Договор о любви

Любовь на бейсбольном поле

Maren Moore

Homerun Proposal: A Brother’s Best Friend Baseball Romance

Печатается с разрешения Literary Agency and Synopsis Literary Agency

Перевод с английскогоН. В. Вишневецкой

The Home Run Proposal © 2023 by Maren Moore, Originally self-published by the author.

© И. Маркова, иллюстрация на обложке В оформлении макета использованы материалы по лицензии © shutterstock.com

© ООО “Издательство АСТ”, 2025

Глава 1

Халли

– Ты глянь, он как будто смотрит, – возмущается Вивьен, прищурив один глаз. Она наклоняется ко мне и переходит на шепот, как будто в комнате толпа людей. – Это же…пенис… а таращится так, будто я ему денег должна!

Меня аж передергивает от слова «пенис».

Не отрывая глаз от ноутбука, я напоминаю, что это, вообще-то, былаее идея. На экране мужчина входит в женщину, а та противно и громко стонет. На всю комнату раздаются шлепки и вздохи. И что, вот на этом все так помешаны?

Секс. Половой акт. Перепихон.

Об этом всем я почти ничего не знаю, только почерпнула основы на уроках полового воспитания и еще кое-чего из объяснений родителей о пестиках и тычинках. До сих пор травма.

Я Халли Джо Эдвардс, и я никогда не занималась сексом, хотя я учусь на первом курсе Университета Орлеана. А ведь обычно все теряют девственность как раз в универе.

Мне стукнуло восемнадцать, а я даже не целовалась ни разу. Думаете, это невозможно?

Еще как возможно, нужно просто бытьмной.

Я ухожу с тусовок раньше всех, вышиваю крестиком что-нибудь жуткое, а в моем браузере открыты сразу три десятка фанфиков о Драмионе[1]. Я не воспринимаю другие цвета, кроме черного и фиолетового. Я обожаю теории заговора, кислые мармеладки Sour Patch и альтернативный рок девяностых. Старомодно, да?

Да уж, не самый сексуальный набор.

В целом я не жалуюсь. Я в своей зоне комфорта, плыву по жизни под собственную мелодию в такт собственным ударным.

Да, я просто отпад.

Нецелованная и нетронутая первокурсница – говорю же, отпад.

– Да я целую кучу порнухи пересмотрела, но тут она какая-то необузданная. Ему бы поводок для этой…тигрицы, – кривится Вив.

Я пожимаю плечами:

– Да, какая-то…дикая.

Мы переглядываемся, и нам становится жутко смешно. Мы так хохочем, что падаем на кровать, заливаясь слезами от смеха.

Моя лучшая подруга – мастер чудных идей, но эта – самая безумная. Одно дело смотреть порно в одиночестве, и совсем другое – с подружкой, уровень зрелости которой находится на уровне четырнадцатилетнего мальчика.

– Хал? – раздается низкий голос. Это Илай, еще один мой близкий друг, распахивает дверь и бесцеремонно врывается в комнату.

Чтобы он не понял, чем мы тут занимаемся, я резко тянусь к ноутбуку и захлопываю крышку, нечаянно спихнув Вив с кровати. В спешке я прищемила палец крышкой ноутбука.

– Черт, вот дерьмо!

Выругавшись и засунув в рот кончик пальца, чтобы заглушить боль, я вскакиваю с кровати и отодвигаю компьютер подальше.

Он с глухим стуком падает на пол.

В замешательстве нахмурившись, Илай переводит взгляд с меня на Вивьен, которая пытается встать с пола, потом на отброшенный ноутбук, и снова на меня.

– Эм… а что тут у вас такое? Что это вы смотрели и чего так всполошились?

Мы молча таращимся на него и, наконец, Вив не выдерживает. Из нее вырывается дикий хохот, как будто лопнула нить, его сдерживавшая. Сквозь смех она с трудом произносит:

– Мы смотрели порнушку. Простоотвратную.

Не понимаю, как из ее хрипов получилось что-то внятное. Я охаю, глядя на дьявольскую ухмылку Илая.

Супер. Теперь у насгрупповой просмотр порно. Я откидываюсь на кровать, и на мгновение мне хочется в ней утонуть и спрятаться от унижения. Без лишних слов друг вальсирует в комнату, захлопывает дверь ногой и, перешагнув через Вив, направляется прямиком к кровати.

Он потирает ладони в предвкушении, плюхается ко мне и закидывает руки за голову.

