Нежные сердца

Глава 2

Эва сидела неподвижно на своей новой широкой кровати, бездумно уставившись в одну точку, пока пыталась осмыслить события последних двадцати четырёх часов. Этот день выдался для неё по-настоящему изматывающим. Она всё ещё не ощущала себя комфортно в этом новом доме, но понимала, что теперь вынуждена оставаться здесь до конца учебного года – хотела она того или нет.

Семья Лэнгтон казалась доброжелательной, и Эва оценила тёплый приём, который ей оказали, но не могла сказать, что он принёс ей радость. Было бы гораздо проще ненавидеть своих новых соседей, если бы они оказались холодными и равнодушными. Но нет. Вместо этого ей предстояло жить в огромном особняке, получать дорогие подарки, а её опекуны проявляли к ней заботу и участие. Всё это усложняло задачу – почти невозможно было не испытывать к ним хотя бы минимальной симпатии.

Но она пообещала себе не привязываться. Оставаться отстранённой. Так будет проще уйти, когда придёт время.

Громкий стук в дверь вырвал её из мыслей. Эва вздрогнула, затем быстро поднялась и направилась к двери. Когда она открыла её, на пороге стоял Нэйтан, с улыбкой протягивающий поднос, от которого исходил аппетитный аромат свежеприготовленной еды.

– Мама подумала, что после долгой дороги тебе захочется немного отдохнуть, поэтому попросила меня принести тебе ужин, – сказал Нэйтан, ставя поднос на тумбочку. – Конечно, ты всегда можешь присоединиться к нам в столовой, если захочешь.

Только сейчас Эва заметила, что, когда он улыбается, на его щеках появляются очаровательные ямочки. Раньше она этого не замечала.

Когда он поймал её взгляд, она густо покраснела и быстро взяла поднос, стараясь, чтобы их пальцы не соприкоснулись.

– Спасибо. Еда выглядит замечательно, – сдержанно ответила она.

Её дурное настроение тут же улетучилось, пока Нэйтан продолжал улыбаться ей.

– Наша кухарка Грейс, как всегда, постаралась. Она настоящая волшебница на кухне. Мама даже яйцо сварить не может, – признался он с лукавой ухмылкой.

– Приятного аппетита, Эва. Если вдруг захочешь компании – просто постучи. Моя комната в конце коридора, – добавил он, указывая в нужную сторону.

Эва вежливо поблагодарила его и ответила лёгкой улыбкой, прежде чем закрыть дверь. Нэйтан показался ей хорошим парнем. Было очевидно, что он воспитанный и обходительный. Она бы многое отдала, чтобы встретить такого, когда ещё жила во Флориде. Но почему-то её всегда тянуло к совсем другим – к тем, кто приносил только проблемы.

Эва поставила поднос на прикроватную тумбочку и тяжело вздохнула, ковыряя еду вилкой. Честно говоря, она совсем не была голодна. Один только вид еды вызывал у неё неприятные ощущения в животе.

Её аппетит пропал в тот самый день, когда ей позвонили и сообщили, что бабушка умерла. С тех пор он так и не вернулся полностью.

Ранее в аэропорту Эва съела всего один батончик мюсли – единственное, что удалось проглотить за весь день. Теперь, глядя на своё отражение в зеркале, она заметила, что немного похудела. Одежда сидела свободнее, даже любимый лифчик стал великоват. Впрочем, Эва всегда была худощавой, и небольшая потеря веса её особо не волновала.

С неохотой она намотала на вилку приличное количество пасты. Желудок протестовал, но она заставила себя продолжать есть, пока не осилила половину порции. Это было достижением, и Эва мысленно похвалила себя за усилие, прежде чем отложить поднос в сторону. На сегодня хватит. Она была сыта.

Приняв быстрый душ, почистив зубы и переодевшись в пижаму, она подошла к книжной полке, наугад выбрала книгу и устроилась с ней в постели. Прошло немало времени с тех пор, как она в последний раз брала в руки роман. Когда-то она зачитывалась любовными историями, но забросила их, как только очередной парень разбил ей сердце.

Личная жизнь Эвы напоминала череду катастроф. Почему-то она всегда выбирала тех, кто в итоге причинял ей боль. Даже сейчас она помнила своего первого парня. Ей было четырнадцать, когда она встретила Дрейка, и с первого взгляда влюбилась в его дерзкий стиль. Он подарил ей первый поцелуй, и тогда ей казалось, что они непременно поженятся. Она была такой же наивной, как пятилетний ребёнок. Но всего через два месяца после их первого поцелуя она узнала, что он встречается с другими девушками за её спиной. Не раздумывая, Эва его бросила.

