Как приручить Льва

Глава 8. Вика

Я раскрываю рот, чтобы ответить что-то язвительное, но в этот момент в помещение входит женщина организатор и просит тишины. А я запоздало понимаю, что соски мои Лев видеть не может, потому что у комбеза плотная ткань, а под ним еще и бюстгальтер надет.

- Добрый день, господа вожатые! – громогласно приветствует всех педагог. – Меня зовут Анна Николаевна, и я рада приветствовать вас здесь. Так приятно видеть новые лица – увлеченные, одухотворенные и прекрасные.

Мы переглядываемся с Таней и она, воспользовавшись моментом, шепчет мне на ухо.

- Ты же говорила, что парня нет. А у самой муж?

- Ой, потом расскажу! – отмахиваюсь от нее, чувствуя, как моей ноги касается бедро Микрюкова.

Он сидит, широко расставив колени, уткнувшись в телефон, и даже не замечает, что буквально прилепился ко мне. На нем надеты легкие льняные штаны, но я кожей чувствую, какой он горячий. Эти ощущения мне совсем не нравятся, поэтому я слегка двигаюсь ближе к Тане.

Анна Николаевна продолжает свою вдохновенную речь и начинает лекцию по технике безопасности. Я в этом плане очень ответственная и внимательно слушаю, важные детали записывая в свой блокнот.

Женщина рассказывает интересно, приводит примеры из жизни, и мне совсем не скучно. Чего не скажешь о Льве. Он то и дело широко зевает и сонно смотрит по сторонам. Наверное, всю ночь где-нибудь куролесил со своей Мэри и мешал добрым людям спать.

- Скинешь мне потом, - лениво проговаривает Микрюков, бесстыже пялясь в мои записи.

- Что именно? – подозрительно на него кошусь и прикрываю блокнот.

- Ну, что там эта дама чирикает?

- И не подумаю, - тут же вспыхиваю я. – Тебе надо – сам и конспектируй!

- У меня есть дела поважнее, Коряга. Деньги сами себя не заработают! – разводит руками и опять улыбается мне во весь рот.

Меня его зубоскальство совершенно не трогает, и я, сердито пыхтя, отворачиваюсь, замечая, как на нас пялится добрая половина присутствующих.

Наконец, Анна Николаевна объявляет перерыв и приглашает в аудиторию трех помощниц, которые займутся нашими документами. Проверят медицинские книжки, справки на отсутствие судимости и паспорта.

- Че там за кипиш? – выныривая из телефона, вопрошает Микрюков. – Свобода?

- Документы просматривают! – тут же включается в разговор Таня, кокетливо подергивая плечиком. – Ты же подготовил?

- Документы? – удивленно тянет Лев, потягиваясь.

Его футболка задирается, и мой взгляд сам собой скользит на тонкую полоску загорелой кожи и ровно очерченные кубики пресса. В новых линзах я даже успеваю разглядеть темную дорожку коротких волосков, убегающих от пупка вниз к резинке от боксеров, которые выглядывают из-под брюк. Разумеется, это Кельвин Кляйн.

Низ моего таза неожиданно утяжеляется, и я испытываю какие-то новые для себя ощущения. Это что? Возбуждение? Жуть какая! Он меня Корягой назвал несколько минут назад, а я потекла от пресса Микрюкова? Позорище, Вика! Недостойное поведение!

Пока Таня принимается рассказывать Льву о том, что нужно предоставить, я подхватываю свои вещи и спешу на выход. В рекреации прохладно, большие окна открыты насквозь, и я слегка выдыхаю. Что это со мной? Я не в себе явно.

Нахожу дверь с силуэтом девушки и толкаю ее, проходя в санузел. Включаю холодную воду, смачиваю ладони и прикладываю их к пылающим щекам, постепенно успокаиваясь.

Мне двадцать лет. Я знаю себе цену и вполне в себе уверена. Моя личка в запрещенной соцсети просто ломится от желающих познакомиться, меня пытается добиться Рома, сын известного футболиста. Он дарит мне шикарные букеты, и мы дважды ходили в ресторан. Но откликается мне тот, кто зовет меня Корягой? Серьезно?