– Так-так, на чем вы остановились? Девочка с девочкой? Двойное проникновение?

Я таращусь на него и переспрашиваю:

– Как… в каком смысле двойное?

– Не пугай ее, Илай. Боже ж ты мой, – сетует подруга, подняв с пола ноутбук. Она открывает его, и дерьмовое домашнее видео продолжается с того места, где мы остановились.

– Вау, – Илай прищуривается. – Да этот парень неутомим.

– Вот-вот! Посмотрите, какая у него накачанная задница. О его булки яйцо можно разбить, – Вив пихает Илая локтем, тот двигается, и подруга втискивается на кровать, закинув ногу на ногу. – Было бы все так в реальной жизни.

Илай хмыкает:

– Если утебя был неудачный секс, Вивьен, это не значит, что у всех так.

Ну, среди всех моих подруг ни разу не занималась сексом только я, и мне чертовски больно это осознавать. Вив показывает ему язык, а потом еще и средний палец.

– У тебя хоть плохой был. У меня вообще никакого не было, это еще хуже.

Илай переводит взгляд на меня:

– Тут нет ничего страшного, Хал. Очень многие ждут подходящего человека.

Я люблю своего друга и ценю его слова, но… он не понимает.

Я тяжело вздыхаю:

– Я просто… не хочу так. Меня воспринимают как дополнение к нормальным девушкам, говорят: «А она ничего», и на этом все. Не хочу быть застенчивой, жалкой и вечно одинокой Халли Джо.

– И именно для этого у меня естьидеальный план! – подруга встает с кровати и поворачивается ко мне. – Хал, мы же студентки. Мы поступили в один из лучших университетов на юге США. Вместе. Но нельзя забывать про настоящую жизнь. Тусоваться, напиваться дешевым бухлом. Целоваться с красавчиками. Делать дурацкие татуировки, о которых не пожалеем в старости, и забить на мнение всяких бумеров. Мы молоды, и нельзя упускать время, пока не настала взрослая жизнь.

Звучит заманчиво и как будто бы просто. Технически, тусовку в кампусе с дешевой выпивкой в красном пластиковом стаканчике и горячего красавчика, который с удовольствием просунет тебе язык в рот, организовать проще простого.

Проблема не в этом.

Проблема во мне.

Я просто… такая. И я понимаю, что не всем нравлюсь.

Примерно как чайный гриб. Сначала горчит, но потом привыкаешь. Правда, нужно осилить и проглотить его, зажав нос. Вообще-то он полезный. Отвратительно, а потом ничего.

Но Вив права.

Это лучшее время. Нужно разобраться в себе, побежать навстречу ветру, жить полной жизнью, пока на нас не навалились навязанные обществом взрослые обязанности.

– Она права, Хал. По крайней мере в том, что нужно жить на полную катушку. Выйди на улицу и посмотри, что там тебя ждет. Я тоже пойду и присмотрю за вами. Нужно убедиться, что вы веселитесь по-настоящему. И без жертв.

Я прикусываю губу и раздумываю над их словами. Конечно, с ними не поспоришь, просто… легче сказать, чем сделать. Дать себе волю, не сдерживаться, притвориться, что тебе не страшно быть отвергнутой за то, какая ты есть.

Наконец, я поднимаю взгляд и смотрю на друзей.

– Вы правы. Момент настал, – я делаю глубокий вдох для успокоения. – Пойдем на тусовку завтра же.

В глазах Вив появляется огонек, будто я только что пообещала ей встречу с восставшими из мертвых Эдом и Лоррейн Уоррен[2].

– Правда?

Я киваю.

– Тогда пойдем на вечеринку братства, и ты не уйдешь оттуда без поцелуя. Добро пожаловать в первый день твоей новой жизни, Халли Джо Эдвардс!

– Звучит обнадеживающе, но как-то зловеще.

– Привезли пиццу! – доносится голос из коридора. Наконец-то ужин. Мы вскакиваем с кровати, забыв про ноутбук. Я восклицаю:

– А теперь мы можем,пожалуйста, пойти и набить желудки пиццей? Умираю от голода, а нам еще искать материалы для подкаста.

Илай смеется, обнимая меня за шею и прижав к себе. Мы идем за Вив на кухню. Иногда я забываю, как сильно мне нужны его объятия. После этого мне всегда лучше, а этот разговор дался мне нелегко, что я, конечно, не хочу показывать. Личностный рост – всегда непросто.

