Царство мух

10

– Майор Дегтярёв – начальник грамотный, хотя жёсткий, – поведал Зайцев, закрывая окна в кабинете. – Разбирается в таких сферах и до таких мелочей, что порой удивляешься, откуда он всё это знает. И ведь почти всегда оказывается прав, особенно насчёт расследования.

Дегтярёв приказал проверить второй этаж и закрыть все двери и окна. Лея и Зайцев так и не смогли полностью поверить в смертельную угрозу насекомых, но перечить не стали. Зайцев – из-за субординации, Лея – из-за настойчивости майора. Он по-прежнему казался ей слегка неуравновешенным, поэтому она опасалась, что он выйдет из себя и выкинет что-нибудь безумное, например, начнёт стрельбу в помещении.

Тишину, царящую в коридоре на втором этаже, нарушало слабое жужжание мух. Они тыкались в окна, вились вокруг ламп и ползали по стенам, перебирая тонкими согнутыми лапками. Обычные насекомые, на первый взгляд, только слишком жирные. И их стало заметно больше. Лея вспомнила, как одна из мух укусила её до крови. А вдруг они накинутся всем скопом? Её передёрнуло. Может, Дегтярёв был не так уж и прав? И он упоминал погибших… Лея сначала не поверила, что несколько человек стали жертвами насекомых. Решила, что «мухи» – это какое-то кодовое слово, обозначающее бандитов или наркоманов, но теперь осознала свою ошибку.

В ухе стало щекотно от прикосновения крохотных лапок. Лея взвизгнула и хлопнула себя ладонью так, что самой стало больно. Мёртвая муха свалилась на пол. Зайцев удивлённо взглянул на Лею, заметил её напряженное лицо и принялся рассказывать о начальнике, чтобы немного отвлечь от насекомых.

– Помню, пару лет назад в одной квартире мы обнаружили обглоданный труп мужчины. А рядом сидел его пёс и рычал на нас с ненавистью в глазах. Здоровый такой питбуль – одни мышцы. На первый взгляд картина ясная, но труп положено отправлять на экспертизу. Мы, разумеется, так и сделали. Эксперт пришёл к выводу о том, что псина насмерть загрызла этого мужика. И вроде бы никакого криминала нет – уголовное дело можно прекращать, только Дегтярёв этого сделать не позволил. Не может, сказал, такого быть, чтобы человек с собакой жили душа в душу несколько лет, а она вдруг на него напала. И приказал проверить всё по новой.

Они шли по коридору к следующей двери. Стук шагов эхом разносился по отделу полиции. Лея поразилась тому, каким пустым стало здание. Совсем недавно в нём было полно полицейских – а теперь они разъехались, кто по вызовам, кто по домам. Если и вернутся в отдел, то ещё не скоро. Только Дегтярёв давал о себе знать – его громкий голос непрестанно доносился снизу. Судя по интонации, майор не стесняясь в выражениях распекал кого-то в телефонном разговоре.

– И, знаете, всё действительно оказалось совсем не так просто, – продолжил историю Зайцев. – В соседнем доме жила семилетняя девочка, которую во время прогулки во дворе искалечила собака. Оставила инвалидом, так как ногу пришлось ампутировать. Вся её семья была подавлена тем, что произошло с бедняжкой. Думаю, вы уже догадались, что собакой оказался тот самый злющий питбуль. Хозяина собаки наказали штрафом, но отца девочки это, конечно, не устроило. Он был неглупый человек и не стал мстить сгоряча, как это сделали бы многие на его месте. Нет, он завёл себе почти такого же питбуля и стал его тренировать для нападения на людей. В один прекрасный день отец девочки пришёл с собакой к квартире потерпевшего и позвонил. А когда тот открыл дверь – скомандовал собаке: «Фас». Питбуль хозяина квартиры пытался его защитить, но на этот случай отец девочки заготовил шприц со снотворным. В общем, просыпается псина через пару часов в пустой квартире. Рядом только тело хозяина. Проходит день – питбуль голодает. Проходит другой – он не выдерживает и начинает поедать тело. А потом мы труп обнаружили. Представляете, как тяжело было это всё распутать? А Дегтярёв будто знал с самого начала.

