Астенолит. Первый этап
- -
- 100%
- +
Перуанец Хуан Карлос пытался оспорить почти каждое его указание, предлагая, словно в пику ему другое решение. Видимо, он сам рассчитывал на роль лидера в клане, и поэтому всячески подвергал сомнению все предложения первоначального лидера этой шестерки. Члены клана также распределились на две подгруппы, правда не равномерно, если говорить о количестве. На стороне Чжана было трое, и в том числе две девушки, последними присоединившиеся к «Принципам», а к Карлосу же присоединился лишь Кевин Челли, из Мельбурна. Но такое распределение всё равно было критичным для группы, так как эта пара выглядела физически максимально крепкой из всех собравшихся. По сути, самые сильные мужчины из всех, кто находился в данной комнате, встали в оппозицию к главе клана. Ханс Скиба, как боец, внешне проигрывал не только Чжану, но и даже девушкам, так как был невысокого роста и субтильного телосложения, типичный представитель племени АйТи–специалистов, словно сошедший сюда из анекдотов про них, и собрав на себе все стереотипы, окружавшие данную категорию современного офисного персонала. Так что, хотя расслоение группы по численности и выглядело в пользу китайца, то по качеству оно было на стороне перуанца. Все–таки во время испытания, со слов пришельцев, группе предстоит пройти через сплошные сражения и битвы, и физическая мощь играла большую роль в предстоящем выживании. Чжан это понимал, но старался продавить оппонентов, настаивая на своем руководстве.
Но договориться у них так и не получилось. Хуан Карлос и Кевин, настаивали на том, что нужно объединиться втроем, и дальше так и пробиваться, не заботясь, с их слов «о балласте». Пусть мол выживают сами, толку от них всё равно никакого, только подставиться можно, защищая их настоящим бойцам, каковыми видимо они себя и считали. Такие заявления звучали при том, что перуанец был обыкновенным курьером, а австралиец журналистом. Объединяло их только то, что оба в своё время увлекались фантастикой, в частности жанром пост-апокалипсис, многое читали на эту тему, до хрипоты спорили на специфических форумах, и были уверены в том, что знают, как поступать. В конечном итоге они договорились до того, что пойдут вдвоем, самостоятельно. Кевин заявил, что численность в шесть человек не будет существенным преимуществом, так как все равно мала, а у двух опытных и сильных парней больше шансов как остаться незамеченными, так и просто отбиться от неприятеля, не тратя силы на то, чтобы спасать ещё и немощных со–клановцев. Проспорив несколько часов, каждый остался при своем мнении, и клан «Принципов», не успев соединиться, распался на две группы.
В стане же клана «Гастаты» царило всеобщее уныние. Разбившись ещё в том самом зале на пары, люди так и не смогли объединиться, даже после того, как их отвели в общую комнату. Все парочки разбрелись по помещению, о чем–то шепчась, и с недоверием поглядывая друг на друга. Фиде Кхан, молодой двадцатилетний рыбак из Карачи, что в Пакистане, сейчас сидел за столом, спиной к стене с холодильником, вместе с Фаузи Альдашем, сирийцем из Латакии. Перед ними на большом блюде были разложены различные овощи, наломанные куски лепешек, сладости и несколько кусков мяса, разных способов приготовления и вида. Инопланетяне, нужно отдать им должное, знали о разнообразии представителей человечества на планете, и состав провизии в таких вот ночных домах учитывал не только религиозные, но и климатические особенности места проживания жителей Земли, попавших в те или иные кланы. Фиде и Фаузи переговаривались друг с другом вполголоса, так, чтобы то, о чём шёл разговор, никто из присутствующих здесь не мог ни услышать, ни разобрать при всём старании. К тому же, каждый из них говорил только в тот момент, когда подносил еду ко рту, прикрываясь ею перед тем, как отправить тот или иной кусок по назначению.
