Био-Конструктор: Нулевой Пациент

Кирилл шагнул навстречу чудовищу из полумрака, крепче перехватывая дымящийся клинок.

Его четырнадцать дней начались прямо сейчас.

***

Существо не походило на обычную крысу, даже на чудовищно разросшегося мутанта. Это был результат вековой стихийной селекции в замкнутой экосистеме смерти. Антропоморфный костяк длиной более полутора метров от острой морды до основания хвоста был перекошен, словно слеплен пьяным скульптором: неестественно удлиненные передние конечности заканчивались пятипалыми кистями с загнутыми, как серпы, черными когтями из ороговевшего хитина. Грудная клетка вздымалась судорожными толчками, обнажая сквозь проплешины в линялой, покрытой струпьями серой шерсти пульсирующие гроздья лимфоузлов величиной с кулак.

Из распахнутой пасти, усаженной двумя парами долотовидных резцов желто-бурого цвета, на каменные плиты капала мутная, пенистая слюна. Там, где эти капли касались камня, поднимался белесый пар и раздавалось тихое шипение: в ротовой полости твари шел непрерывный процесс синтеза токсинов на основе кадаверина и желчных кислот.

**[Объект идентификации: Чумной Скавен-Трупоед (Подвид: Пещерный Некрофаг).]**

**[Уровень угрозы: Умеренный (Критический для субъекта в текущем физическом состоянии).]**

**[Биологические особенности: атрофия зрительного нерва (компенсирована гипертрофированным вомероназальным органом и эхолокацией); высокое содержание гемолитического и некротизирующего яда в секрете слюнных желез; высокая плотность мышечных волокон задних конечностей.]**

**[Текущее состояние субъекта (Кирилл Самойлов): Здоровье: 22/50. Выносливость: 14/40. Болевой порог превышен на 18%. Интоксикация патогеном: 12%.]**

— Никакого зрения, — пробормотал Кирилл одними губами, стараясь не делать глубоких вдохов, чтобы не создавать звуковых колебаний. — Реакция на тепло, вибрацию плит и запах свежего белка.

Скавен дернул клиновидной головой. Длинные белые усы-вибриссы на его морде мелко задрожали, улавливая конвекционные потоки воздуха. Тварь почуяла кровь — не ту гнилую жижу, которой были пропитаны окрестные трупы, а свежую, теплую, насыщенную кислородом и адреналином человеческую кровь, текущую из рассеченного плеча Кирилла.

Гортанный, хриплый клекот вырвался из глотки мутанта. Задние лапы сжались, словно стальные пружины, раздался сухой треск крошащихся костей под когтями, и существо метнулось вперед с ошеломляющей скоростью.

Обычный человек в этой ситуации попытался бы выставить перед собой оружие или отшатнуться назад, уходя с траектории броска. Но Кирилл был ученым-экспериментатором, много лет отдавшим изучению патологической анатомии и нейромышечных реакций. Он знал: масса тела твари составляет не менее сорока пяти килограммов, а начальная скорость рывка исключает возможность парирования хрупким медицинским ланцетом. Прямое столкновение сломает ему ключицу или сомнет грудину.

Вместо шага назад Кирилл резко упал на колени, скользя по влажной, ослизлой поверхности каменного пола, и выбросил корпус вперед и вправо.

Тяжелая туша пронеслась буквально в паре сантиметров над его головой. Воздушная волна пахнула концентрированной вонью разложения, а кончик жесткого хвоста хлестнул Кирилла по щеке, оставив жгучую ссадину. Скавен с грохотом врезался в каменную кладку стены там, где долю секунды назад стоял человек. Раздался глухой стук черепной коробки о гранит, визг ярости и скрежет когтей, сдирающих мох со стены.

Кирилл не терял ни доли секунды. Всплеск адреналина купировал сигналы болевых рецепторов, переводя сознание в состояние абсолютной, ледяной фокусировки.

Опираясь на здоровую руку, он вскочил на ноги и шагнул к дезориентированной твари сзади. Скавен уже разворачивался на месте, изгибая гибкий, мускулистый позвоночник, его пасть раскрылась почти на сто восемьдесят градусов, обнажая глотку, усеянную мелкими зубами-присосками.

Кирилл нанес точный колющий удар ланцетом, метя в единственную анатомическую уязвимость, доступную под этим углом, — в основание черепа, прямо под затылочный бугор, где позвоночная артерия входит в полость черепа через большое затылочное отверстие.

Сталь ударила в плоть.