Через полгода после расставания с Дрейком Эва познакомилась с Джейкобом. Он был его полной противоположностью – воспитанный, перспективный футболист с идеальным будущим. Они встречались почти год, пока он не бросил её, узнав, что она не собирается с ним спать. Тогда Эва осознала, что он её не заслуживал, но это не сделало боль утраты менее ощутимой.

Можно было смело сказать, что у неё был катастрофический вкус в мужчинах. Она всегда выбирала не тех. Дрейк и Джейкоб были всего лишь двумя именами в длинном списке её сердечных разочарований.

Листая книгу, Эва машинально перебирала тонкую серебряную цепочку на шее, её пальцы нащупали крошечный ключик, спрятанный в ложбинке груди. Это была последняя память о бабушке. За день до своей смерти Тереза вручила ей ожерелье и, словно в загадке, сказала, что однажды она сама поймёт, что оно открывает. Эва не раз пыталась выпытать ответ, но бабушка лишь загадочно улыбалась. Ей казалось, что в этих словах был скрытый смысл, нечто важное, но что именно – она так и не разгадала. Насколько ей было известно, в её жизни не существовало ничего запертого.

Внезапный шум заставил её вздрогнуть. Эва резко села в кровати, напряжённо прислушиваясь. Снаружи раздался низкий рык мотора, и, подойдя к окну, она раздвинула шторы. По подъездной дорожке медленно въезжал старый Харлей Дэвидсон.

Парень, сидевший за рулём, заглушил двигатель и снял шлем, взъерошив тёмные волосы. Высокий, мускулистый, он выглядел так, будто только что вернулся с какой-то дерзкой авантюры. За его спиной, цепляясь за него, сидела рыжеволосая девушка. Её короткая юбка открывала длинные загорелые ноги, а вызывающий наряд делал её образ, мягко говоря, вульгарным.

Парень дьявольски ухмыльнулся, обнял её за талию и, не колеблясь, притянул к себе, впиваясь в её губы требовательным, жадным поцелуем.

Эва поспешно задвинула шторы и села обратно на кровать, чувствуя, как щёки вспыхнули жаром. Лучше бы она просто проигнорировала этот звук, вместо того чтобы поддаться любопытству и заглянуть в окно. Лёжа в темноте, она поняла, что, скорее всего, только что стала свидетелем проделок Лукаса. Кажется, он действительно был тем самым парнем с чёрными, как оникс, волосами.

Эва не считала себя ханжой, но наблюдать за тем, как кто-то так откровенно развлекается, заставило её почувствовать себя вуайеристкой. Она попыталась отогнать мысли, выключила прикроватную лампу и натянула одеяло почти до самого носа. Но стоило ей закрыть глаза, как до слуха донёсся звук шагов по лестнице, а следом – стон.

Чёрт, только не это!

Она резко открыла глаза, сердце сжалось от неприятного предчувствия. Следующая реплика расставила всё по местам.

– Да, детка, вот так! – пронзительный женский голос эхом разнёсся по коридору.

Эва сжала зубы. Нет, она точно не собиралась лежать и слушать, как кто-то занимается сексом за стеной.

С неё хватит.

Решительно сбросив одеяло, она вскочила с кровати, накинула халат и рванула к двери. Едва распахнув её, она застыла.

Прямо перед ней, в тусклом свете ночника, черноволосый парень прижимал рыжую девушку к деревянной двери. Его руки сжимали её грудь, а язык жадно скользил в её рот.

Эва поморщилась. Ей стало по-настоящему противно. Она громко откашлялась, надеясь привлечь их внимание.

Но парочка даже не заметила её – они были слишком увлечены процессом. Рыжая закинула голову, потянулась к волосам Лукаса, обвила его талию ногами, а её стоны становились всё громче с каждой секундой.

Боже, серьёзно?!

– Простите, но некоторые из нас пытаются спать! – Эва глубоко вздохнула, стараясь сохранять спокойствие, хотя хотелось заорать.

Лукас резко повернул голову и, чертыхнувшись, отпустил девушку. В его взгляде читалось крайнее раздражение. Эва встретилась с его глазами – пронизывающе-голубыми, чарующими, теми самыми, что, по всей видимости, он унаследовал от матери. Её уверенность дала небольшую трещину. Сердце на мгновение замерло.

