Русский народный говор села Ивановка Ромодановского района Республики Мордовия

На Здвиженье последний сноп с поля сдвижется. (На Воздвиженье, 27 сентября)

На нашу лень и завтра будет день.

На старых яйцах остаться –остаться ни с чем

И тот дом она хотела купить, и этот. На старых яйцах осталась!

Не на живот, а на смерть. – Не на жизнь, а на смерть.

Не плачь, кто ушел, а плачь, кто остался.

Не родись хорош да пригож, родись счастлив.

Не тяни черта за рога, он сам притащится.

Нешиты-немыты.– Разуты-раздеты.

Так вот в те годы и жили мы нешиты-немыты. Зима пришла – топить нечем и надеть нечего. Мы и уехали из Москвы домой, в деревню.

Ни в пир, ни в мир, ни в добры люди.

Она так себе: ни в пир, ни в мир, ни в добры люди.

Ни в пир ни в мир не кладут. – Не уважают, не зовут никуда ни по какому поводу.

Ее сродники его ни в пир ни в мир не кладут.

Ни детей, ни плетей.– Ни кола ни двора. Об одиноком человеке.

Да ему-то что! Ни детей, ни плетей./ Как живет? Ни детей, ни плетей бабе не нужно.

Ни жары ни вьюги не бояться. – Ничего не бояться.

Ни заводу ни приводу.

Видишь какая капуста: ни заводу ни приводу. (Нет даже завязей)

Ни картошки, ни моркошки и самовар стоит в окошке. – О лодырях и пьяницах, которые живут беспечно и весело

Ни коня ни возу.– Конь не валялся. Работа не начиналась, все стоит на месте

Полдня проходила с этой справкой. Пришла, в избе ни коня ни возу.

Ни переда ни крышки – ни дна ни покрышки

Ни письма ни белой грамотки – ни слуху ни духу

- Не звонил? Когда приедет обратно?

- А пёс знат! Ни письма ни белой грамотки.

Ни пурга ни вьюга не утишает – ничто не останавливает, никакие препятствия

И работала, и таскала – ни пурга, ни вьюга меня не утишала.

Ни с кого пример не брать – за примером далеко ходить не надо, про себя скажу

Ни с кого пример не возьму.

Ни одного пса не держи

Она за ним ухаживает, а он лат (т. е. ругается) – ни одного пса не держи.

Никаких овчарок не держи –злая, слова не даст сказать

У нее мать – никаких овчарок не держи.

- Ну?

- Ветошки гну!

От добра добренок, от …

От дел отвести – оторвать от дел

Пойду, а то вас от дел отвела.

От свово горя – со своим горем

От свово горя к Нине иду.

Отдала родилку попу на кадилку.

- Родит еще.

- Опоздала! Отдала родилку попу на кадилку.

Перья подымать– петушиться, проявлять характер, качать права

У снохи живешь и не дышишь, не то что перья подымать./ Баба его приехала и перья поднимала: вы что ему здесь хорошую медицинскую помощь не оказали?

Пока пудрились, румянились, жених ушел к другой.

Сказано по возвращении. Пока ходила переодевалась, все с лавочки разошлись.

Покойников обратно не заносят. – О том, что невозможно вернуть

Ушла в отпуск, отдохнула хорошо. А назад на работу ее уж не берут. Покойников обратно не заносят.

Понимать свежей воды – понимать добро, хорошее отношение

Никак он не понимат свежей воды!

Потчевать можно – неволить нельзя.

- Поешь творожку.

- Нет, спасибо.

- Да хоть попробуй, со сметанкой!

- Нет, не буду.

- Ну, потчевать можно – неволить нельзя.

Пудриться-румяниться– копошиться, тянуть время

Я, говорит, с вами поеду и ушел собираться. Пока пудрился-румянился, пришел – оне уж уехали, не дождались.

Пустой ветер – пустомеля, болтун, болтушка

Слушать ее, пустого ветра!

С дураком свяжешься – не рад будешь.

С хвоста пушить – ругать очень сильно

Как начала она меня давеча с хвоста пушить!