– Что стало с отцом девочки? – спросила Лея. От образа собаки, пожирающей труп, ей стало не по себе, но история оказалась интересной.

– Чисто по-человечески его всем было жаль. Хотелось бы закрыть на это дело глаза, но Дегтярёв не позволил, так как «закон есть закон». Он настоял на том, чтобы расследование было проведено по всем правилам, а дело – передано в суд. Кажется, отцу девочки дали пять или шесть лет условно. Вот, что я имел в виду, когда говорил, что Дегтярёв грамотный, но жёсткий. Никаких отступлений от своего мнения не терпит.

Зайцев открыл дверь в очередной кабинет и отпрянул назад, отмахиваясь от нахлынувшей на него струи напористых мух. Они назойливо вились вокруг его головы, бросались в лицо и кусали. Кожа мгновенно покрылась красными пятнами. В первые секунды Лея застыла столбом, не до конца осознав, что происходит. Каждое лето в детстве она гостила у бабушки в деревне, поэтому прекрасно помнила, как мухи увивались за соседскими свиньями и коровами. Стоило подойти ближе – и ты погружался в такое же гудящее облако. Ничего страшного в этом не было. Насекомых интересовали не маленькие девочки, а мусор и навоз.

Но эти мухи были другими. Они набрасывались на Зайцева так упорно, словно это была их последняя трапеза в жизни. Заметив появившиеся на его лице ранки, Лея кинулась на помощь и принялась отгонять мух, давить их ладонями. Когда жужжание поутихло, она бросила взгляд на окно в кабинете и обомлела.

– Там, там… Всё черное от мух! – крикнула она. – Нужно немедленно закрыть форточку!

Зайцев кивнул и бросился к окну. Сидящие на стенах кабинета мухи сорвались с мест, заметались в воздухе и пронзительно загудели. Лея вбежала следом, схватила со стола серую папку с надписью «Дело №», и стала хлестать ей направо и налево. Мухи кусали за руки и в лицо, но чем меньше их становилось, тем спокойнее они начинали себя вести. Вдвоём Лея и Зайцев быстро разделались с насекомыми, после чего перевели дух.

– Вот мрази, всего искусали, – выдохнул Зайцев. Он провёл рукой по лицу и ошеломлённо уставился на покрытую кровавыми линиями ладонь. – Вы как? В порядке?

– Мне не так сильно досталось. Немного задело руки и щеку.

– А ведь я не поверил Дегтярёву, признаюсь честно. Теперь вижу, что ошибался. Что же в городе творится, а?

Лея взглянула в грязное окно. С той стороны мухи сновали по стеклу, превратившись в единую, дрожащую кашу. Изредка слышался глухой стук – то ли насекомые пытались пробраться внутрь, то ли тыкались без всякой цели. Лея тоже не верила майору, пока не увидела раны на лице Зайцева. Пока не увидела черное, кишащее окно. Где-то там, вдалеке, город превращался в зону экологического бедствия.

Смартфон Зайцева издал короткую трель, означающую получение сообщения.

– Жена пишет. – Следователь улыбнулся, но тут же скривился от боли в обкусанном лице. – Она с сыном уехала на дачу ещё утром. У них пока ни следа безумных насекомых, но я всё равно попросил укрыться в доме и запереть двери с окнами. Лучше перестраховаться, а то мало ли.

Лея вновь вспомнила об Артёме. Она пообещала себе перезвонить, как только предоставится свободная минута. Утренняя ссора теперь стала казаться ей сущей мелочью по сравнению с тем, что творилось вокруг.

– Завтра, наверное, будет сильно болеть. – Зайцев прикоснулся к ранам, поморщился. – Ладно, обработаю их потом. Давайте пока проверим остальные кабинеты и вернёмся к Дегтярёву. Только папку из рук не выпускайте, хотя, надеюсь, она нам больше не понадобится.

Остальные окна на втором этаже были закрыты. В пустых кабинетах им встретились только пара мух, не обращающих на людей никакого внимания, и паук, который обустроил жилище в углу над шкафом с документами.

– Теперь-то у него будет полно еды, – заметил Зайцев.

– Вот кому чужое горе в радость.