Напротив них, возле стендов с оружием, расположились представители Индии и Израиля, которые поглядывали на них с явным недоверием, и даже злостью. Казалось, что напряжение, возникшее сразу же после того, как они вошли сюда, неминуемо приведёт к конфликту. И оно скорее всего к нему бы и привело, вот только один из охранников, что сопровождал их в это место, недвусмысленно дал понять, перед своим уходом, что если именно здесь, перед началом испытания и в этой комнате, возникнет драка, или ещё что похуже, то все без исключения члены клана «Гастаты» будут уничтожены, а их место займут другие люди, благо запасные игроки были у пришельцев в достатке. Только это, а именно нежелание умереть здесь и сейчас, всех и сдерживало от каких–либо решительных действий. Впрочем, что им мешало выплеснуть свое раздражение и ненависть сразу после того, как они покинут это место и окажутся на полигоне? Об этом как раз и говорили между собой Фиде и Фаузи. Девушки же отошли к месту отдыха и там, расположившись на мягких диванах, с опаской посматривали на остальных членов группы.
Первым заговорил Фиде.
– Эй, женщины. Мы готовы взять вас под свою защиту. Только вам придётся ежедневно доказывать нам свою полезность. Мы мужчины, мы будем вашей опорой там на полигоне, а вы должны будете во всем нам потакать и ублажать ночами. Да, нужно будет сильно постараться, но вы же хотите пожить ещё какое–то время. Да и на что вы ещё можете сгодиться, мы предлагаем вам как раз привычное вам занятие, – и оба, сидевшие рядом за столом в голос заржали, не сомневаясь в том, что деваться девушкам некуда, и они сейчас покорно подойдут к ним.
Но те смогли их удивить.
– Что? Ну вы и уроды! Да мы лучше сдохнем в первый же день, чем согласимся на это, – аж покраснела от гнева Канна Киритани, дизайнер одежды из Японии, а её соратница по ситуации, алжирка Джамила Лахдари в этот момент чуть пододвинулась к ней, сжимая в руках меч, который она, видимо, успела уже подобрать со стеллажа. Нужно отдать ей должное, хотя Джамила и была мусульманкой, и вроде бы как раз и должна была покорно принимать такое отношение, но она относила себя, по духу, к тем алжиркам, которые еще во время войны Алжира за независимость пятьдесят четвертого – шестьдесят второго годов двадцатого века, внесли существенный вклад в противостояние с французами, – сами себя удовлетворяйте, козлы.
Фаузи было вскочил из–за стола, но Фиде, положив ему руку на плечо, усадил обратно на стул, что–то горячо зашептав ему на ухо, со злостью поглядывая на девушек.
В это время к девушкам подошел Ицхак бен–Табу, израильтянин из Ашдода, невысокий, жилистый мужчина тридцати пяти лет, совершенно лысый с яркими голубыми глазами. Его товарищ остался там же, где и был, у стеллажа с оружием, а Ицхак как раз заговорил с девушками.
– Вы можете присоединиться к нам, мы гарантируем вам безопасность, насколько сможем, конечно. И ничего не попросим взамен. Нам кажется, что вместе будет легче отбиться от тех тварей, что ждут нас там, за этой дверью.
– Наверное, мы сможем вам доверять, – через пару минут проговорила Джамила, перед этим глянув с надеждой на Канну, опасаясь, что та в сердцах откажет и ему, находясь под впечатлением от хамской выходки пакистанца. Но та лишь кивнула, подтверждая слова теперь уже новой подруги.
– Вот и хорошо, – с видимым облегчением сказал Ицхак, – предлагаю перекусить сейчас, и обсудить завтрашний выход, – он обернулся и кивнул Накул Хану, кшатрию из высших варн (каст), родом из восточных территорий Индии, в бытность свою до захвата инопланетянами, являвшемся малопопулярным актером фабрики Колливуд, снимающий фильмы на тамильском языке.
Тот поднял руку, в знак того, что всё понял, и направился к холодильнику. Фаузи опять вскочил, и попробовал перекрыть ему подход, но Фиде снова усадил его за стол. Набрав еды Накул, высокий, практически белокожий, сероглазый, спортивного вида мужчина, направился к зоне отдыха, к своим новым товарищам. Разложив еду на столе, в основном это были сладости и фрукты, он посмотрел на девушек. А посмотреть было на что, и Джамила, да и Канна, обе не были, как говорят «писанными красавицами», но вместе с тем обе обладали какой–то невероятной женской магией, которая заставляла всех окружающих мужчин обращать на них внимание. Что–то, что не поддается описанию было у обоих. Вроде бы обычная внешность, ничем специально не подчёркнутые фигуры, обычные прически, а всё мужское население, как только они попадались им в поле зрения, тут же начинало хорохориться, стараясь обратить на себя их внимание. Редкое качество, но тут оно наблюдалось у обоих.
