Корона теней

В кабинете у Артёма Крутикова нависла минутная пауза. Угнетало всё, даже воздух казался липким и неестественным от волнения. За окном догорал закат, бросая на стены длинные тени.

— Света, как так получилось, что ты раскрыла себя? — спросил серьёзно Артём — И что нам теперь с этим делать?

Света нервно поправила рукав блузки, бросила взгляд на меня, потом снова посмотрела на Артёма.

— Этот парень… Он за нами погнался. И ещё он что-то хотел спросить в кафе — явно что-то недоброе замышлял. А потом эта погоня… — Света смотрела на Артёма, её пальцы непроизвольно сжимались и разжимались. — Я не могла рисковать — ни собой, ни тобой, Яна. Пришлось действовать быстро.

— Капитан Еремеева… — Артём провёл рукой по волосам, вздохнул. — У меня вопрос: что мы теперь будем делать с твоей раскрытостью? Ведь те, кто за тобой гнались, поняли, что ты не просто девочка, которая пришла на конкурс красоты. — сказал грустно Артём.

— Не думаю, что они поняли, кто я, — уверенно ответила Света. — Оружием я не светила, а то, что я от них убегала, может доказывать для них только одно: что я люблю гонять на машине. И потом, я в своём резюме указывала, что увлекаюсь автогонками. Может, они просто решили, что у меня пунктик на скорости.

Она сделала паузу, задумчиво постучала пальцами по столу.

— Завтра открытие конкурса, вряд ли они ещё сунутся ко мне сегодня… Но тот парень — он следил за всеми девушками. Потому что пока он следил за ними, я следила за ним.

— Тем более завтра открытие, они будут молчать, — подхватила я. — Нам самое главное там ни на что не напороться, а после открытия я хочу встретиться с бывшими участницами. Поговорить с каждой отдельно, выяснить, кто получал странные сообщения, кто замечал слежку.

— Света, тебе лучше оставаться такой же скрытной и странной на вид, какой ты и являешься для всех девушек, особенно для Дианы, — продолжила я. — Ты всем изрядно пощекотала нервишки на собрании.

— А то! — усмехнулась Света. — Диана явно изворачивается. Её поведение на собрании было слишком нарочитым. Она слишком часто поглядывала на дверь, будто ждала кого-то.

Артём Крутиков откинулся на спинку кресла, листая какие-то бумаги на столе.

— Яна, завтра, как и условились, ты идёшь на открытие с мужем. Соня — твоя подруга, я тоже под видом вашего друга иду на это мероприятие. Естественно, мы с Соней не просто гости для всех, — сказал он, поднимая глаза от бумаг. — У нас есть план: вы с Соней наблюдаете за участницами и организаторами, я держу связь с дежурным нарядом на случай экстренной ситуации. Света будет работать внутри — она должна попытаться разговорить Диану или кого-то из её окружения.

— Интересно… — задумчиво произнесла я, поглаживая мистера Смитта, который устроился у меня на коленях. Пёс поднял уши, будто прислушиваясь к разговору, и вопросительно посмотрел на меня, словно этот вопрос я задавала именно ему. — Сколько настоящих участниц в конкурсе и сколько из них действительно хотят получить корону?

— Больше, чем кажется, — ответил Артём. — По моим данным, минимум две девушки участвуют не по своей воле.

— Какие ещё завтра могут быть подводные камни и чего надо опасаться? — спросила я, чувствуя, как внутри нарастает тревога.

Артём переглянулся со Светой.

— Опасаться надо всего, — серьёзно сказал он. — Музыка, свет, декорации — всё может быть частью ловушки. Особое внимание — на напитки, на подарки от спонсоров, на любые «сюрпризы» от организаторов. И главное — не разделяйтесь. Держитесь втроём или сообщайте о каждом своём шаге. Если услышите сигнал — звонок на телефон, — немедленно покидайте зал. Это будет означать, что ситуация вышла из-под контроля.

Мистер Смитт тихо зарычал, будто одобряя план. Мы переглянулись. Завтрашний день обещал быть долгим и опасным.

Вечером дома разразился грандиозный скандал. Илья, узнав о случившемся, был категорически против моего участия в конкурсе.

— Да почему ты не можешь понять, что я хочу разобраться изнутри, что происходит?! Мне интересно! — я жестикулировала руками, пытаясь доказать мужу, что я права. — Это не просто конкурс красоты — там что-то не так, Илья. Я уже слишком глубоко влезла, чтобы отступать.