Да, он очень привлекателен. Шикарно сложен и у него великолепная улыбка. Но он меня ни во что не ставит и ведет себя так, словно я ему в подметки не гожусь!

Желание щелкнуть его по самодовольному носу вспыхивает во мне с новой силой, и я загадываю, если окажется так, что мы со Львом окажемся на одной смене, он об этом сильно пожалеет. Я посоветуюсь с чатом GPT и мы вместе решим, как его унизить. Да, именно так!

Несколько раз глубоко вдохнув и выдохнув, я выхожу из туалета и покупаю в автомате бутылку негазированной воды, делаю несколько глотков и возвращаюсь в аудиторию.

Перерыв заканчивается, и я оказываюсь одной из последних, кто сдает документы на проверку.

- Займите свои места, - просит Анна Николаевна. – Нам понадобится некоторое время для обработки информации и просмотра анкет. Сегодня же мы сформируем связки педагогического состава. Напомню, на старшие отряды требуется три вожатых. На отряды помладше – два.

Я специально не протискиваюсь на свое место и устраиваюсь на стуле с краю ряда. Таня машет мне, чтобы я вернулась обратно, но я развожу руками, якобы не могу пробраться.

Анна Николаевна вещает о том, как будет проходить наша смена, распорядок дня и план на ближайшие две недели. Организационные моменты выводятся ввиде схем на большой интерактивный экран. Я на всякий случай фотографирую информацию, хотя нам обещают все скинуть в чат, который будет создан уже сегодня вечером.

- Помощницы мне сообщают, что я могу озвучить списки, - наконец, озвучивает женщина.

Сначала она зачитывает информацию для детского лагеря «Звездочки», вожатыми туда отправятся девушки из стройотряда. Они так визжат, будто не знали об этом. Затем приходит очередь детского лагеря «Романтика». Фамилии Микрюкова нигде не фигурирует, и я надеюсь, что до нашего «Райского уголка» его, все-таки, куда-то пристроят. Но нет. Это просто насмешка судьбы какая-то, потому что мое сердце тут же ухает в пятки.

- На старший отряд девушек и юношей четырнадцати-пятнадцати лет, назначаются вожатыми Титова Татьяна, Котова Виктория и Микрюков Лев. Удачи, ребята! Надеюсь, у вас все получится!

Глава 9. Лев

Сам не знаю на хера, подхватываю дурацкий блокнот с бабочками и поднимаюсь на ноги, высматривая Карякину. Фамилию поменяла. Ага. Но мне на это вообще похуй.

- Вика? – громогласно кричу я и машу над головой блокнотом, но она даже не смотрит в мою сторону и быстро сваливает, сливаясь с толпой будущих педагогов.

- Ты знаешь ее номер? – не отлипает от меня Краснокедая, преданно заглядывая в глаза.

Кеды на резиновой подошве, даже если это «Конверсы» - полный антисекс, поэтому я не ведусь на ее заигрываания.

- Викин? – хмыкаю я. – Неа. На хера он мне?

- Ладно, мы не успели обменяться, но найду ее, когда в чате добавят. Кстати, продиктуй свой, я запишу, - быстро произносит девушка, доставая из кармана допотопный айфон, обклеенный яркими стикерами.

- Зачем тебе мой номер? – опешиваю от ее напора.

- Лев, - выдыхает она, слегка краснея. – Ты ведь Лев, верно?

- Ну.

- Мы на одном отряде будем. Надо подготовиться заранее. Договориться, как и на чем поедем. Плакаты нарисовать приветственные.

- Кому? – не выкупаю я.

- Детям, - смотрит на меня так, словно я с Луны свалился. – Как мы их рады видеть и все такое.

- Я не рад видеть детей, - тут же отвечаю на уверенном. – Вообще их терпеть не могу. Племяш у меня только норм, остальные – так себе.