Закончив с проверкой, они спустились на первый этаж, где застали Дегтярёва в полном одиночестве. Он стоял, уставившись в сторону и погрузившись в свои мысли. Пальцы рук нервно постукивали по бедру. На звук шагов майор обернулся и с мрачным видом сообщил:

– Я связался с областным начальством и МЧС. Сообщил о чрезвычайной ситуации и потребовал организовать эвакуацию. Или предпринять хоть какие-то меры. Они заверили меня, что обязательно разберутся, но…

Дегтярёв умолк.

– Но? – не выдержала Лея.

– Я убеждён, что мне не поверили. Ничего такого мне прямо не сказали, но по голосу чувствовалось, что отнеслись они скептически, мягко говоря. Оно и понятно. Нашествия насекомых в России случаются регулярно, но без массовых жертв.

– Значит, никакой эвакуации? Как они могут так поступить?

– Я уверен, что пара сотен звонков от горожан расшевелят их, – успокаивающе поднял руки Дегтярёв, – но это потребует времени. Сколько именно – сказать трудно. До тех пор моя обязанность – обеспечить безопасность каждого из вас. Включая подозреваемых в ИВС. Никто не выйдет наружу до моего распоряжения. Если попытаетесь выйти и поставить всех под угрозу, я буду вынужден принять крайние меры. Полагаю, всем всё ясно?

Лея посмотрела в его суровое, полное решимости лицо и нервно сглотнула. Она поняла, что не хочет знать, на какие крайние меры способен пойти Дегтярёв.

11

В едином порыве посетители торгового центра нагрянули в «Домашнюю корзину» – огромный зал с хозяйственными принадлежностями. Похватали репелленты, по привычке выстроились к кассе, но продавщица заявила, что в гробу видела эту работу и собирается уйти вместе со всеми, поэтому товар можно не оплачивать. Никого не смутило, что у неё не хватало полномочий для принятия решений такого рода – народ возликовал и стал опрыскивать себя из баллончиков. До откровенного мародёрства не дошло. Люди брали только то, что могло пригодится для защиты от мух.

Артём уговорил группу тех, кто желал остаться в «Купале», запастись спреями для уничтожения насекомых. Он сам взял пару баллончиков «Дихлофоса», хотя в широких коридорах торгового центра особой эффективности от яда ожидать не стоило. Ян откопал на одном из прилавков ультразвуковой отпугиватель.

– Никогда таким не пользовался. – Он повертел в руках металлическую коробочку, недоверчиво хмыкнул, но всё-таки положил в карман. – Самое время попробовать. Хотя, наверное, бесполезно рассчитывать на силовое поле, как в «Звёздных войнах».

Когда подготовка была завершена, люди вновь столпились в холле. Возле дверей собрались те, кто желал попытать удачи снаружи. Теперь их стало больше. Главным образом благодаря тем, кто поверил в чудодейственную силу репеллентов. Люди натянули на себя как можно больше одежды, надели капюшоны и перчатки, закрыли рты масками. Особенно на их фоне выделялся Валентин Ситчихин, облачённый в ярко-алую ветровку и обутый в невесть откуда взявшиеся походные ботинки. Он расхаживал перед людьми, как командир перед битвой, проверяя, все ли готовы к побегу.

Поодаль, за опущенными рольставнями торговых точек затаились разрозненные группы людей. Они не стали уходить в противоположный конец «Купалы», как планировали часом ранее. Во-первых, это не сильно помогло бы против мух, залетевших внутрь. Во-вторых, все хотели стать очевидцами того, как пройдёт бегство. Ещё теплилась надежда, что опасность исчезнет сама собой. Что люди, открыв дверь, выйдут под чистое небо, а не в тьму агрессивных насекомых. Ну или хотя бы отделаются лёгкими укусами.

Артём и Ян выбрали для укрытия отдел электроники, который располагался далековато от входа, но всё же позволял видеть, что происходит. Дверной проём заблокировали рольставнями. Витрины закрывать не стали – плотные стекла и так не позволили бы пропустить мух внутрь. Ян воткнул в розетку ультразвуковой отпугиватель и выкрутил регулятор на максимум.

Вместе с ними в отделе электроники прятались ещё пять человек. Бородатый охранник кавказской внешности успокаивал Жанну – продавщицу из ювелирного, продавшую Артёму обручальное кольцо. В углу с испуганным видом стояла девочка с инопланетными глазами. Отдельно от всех держались Завражная и её телохранитель. Они чуть слышно переговаривались, посматривая сквозь витрину.

