Свобода по договору или усадьба для попаданки

Глава 10

Конечно, я понимала, что нас здесь не ждали с кокошниками и караваем. Но услышать проваливайте вместо здравствуйте было обидно.

Да и Нелли почему-то побледнела так, словно увидела привидение. Нет, она старалась держаться прямо и даже приподняла подбородок, готовая вступить в словесную баталию. Но убранные за спину руки с дрожащими пальцами выдавали её с потрохами.

Похоже, о подобном приёме она догадывалась.

Ладно, я вроде как леди и за старшую, мне и разбираться. Я медленно подняла вверх обе ладони и дружелюбно улыбнулась:

– Простите, вы, наверное, нас неправильно поняли. Мы пришли не со злом, мы…

– Глухие аль непонятливые? – резко перебил бородач.

Я аж воздухом подавилась. По мрачным лицам остальных было наглядно видно: рекламная кампания пока проваливается.

Так, Лаврова, отставить панику.

Представь, что перед тобой очередная комиссия, которая заранее настроена на твой провал. Надо не вестись на угрозы и не поддаваться. Надо продать идею.

Пускай в данном случае идея заключалась в том, чтобы нас пустили ночевать хотя бы в чей-нибудь амбар.

– Пожалуйста, дайте мне всё объяснить, – начала я уже спокойнее. – Меня зовут Ин… Инесс де Лавер, её, – я кивнула в сторону Нелли, – Нелли Керн. Мы… в общем, мы теперь будем здесь жить.

В подтверждение своих слов я выудила ту самую бумагу от короля и сделав шаг, протянула её главному. Тот пробежался глазами, задумчиво крякнул и вернул королевский указ мне обратно.

– И, поверьте, не по собственному желанию, – добавила, покосившись в сторону особняка.

– Нас сюда прогнал его величество, – неожиданно добавила Нелли.

Нас?

Я покосилась на неё. Вообще-то, дорогая моя, тебя никто не прогонял. Ты сама добровольно полезла под лавку и чуть там не застряла.

Но деревенских эта новость почему-то не успокоила. Скорее, наоборот. Бородач перехватил косу поудобнее и выставил её перед собой, как будто готовился расчистить дорогу, но уже не от травы, а от нас.

– Воля короля здесь ничего не значит, – процедил он неприязненно. – Мы здесь закон. И мы сами за себя всё решаем.

– Да если б не королевская семья, мы бы вообще… – вспылила женщина с краю. Стоявший рядом с ней мужчина резко поднял руку, и она тут же замолчала.

Я была не дурой и умела складывать два плюс два. Деревенька процветала до тех пор, пока сюда не приехал король. Затем что-то случилось и пропали почти все, кроме нескольких мужчин.

– Простите, – устало выдохнула я. – Но у нас нет выбора. Я прогневала его величество, и за это уже расплачивается вся моя родня. Поверьте, нас самих не радует перспектива поселиться в доме, который разваливается на глазах.

Бородач скривился, но не перебил.

Осмелев от того, что меня хотя бы слушают, я продолжила:

– Карета уже уехала. У нас один сундук, ни еды, ни людей, ни даже понятия, что делать дальше. Сами подумайте, чем вас могут потеснить две девушки? Вот, – я снова продемонстрировала им ладони, – мы безоружны и всего лишь хотим не остаться без крыши над головой.

Нелли отчего-то поджала губы и съёжилась за сундуком.

Точно, сундук! Может, он поможет?

– Если хотите, возьмите что-нибудь из вещей в качестве платы за ночлег. Нам хотя бы до утра. Я не прошу вас пустить к себе в дома. Сгодится что угодно, если оно закрывается и в нём есть крыша. А утром мы вернёмся сюда и начнём потихоньку обживаться.

Мужчина медленно покачал головой.

– Не нужны нам ваши вещи.

– Тогда просто…

– В усадьбу прислали – в усадьбе и ночуйте, – отрезал он. – Мы больше чужаков к себе не пускаем. Уже напускались.

Последняя фраза прозвучала особенно тяжело.

– Живите, коли король так приказал, – добавил он.

Позади послышалось недовольное роптание. Но хватило одного сурового взгляда через плечо, чтобы остальные разом замолчали.

– Мы вам мешать не станем. Но и помогать не будем. Не трогайте нас – и мы вас не тронем.

После чего развернулся. Остальные потянулись следом.