Но вместо мягкого проникновения раздался резкий металлический щелчок. Лезвие ланцета скользнуло по плотной, закаленной многократными воспалениями костной пластине — у пещерного трупоеда затылочная кость наросла толстым слоем гиперостоза, сформировав естественный защитный щиток. Ланцет соскочил, вспоров лишь шкуру и верхний слой фасции, а хрупкое медицинское лезвие, не предназначенное для пробивания брони, с жалобным звоном обломилось у самого основания рукояти.

В руке Кирилла остался лишь бесполезный металлический стержень.

**[Прочность инструмента [Хирургический ланцет] исчерпана. Предмет разрушен.]**

**[Нанесено повреждений цели: 3 (Царапина).]**

**[Цель входит в состояние [Слепая Ярость]!]**

— Дерьмовая металлургия, — сухо констатировал Кирилл, отбрасывая сломанный обрезок.

В ту же секунду чудовище завершило разворот. Его тяжелая когтистая лапа с размаху ударила Кирилла в грудь.

Удар был такой силы, что мужчину буквально оторвало от земли и отбросило на три метра назад. Он с глухим стуком приземлился на груду полусгнивших тел. Из легких вышибло весь воздух, перед глазами вспыхнули кровавые круги, а полоска Здоровья в углу обзора угрожающе мигнула, окрашиваясь в тревожный оранжевый цвет.

**[Получен физический урон: 11 единиц.]**

**[Текущее Здоровье: 11/50. Внимание! Критический уровень жизненных показателей!]**

Кирилл судорожно втянул в себя зловонный воздух, чувствуя во рту соленый металлический привкус собственной крови. Встать он уже не успевал: скавен, перебирая четырьмя лапами с пугающей, насекомоподобной грацией, уже летел на него, прижимая уши к черепу и готовясь вонзить резцы прямо в незащищенное горло человека.

Времени на раздумья не оставалось. Оружия не было. Параметры силы и ловкости у лабораторного исследователя, всю жизнь проведшего над микроскопами и автоклавами, были смехотворно малы по меркам этого мира. В честном физическом противостоянии крысоподобная тварь разорвет его на части за пять секунд.

«Если система классифицирует тебя как Био-Конструктора, — пронеслась в голове Кирилла холодная, отстраненная мысль, — значит, твое оружие — не железо. Твое оружие — ферменты, клеточная мембрана и чужой генетический код».

Когда оскаленная морда твари оказалась в полуметре от его лица, Кирилл не стал закрываться руками. Он широко распахнул глаза и обеими ладонями, пальцами вперед, встретил несущуюся на него челюсть монстра.

Левую руку — ту самую, из плеча которой продолжала сочиться черная некротическая жижа, — он намеренно вбил в пасть скавена, позволяя длинным желтым резцам пробить ладонь насквозь.

Острая боль прошила предплечье до самого локтя, словно руку опустили в кипящую кислоту. Зубы твари с хрустом сомкнулись на пястных костях, ядовитая слюна мгновенно хлынула в рану, растворяя мышечные волокна и вызывая чудовищный химический ожог.

**[Получен статус: [Некротический токсин трупоеда]!]**

**[Скорость разрушения тканей: 1.5 ед. урона в секунду. Время до остановки сердца: 45 секунд.]**

Но Кирилл даже не дрогнул. Он использовал инерцию падения зверя: захлопнувшиеся челюсти зафиксировали голову твари на его левой руке, лишив мутанта маневра. Правой рукой, свободной от ран, Кирилл намертво вцепился в нижнюю челюсть твари снизу, а пальцы левой руки, изодранные в кровавое месиво внутри пасти, сжались, нащупывая корень мясистого, покрытого язвами языка.

— Попался, подопытный, — прохрипел Кирилл, и его окровавленные губы растянулись в хищном, исследовательском оскале.

Мысленным усилием он активировал интерфейс:

**[Запуск протокола: Прямой Контакт.]**

**[Активация навыка [Генная Диссекция]!]**

**[Цель: Чумной Скавен-Трупоед.]**

**[Требуется удержание физического контакта в течение 10 секунд для преодоления клеточной резистентности.]**

Тварь осознала ловушку мгновенно. Это не была реакция хищника на добычу — это был древний, глубинный ужас любого живого организма перед противоестественным вмешательством в его биологическую структуру. Скавен заверещал. Звук был настолько пронзительным, ультразвуковым, что у Кирилла из ушей потекла кровь, а в барабанных перепонках словно лопнули тонкие струны.

Чудовище забилось в судорогах, пытаясь вырвать челюсть, мотая головой из стороны в сторону и разрывая ткани на руке Кирилла еще сильнее. Острые задние когти полоснули человека по бедрам и животу, распарывая ветхую арестантскую робу и оставляя глубокие, кровоточащие борозды на коже.