– Нам нужно договориться, как мы будем себя вести с утра, – начал разговор Ицхак. Позади компании, за столом, два приятеля Фиде и Фаузи, демонстративно и в голос засмеялись.
Как же были устроены полигоны, на которых предстояло преодолеть массу препятствий героям из нашего противостояния? На огромном корабле, только в длину протянувшемуся на сотню километров, на разных уровнях, или если хотите палубах, было организовано три полигона, климатические условия на которых моделировались специальными установками, позволяющими воссоздать полное ощущение присутствия на той или иной планете. Создавалась полная иллюзия любого геологического формирования, от пустыни, до скалистого кряжа, от средне континентального климата, до джунглей и болот. Причем за период в шесть–восемь часов, можно было полностью «перезагрузить обстановку», то есть за то время, пока участники находятся внутри домика для ночлега, да так, что они заметят эти самые изменения только после того, как покинут его. Данный корабль был как раз и разработан с целью тренировок и адаптации персонала межзвёздного флота Содружества, в случае появления такой необходимости, и был приписан к инженерным войскам флота, если использовать земную терминологию. По заданию, которое озвучили участникам испытания, они должны были ежедневно двигаться на север, определяя своё направление по светилу, которое, чтобы им было привычно, также как и на Земле всходило на востоке, и садилось на западе, так что весь полигон они могли пройти минимум за три –четыре дня, тем более что запустить искусственно солнце, пришельцы могли и по обратному маршруту, переориентировав таким образом клан по сути в обратную сторону, чуть изменив ландшафт. Так что в реальности, группы будут просто ходить по кругу, вернее овалу, вмонтированному в корабль длиной в сто километров и шириной в пятьдесят, с постоянно меняющимися внешними для участников условиями. Такой вот террариум гигантских масштабов, вернее, три террариума, расположенных на трех разных уровнях данного корабля.
Глава 7. Первый день.
Утром, позавтракав, клан «Триарии» собрался в полном составе у выхода из помещения, в котором они провели ночь. Впереди у них испытание не на жизнь, а на смерть в буквальном смысле этого слова, а сейчас его просто нужно начать, сделать первый шаг в неизвестное, шаг на встречу возможной гибели, или возможной победе.
– Так народ, – подал голос Чиф, стоявший вместе с Ричи у самого выхода, – все всё помнят? Напоминаю, на всякий. Передвигаемся в колонну по двое, с дистанцией три–пять метров, по возможности. Если пространство позволяет, по моей команде переходим на бег. Что–то мне подсказывает, что если пройдём чуть больше, то нам это зачтётся даже в первый день, с его бонусом, а лишнее время в «Домике тишины» нам совсем не помешает.
– Домик тишины? А что, в тему название, Чиф, – и Ричи поднял вверх большой палец левой руки. В правой у него сейчас было копьё с длинным и очень острым тёмно–синим наконечником. Оружие, а также броня, всё имело такой окрас, только на броне были ещё небольшие серебристые вкрапления. Как решили ещё вчера, за неимением других теорий, что цвет обусловлен каким–то специальным покрытием, и предназначен только для их группы, остальные команды, по мнению клана, наверняка будут выходить под другими цветами, чтобы наблюдателям было легче их различать.
Кроме копья, Ричи был вооружен огромной секирой, которая сейчас была приторочена с помощью хитрого крепления у него за спиной, и обычным мечом, внешне очень похожим на гладий, только цвет клинка был синим. Под секирой, там же на плече был закреплен щит, а под ним уж небольшой рюкзачок с припасами. Щиты, предоставленные инопланетянами, представляли собой настоящее произведение искусства. В собранном состоянии, это был обычный круглый щит, только очень легкий, весящий около полкилограмма, но стоило нажать одну из двух кнопок, расположенных на его тыльной стороне, как он преобразовывался в становой, большой и прямоугольный, а вторая кнопка возвращала его в исходное состояние. Модификация происходила практически мгновенно.
– Суама, когда побежим, в твою задачу, помимо основной, также будет входить отсчет шагов, как только наберется двести, даешь всем знак, например, говоришь – хоп, и мы переходим на шаг, потом по моей команде опять начинаем бег, и ты снова считаешь.
– Нет, Чиф, я не смогу. Я просто считать не умею. Только до десяти, – на этих словах девушки все развернулись и посмотрели на неё.
