Максимальный уровень

Глава 12

Кабинет хозяина замка, куда привел Генку Рофт, в отличие от гостиной и кухни выглядел, как раз под стать старинному зданию. Обитые резными деревянными панелями стены. Тяжеловесная мебель, сделанная из удивительного черного с фиолетовым отливом дерева. Массивные кованые светильники. Вдоль одной из стен шли многочисленные ряды полок, на которых были аккуратно разложены толстые свитки. Видимо до книжного формата, как и до крутящегося колеса обозрения тут не додумались. Посреди помещения располагалась конструкция тоже черного цвета, по форме напоминающая гигантский бокал для вина. Внутри нее горел огонь бледно зеленого оттенка. С потолка спускалась расширяющаяся книзу труба, через которую уходил дым.

Хозяин всего этого мрачноватого, тяжеловесного великолепия напоминал маленького сморщенного гнома, сидя в одном из кресел, которое по размеру больше походило на небольшой диван чем на кресло. Ноги старика прикрывало толстое покрывало, а на голове красовался похожий на новогодний ярко-красный колпак. Несмотря на горящий огонь здесь было довольно прохладно. Толстые стены и отсутствие достижений цивилизации в виде отопления не позволяли проникнуть сюда теплу и прогреть помещение как следует.

Генка еле сдержался чтобы не расхохотаться при виде комичной маленькой фигурки в красном колпачке. Верная Чила лежала рядом с хозяином. При появлении юношей она приподняла голову и повиляла задом, после чего вновь улеглась спокойно. Блаженно прикрыв жутковатые глаза.

– Так-так-так! А я уже заждался, – глаза старика сверкнули задорным блеском. Сделав Рофти знак, оставить их, хозяин замка указал Генке на второе здоровенное кресло. – Располагайся, как тебе удобно.

Какое-то время старик с нескрываемым любопытством внимательно разглядывал своего гостя.

– Итак, мой юный друг, вижу, Рофти уже успел разболтать часть семейных секретов. – ухмыльнулся он.

Генка мысленно закатил глаза. Понятно, еще один специалист «обходить препятствия» и копаться в чужих мозгах, как в своих собственных.

Стью хихикнул и примирительно «сказал».

– Хорошо, друг мой. Я согласен, что это крайне неприятно, когда кто-то влезает в голову «без спроса» и начинает вынюхивать секреты и то, что ему сообщать не хотят. И я обещаю больше этого не делать.

Генка улыбнулся.

– Так это Вы научили Нито этим приемам?

Стью покачал головой.

– Нет. У него особый дар. Я просто помог этому дару развиться. Потому что сам, в какой-то степени обладаю им. Но, в отличии от Нито, я не могу, к примеру, считать твои «глубинные» мысли. Маятник в твоей голове не дает мне этого сделать. Я могу «услышать» только то, что находится прямо за ним. Ты сейчас думал о вашем разговоре с Рофтом и поэтому я смог узнать, что именно он тебе рассказал. – Он выставил перед собой сморщенные ладошки. – Как я сказал, обещаю не делать этого больше.

– Спасибо! – с искренней благодарностью сказал Генка.

– Я знаю, что ты не рибериец, и не ауриец, и, разумеется, не таориец. – Он наклонил голову на бок и с улыбкой смотрел на Генку. – Откуда ты? Ты отличаешься ото всех живущих здесь. Уверен, Нито понял это как только тебя увидел.

– Я сам не знаю как обьяснить откуда я, – Генка вздохнул.

– Не волнуйся. Говори как хочешь. Если будет непонятно, я просто попрошу тебя пояснить более подробно, то что не пойму. И ты, разумеется, можешь не рассказывать то, что не хочешь.

Генка кивнул.

– Этот мир, он не мой. Я просто не знаю куда именно я попал – в другой мир, или даже на другую планету. Со мной, в моем мире произошла странная история и в результате я оказался здесь. И теперь не знаю как попасть обратно. И возможно ли попасть обратно…

– Так-так, очень интересно, – задумчиво сказал старик.

После того как Генка закончил рассказ о своих злоключениях, Стью очень внимательно слушавший и ни разу не перебивший его, с некоторой грустью сказал:

– Это очень интересная история. И очень печальная.