– Подождите! – крикнула Нелли. – Помогите хотя бы с сунду…

– Тс-с-с!

Я схватила её за рукав.

– Видишь, и так чудом косой не получили по макушке. Сами разберёмся.

Нелли проводила уходящих печальным взглядом:

– Я, конечно, догадывалась, что местные будут не в восторге…

– Мягко говоря, – фыркнула я, и мы, не сговариваясь, посмотрели на особняк.

– Инесс, вы как хотите, но я туда не пойду на ночь глядя.

– Почему? – спросила я, хотя настроение полностью разделяла. – Всё-таки крыша над головой.

Она повернулась ко мне с таким выражением, будто я только что предложила переночевать на кладбище.

– Там умерла королева.

– И?

– А вдруг теперь бродит по дому как призрак?

Нашла, что говорить на ночь глядя!

Я зашипела на неё:

– Давай, ещё накаркай.

– Я не каркаю, – обиделась она, явно поняв выражение по-своему. – Я предостерегаю.

– Да поздно уже, – я потёрла ладони и посмотрела на темнеющее небо. – В общем, давай, решайся. Мы можем стоять здесь дальше, бояться и встретить ночь прямо на дороге. И мы не знаем, насколько здесь холодно после заката. А на сундуке вдвоём всё равно не поместимся.

Нелли вздохнула.

– И что предлагаете?

– Осмотреться. Может, найдём хоть что-то, похожее на крышу?

Немного подумав, Нелли согласилась с моей затеей. Из обломков забора мы выбрали две длинные палки. Я первой шагнула в траву, тщательно приминая её перед собой и расчищая нам хоть какую-то тропинку.

Нелли шла следом, без остановки сетуя, что сейчас из травы вылезет какая-нибудь опасная тварь и сожрёт нас обеих с потрохами. Но уже через пять минут мы обе поняли, что у страха глаза велики. Один раз под палкой прошуршала мышка, в другой раз выпорхнула птичка, возмущённо чирикнув.

Нам понадобилось минут пятнадцать, чтобы обойти дом, и перед нами открылся задний двор.

Здесь трава росла ещё гуще, но среди неё угадывались старые фруктовые деревья. Несколько яблонь стояли кривые, с сухими ветками, рядом виднелись одичавшие кусты. Но бьюсь об заклад, когда-то здесь был цветущий, ухоженный сад.

И если удача будет мне благоволить, я смогу навести здесь порядок и рассчитывать на фруктовый урожай.

Если, конечно, я доживу как минимум до завтра.

А там дальше можно разузнать, где ближайший рынок и продавать на нём закрутки и прочие домашние радости, – не к месту разыгралось воображение.

Чуть дальше обнаружилось приземистое каменное здание. Нелли указала на него пальцем и задумчиво протянула:

– Похоже на конюшню. И крыша целая.

– Тогда двигаем туда, – решила я, – пока не стемнело окончательно.

Солнце уже коснулось горизонта. При других обстоятельствах я бы обязательно уделила пару минут, чтобы насладиться пряным ароматом разнотравья. Надеюсь, у меня будет время и возможность это наверстать.

Дверь оказалась тяжёлой, деревянной и без замка. Мы вдвоём навалились на неё плечами, и после нескольких попыток створка протяжно скрипнула и подалась.

Внутрь ворвался вечерний свет, позволивший нам немного осмотреться.

Когда-то здесь действительно держали лошадей. По обе стороны тянулись невысокие деревянные перегородки, разделяющие стойла, у дальней стены сохранились кормушки. Пол был каменным, покрытым слоем пыли, сухой травы и какого-то старого мусора.

Но главное – в крыше не было просветов, и стены стояли ровно.

– Жить можно, – торжественно объявила Нелли.

– До утра, – уточнила я.

Мы распахнули вторую створку, чтобы проветрить помещение, и начали осматриваться.

В углу нашёлся старый деревянный ящик. Внутри – ржавая щётка, несколько гвоздей, моток верёвки и небольшая металлическая лампа, в которой на дне осталось немного масла.

– Свет! – обрадовалась Нелли.

Рядом лежало огниво.

– Знаешь, как этим пользоваться? – я с сомнением посмотрела на него, и моя подруга по несчастью укоризненно протянула.

– Обижаете.

После нескольких неудачных попыток, она высекла искру на сухой трут и от него зажгла фитиль. Через минуту в конюшне разлился слабый жёлтый свет.