Вив достает из холодильника «Фанту» – мы ее просто обожаем.

– На этой неделе начала слушать одну книгу. Науч-поп. Чуть-чуть законспектировала. Нас распиарили в соцсетях, так что, думаю, у нового эпизода слушателей будет больше. Кстати, после записи мне нужно будет сразу уйти. У меня очередное занятие по математике, и препод – конченный извращенец, – заявляет подруга и садится за стол. Открыв коробку, она достает большущий кусок пиццы и протягивает мне.

Я от души откусываю, закрываю глаза и постанываю от сырно-масляного наслаждения.

– Что на этой неделе, Снежный человек? – раздается у меня за спиной голос Лейна Коллинза, известив о его присутствии и напугавший до такой степени, что я начинаю кашлять и давиться пиццей.

Вив испуганно таращится на мои попытки ее выплюнуть. Твою же мать, я умру, подавившись пиццей с оливками!

И еще я умрудевственницей!

– Хал, ты как? – Илай, так и не успев взять кусочек пиццы, кидается ко мне и стаскивает меня со стула. Он обхватывает меня за талию и делает прием Геймлиха.

Кусочек пиццы в конце концов вылетает у меня из горла и отвратительно шмякается на пол. Надо же, во время еды он казался куда меньше.

Легкие снова наполняются воздухом, и я с облегчением обмякаю в объятиях Илая. Я в порядке, я в безопасности, со мной Илай. Все хорошо.

Я вижу Лейна, прислонившегося к стойке, и дыхание перехватывает снова – а я ведь еще даже толком не отдышалась после того, как чуть не умерла.

С ним всегда так – он входит в комнату, перетягивает на себя всеобщее внимание и лишает воздуха. Может, это только наменя он так действует, но судя по количеству девушек, крадущихся среди ночи из его комнаты, это маловероятно.

Видите ли, сколько я себя помню, я была… немножечко влюблена в старшего брата Илая. И эту тайну я унесу с собой в могилу.

Потому что Лейн Коллинзникогда не посмотрит в мою сторону.

Я всегда была для него подружкой его братца, которая с самого детства ходила за ним хвостом. Я для него надоедливая соседская девчонка, от которой он никак не мог избавиться. А когда мы подросли, то родители заставили его брать нас с собой в кино, в торговый центр и даже на тренировки по бейсболу.

Я дорожила этими моментами – так я хоть ненадолго была рядом с ним. Я такая же, как те девушки, что бросаются к его ногам.

– В чем дело, Хал? – Лейн ухмыляется, и на его лице появляются чертовы ямочки. Он тянется к шкафу и достает свой любимый шейкер. Я стараюсь отвлечься от его голого торса.

Ключевое слово –стараюсь.

Он без рубашки, и невозможно не заметить, насколько идеальна его широкая грудь и как напрягаются при каждом движении мышцы на его руках.

– Она чуть не подавилась пиццей, – Илай качает головой и гладит меня по спине. Он не понаслышке знаком с тем, насколько я неуклюжа.

Лейн приподнимает слишком идеальную бровь.

– То есть, ничего необычного?

– Ага.

Вот козлы.

Вот чем я расплачиваюсь за жизнь с ними под одной крышей. Ну, выбора у меня особо не было: я совершенно не горела желанием жить с чужим человеком в крошечной комнатке в общежитии, поэтому мои родители вместе с родителями Илая и Лейна, решили, что мне нужно переехать в их дом недалеко от университета. Так мне не пришлось бы делить комнату с незнакомкой, и они бы присматривали за мной – я ведь впервые съехала от родителей.

В теории звучало замечательно.

В теории.

Целыми днями я изо всех отгоняю фантазии о Лейне, а остальное время поспеваю за возмутительной нагрузкой, которую я на себя взвалила. Кстати, я учусь по специальности «кинопроизводство». В Нью-Йорский университет я не поступила, но я у них в листе ожидания, так что я зачислилась в запасной и надеюсь перевестись в университет мечты на втором курсе. А это значит, что мне приходится работать вдвое усерднее, чтобы наработать портфолио и получить высокие баллы.

Я плюхаюсь на стул и сдуваю челку с лица. Мой взгляд падает на Лейна. Он стоит у плиты и готовит протеиновый коктейль. Его серые спортивные штаны спущены на талии и демонстрируют косые мышцы пресса.