Села и запела. – Засиделась, заговорилась (о тех, кто долго сидит, не уходит).

Середа без переда.

След показать – указать дорожку, навести на след

- Так ты что же, до Нового года в подвал не ходила?

- А это чтоб след не показать.

Слезы как палкой вышибло – об обильных быстро появившихся слезах

У нее слезы как палкой вышибло.

Сосать лапу, как медведь – голодать

Пришел жить к Сергею. Ай чем накормит его? Сам, как медведь, лапу сосет.

Судьбу выберешь, но счастье не выберешь.

Тасканица с поволочкой! –Ссора с дракой!

То мороз, то сенокос.

Все им некогда, так изба и стоит. То мороз, то сенокос.

Тужить на смерть.

Тужу на смерть. Одна останусь, кто будет коронить?

Ты от горя – горе за тобой.

Ногу подвернула на ровном месте. Вот эдак упала. (Помолчав немного, вздыхает). Ты от горя – горе за тобой.

Февраль говорит: «Я воды подпущу». А март говорит: «Я корове рог сшибу».

Да март еще корове рог сшибет! (Будут еще холода)

Фук да маненько. – Совсем мало, ничего

У тебя уж не осталось семян, хватит. У самого осталось фук да маненько.

Хаханьки да маханьки.

И мы молодые такими же были. Родителям забота, а мы все хаханьки да маханьки.

Ходи в петлю, ходи в рай!

Хорошее лежит, плохое быстро бежит. – Плохие вести распространяются быстрее, чем хорошие.

Царь (царю) небесный! – Господи!

На картошку вышла. Царь небесный! Одна трава.

Черт с упряжкой пропадет! – о беспорядке

Шкаф открыла. Чулки у нее пропали. А там все напёхано – черт с упряжкой пропадет!/ На загоне травища – черт с упряжкой пропадет!

Черт сунул – бес попутал, черт дернул

Никому дверь не открываю, а тут меня черт сунул: открыла, взяла письмо. И зачем я его взяла? И что теперь с ним делать?/ Пусть бы они дрались! А тебя черт сунул!

Черти в кулачки играли–места живого нет (для обозначения степени усталости)

Как наработаешься, встанешь утром – черти в кулачки играли.

ЗАМЕТКИ ОБ ОСОБЕННОСТЯХ ГОВОРА

1.О фонетике

В современном варианте фонетика говора села Ивановка близка к литературному произношению. Но по рассказам уроженцев села можно восстановить некоторые особенности. Например, предки ивановцев вместо мягкого чпроизносили ц. Мне доводилось слышать от 60-, 80-летних жительниц: «Моя тетка говорила: «И день, и ноц работай».» «Моя бабушка говорила: «Лушницки горяцие!».» «Помнишь, ее мать говорила все время на ц?».В современной речи ни одного слова с вариантом цоканья мне слышать не привелось. Надо отметить, что звук чстал даже более твердым, чем в современной норме произношения.

Мягким был и конечный согласный в собственных именах, что сохранилось в речи некоторых старожилов, хотя и не столь ярко выражено, но все же заметно: Борькя, Анькяи т. п.

2. О лексике

Некоторые слова имеют варианты (еранка – иранка, на чапурках – на чупырках, шинявка – щинявка и др.). По-видимому, это связано с тем, что язык предков все же забывается и изначальную форму установить уже, пожалуй, невозможно.

Не могу не отметить, что наряду с обычным русским матом есть свои заменители двух общеизвестных русских слов. Не эвфемизмы, ибо их значение весьма прозрачно. Из этических соображений называть их, конечно, не буду. Из эвфемизмов, пожалуй, можно привести в пример Маньку:«Отдадут Маньку раньшесвадьбы, потом рожают через два месяца». Кстати, если обычная матерная речь звучит запросто (увы!), то «свои» аналоги употребляются очень редко, в особых случаях.

3. Местоимения

Наряду с литературной нормой отмечается ряд особенностей. Вот, например, склонение местоимений с учетом фонетических особенностей говора.

Возвратное местоимение себя

И.