Генка кивнул. Перед глазами снова стоял образ мамы. И еще Тира. И Генкина школа. И дом, где все знакомое и родное…

– Пока ты здесь, возможно ты расскажешь мне еще что-то о своем мире? Это действительно очень интересно. Конечно, если это не расстроит тебя…

Генка помотал головой.

– Нет, вернее да, конечно я немного расстраиваюсь, когда вспоминаю. Вернее я сильно расстраиваюсь, но в то же время, мне приятно рассказывать о своем доме…

Старик покивал.

– Я тебя понимаю. Нам всем приятно вспоминать и рассказывать о том, что нам было дорого… и продолжает оставаться дорогим, неважно сколько бы не прошло времени… подбрось пожалуйста еще поленьев в печь…

Выполнив просьбу старика, Генка немного смущенно сказал:

– А можно мне тоже кое о чем спросить Вас?

Стью улыбнулся.

– Конечно. Это вполне справедливо. Ты же мне рассказал о себе.

– А почему Вы, ну, как сказал Рофт выкупили Нито, Энси и Перти?

– Это довольно долгая история. Она началась, когда я был еще достаточно молод, больше сорока лет назад. Я собирался жениться. Брат моей невесты был моим близким другом. Он занимался делами связанными с сотрудничеством с Рибером. Следил за заключением торговых сделок, за соблюдением всевозможных договоренностей и так далее. За несколько месяцев до нашей свадьбы с его сестрой он в очередной раз отправился в Рибер по делам. Спустя какое-то время, он связался со мной и предупредил, что очень скоро могут произойти крайне неприятные перемены для всех . А несколько дней спустя он разбился насмерть на своем биле. Это было преподнесено как несчастный случай, но я знал, что авария была подстроена. А вскоре только что избранный Первый Слуга объявил об Истинном Учении. С этого момента жизнь аурийцев и таорийцев превратилась в кошмар. В первые же дни после принятия Учения было устранено множество тех кто был не согласен с новыми порядками. Моя невеста была в числе тех, кого устранили. Я даже не знал, что она арестована. Мне сообщили о том что произошло, когда все было уже кончено…

Старик замолчал, задумчиво глядя на пляшущие языки пламени в печи. Он все еще переживал события произошедшие больше четырех десятков лет назад…

Генка сидел не шевелясь, он чувствовал как его захлестывает поднимающаяся внутри волна гнева. Ну что же это такое?! Как вообще могло произойти подобное? Жили, жили все себе нормально и вдруг, раз, и в один момент прежней жизни просто не осталось. И началась другая. Страшная. Несправедливая. Превратившая всех в запуганное, дрожащее за свою жизнь безропотное стадо. А кто не пожелал быть частью стада, тех истребили и продолжают истреблять.

Хозяин замка вновь покивал головой.

– Да, такие вот дела… Я, как представитель одного из древнейших родов, а также как обладающий весьма солидным состоянием гражданин по закону о привилегиях рода, который, по понятным причинам, не отменили, никаким проверкам на благонадежность не подвергался. Богачи, в большинстве своем, новые порядки поддержали. Так легче управлять всеми остальными. И война, которая вот-вот должна была начаться с не пожелавшими покориться новым законам таорийцами сулила богатым еще большие прибыли.

Было понятно, что при сложившихся обстоятельствах ни о каком открытом противостоянии в Аурии не может быть и речи. Службы Главного и Служители в очень короткий срок взяли все под такой жесткий контроль, что невозможно стало вообще сделать хоть что-то, что не соответствовало бы новым законам и правилам. В местах развлечений, в магазинах, в обучающих заведениях, везде появилась желтая разметка, делящая пространство на сектора, чтобы никто не мог устроить никакой заговор. Жители начали доносить друг на друга. Появились районы для бедных и Списки, в которые стали включать всех, кто не в состоянии приносить прибыль государству. Жизнь сделалась невыносимой.

Через год после начала всего этого безумия я решил, что нужно что-то делать. Но вести какую-то борьбу с новыми порядками было практически невозможно. Как найти единомышленников, если все вокруг либо так одурачены Слушами и правительством, что приняли все как есть, либо, даже если кто-то всей душой ненавидит эти порядки, то они вынуждены тщательнейшим образом это скрывать. И тогда мне пришла мысль, что можно «воспитать» тех, кто не будет отравлен ядом лжи, и тех кто не будет запуган до такой степени, что из-за своего страха готов принять все как есть. Кто будет способен бороться, кто будет силен духом настолько, чтобы ни поддаться ни лжи ни чувству страха. И я начал выкупать детей тех, кто был приговорен к устранению. Я подписывал обязательство, что буду следить за благонадёжность моих воспитанников и после больше никто нас не беспокоил. Как я уже сказал, богатство и знатность рода дают свои преимущества.

