Царство мух

4

Лея дважды проехала на запрещающий сигнал светофора и чуть было не столкнулась с автобусом, когда случайно вильнула на встречную полосу. Садиться за руль, если от переживаний трясутся руки – плохая идея, но она не могла отделаться от желания умчаться как можно дальше. В другой район, в другой город (в дом к маме, например) или в никуда – просто ехать и ехать, пока не отступит грусть или не кончится топливо. Хлюпнув носом, Лея решила, что топливо всё-таки кончится раньше. Она думала, что успокоилась ещё минут пятнадцать назад, но приступы накатывали снова и снова. Сжимали грудь, сдавливали горло.

Лея сделала глубокий вдох, досчитала до пяти и выдохнула. Затем повторила упражнение ещё три раза, как советовали в популярном журнале по психологии, но не помогло. Слезы побежали по щекам тонкими струйками. В носу защипало. Пришлось свернуть на стоянку у ближайшего продуктового магазина. Отпустив себя, Лея разрыдалась во весь голос. Молодые парень и девушка, проходившие мимо, озадаченно уставились на неё сквозь лобовое стекло. Парень нахмурился и хотел было подойти, но девушка дёрнула его в сторону и яростно зашептала на ухо. Через мгновение молодая пара скрылась из виду.

То, как влюблённые держались за руки и обнимали друг друга, напомнило Лее о начале её отношений с Артёмом. Тогда, десять лет назад, она внутренне трепетала при каждой встрече и испытывала такой мощный прилив чувств, что порой даже теряла возможность связно мыслить. Она была готова поспорить, что Артём ощущал то же самое – об этом говорили его нежные прикосновения, горящие при встрече глаза и бесконечный поток слов обо всём на свете. Кто мог подумать, что свидания будут случаться всё реже и реже, пока не исчезнут совсем? А что до чувств, то… Чувства вовсе не исчезли. Она бы хотела избавиться от них, вычистить из памяти как файлы с жёсткого диска компьютера, но не могла. Чувства всё усложняли.

Лея неустанно корила себя за то, что не сдержалась этим утром. Устроила новую истерику вместо того, чтобы обсудить проблемы как адекватный взрослый человек. Она пыталась. Правда, пыталась, но вот эти его скупые «я ведь говорил» и «ты преувеличиваешь» сдетонировали бомбу внутри неё. Бомбу, которая ждала своего часа слишком давно. Имя ей было – одиночество.

Когда Артём вместе с бывшими однокурсниками учредил юридическую фирму, Лея была вне себя от радости. Она разделяла все его доводы о том, что лучше работать на себя, а не на «дядю». «Дядей» в его случае была крупнейшая в городе компания, число штатных юристов которой превышало восемьдесят человек. «Прекрасный опыт, хреновенькая зарплата и никаких перспектив», – говорил Артём. Словом, его решение заняться собственным бизнесом возникло не на пустом месте. И оказалось вполне удачным. Поначалу клиентов было немного, но по мере того, как крепла репутация компании, люди обращались за услугами всё чаще и чаще. Доходы росли. Артём купил новую просторную квартиру, по машине для себя и для Леи, не говоря уже обо всех бытовых прелестях, вроде немецкой посудомойки или кухонного гарнитура от «Джулия Новарс». В последние годы он упорно откладывал деньги на безбедное будущее. Безбедное, но счастливое ли?

Финансовое благополучие принесло с собой одиночество. Лея целыми днями (порой, неделями) была предоставлена самой себе. Она пыталась занять свободное время: устроилась на работу учительницей на полставки, пробегала километры в спортзале на дорожке и ходила на курсы по целой прорве различных программ от рисования до программирования, но всё это было не то.

Одна знакомая на занятии по дизайну одежды как-то заметила: «Да чего ты жалуешься? Молодая, всем обеспечена, можешь заниматься, чем хочешь – тебе же все завидуют черной и белой завистью. Живи и наслаждайся жизнью, солнце». Дело было не в деньгах и не в занятиях. Лея могла бы жить в любом городе и с любым доходом – лишь бы с любимым человеком. «С милым рай и в шалаше» – это про неё. Только ответной любви она больше не чувствовала. Да и милого видела пару часов в сутки перед сном, если повезёт.

