O(r/d)dinary
- -
- 100%
- +
Джесс попытался высвободиться, но ничего не вышло – Алекс состроил милое извиняющееся личико. Это обезоруживало. Оставалось только вяло сопротивляться и корчить в ответ недовольство. Так, для порядка.
– Ну прости, что подслушивал! – тем временем пытался извиниться Кот. Он, кстати, никогда не перед кем не извинялся, кроме Джерри, так что сегодняшний день можно было пометить в календаре и праздновать каждый год как великое событие. – Должен же я был узнать, о чем вы с птенчиком беседуете. А она молодец, что-то чувствует нехорошее и к тебе бежит. Где ты такого честного чтеца мыслей взял?
– Где взял, там уже нет, – Джесс сдался и стёр серьёзность с лица улыбкой. – Рад, что до тебя наконец дошло, что с ней всё чисто. И откуда прознал, что она читает мысли?
– Просто имею общее представление, как выглядят глаза человека, знающего больше, чем надо. Предположил и оказался прав.
Заметив, что Джесс больше на него не злится, Том, наконец, отпустил его.
Остановившись у светофора, они немного помолчали, пересекли улицу и, не скрываясь, побрели по освещённой стороне. Редкие прохожие оборачивались вслед при виде Алекса – уж очень необычно он выглядел.
– "Верь в него, он вернется" – сказал ты. И пошёл за Яном, – Том всё же не сдержался от подкола.
Джесс приподнял капюшон, оглядываясь по сторонам.
– Да, сказал. И я тоже верю в Яна. Этим вечером мне просто не помешает пройтись, подышать свежим воздухом, вынести парочку уродов, обижающих ребёнка из моего клуба. В моём возрасте это полезно.
Алекс рассмеялся в голос.
– Батя в своём репертуаре. А главное, бережёт своё здоровье.
– Да и потом, – продолжил Джесс. – Ты тоже идешь за ним, пусть вы и вечно грызетесь.
– Нет, что ты. Этим вечером я провожаю своего младшего братишку на кружок по стрельбе, когда мне ходить за Снежком?
В очередной раз сделав вывод, что ему, в понимании ребят, примерно от пяти до пятидесяти, Джесси мысленно поставил галочку когда-то всё же озвучить, сколько ему лет.
– В глаза как кот с собакой. А за глаза вечно спасаете друг друга.
– Что поделать, физический труд объединяет. – Том немного поморщился от нахлынувших воспоминаний. – Вон, там.
Алекс стрельнул глазами куда-то на верхние этажи спального района. Шестое чувство подсказывало, что кто-то внимательно следит за ними.
– Пусть смотрят, – Джесс взглядом послал в сторону зданий яркие искры. – Они сами отправили нам приглашение. Пусть расхлебывают последствия.
***
Оживленный район остался далеко позади. Свет горел только в редких окнах, где засидевшиеся допоздна горожане наверняка вели ночные разговоры.
Лампочки у подъездов подсвечивали ночную росу на кустах. По земле уже начал стелиться легкий туман.
Вид мог бы показаться романтичным, если бы тишина так оглушительно не давила на уши. Даже для этого спокойного места она была слишком ненормальна.
Уже какое-то время наблюдавший за темным окном на седьмом этаже Алекс коснулся наушника.
– Давай, я отвлекаю, ты действуешь.
И не успел Джесс с другой стороны связи возразить, как Кот уже побежал прямо по открытой местности.
Раздался выстрел.
Пуля зависла в нескольких миллиметрах от лба Алекса, а потом со звоном ударилась об асфальт. Сам же Ли послал широкую улыбку всё ещё смотрящему на него сквозь прицел снайперу.
– Прости, дружок, не удалось! Попробуй ещё разок!
Его крик разнёсся по всему спальному району, громогласно объявляя о присутствии главного кошмара охотников за головами. Пусть улыбка Кота и была очень доброй, всех следивших за ними больше волновал неудавшийся выстрел.
Те, кто поумнее, тут же бросились наутёк, не желая испытывать судьбу.
Стрелявший снайпер понял, что попался и уже подхватил винтовку, чтобы тоже дать деру, как его руки перехватили и скрутили сзади, а его самого прижали к полу.
И только теперь, держа снайпера под контролем, Джесс смог с облегчением выдохнуть.