К сожалению я не мог выкупить слишком много детей. Потому что тут тоже есть специальное правило, как и на все прочее в нашей стране. Самым первым я выкупил Нито. Я сразу почувствовал, что он невероятно одарен. И не ошибся. При выкупе, как я сказал, существуют правила. Выкупить еще одного ребенка можно не раньше чем через два года. Следующим был Энси. Он тоже был невероятно талантлив, но в других вопросах. Он с детства обожал изобретать, делать опыты. И самой большой его страстью был информатор и все что с ним связано. А потом я взял к себе Перти. Ему было всего два года. Он был очень болезненным и слабым и в Доме для таких детей он бы просто ни выжил. – Старик улыбнулся, очевидно вспомнив, каким беспомощным и болезненным был здоровенный Перти, когда он взял его к себе. – С самого начала я воспитывал каждого из своих мальчиков с ненавистью к системе. К ее бесчеловечности. И постепенно подготавливал к борьбе против нее. И я вырастил отличных ребят. И сейчас они именно этим и занимаются. Борются против системы…

– Я даже не знаю, что сказать, – Генка тряхнул кучерявой головой. – Вы просто молодец! Вы здорово придумали.

Маленький сморщенный человечек в колпаке Санты больше не казался Генке смешным. Генка и до этого симпатизировал старому чудаку, а сейчас проникся к нему искренним уважением.

– Спасибо, что позволили приехать к Вам. Я рад, что я здесь… И что познакомился со всеми вами…

– Я так понимаю, твой мир лучше чем наш? – с печальной улыбкой спросил Стью.

Генка хотел ответить сразу, что разумеется, да. Тут вообще мрак, ужас и жуть. Но неожиданно для себя самого он задумался. Ответ, как ему начало казаться, как ни странно, не мог быть однозначным.

– Знаете, я сейчас подумал, что в моем мире тоже хватает прибабахов. Он мне ближе, но в нем тоже есть много зла, много различных бед и много лжи и подлости. Даже интересно существует ли где-то может в каком-то другом измерении пусть не идеальный, но такой, просто добрый, справедливый мир. Где нет всяких гадов, готовых ради себя и своих интересов на все?

Старик покачал головой.

– Я могу представить такой мир. Но я не могу представить, что он существует, – грустно улыбнулся он.

Глава 13

Ночью, Генка, который спал в той же комнате, что и Рофт, проснулся от странного ощущения «присутствия». Словно кто-то наблюдал за ним из темноты. Генка испуганно поморгал, пытаясь разглядеть хоть что-то. Внезапно, в его щеку ткнулось что-то мокрое и холодное и в кромешной темноте прямо перед Генкиным лицом высветились две бледно голубые окружности. Беззвучно заорав он подскочил и замолотил сжатыми в кулаки руками по воздуху в отчаянной попытке спастись от неведомой опасности.

Так как ничего ужасного больше не происходило, Генка слегка успокоившись и взяв себя в руки настолько, чтобы осторожно дотянуться до стоявшего рядом с постелью светильника. Кое как справившись с непривычным, «идиотским, непонятно каким дебилом придуманным выключателем» зажег свет. Напротив кровати, свесив из квадратной пасти ярко-красный язык, сидела Чила. Зад любвеобильной «монстро псины» ходил ходуном.

«Аааа!… Сука!…» – в очередной раз дернувшись, мысленно заорал Генка. Чила тут же рванула к нему. Генка вздохнул и осторожно погладил уродливую голову. Ну она же не виновата, в конце то концов, что вот такая она уродливая образина уродилась… Кожа у образины оказалась неожиданно приятная на ощупь. Генка как-то гладил в гостях у одноклассницы ее лысую кошку. Тоже та еще уродина. Но одноклассница эту уродину любила поэтому пришлось ее гладить. И кожа у нее была такая нежно бархатистая, как велюр или замша. Видимо, своей приятностью компенсируя внешнюю страшноту. И вот у Чилы она оказалась точно такой же. Генка улыбнулся.