Рыдания стихли, слёзы больше не струились из уголков глаз. Лея взглянула на своё отражение в карманное зеркальце: щёки и нос чуть покраснели, веки припухли, но в целом вид был вполне удовлетворительный. Боже, храни водостойкую косметику.

Лея завела двигатель, выехала с парковки и продолжила движение по почти пустынным дорогам города. Она любила ездить именно ранним утром, когда улицы ещё не наполнились шумом автомобилей, спешащих на работу жителей.

«Если ты так любишь Артёма, то почему ходила на свидание с другим?» – вспыхнула ядовитая мысль в её голове.

«Да, люблю! – едва не крикнула Лея. – Несмотря на скандалы, несмотря на то, что сама предложила разорвать отношения. Всё равно люблю. Даже если не так, как прежде. Никакое свидание этого не изменит».

Свидание с Яном стало, наверное, одним из самых постыдных поступков за всю её жизнь. Можно винить во всем долбаное бесконечное одиночество, но правда состояла в том, что именно Лея согласилась на предложение выпить чашечку кофе в уютном заведении. И заключительному поцелую сопротивляться тоже не стала. Да, Ян был сильным, обаятельным и весьма – просто предельно – настойчивым, но решение приняла Лея. Она могла отказаться, но не сделала этого, и теперь жалела, ругая себя последними словами. К тому же чёрт дёрнул её за язык сказать, что она собирается строить отношения с другим мужчиной. Какой же это был бред! Лея просто желала поддеть Артёма посильнее, но только окончательно разрушила их совместную жизнь.

Или ещё не поздно всё исправить?

Прикусив губу, Лея бросила задумчивый взгляд на сумку с телефоном. Всего несколько секунд, которых хватило для того, чтобы упустить из виду вылетевший из-за поворота красный кабриолет. Лея едва успела коснуться педали тормоза, прежде чем раздался грохот и осколки лобового стекла брызнули ей в лицо.

5

Это был первый настоящий выходной день Артёма впервые за два года. Он позвонил на работу, полагая, что соучредители фирмы упрекнут его или пожалуются на возросший объём дел, но они отреагировали с одобрением – хором принялись уверять, что ему вместе с Леей давно стоило отдохнуть так, чтобы обзавидовались даже столичные кинозвезды. В ответ Артём заверил, что так оно и будет, умолчав о последней ссоре.

Обзвонить пришлось и клиентов, с которыми были назначены встречи. Почти все они отнеслись с пониманием. Не удалось выйти на связь только с руководителями Щадринского химического арсенала. Ни один номер не отвечал. В социальных сетях они тоже не появлялись. Странновато выглядело, хотя все могли быть заняты какими-нибудь учениями или подготовкой к проверке из Москвы. Не добившись своего, Артём отправил электронное письмо с извинениями и на этом счёл, что сделал достаточно.

Закончив дела с клиентами, он удивился повисшей в воздухе неопределённости. Впервые за долгое время он был предоставлен самому себе и мог делать то, что пожелает. И это в начале рабочего дня. Впрочем, планы у него уже были. Первый пункт гласил: «Наладить личную жизнь».

Артём пролистал в смартфоне список контактов, выбрал вкладку «любимая» с фотографией Леи, ослепительно улыбающейся на фоне Красного моря, и решительно ткнул в кнопку звонка.

Долгая череда гудков завершилась ничем. Артём позвонил ещё пару раз, но Лея не отвечала. Судя по страничке в социальной сети, в интернет она тоже не выходила. Игнорировала его по всем фронтам.

Нам лучше разойтись.

Я была на свидании с другим мужчиной.

Воспоминания об этих словах укололи Артёма в самую душу. Он сжал смартфон так, что тот хрустнул. Опустился на кровать в угрюмой тишине квартиры и уставился на дверь, как будто ожидая, что она вдруг откроется, а Лея войдёт, как ни в чём не бывало. Все планы на долгую и счастливую жизнь оказались иллюзией. В какой момент всё пошло не так?

Её желание разорвать отношения казалось чем-то нереальным – сценой из фантастического фильма с второсортными актёрами. А в существование другого мужчины Артём и вовсе отказывался верить. Не могла Лея поступить с ним таким образом. Просто не могла, и точка. Скорее, придумала какого-то мифического мужика, чтобы позлить.