– Как так? Ты же официантом работала? – задал вопрос глава клана.
– Ну, там везде картинки, нажимаешь на блюдо, потом машинка сама все считает, а ты только относишь потом клиенту терминал для оплаты. И он там сам всё делает. Я же в школе не училась, у родителей не было на это денег. А в официанты меня взяли из–за внешности, и потому ещё, что менеджером в кафе работает папин хороший знакомый.
– Офигеть, так бывает ещё? – не совсем цензурно возмутилась Бренда, – ладно подруга, не смущайся, твоей вины тут нет. Чиф, счет вести буду я. Заодно Суаму и поучу счету, и началам математики. Ты не против, подруга?
– Буду только благодарна. Я мечтала выучиться грамоте и счету. Думала, как заработаю, то пойду учиться.
– Ну вот и ладушки, – взял слово Чиф, а потом скомандовал, – ладно, хорош трепаться, на выход народ, видите, на таймере осталось пятнадцать минут всего, и приложил ладонь к экрану, обозначенному табличкой «Выход». Не надписью, читать на всех языках инопланетное усовершенствование не позволяло, просто на квадрате в стене, отличавшимся цветом, сразу под таймером, был нарисован стилизованный человечек, открывающий дверь. Раздалось лёгкое шипение, и дверь ушла в стену, предоставив клану возможность выйти из безопасного помещения.
А на улице был лес. Красивый смешанный лес, словно из средней полосы России, ну или Канады. Домик тишины, как теперь уже все триарии будут называть место ночлега, расположился на большой поляне, практически полностью её занимая. Трава по пояс, птичьи трели, шум насекомых и листвы, солнце на небе, полная и окончательная пастораль. Тепло, легкий ветерок, в общем – благодать. Чиф посмотрел на небо, и указав рукой направление отдал команду на выдвижение, и как раз в том месте, куда им нужно было идти, лес словно расступался, приглашая. Подойдя к этому проходу, группа увидела просеку, да такую широкую и явно продолжительную, словно раньше по этому месту была проложена дорога, на данный момент заросшая травой и редкими зарослями кустарника. По ней и пошли, строго в том порядке, что оговаривали вчера.
Двигались очень аккуратно, сторожко, осматриваясь вокруг, и до боли в глазах вглядываясь в окружающий лес. Нервы у всех без исключений членов клана были напряжены, на каждый звук, даже самый обычный, раздающийся из леса, все дергались, разворачиваясь по тому направлению, откуда он поступил, сгрудившись в кучу, и направив в сторону предполагаемой опасности всё имеющиеся в наличии оружие. Девушки и Хавьер, тут же натягивали тетиву луков, стрелы они так ни разу и не убрали, и водили наконечниками в поисках цели. Через час, Чиф остановил отряд, предварительно подведя их к кромке леса, к огромному корню дерева, частично выкорчеванному из земли в момент падения оного. Что его уронило, и почему, на первый взгляд было совсем непонятно, да и не волновало это сейчас никого. Все ждали чудовищ.
– Так, друзья, – сказал командир клана, когда все собрались вокруг него, не переставая при этом оглядываться по сторонам, – ну–ка, посмотрели все на меня. Хватит озираться. На меня всем смотреть, я сказал.
Первым повернулся к своему командиру Ричи, но глянув на того с некоторым удивлением, уже через пару мгновений, судя по глазам, что–то понял, ухмыльнулся, расслабился, и стал буквально руками разворачивать стоявшую рядом с ним Суаму, лицом к Чифу. Постепенно повернулись все.
– Вот! Молодцы. А теперь – выдохнули все, – улыбаясь проговорил тот, – выдохнули, а потом вдохнули глубоко изо всех сил, и ещё раз – выдохнули! – и после того, как все проделали вышеуказанную процедуру, продолжил, – народ, так нам и чудовищ никаких не нужно, у нас скоро от любого резкого звука у всех сердца разорвутся. Мы все слишком напряжены. Слишком многого боимся. А это только уменьшает наши шансы на выживание. Сейчас я вас немного полечу, а потом мы двинемся дальше, и не по дороге, а немного углубившись в лес, вернее даже намного, так как указанная просека, уже минут как пятнадцать свернула в ненужном нам направлении. И я сам только сейчас это заметил, когда полянку проходили небольшую, так как тоже так же, как и вы все, нервничаю. Так что идём в лес, и по возможности успокаиваемся, ясно? Вернее, сначала успокаиваемся, а потом идём в лес.