– Ты в курсе, что ты не бессмертный? Всё расскажу Джерри. – Это самое цензурное, что он смог сказать в ответ по рации.
Алекс останавливает время, но не сами пули. Зазеваешься. Не успеешь. И все. Но, кажется, его самого это никогда особенно не волновало. Кот любил играть со всем, что попадается под руку, в том числе и со своей жизнью.
Стрелять никто больше не осмеливался, поэтому Том присел на землю, скрестил ноги и прилежно положил ладони на колени, показывая Джесси, мол, "Веду себя хорошо, никого не провоцирую".
Проследив за ним краем глаза, Джесс перевёл взгляд на насмерть перепуганного снайпера.
Должно быть, его "необычность" в лунном свете выглядела ещё более угрожающе, пусть это и были просто окрашенные в синий волосы и татуировка на запястье.
Ну, раз он кажется злодеем, можно подыграть.
– У тебя тридцать секунд, чтобы объяснить мне, что здесь происходит и уйдёшь сегодня домой целым. Для начала, здесь подозрительно тихо. Не хочешь это объяснить?
Но вместо снайпера в ухе откликнулся голос Тома.
– Эй, Джесс. Небо.
Джесси посмотрел в окно. И обомлел.
Снаружи скользили десятки отливающих красным теней. Они то переплетались друг с другом, становясь единой огенной дымкой, то вновь распадались на отдельные части и разлетались во все стороны.
Эти твари самое опасное, что можно встретить. И их собралось так много в одном месте.
Стоило парочке из них отлететь подальше от домов, раздался выстрел, и твари вновь вернулись к центру спального района.
Кто-то не только помог собраться огромному количеству нечисти, но ещё и не давал ей покинуть это место.
Не важно, с какой целью. Кем бы не был этот "кто-то", у него явно огромные проблемы с головой.
– Алекс. Прорываем кольцо, – Коротко бросил Джесс по рации и посмотрел вниз, на самого Тома.
Послав в ответ знак "окей" и твёрдый понимающий взгляд, Кот помчался в сторону, откуда по тварям нанесли выстрел.
Джесс же за ненадобностью вырубил снайпера и "одолжив" его винтовку, прищурился сквозь прицел.
Выстрел. Пуля попадает в плечо снайперу в соседней многоэтажке.
На самом деле, нужно было стрелять в голову – проверить, есть ли там мозги. Хотя, судя по тому, чем они тут занимались, она бы просто лопнула, как воздушный шар.
Прицел всё ещё был направлен на перепуганного снайпера. Джесси пришлось до крови закусить губу, чтобы немного прийти в себя и, наконец, дать ему уйти.
Дрожащие пальцы коснулись наушника.
Попытаться связаться с Яном… Снова… Ведь если он всё это время находился здесь, он мог бы…
Нет, конечно же Ян жив. Это же Ален, что с этим вспыльчевым ребёнком станется?
Нет ответа. Только где-то вдалеке раздался ещё один выстрел, а за ним короткий вскрик. В отличии от Джесси, Алекс с неприятелем никогда не церемонился.
Сколько снайперов здесь было перед тем, как они пришли? Сколькие из них сбежали, поджав хвост, думая, что их хитрый план разгадали?
По правде сказать, они пришли сюда только из-за орущего во всю глотку предчувствия. Место, где проходил злосчастный дозор Яна находилось на полкилометра дальше.
Нужно было убираться как можно скорее, а Джесс, всё не переставая раздавать выстрелы по окнам и крышам, не убирал палец от наушника.
Если имеешь дело не только со свистящим у виска свинцом, но и с этими чертовыми созданиями, шанс выживания понижается в разы. Странный – такой же человек. Он не неуязвим.
То, что здесь происходит наверняка не ускользнуло от всегда внимательного Яна. Он обязан был находиться здесь.
Последняя пуля покинула ствол, и курок спустился вхолостую.
Твари разлетались из прорванного кольца, оставляя в небе чёткий след кровавого тумана.
Джесси сжал кулаки до побелевших костяшек.
Неужели они опоздали?
Ледяная волна осознания прокатилась мурашками по коже, а сердце провалилось куда-то в бездну.
Ян, он…
Звук подключенного сигнала привёл Джесси в чувство.
С другой стороны связи напряжённо молчали, но не отключались.
– Ян, ты меня слышишь? – Джесс и сам не узнал свой севший голос.
Казавшаяся вечной тишина огласилась шëпотом.