- А что же ты тут тогда делаешь? – резонно спрашивает блонда.

- А вот хуй знает. Пойду поговорю с этой теткой, она тут главная, похоже, - киваю подбородком на женщину в строгом пиджаке и луковкой на голове.

До зубовного скрежета похожа на мою преподавательницу по сольфеджио. Ух, как же я ее ненавидел.

Быстренько спускаюсь вниз и перехватываю ее почти в дверях.

- Добрый вечер, уважаемая Анна Михална, - на автомате чешу я, потому что именно так звали мою музычку.

- Добрый вечер, Лев. Только я Николаевна, - поджав губы, отвечает дамочка. – Что хотели?

- Да вот, - растерянно развожу руками, по-прежнему сжимая розовый блокнот. – Ошибка какая-то произошла. Меня отец отправил, проставить надо практику мне по-братски. Педагогическую. А Вы меня на отряд определили.

- По-братски? – приподнимает она выщипанные брови и воинственно складывает руки на груди.

- Ну, как там говорится. Короче, в лагерь мне нельзя. Никак. Совсем!

- А что такое? Судимость имеется? – она тянется к столу, берет какие-то списки и пробегается глазами.

- Упаси Боже, - нацепляю самую обворожительную улыбку. – С законом проблем не имею. Законопослушнее меня на всем свете не сыскать.

В этом я, конечно, знатно причесываю. У меня штрафов о превышении скорости за полгода наберется на несколько соток. Ладно, папа не знает, а так бы хер мне, а не тачка.

- В общем так, Лев Андреевич. По Вам особое распоряжение, и договориться никак не получится. Будьте любезны предоставить справку и пройти медкомиссию. Послезавтра документы должны быть предоставлены.

- Какая медкомиссия? – ошалело спрашиваю, выпучивая глаза. – В больничку идти надо?

- Конечно! – довольно смеется женщина. – Врачей пройти, анализы сдать. Вдруг у вас заболевания какие-то имеются. А там же дети, сами понимаете!

Кайф. Я не пройду медосмотр. Пусть мне придумают заболевание. Делать мне нечего, две недели чалиться в загородном лагере в окружении мух и комаров!

- А с каким заболеванием не берут? – тут же интересуюсь у дамочки.

- Сифилис и гонорея, Лев Андреевич, - скорбно склонив голову, отвечает она. – Но Вы ведь сознательный. Верно?

Вот сучка! Я вымученно улыбаюсь и киваю ей напоследок. Едва выхожу в прохладный коридор, тут же набираю отца, чтобы высказать все, что думаю.

- Что, сынок? Как собрание? – весело отвечает он.

На заднем фоне играет инструментальная музыка. Ясно, с мамой в рестике сидят, а меня отправили хер знает куда. И пофиг, что я – единственный сын.

- Па, что за гон? Справка о судимости. Медосмотр какой-то, ты думаешь, мне реально делать нечего? Еще и на две недели я должен все свои дела кинуть? А кальяшки как без меня?

- Ну, Лева, - продолжает веселиться отец. – Ты же не за бесплатно туда едешь. Деньги заплатят тебе.

- Да ладно? – удивленно тяну я. Я реально думал, что все эти блаженные туда за яблочный сок ездят. – И сколько?

- Двадцать шесть тысяч.

- Рублей? – как дурак, переспрашиваю.

- Разумеется!

Хочу сказать, что я столько могу за час спустить, но благоразумно молчу. Потому что, похоже, шутки кончились.

- Короче, мозги мне не делай, - продолжает папа, меняя тон на жесткий. – Две недели и свободен. Поживешь как нормальный человек. Обычный человек. И не вздумай жульничать со справками и медосмотром. Иначе, армия тебя ждет, сынок.

- То есть, ты даже не тачку заберешь?

- Зачем мне твоя тачка? Мне нужно, чтобы ты хорошим человек вырос. А ты пока у нас так себе!