– Да как расслабиться то, Чиф, – вздохнул Хавьер, – страшно же.
– А про лекарство что ты там говорил? – улыбаясь напомнил Ричи, и Чиф с благодарностью посмотрев на того, кто вольно или невольно вносил своим позитивным отношением ко всему, довольно ощутимый вклад в боеспособность группы. И тут же подумал о том, что тот момент, когда этот крепкий и жизнерадостный американец решил присоединиться к ним, можно считать однозначным везением для всех. Вроде ничего не делает, пара фраз, улыбка, и настроение команды сразу же приходит в норму. Да и соображает быстро, вот и сейчас, выцепил главное.
– Ну, тут все просто, – ухмыляясь сказал Чиф, – Алекс, насколько я тебя знаю, то ты вопреки моему запрету, и сверх необходимой поклажи, наверняка прихватил фляжку чего-нибудь забористого?
– Как можно, товарищ начальник, приказ, это святое, я никак не мог его нарушить. Всё же понимаю, предприятие опасное, мы тут все сильно рискуем, так что никакого алкоголя я не брал, – нисколько не смущаясь, сделав серьезное и ответственное лицо, проговорил тот, снимая меж тем небольшой рюкзачок с плеч, и доставая оттуда плоскую металлическую фляжку, где-то на пол-литра объемом. Ричи, при виде этого начал в голос хохотать, а глядя на него и остальные засмеялись. Все ощутимо расслабились, очень уж комично выглядела вся эта ситуацию.
– Вот шельмец, – нисколько не разозлившись, а наоборот довольно улыбаясь, проговорил Чиф, – ничего тебя не исправит, но в этом то и прелесть. Плесни как каждому грамм по пятьдесят, но не больше, пусть вдохнут эликсира, и потопаем дальше. Только не больше, понятно. В дальнейшем так поступать точно не будем, но сейчас это явно необходимо.
Ещё через минут сорок триарии шли по редколесью, в которое плавно перешёл, до этого густой и заросший кустарником лес. Теперь их окружали высокие деревья, всё ещё разных пород, но расположенные на изрядном расстоянии друг от друга. Что в принципе не мешало их кронам перекрывать практически весь свет, идущий от светила. Поэтому внизу было мало кустарников, в наличии имелись только редкие заросли папоротника и сплошной ковер из листьев и иголок на поверхности земли. Со стороны, да и по ощущением самих клановцев, иллюзия перемещения по планете была полная, понять, что они находятся на искусственном полигоне, было никак невозможно, и именно поэтому они и принимали светило, как полноценное Солнце, а покрытие, по которому шли, как поверхность Земли. Пройдя ещё пару часов, они вышли из леса, и сейчас передвигались по своеобразному перелеску, где на обширной территории степи, то и дело попадались как одиноко стоящие деревья, так и небольшие рощицы. Также периодически на их пути встречались огромные валуны, торчащие из земли, некоторые даже вполне себе тянули на небольшие скалы по своим размерам.
Мир, окружавший группу, не был безжизненным. Над головой пролетали стайки птиц, где–то высоко в небе парило сразу несколько орлов, пару раз перед ними перебегали небольшие стада копытных животных, скорее всего антилоп, правда опознать их вид никто в отряде так и не смог. Вдруг, шедший впереди и слева Чиф, остановился, и поднял руку в условном знаке, некоторый набор которых они, по подсказке Хавьера, обговорили утром, за завтраком, и который, этот самый условный знак, обозначал – замри и наблюдай. Все шестеро остановились, судорожно обводя взглядами окрестности, а Чиф, казалось, ещё и принюхивался. Обернувшись к своим товарищам, он приложил палец к губам, а потом указал им в сторону небольшой рощицы, расположенной от них примерно в пятистах метрах, немного в стороне от маршрута, которым они передвигались. Там на ветках что–то происходило, некоторые деревья шевелились, словно от ветра, вот только эти раскачивания были совсем хаотичны, деревья наклонялись в разные стороны. Тут же все услышали треск ломающихся веток, и шум чего-то падающего сквозь листву. Трава вокруг рощи тоже зашевелилась, словно волна пошла в направлении замерших людей.
– Так, все за мной, – скомандовал Чиф, – Бегом!