– Слышу. Посмотри вниз.
Вполне себе живой Ян, стоящий у подъезда, шутливо отдал Джесси честь.
Подоспевший Алекс протянул руки как раз вовремя, чтобы не дать Алену свалиться с ног.
Акт XVI. Место, где понимают
Правило клуба O(r/d)dinary №24:
Самый смелый человек не боится признавать свои слабости
Кабинет Джесси предназначался исключительно для рабочих целей. В нем решались важные дела и велась документация – каждый его сантиметр был пропитан официальной строгостью.
Комната же Джесси составляла с ним разительный контраст. Это место, куда мог попасть каждый участник клуба, чтобы обнять одну из мягких подушек и рассказать обо всём, что наболело.
Сказанное в её стенах оставалось только между говорившими – подслушивать здесь было не принято.
Что касалось самого Джесси – в Странном клубе всё и всегда было странно, и, конечно же, это правило не обошло стороной его главу.
К примеру, способность Джесси позволяла различать правду и ложь, а навыки снайпера и логическое мышление – просто его лично выработанные умения. Он не относился к боевому типу, но при этом врагу перейти ему дорогу было себе дороже – Итен славился не только меткостью, но и имел настолько скверную репутацию среди охотников на одаренных, что желающие назначить награду за его голову находились крайне редко.
Мак держал суть своих сверхъестественных сил в тайне, выставляя на общее обозрение эрудицию, стратегическое мышление и кучу других черт, которые окружающие могли бы принять за его способность.
Так было намного безопасней – ведь если кто-то узнаёт, что, за исключением маленькой странности, лидер r/d всего лишь обычный человек, то вполне легко сможет найти способ устранить его. И тогда клуб развалится, как это случилось в 1843 году.
Пока Мак перед важными шишками изображал из себя непонятно на что способного человека-загадку, его боялись. А охваченных страхом контролировать куда проще – пока к нему не лезли с угрозами, он тоже держался мирно.
Сначала эта наигранность даже самому Джесси казалась глупой, но, путём проб и ошибок, удалось выявить, что такой метод борьбы с неприятелем очень даже действенный.
И в итоге было решено держать в тайне суть дара каждого вступающего в клуб.
Конечно, внешне не так трудно догадаться, какие у ребят способности, ведь они то и дело светятся на заданиях.
Но часто наружная оболочка сил является только их общими чертами, а то, как работает дар, чем руководствуется одарённый, используя его, какую информацию и выводы он получает – именно это рассказывать было не принято.
Ведь дав узнать о своей силе открываешь и свои слабости.
Но, наверное, главная странность Джесси заключалась не в его чрезмерной осторожности, способностях или методах ведения работы, а в том, что он не очень любил говорить о себе. Общую картину его личности ребятам пришлось составлять вместе, собирая информацию по крупицам.
Эти любопытные проныры всегда старались выведать у него побольше, но им так и не удалось узнать о том, как именно клуб встал на ноги.
Джесс наотрез отказывался говорить об этом, считая правду разочаровывающей. Ведь он не такой уж и крутой герой, как все думают.
И только один из всех участников знал абсолютно все и считал молчание Джесси бессмысленным – остальные уже давным-давно догадались, что за его молчанием скрываются не очень весёлые истории. Даже не зная их, они уже с ними смирились.
Посвящённый во все тайны человек разлегся в кресле, медленно поглощая яблочный сок из пакетика.
Испещренная свежими ранами рука опустилась к маленькому холодильнику и достала следующую порцию. Сок попался персиковый. Такой любила Черри.
Надо сказать, что в этом холодильнике хранились напитки с любимым вкусом каждого. Ведь неизвестно, в какой момент заблудившаяся в мыслях душа пробьётся к комнате Джесси. Всегда нужно быть готовым.
Отбросив сомнения, Ян решил, что сам потом всё докупит, и уверенно вскрыл упаковку.
К великому счастью, кроме мелких поверхностных повреждений он не получил серьëзных травм. Разве что оголодал до полусмерти, что сейчас и пытался исправить, благополучно опустошая запасы своего "отца".
Джесс же сидел напротив, обнимая чашку ромашкового чая и пытаясь успокоить нервы. Сколько Мак знал Яна, они с ним всё всегда делили поровну, и если на Алене случившаяся история отразилась повреждениями на теле, то на Итена обрушился эмоциональный удар.