Что-то подсказывает мне, что в сексе он совершенно не похож на парня из сегодняшнего порно-фиаско. Я думаю, что он из тех, кто говорит непристойности, одновременно воплощая их в жизнь. Я представляю нас героями того видео, и мое лицо заливается краской.

Я представляю, как его руки сжимают мои бедра, он входит в меня, пожирает меня глазами и…

– Ну что, Хал, пятничный киновечер в силе? – спрашивает Илай с набитым пиццей ртом, чем отвлекает меня от грязных фантазий о его братце. Пятничный киновечер – наша десятилетняя традиция.

Господи боже. Мне на секунду показалось, что все в комнате прочитали мои мысли. Сердце уходит в пятки.

За то время, что я здесь живу, мы впервые собрались поесть за одним столом – наши расписания совершенно не совпадают. Тем более, что сейчас идут предсезонные матчи, а Лейн – лучший питчер[3] команды Орлеанского университета.

Ну а если он не тренируется, не учится или не делает домашку, он тусит с друзьями или с очередной пассией на одну ночь.

– Ага. Мы с Вив как раз закончили обсуждать тему для следующего подкаста, так что я в боевой готовности.

Я открываю апельсиновую «Фанту», которую передала мне подруга, и откусываю еще один кусочек этой жирнющей пиццы, но на этот раз гораздо меньший. В университете многие тащатся от рамена, ну а я выживаю благодаря несгибаемой воле и пицце Jack’s.

Илай отправляет в рот еще один кусочек, наспех жует и продолжает:

– Круто. Вышла какая-то новая документалка, называется«Фантастические грибы». Тебе понравится.

Да уж, вотему такое нравится, а я засну через полчаса. Серьезно, кто в здравом уме и на полном серьезе в пятницу вечером предпочтет посмотреть фильм о том, как растут грибы?

Ясно, кто – Илай Коллинз.

– Жду не дождусь, – я натягиваю широкую улыбку, скрыв свои настоящие чувства. В конце концов, я люблю проводить с ним время. Он мой лучший друг с самого детства, и, если он хочет, чтобы я заскучала до смерти во время просмотра фильма – так тому и быть.

– А у тебя какие планы на выходные? – интересуется Илай у брата.

Лейн пожимает загорелыми плечами:

– Тренер хочет, чтобы я подлечил руку. Так что я, наверное, приду пораньше и завалюсь спать. Может, закачу вечеринку и улизну с нее с какой-нибудь фанаткой, – он бросает на меня многозначительный взгляд, и его губы растягиваются в улыбке.

Леди и джентльмены, перед вами любимец Америки.

Ради шанса на встречу с ним каждая девушка в университете лезет из кожи вон.

Обаятельный, даже если ведет себя как подонок. Это какой-то особый навык, который обладают только такие парни, как Лейн.

– А ты не хочешь поучиться или заняться чем-то… ну… продуктивным? – любопытствует Вив.

С самодовольной ухмылкой он стучит пальцем по виску:

– Мне не нужно учиться, Вив, когда у меня такой развитый мозг!

– О, это у нас семейное! – самодовольно добавляет Илай.

И правда, Лейн не только красавчик, но еще и жутко умный. Это несправедливо по отношению к нам, обычным людям, которым приходится прилагать усилия, чтобы набрать хотя бы проходной балл.

У братьев Коллинз одинаковые непослушные темно-русые волосы и похожие глаза изумрудного цвета. У обоих выразительная нижняя челюсть и смуглая от природы кожа. Но на этом сходства заканчиваются. Сложно представить более непохожих людей.

Илай более сдержанный и правильный, а его брат – душа компании, дерзкий и общительный. Они оба – умные красавчики, хотя Лейн и любит притворяться безмозглым спортсменом ради репутации в кампусе.

Я их хорошо знаю, потому что выросла по соседству и видела ту сторону Лейна, которую он предпочитает скрывать от других. Мы с Илаем – не разлей вода, так что в их доме я проводила столько же времени, сколько в собственном. Я погружаюсь в свои мысли, теребя браслеты на запястье. Лейн поворачивается ко мне:

– Классные браслеты, Халли Джо, – хвалит он, затем выпивает глоток воды, и я вижу, как двигается его кадык. Мои щеки тут же вспыхивают. Он поддразнивает меня из-за браслетов из бисера, которые мы с Вив плетем за запойным просмотром сериалов на Netflix. Может быть это детский сад, но нам нравится. Мы даже соревнуемся, кто сплетет наиболее странный рисунок.

