Студентка двух миров. Тетралогия

Тайна Печатей

Пролог

Прошло ровно две недели с окончания экзамена и отправки нас по домам — дожидаться итоговых результатов. Дни тянулись мучительно долго, а душа ни в чём не находила покоя. Нескончаемый поток мыслей, сомнений и переживаний наполнил меня всю без остатка, так что внутри не осталось места даже для еды. Мама то и дело спрашивала меня: «Что случилось?.. Почему я не ем?..». В какой-то момент мне пришлось признаться, что я вряд ли вернусь в «Оксфорд», поскольку не справилась со вступительным экзаменом. И хотя её глаза отражали досаду, губы, напротив, принялись поддерживать, поливая английскую систему образования ругательными эпитетами, а тамошних преподавателей называя слепыми глупцами, не разглядевшими мой очевидный и находящийся на поверхности талант. Что это за талант такой — мама не уточнила.

Жаль, я не могла рассказать ей всей правды, дабы в полной мере разделить печаль с близким человеком. Благо у меня есть Кристина, знающая, как обстоят дела на самом деле. Мы всё это время поддерживали связь, переписываясь в социальных сетях. Подруга всячески подбадривала меня, рассказывая, что тоже не получала никаких известий из Академии, а потому во мне ещё теплился слабый лучик надежды. А вдруг?.. Вряд ли…

Лето неумолимо подходило к своему завершению, подводя мою короткую историю к неизбежному финалу. Вчера я отпраздновала своё восемнадцатилетие, и когда мама зажгла на торте свечи, я загадала во что бы то ни стало вернуться в Академию Печатей. Ведь больше ни о чём другом и думать не могла: только о поступлении и о Себастьяне, которого считала неплохим парнем, а он оказался самым настоящим подлецом. Неужели он и вправду так поступит со мной после того, как я несколько раз спасла ему жизнь? Красное существо точно прикончило бы его, не потащи я оцепеневшего от ужаса напарника за собой в рощу.

День за днём проходили в нервах. Порой надежда преобладала над остальными мыслями, но куда чаще я думала о том, есть ли вообще смысл ждать ответа? Учебный год вот-вот начнётся, но, наверное, уже не для меня…

Радовали разве что волосы, ставшие ещё длиннее, но впервые в жизни мне не захотелось их обрезать, и всё благодаря уходу Крис, коему она меня научила. Как я теперь буду без неё? Получать сообщения по выходным, когда у неё появится свободная минутка посетить зал с бижетами, и каждый раз расстраиваться, что я не там?.. Или вовсе не общаться с подругой и попытаться забыть ту, другую, жизнь? Но разве её можно забыть…

Интересно, а есть ли возможность поступить в следующем году? В наши же вузы разрешено поступать в любом возрасте. Иначе как я теперь смогу учиться на юриста/экономиста/программиста, когда почти стала адепткой светлой магии? Вероятно, Крис сумеет тайком сбрасывать мне домашние задания, и тогда я сама освою магию Печати. Я проверяла — метка работает в Среднем мире. Убеждаясь в этом, я чуть не спалила собственную комнату, применив заклинание возгорания к упаковке из-под чипсов.

В дверь моей комнаты постучали, грубо вырвав из размышлений. Но больше домашние со мной не церемонились, привыкнув за две недели к моему задумчивому состоянию. Я почти всегда находилась где-то не здесь, заторможенно отвечая на вопросы родителей и стараясь как можно больше времени проводить наедине.

— Да? — отозвалась неохотно.

Мама тут же вошла в комнату.

— Поля, — вздохнула она, — у тебя вчера был день рождения. Ну сколько можно киснуть? Даже подарки вон не распаковала! А я ведь старалась, выбирала…

— Сегодня обязательно открою, — я натянуто улыбнулась.

— Ай, — отмахнулась мама. — Всё, хватит горевать. Твоё страдальческое настроение уже затянулось и изрядно поднадоело. Это просто универ, и да ну его!.. Вставай! — Мама стала выдёргивать простыню из-под меня.

— Не хочу. Отстань!

— И что? Теперь сутками в телефоне лежать будешь?

— А что мне ещё делать… — тоскливо простонала я.