Тем временем исход из осаждённого насекомыми торгового центра начался. Управляющий «Купалы», замотанный в одежду, как в чадру, встал возле переключателя и, дождавшись одобрительного кивка Ситчихина, нажал на кнопки. Двери тут же разъехались в стороны, открыв проход. Толпа, мгновенно окружённая черными гудящими точками, хлынула наружу. Поначалу быстро и слаженно, но в первую же минуту в проходе образовалась давка. Люди толкались, отпихивали друг друга и кричали. Кричали так громко, что боль и ярость, вложенные в их слова, разносились по всему торговому центру. Репелленты оказались бессильными.

Мухи сжирали людей заживо. Черные облака опускались на головы, сдирали плоть кусочек за кусочком. Один из беглецов – молодой спортивный парень – побежал по парковке в сторону, вдоль витрины. Шлейф из насекомых неотрывно следовал за ним. Через пару метров парень рухнул на землю – запнулся, как показалось Артёму. Он ждал, когда беглец появится в поле зрения вновь, но этого не произошло. Парень так и не поднялся.

Мухи бросались на людей целенаправленно, словно действовали по заранее заготовленному плану, как бы трудно в это ни было поверить. Они преследовали беглецов. Они добивали упавших или слишком медлительных. Они проникали в уши и рты, пробирались сквозь малейшие щели в одежде. И лишь разреженные скопления мух залетели вглубь торгового центра, бесцельно кружа по его просторам.

Когда последний из беглецов покинул «Купалу», Артём подал знак Яну и толкнул рольставни вверх. Входную дверь предстояло запереть. Позади, в отделе электроники их дожидались остальные: охранник, женщины, девочка и телохранитель Завражной, который наотрез отказался идти к дверям, сославшись на обязательства по работе.

Болтающиеся в воздухе мухи чуть оживились при появлении Артёма и Яна. Медленно, почти лениво поплыли к ним навстречу, как будто были накачаны пивом после большой пирушки. Ничего общего с атаками роя на беглецов.

– Мне кажется или по отдельности они не такие активные? – прошептал Ян.

– Не кажется. В рое они умнее и агрессивнее. Может, у них есть что-то вроде коллективного разума.

– Прямо как у ос и пчёл? М-да, я ведь говорил, что это не простые мухи. Тяжко нам с ними придётся.

Артём распылил «Дихлофос» в зависшее над прилавком с пончиками облако мух. Слева от него раздалось шипение – Ян сделал то же самое. Мухи разлетелись по сторонам, спасаясь от ядовитого газа. Часть из них неуклюже закружилась, а через пару секунд посыпалась на пол. Другие продолжали летать как ни в чём не бывало.

– Ах, собака! – завопил Ян, потирая шею. – Больно кусают! Давай ускоримся.

Они добежали к стене с панелью управления, не переставая распылять инсектициды. Мухи позади них или валялись на полу, или парили на расстоянии, словно понимали опасность оранжевых баллончиков с эмблемами перечёркнутых насекомых. Артём нажал кнопку с изображением закрытого замка, и входные двери заблокировались. По коридорам торгового центра пронёсся шум рольставней – люди выходили из укрытий и растерянно озирались.

– Вот же погань, – подавленно произнёс Ян. Он махнул Артёму, подзывая к себе. – Посмотри на парковку. Посмотри, чем всё закончилось.

На улице бесновался рой. Мириады мух дёргались и кружились в хаотичной пляске вокруг мертвецов. Насекомые облепили тела так плотно, что человеческие очертания были едва различимы. Ни один из лежащих на асфальте людей не подавал признаков жизни. Артём насчитал по меньшей мере тридцать таких холмиков, облюбованных мухами, и ужаснулся, когда вспомнил среди беглецов рыжеволосую женщину с годовалым мальчиком.

«Хоть кому-нибудь удалось выбраться? – подумалось ему. – Хоть кому-нибудь?»

Вдалеке, возле открытой двери автомобиля сквозь черноту мух он увидел лежащее на асфальте тело в ярко-алой ветровке. Артём сжал в кармане обручальное кольцо и закрыл глаза.

Глава 2. Взаперти