Угадайте, кто в последний раз победил. Моя безумная подруга, то есть Вивьен.

– Эм… спасибо, – тихо благодарю я, бросая взгляд на Вив, которая щурится, глядя на него. – Это… просто глупости, мы так развлекаемся.

– Да нет, очень милые. Теперь он расплывается в улыбке, и у меня снова перехватывает дыхание.

Милые. Лейн Коллинз назвал что-то на моем теле «милым».

Я не успеваю обдумать его комментарий, как Вив натягивает озорную улыбку.

– Идешь на вечеринку братства Каппы на выходных? Мы с Халли и Илаем идем.

– Вы идете на вечеринкубратства? – он так удивляется, что у него чуть глаза из орбит не выкатываются.

Я закатываю глаза:

– Не удивляйся так. У нас тоже есть жизнь вне учебы, Лейн.

Он поднимает руки в знак капитуляции и качает головой:

– Просто интересно. Не совсем твоя стихия, да?

Я пожимаю плечами и опускаю взгляд:

– Просто хочется чего-то новенького.

– Например, потусить с горячими парнями, – Вив хихикает и многозначительно вскидывает брови. Она встает со стула и направляется с тарелкой к мусорке. – Пора бежать, а то опоздаю на занятие. Посылайте мне лучи добра.

Мы прощаемся, и я сбегаю к себе в комнату, захлопываю дверь и подхожу к окну. Я осторожно вылезаю из него, поставив ногу сначала на навес, а потом на плоский скат крыши.

С момента переезда это место – мое любимейшее в мире. Достаточно высоко, чтобы лицезреть весь кампус, а ночью надо мной ярким покрывалом раскидываются звезды.

Я не знаю, как долго я здесь просидела, прижав колени к груди и наблюдая, как наступают сумерки и солнце скрывается за облаками. Достаточно долго, чтобы у меня онемела задница, и я скрутила маленький кулончик с инопланетянином в узел. Нервная привычка.

От мыслей меня отвлекает звук. Я оборачиваюсь. Илай выбирается из окна, садится рядом и любуется огнями кампуса, уперев локти в колени.

С минуту мы оба молчим. Звук проезжающих по шоссе машин заглушает мои мысли. В нашей дружбе с Илаем мне нравится эта душевная и естественная тишина. Как будто так и должно быть. И так было всегда.Вот так просто.

– Хал?

Я оборачиваюсь на друга. Его пронзительные зеленые глаза смотрят прямо в душу. Мне частенько так кажется.

Он толкает меня плечом:

– Тебе неуютно после того разговора?

Пожав плечами, я начинаю теребить браслеты, но не отвечаю.

– Вив просто пошутила. Ты же ее знаешь. Тебесовершенно не обязательно искать себе парня. Быть девственницей не так уж плохо, понимаешь, о чем я? Это твоя жизнь, и что-то ты в этой жизни ценишь. Изменения должны случаться, когда к ним готова ты, а не потому, что тебе нужно что-то кому-то доказать или стать кем-то другим, кем ты на самом деле не являешься.

– Знаю. Просто… может, я так ни с кем и не переспала, потому что я странная? Неужели я правда такая неуклюжая?

– Халли, – друг краснеет. – Конечно нет! Ты одна из самых невероятных девушек, кого я знаю. Ты умная, веселая и красивая. Ну просто… полный набор.

Одарив меня игривой ухмылкой, он берет меня за руку. По-дружески, чтобы успокоить. Это так… по-нашему. Он рано усвоил, что мой язык любви – прикосновения.

– Я просто устала быть тихоней, которую совсем не слышно.Устала, Илай, понимаешь? Я хочу испытать все, чего никогда не делала, и я чувствую внутри такое… желание чего-то большего. И это не только про… – я понижаю голос, в нерешительности прочистив горло, – про девственность. Я вообще про жизнь. Хочу быть не просто белой вороной. Хочу расправить крылья и полететь. Дорасти до такого человека, которым я хочу быть. Понять, кто я такая. В общем, важные философские вопросы.

Илай сжимает мои пальцы и кивает:

– Знаю, и поддержу любое твое решение, Халли. Я всегда так делал и всегда буду. Просто будь честна с собой, вот и все.

– Знаю. И я не думаю, что смогла бы поступить в университет без тебя.

– Тот, кому повезет стать частью твоей вселенной, тут же поймет, какое сокровище ему досталось.

И тут до меня дошло, почему Илай Коллинз всегда был для меня опорой – с ним я становлюсь лучшей версией себя.