Ян каким-то чудом вернулся невредимым. Невероятно. Наверняка небо бережёт его для каких-то важных целей, иначе Джесс больше никак не мог объяснить его благополучное возвращение.
Да и, судя по тому, как Ален себя вёл, между ними снова воцарился мир, так сильно пошатнувшийся после вступления Ликс.
Случившаяся история остудила пыл обоих.
– Моих сил хватало на то, чтобы иллюзией скрыть попавших в кольцо гражданских, – как ни в чем не бывало рассказывал Ян, недовольно стирая всё ещё сочащуюся из глубокой царапины кровь. – Несколько раз я пытался прорвать кольцо, но снайперы не давали этого сделать. Они стреляли по тварям, привлекая их внимание, и в итоге они набрасывались на меня. Вынести снайперов было бы проще простого, но для этого мне бы пришлось отойти от людей слишком далеко и по ним могли открыть огонь. Проверять свои предположения я не стал.
Джесси сделал большой глоток чая прежде чем что-то на это ответить.
– Эта облава была создана специально для тебя. Тебе ведь не справиться с таким количеством нечисти, но и людей ты не бросишь. Им оставалось только медленно тебя душить.
– И у них не получилось. Справлялся потихоньку. К вашему прибытию летающих чертей осталась ровно половина.
Джесс поперхнулся. Ему оставалось только гадать, как Ян отделался парой царапин.
На стене тихо тикали часы, а молчание вновь резало уши.
Ян это любил – молчать. Много было в его безмолвии такого, о чем словами не расскажешь.
В конце концов пустой пакетик из-под сока со стуком опустился на столешницу.
– Почему ты забрал ее сюда?
Не нужно было быть гением, чтобы догадаться, о ком шла речь.
Мак улыбнулся и окинул Яна оценивающим взглядом.
– Уже не просишь ее выгнать?
Ян предпочел оставить вопрос без ответа, вместо этого предоставив слово секундной стрелке.
И в этой игре в "минуту тишины" Джесс снова проиграл.
– Ей нужна была помощь. Не известно, жива ли она была, не выхвати я ее тем вечером. С тобой ей будет безопасней всего. К тому же…
Джесс придвинулся к Яну почти вплотную, будто пытаясь что-то выискать в его глазах такое, о существовании чего он раньше даже не подозревал.
– Что-то изменило твоё отношение к ней. Что это было?
Ян в ответ отодвинул ладонью его лицо и отвернулся.
– Почему нельзя просто оставить ее с командой поддержки? Дозоры не увеселительные прогулки.
Для Джесси стало яснее ясного, что Ален перевёл тему, но он решил подыграть.
– Потому что она что-то да и умеет. Ты же пока только на разведку с ней ходил? Попробуй в следующий раз на охоту ее взять и поймёшь, почему вы в одной команде.
– Нас сложно назвать командой, – отмахнулся Ален. – Она меня как огня боится.
– Правда? А Ликс заходила несколько часов назад, спрашивала про тебя.
Ян посмотрел на Джесси со смесью удивления и недоверия, но, тут же себя одернув, закатил глаза и сделал недовольный вид.
Однако Джесс уже увидел то, что хотел. Прятаться Алену смысла уже не было.
Ян же решил, что разговоров на сегодня более чем достаточно.
Спрыгнув с кресла, он зашагал к выходу и пообещал себе на будущее даже не заикаться о Ликс перед Джесси.
– Ликс ждёт тебя, – бросил ему вслед Итен. – А ты хочешь с ней увидеться?
Дверь закрылась.
Оставшись один, Джесс не смог сдержать улыбки. Кажется, он выиграл в их с Джерри споре.
***
Ян так и не понял, какая неведомая сила привела его к комнате новенькой. Опомнился он только когда протиснулся в дверной косяк и поймал глазами обитательницу здешнего места.
Ликс плохо спала. Ловящие лунный свет ресницы беспокойно трепетали, грозясь вот-вот открыться.
Кажется, ей снился кошмар.
Ян протянул руку, будто бы в желании коснуться ее лица, но на деле пальцы лишь невесомо задели кончики ресниц.
Спустя пару минут Ликс замерла. Она наконец провалилась в спокойный глубокий сон.
Ян же нацарапал карандашом записку и, бросив на Ликс последний взгляд, тихо прикрыл за собой дверь.