И отряд припустил что есть духу за своим командиром, который направлялся сейчас к небольшому, всего метра на три выдававшемуся над поверхностью степи камню, расположенному метрах в тридцати от них. Через несколько секунд они приблизились к нему, и Чиф начал отдавать команды.
– Бренда, Суама, к скале, Хав, попробуй забраться наверх, насколько сможешь, твоё оружие, как и у девчонок, луки. Как увидите цели, бейте, не ждите команды, здесь друзей нет. Заберите все колчаны со стрелами у нас троих. Алекс, Ричи, со мной вместе встали в полукруг, прикрываем девчонок и не даём до них добраться никому, чтобы там к нам не приближалось. Вкратце, мы стена, они трое – орудия убийства. Надежда в основном на них, так что как зеницу ока чтобы берегли.
Пока он говорил, испанец уже вскарабкался на вершину камня, и даже тащил туда же Суаму, видимо там было достаточно удобного места для ведения стрельбы. Ещё через пару секунд там оказалась и Бренда, что дало трём оставшимся приблизится к надежной стене ещё на пару метров, образуя более плотный строй. А неизвестный противник приближался, судя по колышущимся волнам, движущимся в их направлении.
– Чиф, это обезьяны, – крикнул Хавьер.
– Бабуины, но очень большие, и их много, – уточнила Суама.
– Это ничего не меняет, но, спасибо! Когда сможете стрелять на поражение, приступайте, а мы их тут встретим, – отреагировал на новость об угрозе их командир, – Алекс, Ричи, щиты в положение «Два», плечом к плечу встали, всем на колено, заднюю часть копья в землю упереть, наклон сорок пять градусов. Главное отразить первый натиск, потом расходимся на пару шагов вперед, чтобы друг другу не мешать, и работаем каждый сам по себе. Пока слаженности у нас нет, так и будем воевать. Быстро.
Сбившись в плотный строй, пусть и состоявший всего из троих, ещё даже и не бойцов, а начинающих воинов, скорее новиков, ну или стажеров, кому как удобно называть, и имея за спиной лучников, а также крепкий камень, по мнению Чифа они имели большой шанс на успех.
– Хавьер, за спину смотрите, – успел отдать ещё одну команду командир, и повинуясь движению руки Хавьера, Суама сразу же развернулась, и начала пристально осматривать территорию за камнем.
– Смотри только туда, – подсказал ей Хавьер, – тут мы сами.
Стоящие внизу услышали резкие хлопки тетивы по наручникам, и практически сразу из травы перед ними послышались дикие вопли, видимо ребята, расположившиеся на вершине камня, с первых же выстрелов начали попадать в цель. Тренировки, ещё во время нахождения на корабле пришельцев, пусть даже длившиеся чуть больше двух месяцев, давали о себе знать, и явно пошли на пользу. Хлопки раздавались один за одним, Бренда с Хавьером не жалели стрел, с каждым разом, судя по воплям, попадая, но уже через несколько секунд, трава раздвинулась, и на стоящих внизу со–клановцев прыгнуло сразу несколько животных, и вправду очень похожих на бабуинов. Вот только на очень больших бабуинов, ростом не меньше Ричи, да к тому же с мощными клыками, грозно торчащими из раскрытой пасти.
Глава 8. Неверные решения.
Клан «Принципы» с утра собирался выходить за пределы спасительного помещения в полном молчании. Им так и не получилось договориться, и сейчас каждая из групп экипировалась отдельно. Первыми к выходу подошли Хуан Карлос с Кевином, и открыв дверь, даже не попрощавшись с оставшимися, выбежали наружу. Сразу же за ними, через несколько секунд вышли и остальные, под предводительством Чжан Мэн Тао, который шёл впереди всех, вооруженный копьём. Ещё на поясе у него с одной стороны висел меч, а с другой, огромных размеров кинжал. Следом за ним скопом шли сразу все три оставшихся члена клана. Домик клана «Принципы» располагался в центре огромной степи, раскинувшийся во все стороны насколько хватало глаз. Огромная ровная поверхность, как подумалось бы человеку, не разу в такой вот степи не бывавшему. Посмотрев на север, они все ещё смогли увидеть спины своих неудавшихся партнеров по испытанию, которые почти тут же исчезли, видимо скрывшись за складками местности. В отличии от группы Чжана, те передвигались трусцой, двигаясь параллельно друг другу.