Первая маленькая победа!

Спать решили в самом дальнем стойле, где сохранился толстый слой сухого сена. Я долго тыкала его палкой, проверяя, нет ли внутри кого-нибудь живого, затем мы тщательно перетряхнули верхний слой, проверив на сырость и только потом постелили сверху плащи.

Сундук решили оставить до утра.

Уже стемнело, и мне не хотелось идти к нему по темноте.

Нелли почти сразу свернулась клубком у стены. Я же ещё долго ворочалась с боку на бок, прислушиваясь к каждому шороху.

Где-то скреблось, под крышей что-то шелестело. Снаружи время от времени ухала незнакомая птица.

Я раз за разом убеждала себя, что это нормально. Раз есть звуки жизни – значит, место не такое уж страшное. Другое дело если б стояла звенящая тишина.

В какой-то момент мне даже удалось задремать, но я почти сразу вскочила от сбивчивого бормотания Нелли:

– Инесс! Проснитесь! Но только не двигайтесь, умоляю!

Глава 11

Я послушно замерла и приоткрыла один глаз.

Прямо на моей груди сидело что-то мохнатое. Размером с ладонь, если не считать длинного голого хвоста и цепких лапок. А тёмные бусинки глаз с интересом рассматривали моё лицо.

– Ч-что это? – спросила я, едва шевеля губами.

Нелли ответила не сразу, будто знала, что ответ мне не понравится.

И правильно.

– Крыска… небольшая.

Небольшая?!

Я с воплем рванула вверх, судорожно стряхивая с себя незваную соседку. Крыса возмущённо запищала, кубарем свалилась в сено и почти сразу юркнула куда-то между стойлами, а я ещё несколько секунд продолжала по инерции отряхиваться.

– Фу, какая гадость! – выпалила я, схватила пригоршню сена и принялась тереть то место на груди, где только что сидела эта мерзость. Хотя умом прекрасно понимала, что в моих действиях не было смысла.

– Да это же всего лишь крыска, – удивлённо хлопала глазами Нелли.

– Да хоть крысёнок, я их боюсь до дрожи, – честно призналась я.

Одно дело белые мышки. Милые и умные. Понятливые. Одну такую я даже брала на руки в гостях у одноклассницы.

А эти… неизвестно, что они ели и где вообще шлялись!

После такого о сне можно было забыть. Я некоторое время упрямо сидела на сене, напряжённо всматриваясь в полумрак и ожидая, что крыса сейчас вернётся с родственниками мстить за то, что её так бесцеремонно прогнали.

Чувствовала себя при этом поистине паршиво. Глаза щипало от недосыпа, голова неприятно гудела, во рту пересохло, а желудок напомнил о себе громким и долгим урчанием.

Ну, ваше величество, – подумала я, мысленно представив сначала красавца-короля, затем мои руки на его шее. Не обнимая её, а сдавливая. – Если судьба ещё раз сведёт нас с тобой лицом к лицу, я припомню тебе и усадьбу, и крысу и это колючее, жёсткое сено!

За распахнутыми дверями конюшни постепенно светлело, так что продолжать лежать и жалеть себя было бессмысленно. Я тяжело поднялась, размяла затёкшую спину и покосилась на Нелли.

– Пошли.

– Куда? – сонно спросила она.

– Работать. Чем быстрее начнём, тем быстрее закончим.

Правда, я пока понятия не имела, с чего именно мы должны начать и когда вообще наступит это загадочное закончим. Оставалось надеяться, что прозвучало достаточно уверенно.

Нелли простонала и попросила ещё минуточку. Сжалившись над ней, я махнула рукой, вышла наружу и с наслаждением вдохнула прохладный утренний воздух с влажными нотками росы.

Если на минуту забыть, что мы стояли посреди заросшей усадьбы с полуразвалившимся особняком, недружелюбной деревней по соседству и целым поголовьем крыс под боком, место было удивительно красивым.

Небо чистое, без привычной городской дымки. Никаких машин, выхлопных газов, гудков и шума дороги. Трава блестела от росы, между ветками старых яблонь пробивались первые солнечные лучи, а со стороны деревни доносилось мычание коров и редкое кудахтанье кур.

Можно закрыть глаза и представить, что я не у чёрта на куличках, а в любимой деревне у бабушки.