Чёрт, он был красив.

Этот тип напоминал рок-звезду в кожаной куртке. Тёмные волосы, немного взлохмаченные, лёгкая щетина и татуировки, покрывающие руки – всё в нём излучало опасное обаяние.

– Какого чёрта тебе надо, малышка? – буркнул он, с каждой секундой злясь всё больше.

Рыжая попыталась заглянуть ему за плечо, встав на цыпочки, явно заинтересовавшись источником шума.

– Кто это? Я и не знала, что у тебя есть сестра, – протянула она, звуча так, будто ей было безразлично.

Теперь, разглядывая её вблизи, Эва заметила толстый слой макияжа и серебряное кольцо в носу. Девушка выглядела как типичная фанатка вечеринок, и, похоже, мозг у неё работал с той же скоростью, что и её стонущие реплики минуту назад.

– У меня нет сестры, – лениво протянул Лукас. – Это просто очередная благотворительность моей матери, которая поживёт у нас пару месяцев.

Он даже не потрудился скрыть своё презрение.

Какой же он мудак!

– А она не может к нам присоединиться? – вдруг взвизгнула рыжая, её глаза азартно вспыхнули. – Я всегда мечтала о тройничке!

Эва застыла, почувствовав, как по спине пробежали мурашки от отвращения.

– Не знаю, – лениво протянул Лукас, лениво скользнув взглядом по её фигуре. – Тебе стоит спросить её самой.

Его глаза на мгновение задержались на её груди, и Эва почувствовала, как кровь прилила к щекам. Температура тела начала подниматься не от смущения, а от злости.

– Хотя… она не выглядит особо авантюрной. Скорее паинька, – добавил он с насмешкой.

– Это можно исправить, – рыжая игриво приподняла брови, скользнув по Эве оценивающим взглядом. – Грудь у неё симпатичная. Хоть и маловата, но, уверена, довольно чувствительная.

ЧТО?!

– Эй, алло?! – возмущённо воскликнула Эва, её глаза чуть не вылезли из орбит. – Я вообще-то прямо здесь!

– Знаю. Вижу, – рыжая тупо улыбнулась.

Прекрасно. Шлюха без мозга. Именно с таким типом людей мне не хватало знакомства.

– Вы двое могли бы потише? – устало бросила Эва, осознавая, насколько бессмысленно тратить на них свою энергию. Она раздражённо ткнула пальцем в часы, которые показывали два часа ночи. – Некоторые люди, знаешь ли, хотят хоть немного поспать.

Она даже не заметила, как засиделась с книгой. Похоже, сюжет оказался чересчур затягивающим.

– Что случилось, принцесса? – усмехнулся Лукас, склонив голову набок. – Боишься, что мы потревожим твой «красивый» сон?

В его голосе сквозило ехидство, но настоящий удар он нанёс следующим.

– Лучше бы ты осталась во Флориде. Там тебе и место.

Эва резко вскинула подбородок.

Он смотрел прямо на неё, и в этих глазах не было ни капли сожаления. Только ледяное презрение.

Какой же он всё-таки мудак!

Эва широко распахнула глаза, почувствовав, как в них подступают слёзы. Она сделала глубокий вдох, заставляя себя не поддаваться слабости. Вместо того чтобы отступить в свою комнату, спрятаться, как испуганное животное, она шагнула вперёд – прямо к нему.

– Как ты смеешь говорить мне такое?! Ты даже не знаешь меня! – её голос задрожал от ярости, но не ослаб.

Щёки вспыхнули, а в глазах полыхал гнев. В порыве эмоций она подняла руку и с силой отвесила Лукасу пощёчину. Хлопок разнёсся по комнате, заглушая даже собственное дыхание. Он качнулся назад, не ожидая удара.

На несколько секунд повисла тишина. Лукас медленно приложил ладонь к щеке, а выражение его лица мгновенно изменилось – насмешка исчезла, уступая место чему-то более мрачному.

– Никогда больше не делай этого, малышка, – произнёс он тихо, но в его голосе прозвучало чёткое предупреждение.

Эва замерла, не отводя взгляда, но внутри у неё всё сжалось. Лукас больше не смотрел на неё – он развернулся и, схватив свою рыжеволосую спутницу за талию, потянул её в комнату. Дверь закрылась с глухим щелчком.