Глава 2

Халли

Когда огненная жидкость попадает мне в горло, и легкие сжимаются, в тщетной попытке вдохнуть я кое-как выдавливаю:

– О боже! Какой кошмар!

Да, этожуть. Ноль звезд из десяти, не рекомендую. И люди это пьют ради удовольствия?

Ощущение такое, будто огнедышащий дракон впивается когтями мне в горло.

– Ах! Единственный приятный вид ожога, – воодушевляется Вив, посасывая кусочек лайма.

Мерзость.

Я следую ее примеру и отправляю лайм в рот, но его горький вкус лишь слегка утоляет жжение в горле.

Напоминание на следующий раз: если Вив спросит: «Ну что, пан или пропал?», я скажу: «Пропал». Буквально. Пропаду с вечеринки, сбежав в свой безопасный дом.

Вив совсем из ума выжила! Подруга ухмыляется:

– Брось, Хал, все неплохо!

– Вот-вот! Все еще хуже!

Я издаю стон и провожу тыльной стороной ладони по губам, чтобы стереть остатки текилы:

– Не думаю, что смогу переварить еще один.

Она запрокидывает голову и громко хохочет:

– Да все ты можешь! После четвертого вообще перестаешь что-либо ощущать. Я тебе говорю – тебе сегодня нужно именно это. Зелье храбрости. Это же твоя первая тусовка, первая текила, первыйпоцелуй.

Я зажимаю ей рот рукой, а мой взгляд мечется по комнате и по людям в ней. Последнее, что мне нужно – чтобы весь универ знал, что я такая… неопытная.

Я чувствую ладонью, как она что-то пытается сказать, но разобрать это невозможно. И тут я ощущаю что-то мокрое. Она лизнула мне ладошку!

– Фу, Вив, какая гадость! – я отдергиваю руку и вытираю ее о платье. – Ты зачем мне руку облизала?

Подруга пожимает плечами:

– Зато доходчиво! Но сначала давай-ка еще по одной.

Пару секунд спустя она сует мне в руку рюмку. Мы чокаемся и опрокидываем шоты. Я снова погружаюсь и огненные бездны ада, разверзнувшиеся у меня в желудке.

– Боже мой. Лучше не становится. Ты соврала.

– Я же сказала – после четвертого. Так что еще два! – нахально заявляет Вив. – Так, и какой у нас план? С чего начнем операцию «Первый поцелуй Халли»? Подожди, а где Илай? Куда он исчез?

– Не знаю. Вроде болтал с какой-то девчонкой у дивана, – припоминаю я.

Достаю из сумочки припрятанные шоколадные конфетки с арахисовым маслом и тут же их съедаю. Все, что угодно, лишь бы избавиться от вкуса текилы с лаймом. Поверьте, я слишком беспокоилась о том, чтобы не воспламениться изнутри от выпитого чистого огня, чтобы думать о том, куда делся Илай. Даже если он согласился помочь с нашей затеей.

Внезапно кто-то врезается в меня сзади и отбрасывает вперед. Я пытаюсь за что-нибудь ухватиться, и конфеты вылетают из рук. Все происходит как вочень замедленной съемке.

Помните моменты в фильмах, когда мир как будто останавливается и все взгляды обращены к человеку в самый неловкий момент его жизни?

Вот это я.Прямо сейчас.

Но упасть я не успеваю – чьи-то сильные руки хватают меня за плечи и удерживают в вертикальном положении.

– Вот дерьмо, ты как? – раздается глубокий голос. Я поднимаю взгляд и вижу своего спасителя от падения лицом вниз на глазах у толпы. Возмутительно красивый парень до сих пор держит меня в своих сильных, больших, теплых руках.

– Отлично. Хорошо. Да, – я тушуюсь, но пытаюсь взять в себя в руки. – Я в порядке. Спасибо, ты просто герой.

Покрепче встав на ноги, я наконец могу его рассмотреть. Светло-русые волосы, ярко-голубые глаза, идеально ровные зубы. Он очень привлекательный, из-за чего мой мозг отказывается работать. Уверена, что как только я открою рот, начну нести какую-то чушь. Я сама не своя, и не только из-за того, что чуть не упала.

– О, отлично. А тут тесновато. Хорошо, что я тут оказался и спас тебя, да? – мой спаситель улыбается, и на его щеках показываются ямочки. – Такая красивая девушка не должна оставаться в одиночестве.