В любом случае Артём не собирался сдаваться так просто. В последнее время их отношения увязли в быту – это верно, но представить саму ситуацию, при которой он не смог бы видеть Лею, слушать её голос и смеяться над её шутками, было выше его сил. Коллеги, узнав о расставании, наверняка сказали бы: «Хватит переживать. Что в ней такого особенного?»

На что он мог бы ответить: «Всё». Особенным в ней было всё. Может, причина крылась в том, что Артём всегда был однолюбом, но сам он считал, что нашёл родственную душу. Которую имел несчастье упустить.

Во время ссоры этим проклятым утром Лея укоряла его в том, что он так и не удосужился сделать ей предложение. Что ж, хотя бы это всё ещё было в его силах. Купить роскошное кольцо, организовать удивительную, но приятную встречу… а там будь, что будет. Если Лея откажет, Артём будет чувствовать себя немного лучше от того, что хотя бы попробовал.

От этих мыслей его настроение чуть улучшилось. А что? Сделать предложение выглядело отличной идеей. Артём ведь и размер кольца знал – пару лет назад они с Леей дурачились, в шутку обсуждая безумные варианты свадьбы, вроде готической темы на кладбище или регистрации на вершине горы Эльбрус. Тогда Лея сказала, что если он решится на один из безумных вариантов, то пусть и кольцо выбирает соответствующее. Размер Артём предусмотрительно записал.

Через час он уже подъезжал к торговому центру, чувствуя себя несколько некомфортно от того, что не надел галстук. Вернее, сначала надел – в силу привычки, поскольку не выходил без него из дома уже несколько месяцев или даже лет, – затем снял, удовольствовавшись и тем, что остался в белой рубашке, лёгких брюках и летних ботинках. Получился уже не деловой вид, но и не слишком неряшливый.

Торговый центр носил гордое название «Купала», однако местные жители прозвали его «Упавшим якорем» из-за того, что он был слишком на него похож. Сложно сказать, почему его построили именно такой формы, ведь моря в Щадрине отродясь не водилось, а единственная река была мелкой для судоходства. Как бы то ни было, новенький «Купала» выделялся на фоне других торговых центров необычным дизайном и огромной площадью, по меркам города. Собственник (по слухам, жена одного из областных министров) подошёл к делу с большим размахом, рассчитывая создать самое популярное место в городе. Какое-то время так оно и было, а потом ввели антиковидные ограничения, арендаторы перестали платить и разбежались, и с тех пор почти четверть площади «Купалы» пустовала. Однако внутри все ещё оставались по меньшей мере три ювелирных магазина с ассортиментом, способным утолить даже самые смелые фантазии, если верить рекламе, которую Артём слышал по радио.

Обручальное кольцо… Не лучший момент для покупки, но он сам был виноват. Накопления на свадьбу и будущее были хорошим предлогом, только правда заключалась в том, что Артём вечно откладывал момент свадьбы – чем позднее это произойдёт, тем лучше. Дело было не в Лее. Он был готов провести с ней остаток жизни, но мысли о браке и детях всегда были ему неприятны. Возможно, из-за развода его родителей. Их брак распался, когда Артёму едва исполнилось десять. Самое яркое воспоминание того времени для него – это их полная нецензурной брани ссора по поводу того, с кем будет проживать ребёнок. Нет, папа и мама не пытались отнять маленького Артёма друг у друга. Напротив, каждый из них желал обрести по-настоящему свободную жизнь без ребёнка. Артём не держал на родителей зла, скорее принимал как данность их отношение к нему. К счастью, бабушка его не бросила – забрала к себе в Щадрин, где растила, как собственного сына. Только он всё равно относился к браку с недоверием.

Может, фрейдисты были правы – все проблемы идут из детства. Хотя сегодня Артём не боялся. Он был готов сделать предложение, даже если оно закончится сокрушительным провалом.

Обычно парковка «Купалы» была плотно заставлена машинами, поэтому Артём проехал чуть дальше, свернул во двор серой хрущёвки, где и остановился. Это было его тайное место, предназначенное для того, чтобы не оставлять автомобиль на вечно занятой парковке торгового центра. Со временем таких умников становилось всё больше, поэтому жильцы установили шлагбаум, но Артём раздобыл ключ – один из его благодарных клиентов проживал в первом подъезде. Впрочем, дойдя до торгового центра, Артём увидел, что парковка была полупустой. Утро рабочего дня всё-таки.