Утро встретило её тяжестью в висках и мутным сознанием. Головная боль пульсировала от недостатка сна. Эва медленно села на кровати, устало потёрла лицо. Её веки горели от усталости, а тело казалось ватным.

Лукас и его подружка не давали ей уснуть почти до рассвета. Глухие удары изголовья о стену, громкие стоны и крики… Это было нечто, что невозможно было проигнорировать, как бы сильно она ни пыталась.

Чувствуя себя измождённой, она поднялась с кровати и направилась в ванную. В отражении зеркала на неё смотрела девушка с растрёпанными волосами, покрасневшими глазами и усталым лицом.

Эва вздохнула и включила душ. Горячие струи воды стекали по коже, смывая остатки ночного раздражения, постепенно расслабляя напряжённые мышцы. Она прикрыла глаза, позволив себе несколько секунд покоя, и прижалась лбом к холодной плитке. Но стоило ей немного расслабиться, как перед мысленным взором вспыхнул образ пронзительных голубых глаз.

Чёрт возьми.

Ей хотелось стереть его из памяти, забыть, выбросить, но стоило закрыть глаза – и он снова появлялся.

Эва стиснула зубы. Она уже ненавидела этого Лукаса.

Как, чёрт возьми, он вообще смеет говорить с ней так, словно она грязь у него под ногами?

Они даже не были знакомы, но он вёл себя так, будто она его заклятый враг. Каждое его слово, каждый взгляд – словно нож по сердцу. Очевидно, что её появление в этом доме жутко его раздражало. Что ж, он мог бы пожаловаться своей матери, а не относиться к ней, как к отбросу.

Габриэла предупреждала её о своём старшем сыне, но ничто не могло подготовить Эву к тому, насколько он оказался мерзавцем. В жизни она не встречала человека, который раздражал бы её сильнее.

Обычно она держалась холодно и отстранённо с незнакомцами, но этот парень пробуждал в ней настоящую стерву. Она выдохнула и заставила себя забыть о нём хотя бы на время.

Прервав размышления, Эва вышла из душа. Холодный воздух тут же обволок её, заставив кожу покрыться мурашками. Она поёжилась, медленно накинула полотенце на плечи и лениво стянула волосы в небрежный пучок.

Направляясь в гардеробную, она машинально пробежалась взглядом по комнате, задержавшись на зеркалах и роскошных полках с одеждой. До сих пор не верилось, что всё это принадлежит ей. Никогда в жизни она не могла представить, что у неё будет столько одежды на выбор.

Её бабушка не была бедной, но и до уровня этой семьи ей было далеко. У Эвы всегда была хорошая комната с отдельной ванной, и она ценила это. Многие её друзья во Флориде даже не имели такой роскоши – им приходилось делить ванную с родителями или братьями и сёстрами.

Эва критически осмотрела себя в зеркале. Классическое сочетание чёрного и белого – элегантный и беспроигрышный вариант. Белая укороченная рубашка с короткими рукавами подчёркивала талию, а чёрные пуговицы добавляли строгости. Чёрные шорты с завышенной талией и мягкими складками делали образ стильным и лёгким. Дополняли его массивные лакированные лоферы на грубой подошве – дерзкие, но удобные.

Закончив с одеждой, она отправилась на кухню, где застала Нэйтана за столом. Его тёмные волосы были всё ещё влажными после утреннего душа.

– Доброе утро, Эва, – улыбнулся он, снова демонстрируя ямочки на щеках.

– Привет, – ответила она и заняла место рядом с Габриэлой.

Лукаса нигде не было видно, но никто за столом не выглядел удивлённым, так что, вероятно, его отсутствие на завтраке было в порядке вещей.

– Как ты спала? Кровать удобная? Если нет, мы можем подобрать другую, – с теплотой спросила Габриэла.

Эва моргнула, поражённая таким вниманием. За свои семнадцать лет она никогда не спала на более удобной кровати.

– Мам, дай ей хотя бы проснуться, прежде чем закидывать своей заботой, – вставил Нэйтан, закатывая глаза.

Эва благодарно ему улыбнулась.

– Всё отлично, нет необходимости менять, – заверила она.

Ей следовало быть осторожной, чтобы не привязаться к этой семье. Они были слишком добры, почти идеальны. Все, кроме одного человека, от одной мысли о котором её передёргивало.

– Твой брат уже ушёл? – спросил Фрэнк, приподняв бровь.

– Откуда мне знать? Он даже не разговаривает со мной, – равнодушно пожал плечами Нэйтан, но в его голосе сквозила горечь.