Он надеялся, что отпечатанная на сетчатке глаз иллюзия позволит Ликс спокойно проспать остаток утра.
Так уж и быть, птенчик. Странный клуб будет тебе домом.
***
Комната Яна находилась на самом верхнем этаже. Просторная и светлая, она напоминала скорее художественную студию.
Бесчисленные холсты ютились в самых разных местах – на полках шкафов, у стен, под кроватью. Законченные работы соседствовали с теми, которым только предстояло обрести краски. Кисти всех размеров и форм уживались с компанией разношерстных красок и карандашей на стеллажах, а изрисованные скетчбуки высились стопками на столах.
За панорамным окном открывался вид на город – тот что был снизу и мил сердцу и тот, что был сверху и недолюбливался.
Кто-то приоткрыл окно в его отсутствие, и по воздуху разливались сладкие звуки висящих под потолком ветряных колокольчиков.
Ян запрыгнул на подоконник и приколол к стене небольшой рисунок. Он делал так каждый раз, возвращаясь с дозора, и за все его годы нахождения в клубе таких маленьких картинок скопилось настолько много, что они в скором времени грозились перелезть на потолок.
На этот раз на рисунке был изображён кто-то, кого Ян совсем не знал.
Лицо этого "кого-то" усыпали веснушки, а глаза даже в чёрно-белой графике выглядели невероятно живыми и выразительными.
Глаза, в которых нет ненависти. Они скрывали что-то значимое, невероятно важное и совершенно очевидное. Но что именно, Ален не понимал.
Сквозняк шуршал изрисованными листами. Этот звук убаюкивал и заставлял думать-думать-думать…
Ян накрыл лицо сплошь покрытыми царапинами ладонями.
– Кажется, я схожу с ума.
Акт XVII. Белый дракон расправляет крылья
Правило клуба O(r/d)dinary №66:
Никогда не говори "никогда". Судьба не играет по твоим правилам – она всегда бросает тебе вызов.
Морские волны разбивались о песок и утягивали в свои пучины мелкие камни. Солёный ветер обдавал холодными брызгами щеки стоящей по щиколотки в воде Ликс и, перекликаясь с чайками, завывал тревожные песни на известном ему одному языке.
Ликс вглядывалась в горизонт. Ждала, когда солнце полностью утонет за ним, будто после этого должно произойти что-то, что поможет избавиться от комом сжимавшегося в груди беспокойства.
– Ты слишком долго стоишь здесь. Пошли.
Ликс не успела понять, кому же принадлежит этот голос. Только почувствовала, как на предплечье нежно сжались чьи-то пальцы и краем глаза заметила размытое отражение в воде.
Ян?
***
– Ликс, Ян вернулся.
Уже совсем другой голос вернул девушку в реальность, и она резко села. Ей понадобилось несколько глубоких вдохов, чтобы отойти от невероятно яркого сна и осознать, что сидящая на ее кровати Бин настоящая. И то, что она только что сказала, тоже правда.
– Он в порядке? – придя в себя выпалила Ликс.
– Ничего серьезного. Звал тебя в следующий дозор, судя по написанному, – Бин помахала перед Ликс листком. – Сказал, что будет ждать у здания, и чтобы ты приходила, как проснёшься.
Ликс осторожно вытащила из ее пальцев записку. Бин же улыбнулась каким-то своим мыслям.
Может быть, она и хотела озвучить их, но ей помешала открывшаяся настежь дверь и появившаяся на пороге неожиданная гостья – Черри Фокс.
– Судя по пропавшим с кухни яблокам, Ален вернулся, – проговорила она с утверждением, облокачиваясь на дверной косяк. – С ним всё хорошо?
Бин показала ей знак "окей" и закатила глаза.
– Сказал, сам обработается и упорхнул на следующий дозор.
Атмосфера вокруг Черри сгустилась – брови недовольно нахмурились, а к серьезности примешалось раздражение.
– Сам? А я тут для красоты?
Чувство ответственности за жизнь Алена было вырезано на ее лице чёткими буквами. Она, по слухам самая младшая в клубе, вдруг показалась Ликс чуть ли не самой старшей.
– Остынь, Ален всегда такой. Ты же знаешь, – Попыталась успокоить Черри Бин, но ее ответ вызвал только больше возмущений.