– Ты хорошая. И добрая душа. Хоть и страшная как не знаю что…

Зверюга прижалась к его руке и зажмурила свои жуткие круглые глаза от удовольствия. Генка засмеялся.

Во время завтрака Энси как и накануне сидел с отсутствующим видом, не принимая участия в «беседе». Глаза у него были уставшие, воспаленные, как будто он не спал всю ночь. Перти «рассказывал» забавную историю о том, как он недавно побывал в городе и одна из торговок на рынке страшно перепугалась, когда он хотел помочь ей донести сумки с товаром до ее биля. Она приняла его за грабителя и уже собиралась звать олбов. Потом, правда даже подарила ему кулек арето. Что это такое Генка понятия не имел. Но главное Перти был доволен.

Рофт как обычно закатывался от смеха, слушая рассказ приятеля. Стью добродушно посмеивался. Генка разглядывал сидевших за столом. Было как-то очень уютно… и по-домашнему. Хотя, конечно, не как дома, по-другому… Он отогнал грустную мысль о доме. Зачем напрасно портить приятный момент. Тут их и не так много. Он взглянул на Перти закончившего свою историю и принявшегося уплетать положенную ему Рофтом добавку. То что тетка перепугалась увидев его, совершенно не удивительно. Вид у Перти реально устрашающий. Даже и не подумаешь, что за этой внешностью «головореза» и человека горы скрывается чуткая душа и сердце добряка. «Прямо как с Чилой» – подумал Генка и развеселившись от пришедшего ему в голову сравнения рассмеялся. Чила тут же рванула к нему. Генка уже в который раз убедился, что монстропес однозначно тоже обладает телепатическими способностями. Причем Чиле, также как и Нито, и Стью «маятник» в его голове совершенно не мешает. Пожалуй нужно будет не называть больше ее уродиной. Чего обижать доброе создание, полное ко всем любви и преданности.

Прежде чем уйти из-за стола Энси обратился к Перти:

– Ты закончил с ботом?

Здоровяк расплылся в улыбке.

– Да. Все готово. Хоть сейчас отплывай.

– Хорошо, – кивнул Энси и как обычно стремительно направился к выходу.

Перед обедом обитатели замка, за исключением Энси, собравшись в гостиной с радостным задором «резались» в игру отдаленно напоминающую домино. Генка достаточно быстро освоил правила, но, как новичок, не имеющий опыта, проигрывал чаще остальных. Больше всего выигранных партий было у Стью. Рофт оказался крайне азартным игроком и с особой горячностью воспринимал каждый проигрыш. Перти напротив был невозмутим и только посмеивался, когда Рофт, вскакивая с места от возбуждения начинал доказывать, что кто-то из игроков ошибся или и вовсе мухлюет. Стью неизменно «говорил» ему, что просто головой нужно думать, а не обвинять всех в своих неудачах. Рофт горячился еще сильнее. Генку его собственные проигрыши не расстраивали. Ему просто нравился процесс. Было весело.

В разгар очередного жаркого спора в зал вошел Энси. Глаза у него горели. Стью взглянул на «воспитанника» и как показалось Генке, глаза старика тоже как будто загорелись. В них были и гордость, и торжество.

– Нужно уходить. Прямо сейчас, – сказал Энси. Перти ухмыльнулся. Рофт застыл распрямив плечи и вскинув голову вверх. На губах его играла улыбка. Генка ничего не понимал и переводил взгляд с одного лица на другое. Ему было ясно только одно. Произошло что-то чего все присутствующие ждали. Что-то важное. И, видимо, связанное с опасностью, раз Энси сказал, что нужно прямо сейчас уходить…

– Я всю ночь пытался подключиться через обходные каналы. Но коды очень сложные, и система Служб Главного слишком запутана. Поэтому пришлось подключаться напрямую. Так что Службы достаточно просто смогут определить координаты, откуда был отправлен сигнал. Поэтому в запасе у нас не слишком много времени.

Старик подошел к нему и положил руку на плечо.

– Ты все сделал правильно. Главное, что у тебя получилось. Остальное не важно.