С этими словами папа кладет трубку, а я остаюсь посреди коридора, сжимающий в руках телефон. Заебись, конечно. Приехали!

Спустя несколько минут вываливаюсь на улицу, вдыхая раскаленный загазованный воздух. Футболка мгновенно прилипает к спине, освежиться хочется ужасно. Принять прохладный душ, а потом потрахаться.

Прыгаю за руль новой тачки и включаю кондиционер на максимум. Прекрасно понимаю, что легко могу простудиться, но похуй. Постукивая по рулю, вылавливаю взглядом такси, стоящее у шлагбаума и тоненькую фигурку в белоснежном комбезе.

Коряга. Ну надо же. Я помню ее пухленькой свинкой. Ну, ладно, не свинкой, но полненькой девушкой. Брекеты, кожа прыщавая, полный фарш. Поменялась. Красивая стала, что ни говори. Волосы длинные, светлые. Ноги охуенные, сегодня заценил. А еще пальчики – маленькие такие, аккуратные. Невольно сравнил ее с Мэри, и неожиданно пришел к выводу, что Карякина очень привлекательная.

Сам не понимаю, что мной движет, но резко трогаюсь с места и торможу в нескольких сантиметров от Вики.

- Прыгай! – подмигиваю ей, тянусь через коробку и даже открываю дверь.

Давно, блядь, такого не делал. Последний раз два года назад, когда влюбился как сопляк в одну девчонку, а она меня бортанула.

- Я не поеду с тобой! – упрямо сжимает губы Вика, и отворачивается от меня, будто я кусок дерьма.

- У меня твой блокнот! – достаю его из кармашка и машу им в воздухе.

- Дай мне его и езжай с миром!

- Вик, - зачем-то продолжаю ее уговаривать. – Не выделывайся. Тебе не идет. И со мной в сто раз спокойнее ехать, чем с незнакомым таксистом. Слышала, на днях жуткое ДТП было?

Гоню страшно, ниче такого не было, но Вика пугается и начинает сомневаться.

- Давай. Мне к предкам надо. С ветерком домчим.

- Ты явно нарушаешь скоростной режим, - продолжает выкобениваться Карякина.

- Будем плестись как на гужевой повозке! – заверяю ее.

- Окей. Только я поведу? – расплывается в хищной улыбке Вика, а я зачем-то соглашаюсь.

Ебануться. Впервые в жизни посажу за руль своей тачки девушку. В натуре, перегрелся.

Глава 10. Вика

Я сошла с ума, если решилась на такую авантюру. Наверное, сказывается пережитый стресс, или желание что-то доказать, иначе, я не могу сама объяснить свой порыв.

Еще больше меня поражает Микрюков, который, как мне кажется, с радостью уступает место за рулем, и терпеливо ждет, пока я настрою под себя руль, кресло и зеркала.

Я впервые за рулем такой огромной тачки, и, даже, в первые секунды, теряюсь.

- Слева снизу рычажок, можешь еще чуть выше подняться, - советует мне Лев, видя, как я беспомощно шарю по краю кресла.

- Не могу найти, - выдыхаю я, ткнув кнопку, которая принимается поднимать подголовник.

Лев невозмутимо отстегивает свой ремень безопасности и разворачивается ко мне всем корпусом, после чего наклоняется ближе, протягивая руку за сиденье. Разумеется, я напрягаюсь от его близости, потому что аромат его парфюма мне начинает нравиться. Неожиданно. А еще, Лев так близко от моего лица, что я ощущаю запах арбузной жвачки. И это, черт возьми, вообще выбивает меня из колеи.

- Так норм? – смотря мне прямо в глаза, вопрошает Микрюков, по-прежнему, перевалившись через коробку передач. Нависает надо мной в тесном контакте и совершенно не смущается.

Кресло чуть едет вперед и места становится еще меньше.

- Нормально, - сиплю я, зачем-то крепко сжимая коленки.

- Отлично, - усмехается уголком губ, Лев, после чего ровно усаживается на пассажирском месте. – Погнали?

