даже паспорта нет!

Все, кто рядом, смеются – уж, такой пацан с характером! Спрашиваю его:

– Что, не любишь, когда пьют спиртное?

И он, опять-таки, почти по-взрослому разводит руками:

– Ну, а кому бы это понравилось?!

А вот ближе к вечеру один молодой папа, который тоже собирался взять себе спиртного, свою дочку, всё же, послушался. Молодой мужик, годами под тридцать, идёт к «алкашке» выбирать себе бутылку водки, хотя уже, явно, «под градусом». А его дочка, кроха лет пяти, заступает ему дорогу, упирается в его коленки своими ручонками, и строго так объявляет:

– Пап, не надо брать водку! Она плохая. Ты будешь пьяный, мама будет ругаться. Лучше давай купим что-нибудь другое? Давай мне и тебе купим мороженое! А? – заговорщицки предлагает она

Он стоит, не знает, что и делать. Спрашивает:

– Ты, что, меня и вправду туда не пустишь?

– Нет! Не пущу! – категорично уведомляет дочка.