Энси кивнул и Генке показалось что в его темных глазах мелькнули слезы. Но, разумеется, Энси был не из тех кто вообще вот так может взять и пустить слезу. Это скорее по его, Генкиной части.

День был пасмурный. Моросил мелкий дождик. Первый дождь за время Генкиного пребывания в странном мире.

– Хорошо, что дождь, – глядя на затянутое облаками небо, с улыбкой сказал Перти. – Видимость хуже, любопытных глаз меньше.

Энси кивнул и тоже улыбнулся.

Генка чувствовал «напряженность» момента. Всем явно было немного не по себе. Как бывает всегда перед каким-то важным событием или значительной переменой в жизни.

– Возьмите с собой Чилу, – сказал Стью. Чила, словно тоже чувствуя необычность происходящего, сидела спокойно у его ног, не пытаясь играть или приставать к кому-то, как она обожала делать.

Перти склонив голову набок с грустной улыбкой смотрел на старика, возвышаясь над ним словно гигант над карликом.

– Стью, поедем с нами…

Старик усмехнулся.

– С ума сошел! Чтобы я бросил все это и отправился незнамо куда по воде, студить свои старые кости! Да ни за что!

– Стью!..

– Я прожил свою жизнь, дорогой мой мальчик. И прожил ее не зря. Я воспитал вас и я всеми вами горжусь… Я не поеду с вами, ты прекрасно об этом знаешь… Но я надеюсь, что у вас все получится.

Перти наклонился и осторожно обнял старика. Стью похлопал его по могучему плечу.

Это было прощание. Очередное. Генка шмыгнул носом. Опять нужно расставаться с кем-то кто ему симпатичен. К кому он уже успел привязаться, несмотря на пусть и совсем короткое знакомство.

Стью обнял по очереди Энси, Рофта и Генку.

– Я надеюсь, у тебя все сложится удачно. И, возможно, тебе все же удастся осуществить свою мечту. Мне бы хотелось в это верить. В любом случае, будь счастлив, где бы то ни было, – старик с теплотой смотрел на Генку, у которого в горле разрастался болезненный, словно покрытый шипами ком и глаза щипало просто невыносимо. Краем глаза Генка заметил, что Рофт тоже как-то подозрительно часто моргает.

– Спасибо!… – сказал Генка. Пора ему, наверное, привыкать, что все хорошее в жизни временно. Пора обрастать коркой, закалять душу. А иначе ну как? Невозможно иначе. Каждый раз очень-очень больно…

– Идите, долгие прощания самая глупая вещь, если уж прощание все равно неизбежно… – Стью махнул морщинистой рукой. – Чила, девочка, иди с Перти…

Чила посмотрела на него и не двинулась с места.

– Перти!…

Здоровяк поманил питомицу старика.

– Чила! Пойдем со мной!

Чила не пошевелилась.

Перти подошел и хотел взять животное на руки. Чила оскалила зубы при этом печально глядя на него круглыми глазами.

– Оставь ее, – махнул рукой старик. – Какая же ты глупая и непослушная девочка!

Чила вильнула задом и снова замерла.

– Идите. Чила останется со мной. Она так решила…

Перти протянул руку и потрепал Чилу по голове. На этот раз она потерлась о его ладонь, радостно дернув могучим телом, но по прежнему не двинулась с места.

– Ты настоящий друг, – улыбнулся Перти и махнув на прощание человеку заменившему ему семью и его преданной питомице, быстро зашагал по мокрой траве. Вслед за ним пошли все остальные.

Глава 14

На воде, по которой кругами разбегались капли дождя покачивалось нечто, похожее одновременно на надувной плот с втиснутым в его середину гигантским бакеном, на гравицапу и на воплощение фантазии какого-то безумного конструктора-изобретателя .

Заметив изумленный взгляд Генки Рофт ухмыльнулся.

– Это наш бот.

– Мы на нем поплывем?! – спросил Генка, стараясь не показывать, что сам заданный вопрос повергает его в ужас, не говоря уже о возможности воплощения его в реальность. Рофт пожал плечами.

– Ясен пень, мы на нем поплывем. – Ему ужасно нравилось выражение которое он перенял от Генки. И теперь он использовал его постоянно и где надо и где не надо.