Р. сея

Д. сее

В. сея

Т. сеей

П. о сее

У сея посмотрю, где-то есть.

Личные местоимения

Ты

И. ты

Р. тея

Д. тее

В. тея

Т. теей

П. о тее

Признавайся, тея видели.

Они

Оне

Притяжательные (соответственно)

(Оне) мое

Вопросительное местоимение какой (во мн. числе)

И. какея

Р. какех

Д. какем

В. какея

Т. какеми

П. о какех

Соответственно и указательное местоимение такой(во мн. числе)

И. такея

Р. такех

Д. такем

В. такея

Т. такеми

П. о такех

Да, мы вот такея!

Интересным получилось новое образование – уже наречие – на основе сокращенной формы вопросительного местоимения. Вместо того чтобы спросить: «До какех (каких) пор? Как долго?» говорят: «Докех?» или «Докох?». Приехали? Докех пробудете?

4.Числительные

Отмечена необычная форма употребления количественного числительного:

Собака меня в пятёх местах покусала!

Характерно употребление для ответов о времени и числе:

Восемь без десять. Без двадцать девять. «Скорая» два раз приезжала.

5. Глаголы

Наряду с глагольно-междометными формами типа цап, хвать, рух (Я вышла на крыльцо и вот эдак рух!)встречаются такие как прыгить, махить, пихить (Кошка прыгить из погреба!/ Мать его и кормит, и поит, а он чуть что не так – пихить!)

Морфологические признаки (переходность) некоторых глаголов имеют по отношению к литературному синониму противоположное значение. Сравним: ухалястать и угореть. Ухалястать – уморить, убить (именно угаром от печи). Рано трубу закрываешь. Ты нас ухалясташь. Глагол угореть в данном предложении употребить невозможно. А ведь в соседних районах диалектное слово-аналог есть: ухалястаться – угореть.

Еще пример:бучитьи бродить(о продуктах питания). В обычном разговорном варианте: Сахар некладу, иначе яблоки бродят. В диалектном: Сахар не кладу, яблоки бучит. Значение слов бродитьи бучитьсинонимично, а вот употребление слова бродить вместо бучитьневозможно.

Сохранилась форма инфинитива с ударным окончанием –чи, в современном русском уже не употребляющаяся: На диван не могу лечи./ К поминкам буду беречи.

6. Случайные совпадения?

Уже наизусть, как свои собственные, знаю диалектные слова бабушек из Ивановки. Помню даже, взглянув на свои записи, из чьих уст услышано и в какой ситуации записано то или иное слово. Оно звучит во мне как только что произнесенное. «Затишка» - закуток на нашем крыльце, там, где нет ветра, затишье. Это слово я узнала от тети Тони Добрышкиной. Она пришла к нам, а я, как обычно, была чем-то занята на крыльце. «Садись, тетя Тоня!» - «Сяду вот здесь, здесь затишка».

В гости к нам тем же летом приехал брат мужа с семьей. Конечно же, мы поехали в деревню. Столичные гости в восторге. Ольга по профессии учитель, родилась и жила в Уральске, потомственная казачка. Вышли мы с ней на крылечко, на свежем воздухе картошку почистить к обеду. «Сяду вот здесь, здесь затишка», - слово в слово повторяет она фразу тети Тони. Ничего себе! «Может, тебе еще и запон дать?» - спрашиваю, удивившись. «Давай. Моя бабушка всегда так фартук называла». За время, пока они гостили у нас, я слышала от Ольги много слов, которые бытуют в Ивановке до сих пор: разгонишеваться, сулять и др. Также в ее речи я заметила характерное употребление числительных: два раз, три раз. Честно говоря, я была очень удивлена: ведь между Ивановкой, маленькой деревней в мордовской глубинке, и Уральском сотни километров, а сколько общих диалектных слов! В книгах Е. И. Коротина и О. Е. Коротина «Устное народное творчество уральских (яицких) казаков» и А. П. Ялфимова «На запольной реке» (из жизни уральских казаков), которые я прочитала позже, также часто встречаются знакомые «ивановские» слова.