— Я против! Ты что, не понимаешь, что тебя могут убить?! Или сделать так, что ты не будешь тем, кто ты есть?! — не унимался муж. Его лицо покраснело от напряжения, пальцы сжимались в кулаки. — Ты же слышала про Артёма и его расследование? Он говорит, что уже три года девушки пропадают после финала. Пропадают бесследно!

Я была в бешенстве, но в глубине души понимала его страх.

— Ты видел участниц? Какие они стали красотки! Как минимум каждая пережила трансформацию!

— Но мы не знаем, в какую сторону она её пережила… — муж сел на диван, чтобы отдышаться и попить воды. Он провёл рукой по лицу, будто пытаясь собраться с мыслями.

Я села рядом, невольно смягчившись. В его глазах читалась неподдельная тревога.

— Может быть, всё-таки поужинаем? — тихо сказала я, слегка коснувшись его руки. — На голодный желудок ругаться как-то не весело… — я попыталась улыбнуться, и на этот раз улыбка получилась более искренней.

Илья посмотрел на меня, вздохнул и слегка сжал мою ладонь.

— Яна, я не хочу с тобой ругаться, — устало произнёс муж. — Я беспокоюсь о тебе. Очень. Ты же знаешь, я никогда не запрещал тебе что-либо просто так. Но сейчас… это не просто каприз или авантюра. Это опасно.

— Я понимаю, — я повернулась к нему, стараясь вложить в голос всю уверенность, которой на самом деле не чувствовала. — Но я не одна. Со мной будешь ты. Завтра мы идём на открытие вместе — ты мой муж, моя опора. И с нами Артём. У нас есть план, есть поддержка. И я… я не могу бросить всё сейчас. Если там действительно кто-то в беде, если девушек действительно шантажируют или заставляют участвовать — я должна помочь.

Муж помолчал, глядя куда-то вдаль. Потом медленно кивнул.

В этот момент из прихожей донёсся знакомый скрежет когтей — мистер Смитт, до этого мирно дремавший в коридоре, решил напомнить о себе. Он вошёл в комнату, виляя хвостом, и улёгся у наших ног.

— Видишь? — я погладила пса по голове. — Даже мистер Смитт считает, что мы должны идти до конца.

Илья рассмеялся:

— Ладно, команда. Пойдём ужинать. И заодно обсудим, как сделать так, чтобы завтрашний день прошёл без сюрпризов.

За ужином мы детально проговорили план на завтра:

— Ты будешь рядом со мной весь вечер, — сказала я. — Если я замечу что-то странное, мы сразу сообщаем Артёму. Соня тоже будет там — придёт поддержать меня. Мы заранее договоримся о сигналах: если я подниму руку к волосам — это значит «внимание», если коснусь запястья — пора уходить.

— Логично, — кивнул Илья. — А я буду следить за окружением. Обращу внимание на охрану, выходы, подозрительных людей. И проверю, чтобы рядом с тобой не появлялись напитки, которые ты не заказывала.

— Идеально, — я почувствовала, как напряжение последних часов понемногу отпускает. — Вместе мы справимся.

На следующее утро, а оно выдалось снежное — за окном кружились крупные хлопья, укрывая город белым покрывалом, — я открыла глаза и, уловив аромат свежесваренного кофе, поняла, что муж уже не спит.

Я выбралась из-под тёплого одеяла и протопала с голыми ногами на кухню. Картина маслом: Илья сидел за столом, неторопливо ел бутерброд, а мистер Смитт, виляя хвостом, игриво выпрашивал у него кусочек. Пёс то приподнимался на задних лапах, то садился и умоляюще заглядывал Илье в глаза — тот лишь усмехался и качал головой.

— Опять ты его балуешь, — улыбнулась я, подходя ближе и обнимая мужа за плечи.

— Он просто мастерски давит на жалость, — хмыкнул Илья, всё-таки отламывая крошечный кусочек сыра и протягивая псу. Мистер Смитт ловко подхватил угощение, радостно завилял хвостом и уселся у ног хозяина, явно рассчитывая на добавку.

Я подошла к окну. Сквозь кружевную завесу падающего снега едва проглядывали очертания соседних домов. В груди шевельнулось тревожное предчувствие — сегодня всё решится.

— Уже волнуешься? — тихо спросил Илья, заметив моё настроение.