Эва задумалась, не произошло ли между братьями что-то серьёзное.

– Не понимаю, – нахмурилась Габриэла. – Вы же всегда были неразлучны.

– Это было давно, мам. Люди меняются, – коротко ответил он, зачерпнув ложку овсянки.

– Что ты хочешь на завтрак, дорогая? Может, попросить Грейс приготовить блины? – снова обратилась к ней Габриэла.

Эва только сейчас осознала, что так и не взяла еду. Аппетита у неё не было, но она не хотела вызывать лишних вопросов.

– Мне хватит яблока, – тихо сказала она, опустив глаза и закрутив прядь волос на палец.

Эва понимала, что накануне вела себя слишком резко, поэтому сегодня решила быть дружелюбнее. Её просто застала врасплох доброта Габриэлы – та продолжала заботиться о ней, несмотря на все попытки держаться на расстоянии.

– Это неразумно, Эва. Завтрак – самый важный приём пищи, – заметил Фрэнк, выглядывая из-за газеты.

– Не обращай внимания. Это просто говорит в нём врач, – хмыкнул Нэйтан. – Если не голодна, не стоит себя заставлять. Потом может стать хуже.

Габриэла улыбнулась сыну и кивнула Эве:

– Всё в порядке, Эви-Бу. Просто убедись, что перекусишь на первом перерыве. Грейс уже собрала тебе ланч, там есть мюсли-батончики. Если захочешь что-то особенное, просто скажи ей.

– Думаю, всё подойдёт, – ровным тоном ответила Эва.

Ей было всё равно, что там приготовили. Она не из тех, кто привередничает с едой. Скорее всего, просто возьмёт что-нибудь в кафетерии.

Доев яблоко, она сложила ланч в сумку и направилась к выходу.

– Я подброшу тебя до школы, – объявил Нэйтан, неожиданно появившись рядом.

– Не стоит. Я могу дойти пешком, – пожала она плечами.

Первый день в новой школе хотелось начать самостоятельно.

– Мне несложно, – улыбнулся он и игриво толкнул её локтем.

Эва попыталась улыбнуться в ответ, но внутри всё сжалось. Она терпеть не могла, когда её трогали без разрешения, даже по-дружески.

Войдя в гараж, она замерла, ошеломлённо оглядываясь. В дальнем углу стоял Ламборгини Лукаса, рядом с машиной Фрэнка. На месте его Харлея теперь красовался красный Кавасаки, припаркованный рядом с чёрным Мерседесом.

– У нас в семье обожают тратить деньги на машины, – с усмешкой прокомментировал Нэйтан, следя за её реакцией. – Кавасаки мой, но сегодня возьмём Мерседес мамы. Мой Ламборгини в ремонте – Лукасу показалось хорошей идеей пару раз пнуть его, когда он вернулся домой пьяным.

Он сказал это так буднично, будто речь шла о погоде.

– Сумасшедшие, – пробормотала Эва.

Она молча кивнула, села в Мерседес и положила сумку на колени. Машина мягко тронулась с места, а она откинулась на спинку сиденья, глубоко вздохнув. Быть новой в школе – никогда не к добру. Чаще всего такие, как она, становились лёгкой мишенью для хулиганов.

– Не переживай, всё будет нормально, – уверил её Нэйтан, будто прочитав её мысли.

Выражение ужаса на её лице, вероятно, выдало её с головой.

– Я тебя защищу, – подмигнул он, демонстрируя ямочки, от которых она уже чувствовала зависимость.

Через несколько минут они подъехали к школе. Парковка была забита смеющимися подростками, но стоило Мерседесу появиться, как толпа тут же расступилась, освобождая дорогу.

– Ты довольно популярен, да? – пробормотала Эва, наблюдая, как группа девушек в откровенных нарядах облепила машину.

Похоже, в каждой школе есть свои королевы драмы.

Как только они вышли, на Нэйтана тут же бросилась блондинка, обхватив его руками.

– Доброе утро и тебе, Келси, – засмеялся он, обнимая её в ответ.

Эва едва удержалась, чтобы не закатить глаза.

– Кто она? – спросила девушка, наконец отпуская его и поворачиваясь к Эве.

– Она живёт с нами. Я же рассказывал тебе о ней вчера по Скайпу, помнишь? – сказал Нэйтан, бросив на Эву тёплый взгляд.

– Точно! – Келси энергично закивала.