Чем же объяснить многие совпадения? Случайностью? А, может быть, какие-то казаки тут осели, не дошли до Урала: места-то здесь какие благодатные, красивые! Или с Урала ушли в наши края?

Слово забытое, слово родное

ЗАПОН

Фотография сделана каких-то лет десять назад. Привезла я в Ивановку свой старенький «Зоркий». Событие! Кто знает, когда еще приведется сфотографироваться деревенским бабушкам, да и приведется ли вообще.

- В запоне сфотографироваться или без? – волнуется тетя Тоня.

После недолгих колебаний она снимает свой зеленый фартук: без запона красивее. Запон – для работы.

…Как-то вечером зашла ко мне тетя Аня. Беседуем о том о сем. Немного погодя калитку открывает другая соседка, что-то держа перед собой в фартуке.

- Эт что у тебя в запоне? – тут же любопытствует тетя Аня.

- В запоне? Сотовый. Что-то не калякат. Вот несу, может, Ваня посмотрит, он понимат. А мы что знам, поди не ту кнопку нажала.

Как удивительно прозвучали из одних уст такие разные слова: старое-старое, которому уж не одна сотня лет, и современное, новое, совсем недавно появившееся. Пытаясь заглянуть в будущее, сможем ли мы сказать, какое из этих слов проживет, к примеру, полвека?

Вместе с ненужными вещами уходят в прошлое и слова. Где-то пылится мой ставший ненужным «Зоркий». Теперь мне верно служит миниатюрный цифровой фотоаппарат, в сумочке всегда сотовый телефон. Пройдут годы, и сотовые телефоны заменятся новыми средствами связи, связанными с нанотехнологиями. Будут ли использованы микрочипы? Или человек познает и научится использовать законы телепатии и телепортации? Когда слово «сотовый» отомрет, уйдет в небытие вместе с самим аппаратом? И через те же полвека праправнучка нынешних бабушек станет молодой и красивой женщиной. Женщиной – хранительницей семейного очага, которой всегда хочется создать уют, побаловать своих любимых чем-то вкусненьким, домашним. Наденет ли она дома фартук-запон? Прозвучит ли слово предков как живое?

ОСЬМА, МИХЕЙ И ДРУГИЕ

Увековечить свои имена стремятся великие мира сего, прикладывая всяческие усилия. А некоторые, так называемые простые люди, об этом и не задумывались никогда, но имена их живут в памяти людей. По крайней мере, в памяти родных сел и деревень.

«Это я сейчас худая, а в молодости была, как осьма. Пройду – мужики заглядываются». «Да что про нее говорить! Всегда грязная, толстая, как осьма». Что же это за осьма такая и какая она – хорошая или плохая? Оказалось, ни то и ни другое, и ни что, а кто.

В годы войны ходили по деревням собирали милостыню, или, как говорят в Ивановке, сбирали. Вот среди тех, кто сбирал, была и Шура Пятинская по прозвищу Осьма. Толстая была. А почему ее так прозвали, не знают даже бабушки. Заглянув в «Словарь русских говоров на территории Республики Мордовия», я нашла слово «осьминник» - мера массы, равная ста килограммам (Б. Пестровка Ичалковского района). Логично предположить, что между словами «осьма» и «осьминник» есть смысловая связь, и свое прозвище Шура получила из-за своей полноты. Кстати, совсем недавно мне довелось услышать в деревне «осьманка» в значении «толстушка», с пренебрежительным оттенком.

Ходил сбирал и некто Михей. Тут же и съедал все, что подавали, хотя и подать-то особо было нечего: сами хлеб из лебеды ели. В далеком прошлом осталась и война, и голод, а вот в случае, когда что-то без остатка быстро и без разбора съедается, можно ныне услышать: «Михей съел!»

- Так ты недавно отдала им четырех козлят. Что-то и не слыхать совсем. Где же козлята?

- Михей съел! – с досадой ответила бабушка. Она-то надеялась, что у соседей козлята вырастут, детям молоко будет. Да только не в те руки попали несчастные козлята – через неделю их уже не было.

Постороннему человеку порой непонятно, о чем идет речь и почему именно так говорят.