В холле «Купалы» воздух приятно холодил лицо. Не то что на улице – синоптики обещали плюс двадцать пять градусов всю неделю и ни одной капельки дождя. К началу сентября жара уже поднадоела, и многие с нетерпением ждали осенней свежести, но она упорно обходила Волгоградскую область стороной.

Дизайнеры хорошенько потрудились над интерьером «Купалы». От холла вдаль уходили два этажа коридоров с торговыми точками по краям. На кафельном полу и стенах преобладали белые и голубые цвета, закрученные в чудные узоры, которые символизировали волны и облака. В холле располагался большой фонтан с макетом парусника посередине. Таблички с навигацией были оформлены как старые пиратские карты с крестиками, отмечающими самые интересные места. В воздухе ощущался аромат морского бриза.

Поднимаясь на эскалаторе на второй этаж, Артём с любопытством разглядывал посетителей. Увидел пару знакомых, махнул им рукой. Но больше его заинтересовала высокая женщина с надменным лицом, которая ходила вдоль витрин в сопровождении двух мужчин в черных пиджаках. Он видел её лицо раньше, правда, не вживую, а на рекламных щитах и в каких-то телевизионных передачах. Загряжская? Зарецкая? Точно вспомнить фамилию так и не получилось. А через пару минут Артём вошёл в ювелирный магазин и выбросил надменную женщину из головы.

– Могу вам чем-то помочь? – молоденькая продавщица за прилавком улыбнулась, отложив в сторону смартфон с мелькающими на экране видеороликами из «ТикТок».

Ей было лет двадцать, не больше. На массивной груди красовался бейдж с именем «Жанна». Фигура девушки говорила о страсти к булочкам, а лицо производило неожиданно отталкивающее впечатление. Сперва Артём решил, что это из-за слишком крупных скул и носа, затем осознал, что всё дело в улыбке. Улыбка казалась неумело нарисованной, в то время как взгляд был усталым и недовольным.

– Покажите мне самые красивые обручальные кольца из тех, что у вас есть.

Жанна подвела его к прилавку, под стеклом которого на белых подставках покоились сверкающие бриллиантами кольца. Артём растерянно переводил взгляд от одного к другому. Он слабо разбирался в ювелирных изделиях, но интуитивно чувствовал, что не видит ничего подходящего. Слишком массивное, слишком вычурное, а это, наоборот, уж очень простенькое…

Решив, что ничего достойного не найдёт, Артём направился к выходу, но возле следующего прилавка остановился как вкопанный.

– Вот это какое-то необычное, – прошептал он, ткнув пальцем в стекло.

– Оно сделано из платины. – Продавщица мигом извлекла кольцо из-под витрины. –Плюс дорожка чёрных бриллиантов. И, смотрите, какая удобная посадка с внутренней стороны.

Она продолжала рассказывать, а Артём вежливо кивал, хотя почти не слушал. Он уже принял решение. Уверенности в том, что у них с Леей всё наладится, по-прежнему не было, но хотя бы кольцо он сумел выбрать такое завораживающее, что она его никогда не забудет.

– Беру, – уверенно заявил Артём.

Он расплатился картой и бодро зашагал к выходу, сдерживая себя, чтобы не засвистеть какую-нибудь весёлую мелодию. Градус настроения ощутимо поднялся.

В этот момент гул разговоров и рекламных объявлений прорезал отчаянный женский крик.

6

Когда Валерия Завражная вошла в салон «Мехов севера», посетители уставились на неё, забыв на мгновение, что именно собирались купить и в каком месте вообще находятся. Разумеется, они должны были узнать её лицо, а если кто-то не узнал, то всё равно не мог не обратить внимания на эффектную даму в сопровождении двух телохранителей в строгих черных костюмах. Подобное внимание всегда вызывало внутри Завражной тёплую волну удовольствия, хотя внешне она оставалась невозмутимой. Завражная обвела ассортимент магазина брезгливым взглядом, как бы говоря: «К чему из этого не стыдно прикоснуться?»

Звать консультанта она не собиралась – просто смешно наблюдать, как некоторые покупатели с заискивающим видом просили им помочь с выбором. Завражная действовала иначе. Ленивого поворота головы было достаточно для того, чтобы юная девушка-консультант поняла намёк, подорвалась к ней и извиняющимся голосом спросила, чем может быть полезной.