– Вот потому что знаю, поэтому и говорю, – фыркнули в ответ. – Сначала такой "ой, ничего страшного". А потом "ой-ëй, спасай меня, Черри". И не боится же. Я клятву Гиппократа не давала, имею право медицинские знания не в то русло применять.
– Тише-тише. Угомонись. С Яном всё нормально, – Бин, видимо решив устроить антракт в развернувшейся трагикомедии, приобняла Черри за плечи и повела из комнаты.
Перед уходом Картер обернулась и подмигнула Ликс, мол "всё в порядке, так постоянно происходит".
Ликс и сама бы не хотела беспокоиться, но сердце против воли больно билось о рёбра.
Ян в порядке – от этой новости камень с плеч рухнул.
Она и не заметила, когда между ними успела возникнуть тонкая нить.
***
Ян обнаружился далеко не сразу.
Ликс пришлось несколько раз протоптаться вдоль передней стены здания клуба, прежде чем она догадалась опасливо заглянуть в переулок сбоку.
И опять же – Ален-то нашелся, вот только очень интересным образом: висящим вверх ногами, зацепившись за какую-то арматуру и мирно спящим.
После недолгих раздумий Ликс зацепилась за пожарную лестницу и повисла рядом. Как и ожидалось, положение очень неудобное, но, кажется Яну было нормально. Летучая мышь, не дать-не взять.
Зачарованная изящным профилем, Ликс разглядывала его длинные ресницы и родинку под левым глазом. Спящий Ян казался еще более нереальным – будто его облик был сотворенной им же самим иллюзией.
Ликс всё смотрела на него и смотрела до тех пор, пока ресницы напротив не приоткрылись, обдав ее ледяной голубизной.
Ален пару секунд сонно моргал, пытаясь понять, кто перед ним, а потом его глаза вдруг широко раскрылись.
Лёгким движением Ян спрыгнул на землю и, неожиданно заключив Ликс в объятия, осторожно отцепил от лестницы.
Эванс от этих действий непонимающе смутилась, но потом почувствовала, насколько сильно от висения вверх ногами закружилась голова. Если бы ее не сняли, неизвестно, удалось бы ей спуститься целой и невредимой. Пытаться повторять за Аленом оказалось глупой идеей.
Но сейчас проблема была не в этом, а в том, что этот самый Ален не спешил выпускать ее из рук.
– Ты как, порядок? – спросил он.
Ликс нервно кивнула.
Теперь она уже не знала, отчего голова продолжает кружиться – от прилившей крови или абсурдности ситуации. В объятиях было тепло и уютно, но до ужаса неловко. И неправильно.
Момент смущения разорвал невольно зацепившийся за руки Алена взгляд.
По аристокротически-бледной коже яркими линиями протянулись бросающие в дрожь глубокие раны.
Что случилось? Кто их оставил?
Почувствовав ее любопытство и вдруг осознав, что делает, Ян отстранился. Даже слишком сильно. На полдесятка метров.
Ликс же от увиденного стало больно.
Ведь такие раны не могут не болеть.
– Всё нормально, – Ян поправил рукав, пряча красные следы. – Пошли.
Но Ликс помотала головой из стороны в сторону, отрицая увиденное, не вязавшееся со смыслом слова "нормально".
И, конечно же, Ян ее не понял – ожидаемо ее жест воспринялся как отказ идти на миссию.
Ален преодолел им же выстроенное расстояние и, раздражённо схватив Ликс за запястье, потянул ее за собой.
– В нашей профессии нельзя быть такой мягкой. Если стало страшно, скажи об этом Джесси. Я уже говорил, что эта работа тебе не подходит.
Ликс с силой выдернула руку из захвата, заставляя Яна в удивлении замереть. Девушка глубоко вдохнула, пытаясь унять накатившую дрожь.
– Дело не в этом!
– А в чем тогда? – слова Яна приобрели угрожающий оттенок. Еще немного, и он окончательно выйдет из себя. А там и до похорон Ликс недалеко.
Но ей вдруг стало на это все равно.
– Что с тобой случилось? – голос Ликс немного надломился, поддавшись волнению. – Где ты был всё это время?
Ян в ответ тяжело вздохнул. И дальше повисло долгое давящее молчание. То-ли он ждал от Ликс ответа, в чем же все-таки дело, то-ли просто не хотел ей ничего рассказывать.
Но объяснений своего поведения Ян от Ликс не дождется.