Отлично. Ещё одна пустышка без мозгов, – подумала Эва.

– Эва, это Келси, моя хорошая подруга, – представил их Нэйтан.

Но несмотря на его слова, было ясно, что они далеко не просто друзья. Они не переставали прикасаться друг к другу с того момента, как он вышел из машины. Манера общения говорила сама за себя: они определённо не раз переспали.

Эву это нисколько не удивило. Нэйтан был симпатичным парнем, окружённым красивыми девушками. И он явно знал, как этим пользоваться.

– Я пойду за расписанием, – сказала Эва, перекинув сумку через плечо.

– Я пойду с тобой, – предложил Нэйтан.

Она быстро покачала головой.

– Не нужно. Я не заблужусь. Честное слово.

Эва попыталась улыбнуться, но развернулась и поспешила к офису. Она смотрела в пол, избегая чужих взглядов. Ей не нравилось, как люди бесстыдно пожирали её глазами.

Громкий свист заставил её вздрогнуть, но она не остановилась.

– Чёрт, Нэйт, у тебя горячая штучка. Следи за её задом. Я бы точно кое-что с ней провернул, – ухмыльнулся какой-то парень.

Эва почувствовала, как его взгляд прожигает кожу. Она ускорила шаг. Парни могли быть такими свиньями. Её передёргивало от того, что они воспринимали её как объект для развлечений.

Когда она вошла в здание школы, заметила, как несколько девушек перешёптываются, бросая на неё оценивающие взгляды. Им, похоже, было наплевать на приличия. Судя по их одежде, это были чирлидерши. Они оголяли достаточно кожи, чтобы выглядеть вульгарно. Девушки больше не знали, что такое достоинство.

Эва внезапно почувствовала одиночество и тоску. Впервые с момента переезда в Калифорнию ей захотелось домой. Как бы ни обращались с ней её так называемые друзья, это всё равно было лучше, чем быть новой девчонкой, оказавшейся в центре всеобщего внимания.

Парни делали ставки, кто первым затащит её в постель. Девушки придумывали розыгрыши, чтобы выставить её дурой – просто из зависти.

Эва мечтала держаться подальше от всей этой драмы. Лучше быть никем, чем объектом чужого обсуждения.

Пройдя по коридору новой школы, она поняла: эта неделя будет длинной.

Эва с облегчением сбросила сумку у входа, едва переступив порог своего нового дома. День оказался таким же ужасным, как она и ожидала. За несколько часов в новой школе ей пришлось выслушать больше насмешек и столкнуться с большим количеством презрительных взглядов, чем за последние три года в старшей школе. Особенно отличились чирлидерши – их оценивающие, полные скрытой злобы взгляды не слишком тешили её самолюбие.

Она мечтала о горячей ванне, уютной пижаме и мягкой постели, где могла бы забыться хотя бы на несколько часов. Однако усталость и раздражение резко сменились тревогой, когда она поняла, что Нэйтан не ждал её на парковке после уроков.

Утром пешая прогулка казалась ей неплохой идеей, но после изматывающего дня перспектива брести домой в одиночестве внушала только отчаяние. Во время последнего урока ей пришло сообщение от Нэйтана – хотя она даже не знала, что у него есть её номер. В паре сухих фраз он сообщил, что задерживается на футбольной тренировке и не сможет её подвезти.

Поскольку за первый день в новой школе она так и не завела друзей, выбора у неё не было – пришлось идти пешком. К счастью, утром она внимательно смотрела в окно, когда они ехали в школу, и смогла запомнить дорогу.

– Чего такая мрачная, принцесса? Плохой день? – раздался за спиной низкий, лениво-насмешливый голос.

Эва вздрогнула, резко остановилась и подняла взгляд. Перед ней, как ни в чём не бывало, стоял Лукас Лэнгтон – всё такой же чертовски самоуверенный, с растрёпанными волосами и фирменной ухмылкой.

Он выглядел так, словно только что сошёл с экрана фильма о плохих парнях: чёрные обтягивающие джинсы, чёрная рубашка, кожаная куртка. Под тонкой тканью угадывались рельефные мышцы, и Эва на мгновение задержала на нём взгляд.

Почему, чёрт возьми, у плохих парней всегда такая внешность? Карма – та ещё сука.

– Отвали, придурок, – бросила она безразлично и двинулась дальше.

Лукас на секунду замер, но его ухмылка лишь стала шире. Одним быстрым движением он схватил её за запястье, не давая уйти.