Я повернулась к нему:

— Немного. Но больше я готова. Вчера мы всё обсудили, продумали сигналы, договорились с Артёмом-Крутиковым. И ты будешь рядом — это придаёт уверенности.

— Верно, — он встал, подошёл ко мне и слегка сжал мои плечи. — Мы в одной команде. Я буду следить за обстановкой, замечать детали, которые ты можешь упустить в суете. А ты — ищи зацепки среди участниц. Главное — не теряй бдительности и помни о наших договорённостях.

Я кивнула:

— Любой подозрительный момент — сразу сообщаю. И если что-то пойдёт не так — сразу уходим, без лишних раздумий.

— Вот и отлично, — Илья улыбнулся и потянулся за вторым бутербродом. — Кстати, платье уже готово?

— Да, висит в чехле в спальне. Белоснежное, с серебряной вышивкой — как раз под стать этому снегопаду за окном. Хочу выглядеть так, чтобы никто не заподозрил, что я здесь не только за короной.

— Хитро, — он подмигнул. — А я надел тот самый костюм, который ты называешь «строго, но обаятельно». Чтобы и солидно, и не слишком официально.

Мистер Смитт, устав ждать новых угощений, подошёл ко мне, ткнулся носом в ладонь и жалобно вздохнул. Мы с Ильёй рассмеялись.

— Ладно, маленький детектив, — я погладила пса по голове, — ты тоже идёшь с нами. Будешь нашим талисманом и, если что, первым почуешь опасность.

Илья взглянул на часы:

— У нас ещё полдня. Давай позавтракаем спокойно, соберёмся без спешки. Вечером в пять — выезд. И помни: что бы ни случилось, мы справимся. Вместе.

Я улыбнулась в ответ, чувствуя, как тревога понемногу отступает. Снежная пелена за окном больше не казалась зловещей — она словно укрывала нас, дарила последний миг тишины перед бурей.

День пролетел быстро, мы многое успели сделать и много ушло времени на приготовление к мероприятию.

— Пора собираться, Яна. Время летит незаметно.-сказал муж.

Я кивнула и пошла в спальню. Платье в чехле висело на двери — белоснежное, с серебряной вышивкой, которая переливалась, будто покрытые инеем ветви. Я осторожно расстегнула молнию, провела рукой по ткани — мягкая, струящаяся. В груди снова зашевелилось волнение: сегодня всё решится.

Пока я принимала душ и приводила себя в порядок, Илья занялся мистером Смиттом. Он достал праздничный костюмчик — чёрный с серебристыми узорами, — и аккуратно надел его на пса.

— Ну что, мистер Смитт, будешь самым элегантным псом на конкурсе, — усмехнулся Илья. Пёс вилял хвостом и явно был доволен своим новым образом.

Через час я стояла перед зеркалом. Волосы уложены лёгкими волнами, макияж сдержанный, но подчёркивающий черты лица — достаточно, чтобы выглядеть эффектно, но не вызывающе. Платье село идеально: оно не сковывало движений и позволяло чувствовать себя уверенно.

Илья вошёл в комнату уже в своём чёрном костюме — строгом, но с едва заметным блеском, который придавал образу торжественности. Он окинул меня взглядом и улыбнулся:

— Ты прекрасна. И готова к битве.

— К разведке, — поправила я, поправляя манжету его рубашки. — Мы не воевать идём, а искать правду.

— Пусть так, — он взял мою руку. — Но настрой боевой не помешает.

Мистер Смитт, уже в праздничном наряде, нетерпеливо крутился у двери, то и дело поглядывая на нас и виляя хвостом.

— Ну что, команда, — я подхватила клатч, проверила, на месте ли телефон и маленький диктофон, который дал нам Артём. — Вперёд?

— Вперёд, — кивнул Илья.

Мы вышли на улицу. Снег продолжал идти — крупные хлопья кружились в свете фонарей, укрывая тротуары пушистым ковром. Илья вызвал такси, и через пару минут подъехала чистая, уютная машина с включённым обогревом.

— Куда направляемся? — улыбнулся водитель, помогая Илье уложить сумку с вещами мистера Смитта и моими в багажник.

— В бутик-отель «Богемия», на открытие конкурса красоты, — ответила я.

— О, так вы участница? — оживился водитель. — Говорят, в этом году звёзды будут!

— Да, будет интересно, — уклончиво ответила я, усаживаясь на заднее сиденье рядом с Ильёй.