Генка обреченно кивнул. Ясен пень, так ясен пень. В принципе, его товарищи ведь, наверное уже и раньше на этом чуде техники плавали. Это же не новое изобретение, которое именно сейчас решено опробовать. Провести эксперимент, так сказать.

– А сколько нам на нем плыть?

Рофт снова пожал плечами.

– Если все пойдет нормально дней за пять доберемся.

Цифра привела Генку в ужас. Что может пойти ненормально он, на всякий случай не стал даже уточнять. Во-первых, все. Абсолютно все здесь может пойти ненормально. А во-вторых, хватит с него умопомрачительных впечатлений от этой плавучей фигни, на данный момент по крайней мере.

Энси прыгнул на закругляющийся надувной борт. Посудина, приподнявшись над водой угрожающе накренилась в сторону берега. Энси привычно балансируя на раскачивающемся под ногами борту спрыгнул на дно . Следующим на борт, скорее даже не прыгнул, а просто шагнул Перти. На этот раз противоположная сторона бота поднялась вверх значительно сильнее и посудина заходила ходуном. Рофт легко вскочил на странное плавсредство. Генка стиснув зубы последовал за ним.

Энси вел бот, как заправский капитан, уверенно управляясь со странной конструкцией.

Перти разбирал какие-то железки внутри каюты похожей на бакен, где имелись даже две довольно широкие койки, столик и небольшой шкаф. Разложив на столике трубки, металлические палочки и еще множество деталей незнакомой Генке конфигурации, он по очереди внимательно осматривал каждую из железяк, протирал куском ткани и затем клал на кровать, распределяя детали в разные кучки.

– Что это? – кивнув на странную «коллекцию» Перти поинтересовался Генка. Рофт улыбнулся.

– Оружие, ясен пень! Ну оружие в разобранном виде. – Уточнил он. – Сейчас Перти все почистит, проверит и потом соберет. Он в этом отношении обожает чтобы все-все было прямо чистенькое, блестело. – Рофт засмеялся. – Но главное, разумеется, чтобы все работало как положено. А то в самый неподходящий момент раз и откажет что-нибудь и все…

Генка смотрел на приятеля застывшим взглядом. В животе разрастался неприятный липкий страх. Конечно он знал, что их путешествие не развлекательная прогулка на дурацком корыте ради удовольствия. И они плывут к границе страны, в которой идет война. Самая настоящая. И во время пути с ними и впрямь могут произойти любые предвиденные и непредвиденные обстоятельства, трудности, неприятности… Но вот то что его новый товарищ прямо сейчас подготавливает оружие из которого очень даже возможно им скоро придется стрелять, по таким же как они сами живым, из плоти и крови, людям. А те люди, в свою очередь, будут стрелять по ним… умом, какой-то частью ума, Генка все это понимал. Но вот оставшейся частью, а также сердцем и всем своим существом не мог, ну никак не мог принять этого. Реальности происходящего, что все взаправду. Не компьютерная игра, где все можно переиграть, восстановить жизнь, просто выйти. Это была жизнь! Страшная. Настоящая.

– Ты умеешь стрелять? – поинтересовался Рофт.

Генка пожал плечами.

– Я только в играх стрелял. Довольно неплохо, – поспешил он добавить, чтобы товарищ не решил, что он совсем уж бесполезный.

– Ладно. Во время стоянки потренируешься. Посмотрим какой ты стрелок. – Рофт хлопнул Генку по плечу. – Ясен пень.

Глава 15

Сдвинув седые брови, Стью наблюдал в окно за вьезжающими во двор замка билями олбов. Чила подняла морду и взглянув на него развернулась в сторону двери и застыла. Мощное тело напряглось. Приподняв верхнюю губу она оскалила зубы, не сводя круглых глаз со входа. Стью потрепал ее по голове.

– Успокойся, Чила…

Бросив взгляд на хозяина, зверюга лизнула его руку и вновь уставилась на дверь.

– Вы нарушаете владения частной собственности! – старик гордо вскинул голову, надменно глядя на старшего олба.

– Стью Эриндаль, установлено, что из Вашего дома было совершено несанкционированное подключение к сети Служб, в результате которого уничтожены информационные хранилища содержащие секретные сведения государственной важности. Что является преступными действиями и квалифицируется как измена и посягательство на безопасность государства и его населения. – Сверля злым взглядом хозяина замка огласил олб обвинения.