**[Получен урон: 3 ед.]**

**[Получен урон: 2 ед.]**

**[Текущее Здоровье: 6/50!]**

**[Таймер удержания: 3... 4... 5 секунд...]**

Кирилл не отпускал. Мышцы его предплечий одеревенели, пальцы свело судорогой, но он держал хватку мертвым замком. В его сознании, очищенном от страха смертельной опасности, включился аналитический модуль Системы.

Перед мысленным взором Кирилла возникла полупрозрачная трехмерная проекция анатомической структуры скавена. Он видел, как по сосудам твари несется мутная, перегруженная токсинами лимфа, как бешено колотится трехкамерное деформированное сердце, как в основании черепа пульсирует узел периферической нервной системы.

И самое главное — он увидел чужой генетический код. Это была хаотичная, нестабильная спираль, испещренная сотнями грубых мутаций, вызванных вековым воздействием Морового Поветрия. В ней не было гармонии, но была невероятная, маниакальная тяга к регенерации и устойчивость к некротическим ядам.

— Твоя иммунная система... — шептал Кирилл, захлебываясь кашлем, пока тварь рвала его тело когтями. — Твои тучные клетки вырабатывают фермент, нейтрализующий распад тканей. Отдай его мне.

**[Таймер удержания: 8... 9... 10 секунд!]**

**[Клеточная резистентность подавлена!]**

**[Начата принудительная деградация органической структуры цели!]**

Гравировка на запястье Кирилла — символ спирали ДНК, обвитой змеей, — вспыхнула ослепительным изумрудным светом, пробивающимся сквозь грязь и кровь.

Из кончиков пальцев Кирилла, находившихся в пасти и под нижней челюстью чудовища, вырвались тончайшие, полупрозрачные нити — белковые гифы биомагического происхождения. Они с легкостью пробили слизистую оболочку десен скавена, проникли в подъязычную вену и устремились вверх по кровеносной системе мутанта со скоростью распространения химической волны.

Это не было простым магическим уроном. Это был процесс форсированного лизиса — контролируемого разрушения клеточных стенок.

Визг скавена мгновенно захлебнулся. Тварь застыла, выгнувшись неестественной дугой. Ее четыре пары бельмастых глаз внезапно налились черной, свернувшейся кровью. Под кожей чудовища началось жуткое, хаотичное движение: мышцы отделялись от костей, жировая ткань растворялась, превращаясь в густой питательный бульон, а костный мозг внутри массивных костей закипал, перекачиваемый по био-нитям прямо в тело человека.

**[Поглощение сырой Биомассы: +15... +30... +45 единиц!]**

**[Внимание: обнаружен генетический кластер [Некротическая Резистентность]. Начать секвенирование?]**

**[Внимание: обнаружен органический субстрат [Железистый Токсин Мутанта]. Доступно для конверсии в стабильный белок!]**

— Секвенировать! — мысленно прорычал Кирилл. — Перенаправить весь входящий белок на нейтрализацию яда в кровотоке! Срочная коагуляция ран!

Процесс поглощения был чудовищен по своей физиологии. Кирилл чувствовал, как чужая плоть буквально втекает в него через разорванную руку. По венам прокатилась волна раскаленного свинца. Его собственное тело, истощенное тюрьмой и инфекцией, жадно поглощало биоматериал. Разорванные мышцы на левом предплечье начали судорожно стягиваться: раны затягивались толстыми, грубыми волокнами фибрина, сосуды запаивались, а черная жижа инфекции на плече вступила в бурную химическую реакцию с поглощенным ферментом скавена.

Раздалось шипение, словно на раскаленную сковороду плеснули кислотой. Волдырь на плече лопнул, выпустив струю вонючего гноя, но под ним уже виднелась розовая, стремительно регенерирующая грануляционная ткань.

**[Некротический токсин нейтрализован!]**

**[Здоровье восстанавливается: 12... 20... 35/50!]**

**[Получена стабильная Биомасса: 65/100.]**

Скавен в руках Кирилла стремительно усыхал. Некогда мощное, мускулистое тело хищника на глазах превращалось в обтянутую жесткой шкурой мумию. Мышцы растворились, кости истончились, потеряв кальций и коллаген, которые ушли на восстановление треснувших ребер Кирилла.

Через тридцать секунд все было кончено.

С сухим щелчком челюсти чудовища рассыпались в серую пыль. Кирилл разжал онемевшие пальцы, и на каменный пол упали лишь сморщенная шкура, ломкие ребра и обломки черепа, из которых вытекла вся жизнь до последней капли цитоплазмы.

Кирилл сидел на коленях посреди чумных останков, тяжело и хрипло дыша. Воздух со свистом входил в его восстановленные легкие. Ребра больше не болели — костная мозоль, сформированная за счет кальция мутанта, намертво зафиксировала трещины. На разорванном предплечье вместо зияющих ран красовался грубый, бугристый шрам багрового цвета, покрытый тонким слоем ороговевших чешуек — побочный эффект экспресс-ассимиляции генома скавена.