Машина плавно тронулась. Мы поехали по заснеженному городу. Улицы, украшенные новогодними гирляндами, казались сказочными: фонари отбрасывали тёплый жёлтый свет на сугробы, витрины магазинов сверкали разноцветными огнями. Но за этой красотой мне чудилась тень — та самая тайна «Богемии», из-за которой пропадали девушки.

«Всё ли мы предусмотрели? -думала я, молча всматриваясь в темную даль-Соня будет ждать у входа — она не участница, но поможет нам сориентироваться. Артём уже внутри, под видом приглашённого гостя. Илья рядом — это придаёт сил. Но что, если организаторы что-то заподозрили? Если они готовились к нашему появлению? А если я увижу среди участниц кого-то, кто явно напуган? Как дать ей понять, что я здесь не просто так? Нужно быть внимательной к деталям: к тому, как они общаются, куда ходят, с кем переглядываются. И следить за Дианой — Света говорила, что она что-то знает. Главное — не выдать себя. Улыбаться, позировать фотографам, делать вид, что я очарована атмосферой. Но при этом — слушать, наблюдать, запоминать. Каждая мелочь может стать ключом к разгадке. И ещё — не забывать о сигналах. Рука у волос — „внимание“, касание запястья — „пора уходить“. Илья поймёт. Мы команда. Мы справимся.»

Я сжала руку мужа. Он ответил лёгким пожатием.

— Всё будет хорошо, — тихо сказал он. — Мы рядом.

— Да, — я улыбнулась, глядя в окно. — И мистер Смитт с нами. Наш талисман.

Пёс, устроившийся между нами, будто понял слова — поднял голову и лизнул мне руку.

Такси свернуло на широкую улицу, в конце которой уже виднелись огни бутик-отеля «Богемия» — яркие, манящие, но, возможно, опасные. Сердце забилось чаще.

— Приехали, — объявил водитель.

— Спасибо, — Илья расплатился. — Готова? — он повернулся ко мне.

— Готова, — я расправила плечи. — Пойдём.

Мы вышли из машины. Снег мягко падал, фонари освещали нам путь, а впереди ждал бутик-отель «Богемия» — место, где сегодня начнётся настоящая игра.

Мы с Ильёй переглянулись — мистер Смитт, устроившийся у меня на руках, тоже поднял уши, будто чувствуя важность момента.

Фасад отеля сверкал в свете вечерних огней: гирлянды в виде сверкающих снежинок оплетали колонны, над входом красовалась огромная рождественская композиция — заснеженные ели, фигурки оленей и сияющая звезда на вершине. Крупные снежинки продолжали кружиться в воздухе, падая на красные ковровые дорожки, устилающие путь к дверям.

— Ну что, команда, — я глубоко вздохнула, поправила воротник платья и взяла Илью под руку, — пора войти в сказку.

Мы поднялись по ступеням. Двое швейцаров в парадных ливреях почти синхронно распахнули тяжёлые стеклянные двери, и нас окутал тёплый, ароматный воздух — запах хвои, мандаринов и горячего шоколада.

Внутри «Богемия» напоминала дворец из зимней сказки. Просторный холл с высоким потолком был украшен так, что захватывало дух: гигантская ёлка в центре, увешанная антикварными игрушками и мерцающими гирляндами, хрустальные люстры, отражающие огни, как тысячи маленьких звёзд, живые ели вдоль стен, припорошенные искусственным снегом, гирлянды с тёплыми жёлтыми огоньками, протянутые от колонны к колонне, большие окна, за которыми кружился снег, создавая ощущение, что мы оказались в отдельном, волшебном мире.

Воздух наполняла лёгкая музыка — негромкий джаз в современной обработке, дополнявший атмосферу праздника. У входа гостей встречали девушки в серебристых платьях и с венками из остролиста на головах. А в центре всего этого великолепия стояла Диана. Она выглядела безупречно: длинное платье цвета тёмного изумруда, волосы уложены в сложную причёску с вплетёнными серебряными нитями, на губах — безупречная улыбка. Когда она заметила нас, её лицо озарилось приветливым выражением, и она направилась прямо к нам.

— Яна, дорогой Илья! — её голос звучал тепло и радушно, но в глазах мелькнуло что-то, чего я не смогла распознать. — Как замечательно, что вы смогли прийти вместе!