- Ему уже семьдесят девять лет, на Косыреву мельницу пора.

Оказывается, рядом с тем местом, где сейчас кладбище, когда-то находилась мельница и мельником на ней был дядя Ваня Косырев. Следа от той мельницы не сыскать, а в речи – осталась, как и фамилия хозяина. Как же образно и метко мыслили наши предки: каждый человек, как зернышко, - на жерновах судьбы жизнь каждого перемелется, как на мельнице. Наверное, потому и сохраняется в памяти поколений сказанное когда-то кем-то меткое слово.

Интересны деревенские прозвища. Народу прежде на селе было много, и имен одинаковых много. А скажут, к примеру, Тоня-Строка, и сразу ясно, о ком идет речь. Была такая, маленькая, очень шустрая, и прозвище свое получила от местного глагола «строчить» - быстро и часто ходить, бегать взад-вперед, туда-сюда по селу.

КИСЛЯТКИ

Трудно представить бабушку Тоню молоденькой девчонкой. Но ведь была она такой в годы Великой Отечественной войны, как и другие ее ивановские ровесницы. В какие же тяжелые для всей страны годы выпало им на долю быть молодыми! Работали наравне со взрослыми, а простого хлеба вдоволь не ели. Из чего только тогда ни пекли хлеб! Из лебеды («Даже вспоминать не хочется!»), из картофельного жома («Крахмал-то продадут, чтобы что-то купить, а отжатый картофель в хлеб добавят. Он и торчит оттуда, как палки, сухой, жесткий».) Из кисляток пекли. «Кислятки – это, как вы называете его, коневник, щавель».

За кислятками ходили порой несколько километров, аж до Козловки доходили. Однажды пошли девчонки за кислятками за село вдоль берега реки – щинявкой, как и сейчас называют эти места в Ивановке. «Всю щинявку прошли – и хоть бы кислятинку нашли! Почти до самого железнодорожного моста дошли. А там кисляток! Много да высокие. Мы так обрадовались! Откуда ни возьмись мужик, строгий такой, к нам подходит и говорит: «Уходите быстро, здесь находиться нельзя». «Дяденька, мы только кислятки наберем и уйдем». А он: «Девчонки, мне вас жалко. Мост охраняется, война. У охраны приказ стрелять без предупреждения в любого, кто подойдет к мосту на тридцать метров. Вас убьют, уходите».

Мы, конечно же, ушли. А какие там были кислятки!»

УСЕНЬ. КОКУРКИ

Русскую зиму невозможно представить без снега, святок, Рождества. Колядки были неповторимые, своеобразные: в каждой деревне, считай, своя колядка. В Ивановке, например, была такая:

Коляда, коляда!

Ты где была?

За ворота ушла.

А где ворота?

Водой снесло!

А где вода-то?

Быки выпили.

А где быки-то?

За гору ушли.

А где горы?

Черви высосали.

А где черви-то?

Гуси выклевали!

- Ходили колядовать, когда нам было лет по семь, - вспоминает тетя Валя. - Старше не ходили, совестно было. А нам за колядки давали кокурки или лепешки. Кокурки специально пекли к празднику. Кокурки это теперь сушки, баранки. Натирали тесто – и в кипяток. А потом в печь, чтоб зарумянились.

СТРАННИЕ

-В войну ходили сбирали.

-Ивановские что ли?

-Нет, странние. Маша с Яшей все песню пели:

Христос с учениками из храма выходил

И песню пел.

Шла Мать ты, Мария,

Из гор Иерусалима,

Шла и приустала,

Села, отдыхала.

Привиделся ей страшный сон:

На горе-то на Синае

Христа Бога распинали.

Кто молитву знает,

Будет тот спасен.

И молились, и просили Христа ради. Им подавали. Хотя в войну и самим есть нечего было.

ПОДГОРНУ ПЕТЬ

Частушки в Ивановке пели на разный мотив: пели подгорну и пели сромача. Вот, например, слова к первому наигрышу:

Ты подгорна, ты подгорна,

Широкая улица!

По тебе никто не ходит,

Ни петух, ни курица.