Перед глазами сплошной стеной потекли зеленые строчки системных отчетов:

**[Бой завершен. Цель уничтожена методом полной органической экстракции.]**

**[Получен опыт: 120 единиц.]**

**[Ваш уровень повышен! Текущий уровень: 2.]**

**[Получено очков характеристик: 3.]**

**[Завершена первая полевая диссекция. Классовый навык [Биологическое Сопряжение] улучшен до ранга 2!]**

**[Открыт раздел «Био-Инкубатор»: доступна сборка простейших органических модификаций первого порядка.]**

**[Доступные генетические шаблоны:]**

1. **[Костяной стилет трупоеда (Оружие ближнего боя, встроенное / съемное)]** — затраты: 20 ед. Биомассы.

2. **[Хитиновые пластины предплечья (Пассивная защита от рубящих ударов)]** — затраты: 35 ед. Биомассы.

3. **[Адаптивная секреция яда (Активация ядовитого налета на создаваемом оружии)]** — затраты: 15 ед. Биомассы.

Кирилл медленно поднял руку, сжал и разжал кулак. Пальцы двигались идеально, без малейшей задержки. Сила хвата увеличилась: сухожилия стали плотнее, насытившись чужим белком.

— Невероятно, — прошептал он, и в его голосе прозвучало искреннее восхищение ученого, впервые увидевшего подтверждение невероятной теории. — Это не магия в классическом понимании. Это управляемый экзогенный метаболизм с мгновенной трансляцией полипептидных цепей. Система использует биомассу как универсальный строительный полимер, полностью игнорируя законы тканевой несовместимости...

Он замолчал, резко повернув голову.

Слух, обострившийся после поглощения sensory-структур скавена, уловил новые звуки. В глубине подземного лабиринта, за полуразрушенными кирпичными сводами старых канализационных коллекторов, просыпалась жизнь. Точнее то, что заменяло здесь жизнь.

Шорох сотен лап. Скрежет зубов о камень. Низкое, вибрирующее урчание десятков голодных глоток.

Запах свежего белка, всплеск энергии при системном лизисе и предсмертный ультразвуковой крик первой твари не остались незамеченными. Экосистема Чумного Рва отреагировала на вторжение чужака. В темноте, среди сталактитов из застывшего известкового раствора и свисающих клочьев паутины, зажглись десятки пар мутных, молочно-белых точек.

Они окружали пролом.

Высоко наверху, у запертого железного люка, послышался глухой шум. Засов отодвинулся, люк приоткрылся на пару сантиметров, и в узкую щель пробился тонкий луч золотистого магического света. Сверху вниз заглянул послушник в белом балахоне с нашивкой серебряного солнца.

— Брат Валериус! — крикнул послушник куда-то в темноту храмового коридора. — Внизу какой-то шум! Твари в яме взбесились! Должно быть, еретика уже разорвали на куски!

— Закрой смотровую щель, брат Лука, — отозвался ленивый, равнодушный голос паладина-командора. — Не оскверняй свой взор созерцанием того, как нечистые пожирают нечистого. Пусть жрут. К утру от богохульника останутся только обглоданные кости. Проверь жаровни и запри внешнюю цепь.

Щель захлопнулась. Лязгнул тяжелый навесной замок.

Кирилл медленно поднялся на ноги, расправив плечи. Его взгляд, холодный и расчетливый, скользнул по надвигающейся из тоннелей тьме. Зеленые символы анализатора в его глазах мерцали ровным, безжалостным светом.

— Ошибаетесь, святые отцы, — тихо произнес он, глядя в темноту, откуда уже доносилось зловонное дыхание целой стаи некрофагов. — К утру здесь не останется костей. Здесь останется только чистый материал.

Он мысленно открыл интерфейс распределения ресурсов:

— Система. Начать синтез [Костяного стилета] в правой кисти. И задействовать оставшуюся биомассу для стимуляции надпочечников.

**[Синтез запущен. Время трансформации: 3 секунды.]**

**[Расход биомассы: 20 единиц. Остаток: 45/100.]**

Под кожей правого предплечья Кирилла запульсировал болезненный жар. Локтевая кость начала стремительно удлиняться, ее отросток пробил основание ладони между сухожилиями, выдвигаясь вперед на тридцать сантиметров в виде идеально граненого, черного, как обсидиан, органического клинка, источающего паралитический секрет.

Кирилл встал в низкую стойку, встречая первые тени, выпрыгивающие из зловонной жижи склепа.

Эксперимент продолжался.