Позади зашуршало сено, и через несколько секунд из конюшни выбралась Нелли, поправляя помятое платье.

– Думаете, в доме крыс нет? – первым делом поинтересовалась она. – Это же деревня.

Я раздражённо фыркнула.

– Значит, заведём кота! Кот-то в деревне точно найдётся. Прикормим, дадим ему крышу над головой, а он пусть отрабатывает проживание.

Последние слова прозвучали неожиданно громко, и будто в ответ, где-то неподалёку зашуршала высокая трава.

Мы с Нелли одновременно повернули головы, но шорох стих почти сразу.

– Наверное, мышь, – предположила она.

– Вот кот и пригодится, – упрямо повторила я и перевела взгляд на особняк.

Под нежно-розовыми лучами рассветного солнца он выглядел немного менее пугающе, зато гораздо более запущенно. Теперь особенно хорошо было видно и провалы вместо нескольких окон, и осыпавшуюся краску, и покосившиеся доски крыльца.

– Пойдём внутрь, – решилась я. – Всё равно рано или поздно придётся выяснить, что нам досталось.

Нелли сразу оживилась, поглаживая живот обеими руками.

– Может, там осталась еда? Какая-нибудь крупа или мука? Вдруг получится что-нибудь сварить?

Я с сомнением посмотрела на неё и цокнула языком.

– Если эта крупа пролежала там несколько десятков лет, то я бы на твоём месте не спешила её есть.

– А если хорошо хранилась?

– Тогда её давно съели мыши. Или крысы, – добавила мрачно и снова поёжилась. – Нет уж. Сперва осмотримся, а потом попробуем выбраться за деревню. Здесь кругом леса, должны быть грибы да ягоды. Может быть есть речка неподалёку, где водится рыба. Это всяко надёжнее, чем экспериментировать с припасами времён младенчества короля.

Нелли вздохнула не слишком радостно, но спорить со мной не стала.

– В любом случае до вечера нам надо привести в порядок хотя бы одну комнату, – продолжила я, прикидывая объём предстоящей катастрофы. – Снова на ночь я здесь не останусь. Разберёмся с домом, а уже потом займёмся участком, садом и всем остальным в придачу.

– А вы точно знаете, как это делать? – с плохо скрываемым сомнением протянула Нелли.

– Не-а, – честно призналась я.

Лицо моей спутницы красноречиво вытянулось.

– Совсем?

– Почему совсем? – я пожала плечами, ища глазами палку. – Я росла с бабушкой, а она была заядлой дачницей. Каждое лето считала своим долгом вывезти меня в деревню и утверждала, что лучший отдых для ребёнка – это грядки, лейка и ведро смородины, собранное до обеда.

При воспоминании о бабушке внутри болезненно кольнуло, но я поспешно отогнала эту мысль.

Не сейчас.

– Так что кое-что умею. Полоть, собирать урожай, отличать лопату от граблей… Уже неплохо. Остальное вспомним или разберёмся по ходу дела.

– Очень обнадёживает, – пробормотала Нелли.

– И не говори, – мрачно усмехнулась я.

Вооружившись вчерашними палками, мы направились к особняку. Я шла первой и тщательно приминала траву перед собой, опасаясь уже не столько мифических чудовищ, сколько вполне настоящих змей. Но до крыльца добрались без новых знакомств с местной живностью.

А вот само крыльцо доверия не внушало.

Несколько ступеней прогнили и частично провалились, так что пришлось осторожно переступать через образовавшиеся дыры, проверяя палкой каждую следующую доску. Когда мы наконец поднялись, я присмотрелась к огромному замку на двери.

Вчера из кареты он казался крепким – без усилий не взломаешь. Сегодня стало понятно, что держится он исключительно на честном слове.

– И ради этого я переживала, как мы попадём внутрь? – недоверчиво нахмурилась я и ткнула в замок палкой.

С него посыпалась рыжая труха, и Нелли благоразумно отступила на полшага.

Я замахнулась посильнее и ударила ещё раз. Раздался сухой хруст, замок сорвался с петли, ударился о доски и буквально рассыпался в странный песок ржавого цвета.

Мы обе уставились на кучку под ногами.

– Он что… настолько проржавел? – неуверенно спросила моя спутница.

– Кажется, да.

У меня не было внятного объяснения. Поэтому я сделала вид, будто так и надо. Чем больше буду об этом думать, тем меньше мне понравятся мои догадки.