Я делаю глубокий вдох, выжимаю сцепление, включаю передачу и мягко трогаюсь с места. Боже, храни коробку-автомат. Я в свое время, специально училась ездить на механике, чтобы в случае зомби-апокалипсиса могла без проблем уехать на другой конец планеты.

- Адрес забить в навигатор, или знаешь дорогу? – доносится справа от меня низкий мужской голос.

- Забей, - отвечаю я, стреляя глазами в его сторону. – Я только примерно понимаю, куда ехать.

Пока Лев набирает адрес загородного поселка, я регулирую температуру, делая ее более комфортной и теплой, а также немного расслабляюсь. Движение в Екатеринбурге не такое интенсивное, как в Москве, и я довольно быстро адаптируюсь, а, спустя некоторое время, даже начинаю получать удовольствие от езды.

- А ты изменилась, Вика, - посматривает на меня Лев, откидываясь на спинку кресла.

Мне безумно приятно это слышать, но я не собираюсь выпрашивать у него комплименты. Да. Я изменилась. Очень сильно. И, кстати сказать, даже благодарна ему в какой-то степени за то, что он спустил меня с небес на землю. Я разозлилась. Очень сильно разозлилась, и, наконец, начала действовать.

- Ты тоже, - равнодушно отвечаю я. – Стал крупнее.

- Звучит как комплимент, не могу ответить тебе тем же, - ржет Лев, вытаскивая из кармана айкос. – Я покурю? Ты не против?

Не может ответить, что я не стала крупнее? Или что он имел ввиду?

- Мне все равно, - пожимаю плечами, размышляя. – Твое здоровье. Если хочешь, чтобы лет через пять твои легкие превратились в губку – это твой выбор.

- А нет, Вика. Ты все такая же зануда, - продолжает веселиться Лев, но айкос убирает. – Пожалуй, закинусь жвачкой. Че там, от жвачки желудок превращается в губку?

Я не отвечаю, ловко перестраиваясь с одного ряда в другой, и посматриваю в навигатор. Скоро нам предстоит развязка-бабочка, а я их терпеть не могу. Главное, не перепутать куда заворачивать.

- Ты будешь? – предлагает Лев, щелкая фольгированной упаковкой.

- Давай, - согласно киваю я и протягиваю ему ладонь.

Лев выкладывает мне две подушечки, слегка касаясь кожи руки. Мне кажется, или делает это нарочно. По телу тут же прокатывается теплая волна, под ребрами принимается сладко щемить, а дыхание сбивается. Боже! Хоть бы мои щеки не порозовели, мне кажется, Лев видит меня насквозь и специально провоцирует. Играет со мной.

- Почему ты не носишь обручального кольца? – неожиданно интересуется Лев, приводя меня в чувство.

- Это важно? – усмехаюсь я, надувая пузырь, который задорно лопается.

- Ну, девочкам – да. Парням – нет.

- То есть, ты не носил бы обручалку?

И зачем я спрашиваю? Мне же совершенно все равно.

- Я не собираюсь жениться. Это вообще не моя тема. Как и серьезные отношения, - отвечает Микрюков, откидывая спинку кресла чуть дальше.

- А как же та девушка? – делаю вид, что забыла ее имя. – Кэти?

- Мэри, - со смешком поправляет меня молодой человек и тоже лопает пузырь из жвачки. – Она не моя девушка. Точнее, мы не встречаемся. Чисто секс.

Я замолкаю, переваривая информацию. Наверное, я ханжа, но не понимаю секса без отношений. Как такое вообще возможно?

- Так что, Вика? Почему кольцо не носишь? – продолжает пытать меня Лева.

- Может, потому что я не замужем? – с легкой улыбкой, отвечаю я.

Мы как раз выезжаем на трассу, и я могу прибавить газу. Машина шикарная и очень отзывчивая.

- Развелись? – удивленно тянет парень. – Так быстро? Он тебе изменил?

- Нет, - прикусив губу, еле сдерживаюсь от смеха.