– Что у вас есть из нового завоза? – небрежно спросила Завражная. – Старая шуба мне надоела.

– Есть хорошие поступления чернобурки и норки. Последнее время в моде альпака…

– Вы, должно быть, шутите, – прервала консультанта Завражная.

– Извините?

– Ох, как вы умудряетесь работать, если не знаете элементарных вещей. За натуральную шубу известных людей готовы просто разорвать на части. «Зелёные», защитники животных и вся прочая нечисть. Покажите-ка мне что-нибудь из стриженной шерсти или экомеха. Только дешёвку не подсовывайте, я сразу увижу!

Завражная перемерила с десяток шуб. Самых дорогих, самых брендовых, но в каждой она нашла недостатки. Было забавно смотреть, как юная консультант носится туда-сюда, стараясь ей угодить. Ей, наверное, и двадцати лет ещё не исполнилось. Не совсем входила в целевую аудиторию выступлений Завражной, но она всё равно решила её пригласить. А если девчонка притащит с собой парня или мужа, то выйдет просто замечательно.

На самом деле последняя шуба Завражной понравилась настолько, что она чуть было не бросилась к кассе, однако в последний момент напомнила себе, что с финансами в этом году туговато. Сборы за выступления просели, а недвижимость, машина и прислуга по-прежнему требовали немало затрат. Да ещё и банки доставали со своими напоминаниями о пропуске очередного платежа по кредитам. Хорошо, что не пустили в дело коллекторов, но эта грустная перспектива маячила не за горами.

Завражная вздохнула. Какой смысл жить, если ты не можешь позволить себе самое лучшее? Так можно дойти и до того, что придётся убирать за собой или стирать одежду, а она не занималась этим с класса, этак, десятого. Большинство людей вполне устраивало ютиться в крохотных квартирках и горбатиться пять дней в неделю, но не её. А хуже всего было то, что вслед за лоском богатства исчезнет восхищение и превозношение в глазах простаков.

«Покажи им, насколько ты лучше, и они захотят стать тобой» – одна из немногих истин, которую Завражная на своих выступлениях не озвучивала. Вторая гласила: «Показное богатство лучше, чем отсутствие богатства вообще».

Поэтому шубу она всё-таки решила взять. Уже на кассе, пока консультант отбивала товар, Завражная поинтересовалась:

– А вы сами такое когда-нибудь носили?

– Не с моей зарплатой, – грустно усмехнулась девушка. – Вот закончу университет, тогда и посмотрим.

– Зачем так долго ждать? Посмотрите на меня. – Завражная с достоинством прошлась вдоль рядов шуб, вновь приковывая к себе взгляды окружающих. – Первый миллион я заработала в семнадцать лет. А в двадцать пять владела сетью городских ресторанов. Что, для этого нужен диплом о высшем образовании? Глупости. Устаревшие глупости!

– Может, поделитесь секретом?

– Именно этим я и занимаюсь последние несколько лет. – Завражная повернулась к охраннику, повела бровью. Тот вытащил из пиджака визитку и положил на стол. Продавщица с трепетом взяла её в руки, как хрупкий и драгоценный сосуд. После имени и фамилии, выведенных крупными буквами, на визитке значилось: «БИЗНЕС-ТРЕНИНГ. ПСИХОЛОГИЯ БОГАТСТВА. КОУЧИНГ ФИНАНСОВОГО ПРОЦВЕТАНИЯ».

– Наверное, ваши услуги очень дорогие, – растерялась продавщица.

– Так говорит ваш мозг, настроенный на бедность. На самом деле вы больше тратите в кофейных автоматах, если посчитать расходы за месяц. Одна чашка в день или две?

– Д-две…

– Вот видите! Короче говоря, последняя серия семинаров начинается через неделю, а потом я отправляюсь в тур по стране. Поэтому не советую упускать такую блестящую возможность. И не волнуйтесь, первый семинар всегда бесплатный. Приходите сами, приводите молодого человека. – Завражная повернулась к посетителям магазина, мгновенно отметив их заинтересованные взгляды. – Дамы и господа, я приглашаю всех без исключения. В конце концов, живём только один раз. И жизнью нужно наслаждаться, а не проживать день за днём в суете.