Я положила палку рядом с дверью и потянулась к ручке. Нелли тут же придвинулась ближе, предусмотрительно спрятавшись у меня за спиной.

– Ну что, Лаврова, – едва слышно пробормотала себе под нос. – С новосельем.

Ладонь легла на холодную, шершавую ручку. Я задержала дыхание, поборола желание зажмуриться и потянула дверь на себя.

Та поддалась неожиданно легко, но в следующий миг в тёмном проёме мелькнула тень и неизвестное существо с размаху прыгнуло прямо на меня!

Глава 12

Я вскрикнула, взмахнула руками и попятилась назад, случайно врезавшись спиной в Нелли. Та ойкнула, ухватила меня за талию, и мы каким-то чудом остались на ногах, не сверзившись с крыльца.

За спиной раздалось сердитое:

– Мя-а-а-у!

Мы синхронно обернулись. На вытоптанной траве сидел огромный чёрный кот, размером с крупного щенка. Точнее, не сидел, а стоял на вытянутых лапах, выгнув спину дугой и угрожающе шипя в нашу сторону.

Длинный хвост распушился так, что стал похож на ёршик, а жёлтые глаза взирали на нас с таким возмущением, как будто мы вломились в его дом без приглашения!

– А вот и кот, – пробормотала я.

Нелли, которая всё ещё держалась за мою талию, тут же отдёрнула руки и осторожно выглянула из-за плеча.

– Мне кажется, он весьма недружелюбно настроен.

Кот явно понял, что обсуждают именно его и с громким мяу хлестнул хвостом по траве. Страха я почему-то не почувствовала. Скорее наоборот.

Я с детства любила кошек. Когда летом гостила у бабушки, постоянно таскала в карманах сосиски, либо выносила котлеты, завёрнутые в полиэтиленовый пакетик, чтобы кормить местную хвостатую братию. Бабушка, конечно же, ругалась, мол, нечего приманивать блохастых, а сама тайно выставляла у калитки мисочки с рыбой и водой.

Надо было налаживать контакты, поэтому я осторожно спустилась с крыльца, чтобы резким жестом не спугнуть животное, и присела на корточки.

– Привет, – улыбнулась я, вытянув вперёд указательный палец. – Ты здесь живёшь?

Кот настороженно дёрнул ушами.

– Меня зовут Инесс, а её – Нелли, – продолжила я миролюбивым тоном. – И теперь мы – твои соседи… точнее, мы тоже здесь живём. Так что давай без войны за территорию, хорошо?

– Инесс, вы серьёзно? – шёпотом поинтересовалась Нелли, но я лишь отмахнулась.

– Мы тебя не обидим, – я заверила кота и медленно моргнула. – Наоборот. Как только разберёмся здесь и найдём что-то съедобное, то тоже тебя покормим. Будем жить под одной крышей. Я тебе даже лежанку сошью, чтобы мог спать в комфорте.

Кот слушал меня с таким выражением на морде, будто я несла полнейшую ересь, и только из врождённой вежливости он ещё не крутил у виска когтём. Затем странно фыркнул, развернулся, демонстративно задрал хвост и неторопливо направился к сундуку, двигаясь по вытоптанной нами дорожке.

Нелли проводила его взглядом.

– Кажется, ему не понравилась идея делить с нами дом.

– Ну хочешь, вернёмся во дворец? – предложила я, поднимаясь на ноги. – Скажем его величеству, мол, так и так, не гневайтесь. Нас сперва выгнали деревенские, затем крыса потрепала нервы, а потом и кот отказался жить вместе. Отправьте меня в ссылку в какое-нибудь другое место. Например, к родне в горы.

Несмотря на раздражение, проявившееся в моём голосе, я, конечно же, шутила. Однако Нелли не засмеялась и с круглыми глазами замотала головой.

– Нет-нет! Давайте лучше посмотрим, что внутри?

Я снова поднялась на крыльцо, взяла оставленную палку и осторожно шагнула через порог.

Первым нас встретил небольшой, но когда-то уютный холл. Вдоль стен темнели деревянные панели, впереди поднималась широкая лестница, а справа и слева виднелись двери. Сквозь грязные окна проникало достаточно света, чтобы рассмотреть слой пыли на полу и тонкие полоски паутины, протянувшиеся между мебелью.

Пахло сыроватым деревом, пылью и мышами, но не гнилью.