- Ты? – выпучивает глаза парень и даже подается вперед, чтобы заглянуть мне в глаза. – Жесть, Коряга. Не ожидал от тебя.

- Я не была замужем, Лев. Ни разу, - ледяным тоном произношу я. – И я просила не называть меня Корягой.

- И что ты мне сделаешь?

- Высажу из машины и пойдешь пешком. Потом заберешь от ворот своих родителей, - пожав плечами, включаю правый поворотник. Я намереваюсь остановиться на обочине и высадить его к чертям собачьим, раз не понимает русского языка.

- Вик? – принимается ржать Лев, зачем-то касаясь своей ладонью моего правого колена. – Это моя тачка, окей?

- Хочешь, чтобы я пешком пошла? – сердито сверкаю глазами и дергаю ногой, стряхивая с себя наглую руку. Я стараюсь не замечать, что мне приятно было его прикосновение, а кожу в том месте знатно припекает. – Всегда знала, что ты конченный!

- Стоп! Стоп! – примирительно задирает он обе ладони. – Прости. Я по старой памяти. Рил, Вика. Больше не буду. Сорян! Я пошутил.

- Я тоже пошутила, - подмигиваю ему и выжимаю педаль газа.

Некоторое время мы едем молча, я реально наслаждаюсь ровной дорогой, ярким солнцем, лучи которого проникают через панорамную крышу, и пейзажами за окном. Все-таки, уральские леса самые густые и живописные.

- Вик, давай селфанемся? – произносит Лев, вытягивая правую руку с телефоном.

- Зачем? – подозрительно на него кошусь, а затем снова переключаю внимание на дорогу.

- В чат одноклассников отправлю. Там редко, правда, кто пишет. Но, думаю, ребятам приятно будет тебя увидеть.

Ага. Приятно. Как же! Они, наверное, в ладоши хлопали, когда Коряга в Москву переехала. Интересно, кого они гасили после того, как не стало меня.

- Давай! – широко улыбаюсь я и поворачиваю голову в его сторону.

Пусть смотрят. Пусть сравнивают, какая я была раньше. Мне стесняться нечего. И ту себя я тоже не стесняюсь.

Лев чуть придвигается ко мне и делает несколько кадров.

- О, смотри, как круто получилось, - демонстрирует мне экран своего айфона, но я не собираюсь смотреть, хотя мне жутко интересно.

- Я за рулем. Не отвлекай!

Лев собирается мне что-то сказать, но в этот момент на консоли высвечивается имя Мэри и проходит входящий звонок.

- Пусечка, - сладко пищит девушка в динамиках, а у меня мгновенно начинает болеть голова от ее слащавого голоска. – Ты где?

- Маш, не называй меня Пусечка. Сто раз говорил.

- Прости. Где ты, мой Лев?

- Я загородом, - отвечает Микрюков, слегка напрягшись.

Тычет в дисплей, чтобы переключить звук на телефон, но я все равно успеваю услышать ее реплику, от которой меня буквально передергивает от отвращения.

- Возвращайся, любимый! Все готово. Мне нужно помочь извлечь анальную пробку!

Глава 11. Вика

Мерзость. Это слово преследует меня который день, едва я начинаю думать о Микрюкове. Тогда в машине он быстренько свернул разговор со своей девушкой, но настроение у меня совершенно испортилось. Практически в полной тишине мы доехали до нашего поселка, я поблагодарила его, забрала свой блокнот и уступила место за рулем.

Разумеется, Лев тут же газанул и умчался обратно в Екатеринбург. Зачем ему к родителям, если в городе его ждет развратная, развязная девица, готовая на все?

Мне не понять, у меня и обычного-то секса ни разу в жизни не было, а тут продвинутая версия. От дум меня отвлекает бабушка, которая звонит по видеосвязи.

- Викунс, как дела? – попыхивая сигареткой, любопытствует бабуля.

- Нормально. Складываю вещи, завтра выезд в лагерь. Смена начинается через два дня.