Диана обняла меня, чуть дольше задержав руки на плечах, чем требовалось для обычного приветствия. Её духи пахли морозной хвоей и чем-то терпким, неуловимым.

— Ты просто восхитительно выглядишь, Яна, — она окинула меня оценивающим взглядом. — Это платье идеально подчёркивает твою фигуру. А вы, Илья, воплощение элегантности.

— Спасибо, Диана, — я улыбнулась в ответ, стараясь, чтобы улыбка получилась непринуждённой. — Всё здесь просто волшебно. Ты вложила душу в подготовку.

— О, это коллективный труд, — она чуть склонила голову, и свет люстры отразился в бриллиантовых серьгах. — Но я рада, что вам нравится. Сегодня особенный вечер — до Нового года осталось всего несколько дней, и мы хотим, чтобы каждый гость почувствовал магию момента.

Она махнула рукой в сторону зала:

— Проходите, располагайтесь. Бар слева, фотозона с ёлкой — там уже многие делают снимки. И, конечно, скоро начнётся официальная часть. Я подойду к вам чуть позже — нужно поприветствовать ещё нескольких гостей.

С этими словами она одарила нас последней ослепительной улыбкой и направилась к новой группе прибывших.

Я повернулась к Илье:

— Чувствуешь? Что-то в ней не так. Слишком уж идеально.

— Согласен, — тихо ответил он, незаметно сжимая мою руку. — Слишком много блеска. Но мы здесь не для того, чтобы любоваться. Помни: наблюдаем, запоминаем, ищем зацепки.

Мистер Смитт, которого я держала на руках, тихо фыркнул, будто одобряя план. Вокруг шумели гости, звенели бокалы, играла музыка — а я вдруг отчётливо поняла: за всей этой красотой скрывается тайна, которую нам предстоит разгадать.

Мы стали болтать с прибывающими гостями и участницами конкурса. Многих девочек я так ещё и не узнала — точнее, не запомнила, как зовут. В этом году нас было тринадцать… Атмосфера становилась всё оживлённее: кто-то смеялся, кто-то фотографировался у ёлки, кто-то обсуждал наряды. Вдруг кто-то сильно схватил меня за руку. Я резко обернулась — это была Лена.

— Привет! Подруга! — закричала она, обнимая меня так крепко, что мистер Смитт, которого я держала на руках, недовольно фыркнул. — Вижу, что ты тоже сегодня со своим мужем?

— Да, привет, — ответила я и немного отдышалась. — Рада тебя видеть!

— А моего пришлось тащить силой! Вон он, уже пьёт шампанское с другими мужьями, — Лена указала рукой на столик с шампанским, где уже толпились несколько молодых людей в костюмах. К ним подошёл мой Илья и начал разговор — судя по жестам, они обсуждали что-то спортивное. Я перевела взгляд на Лену.

— Как дела? — спросила я. — Ты прекрасно выглядишь!

Лена лучезарно улыбнулась, поправила локон черных волос и покрутилась, демонстрируя платье цвета лаванды с кружевными вставками.

— Спасибо! Сама не верю, что я здесь. Хотя… — она вдруг понизила голос и наклонилась ближе, — я заметила кое-что тут странное, ты нет?

Я насторожилась, но постаралась сохранить непринуждённый вид:

— Что именно?

— Ну… — Лена огляделась по сторонам, убедилась, что рядом никого нет, — некоторые девочки ведут себя очень скрытно. Например, Катя всё время проверяет телефон, будто ждёт какого-то сигнала. А Марина ни с кем не разговаривает — стоит в углу и смотрит на всех так, будто мы все враги. И ещё… Диана слишком уж активно всех приветствует. Слишком много улыбок, слишком много внимания. Как будто пытается что-то скрыть за этой показной радостью.

Я невольно сжала руку Лены:

— Ты и правда это заметила?

— Конечно! Я же не слепая, — она подмигнула. — И знаешь что? Мне кажется, ты тоже что-то разнюхиваешь. Глаза у тебя такие… внимательные.

Я рассмеялась, но в груди ёкнуло: Лена оказалась наблюдательнее, чем я думала.

— Скажем так, я просто хочу понять, что здесь происходит на самом деле, — призналась я полушёпотом. — Если заметишь ещё что-то странное — дай знать, ладно?

— Договорились! — Лена хлопнула меня по плечу. — Будем держать связь. А сейчас — о, смотри, несут канапе с лососем! Пойду захвачу парочку, пока всё не разобрали.