Ты подгорна, ты подгорна,

Ты моя подгорница!

Я подгорную игру

Больше милого люблю!

Когда буду помирать,

Велю подгорную сыграть!

А сромача пели на другой мотив:

Вот она и заиграла,

Вот она и вышла:

Черна юбочка на ней,

Сама никудышна!

Сыграй, Коля, веселей

Веселого сромача,

Не заноет ли ретиво

У мово у трепача!

И Семеновну тоже пели, это уже была иная мелодия.

Ох, Семеновна, дорогой совет!

Увидишь милого – передай привет!

РОЗАН

На свадьбах звучали величальные песни, восхвалявшие молодых. Вот какую песню посвящали жениху и пели его родственники.

Розан ты мой, розан!

Зелён виноград!

Мамонька моя родимая,

Какой я хороший!

По горенке ходит,

Головушку чёшет,

Красотой своей дивится.

В Светоньку влюбился!

Красотой своей дивится!

Розан ты мой, розан!

Зелён виноград!

ОБЫЧАИ

Давеча дождь пошел с градом. Я сразу сковороду да метлу вынесла – и град прошел. И когда гроза сильная, тоже помогает, только при этом надо молитву читать. ( Другие говорят, можно кочергу да сковороду).

Во время пожара (это когда Светкин дом горел) Нюра только молодец была. Взяла икону и два раз вокруг дома обошла. И все: огонь вверх и на соседние дома не пошел. А ведь там газовый баллон у них был и как взорвался – огонь метров на 20 вверх полыхнул!

Там, где сливаются Инзора и Аморда, всегда купались, ловили рыбу. Поэтому чаще всего именно там и тонули. А утопленники пужали. Чтоб не бояться, чтоб тебя они не пужали, надо было топать, хлопать и при этом крикнуть: «Марья и Дарья Акулины!»

Когда сеешь морковь, надо в грядку кол воткнуть и сказать при этом: «Расти, морковь, как этот кол, прямая да большая».

От притки сроду дедушка Гриша заговаривал. Он давно помер, а к нему на могилу и теперь ходят. Когда меня корова збрушила, как я хворала! Пошла к дедушке Грише и просила со слезами, и молилась обеими руками:

Дедушка Гриша! Прошу я тебя, мою болезнюшку, унеси ее за горы, за моря, за реки, ветром сильным, дождями! Пожалуйста, я молю, помоги мне.

- И помог?

- Как шубу с меня снял!

На Кузьминку куклу нарядили: кофтенку надели, шапку, лицо нарисовали. Руки из палок сделали. Это Кузьма. Эх, и смеялись! Хороший! В угол посадили, где стол. Пекли блины, вечорку делали. Рабят приглашали. Но Кузьминка это в Сабанове был главный, престольный праздник, а у нас Иван-постный.

Кузьминка – это девичий праздник. Девки гуляли, сбирали по селу, пекли блины, гадали. Мужские штаны под голову клали. Кто приснится – то и жених будет. Валенки бросали через крышу. В какую сторону упадет носом – там и жених живет.

Иван-постный – это у нас престол. 11 сентября, знай, три дня отгуляют, а потом только картошку убирать. Из свеклы гнали самогонку, из репчатого луку пироги пекли. Лук на масле обжаришь до золотистого, тесто разлепешишь и туда лук. И сверху лепешку. Разрежешь ломтями, сахарком посыпешь – ох, и вкусно! Лушники на Иван-постный всегда пекли обязательно.

Хрещенье – большой праздник, престол. Церковь у нас была большая. У церкви базар, там все продавали, даже икру. Старая дева пекла просвирки. Накануне ходили в иордань за водой. Холодный варили, пироги пекли, где рыбешки попадало. Перегуливались. К нам из Анненкова приходили сродники. Купаться в реке можно, когда голубь окунется – после двенадцати часов. Так говорил в Ивановке старичок божественный. Купанье помогает тем, кто оброк дает. Вот кто болезнь имеет, говорит, доживу – и оброк дает. Все надо делать с верой.

Мокрый спас – Духов день, второй день после Троицы, когда друг друга водой обливали.