— Так тебе делать нечего?! — мама изогнула одну бровь, после чего сильнее дёрнула ткань, практически вытащив из-под меня простыню. — У меня как раз есть для тебя задание, поднимайся.

— У меня день рождения, — ещё более трагично простонала я. — Никаких заданий.

— Так тебе же делать нечего, а день рождения уже закончился. А ну живо поднимайся!

Дальше спорить с мамой не хотелось, и я сползла с постели, обнаружив, что конечности затекли без движения. Пожалуй, мне и правда не помешает размяться.

— С чем помочь? — уточнила я.

— Я овощей с дачи привезла, — только начала мама, как я уже поняла, что к чему. Глаза закатились сами собой. — Нам всё не съесть. Я собрала пакет для тёти Нюры, отнеси ей.

— Ма-ам, — протянула я, как малый ребёнок.

— Давай-давай! Заодно прогуляешься. Там помидоры — хороший урожай в этом году был; огурцы, пара кабачков, — она продолжала перечислять плоды своих дачных трудов, пока я одевалась и расчёсывалась. — Скажешь Нюре, что зелень уже сошла, да и мало её в этом году было. Лето жаркое выдалось. Ещё узнай: может, ей картофель или яблоки нужны — этого добра у нас навалом.

Я уже вышла в коридор и принялась шнуровать кеды, когда мама наконец прекратила говорить, закончив вопросом:

— Всё поняла?

— Да, — кивнула я, пересыпая овощи из пакета-майки себе в рюкзак. — Передать тёте Нюре зелень.

— Зелени нет, ты меня вообще слушала? — уже было взбеленилась мама, как тут же отвлеклась: — Что ты делаешь? Ты так все помидоры подавишь!

— Я не понесу пакет в руках через весь город, — раздражённо буркнула я, продолжая перекладывать овощи в рюкзак.

Мама недовольно фыркнула, но мешать не стала. Я же вставила себе наушники, включив заслушанную до дыр песню, помахала ей рукой и скорее выбежала из квартиры, пока она мне ещё что-нибудь не всучила.

Однако насладиться музыкой не удалось. Ещё при спуске в лифте мелодию то и дело прерывало пиликанье входящих сообщений от Кристины. «Кай, Кай, Кай» — имя, мелькавшее в начале каждого уведомления. За время, проведённое вдвоём на экзамене, он, похоже, окончательно покорил сердце моей подруги, из-за чего мне даже начало казаться, что она думает о Кае больше, чем о поступлении. Но и винить её за это я не собиралась, поскольку сама однажды рискнула всем ради встречи с Костей. Когда-то у меня кололо в животе от одного упоминания его имени, а сейчас ничего.

С такими мыслями я и вышла из подъезда, ловя лицом последние летние лучи солнца. Дни уже стали короче, а жара начала стремительно спадать. Та самая погода, когда всё ещё не холодно в шортах, но и накинув на плечи джинсовую куртку не будет жарко — идеально.

Поправив сползающую шлейку рюкзака, выдвинулась в путь, как тут же отшатнулась назад и замерла на месте.

Внизу крыльца, облокотившись на поручень, стоял Кай. Я сначала собственным глазам не поверила и проморгалась, но и после этого парень не исчез. Одет иначе, чем в Академии, но это был именно он. Чёрная чёлка ниспадала на густые хмурые брови, прикрывая алые глаза. Лицо в закатном питерском свете казалось не таким бледным, а пухлые губы — по своему обыкновению — застыли в каменной гримасе безразличия. Казалось непривычным видеть его в повседневной одежде, мало чем отличавшейся от той, что носят в моём мире. Парень облачился в удлинённый кардиган тёмно-серого цвета с узкими рукавами и глубоким капюшоном, белую футболку с V-образным вырезом и чёрные штаны из грубой топорщащейся ткани. Лишь странные не дошнурованные до верха ботинки выбивались из простоты образа. По материалу было видно, что это летняя модель, хотя их фасон больше напоминал осеннюю или зимнюю обувь. Всё же между модой Верхнего и Среднего миров имелись кое-какие отличия, пусть и незначительные.

Я стояла и молча пялилась на парня, находившегося в паре метров от меня. Он заговорил первым:

— Это твоё родовое поместье?

— Э-э… Ну… я живу в этом доме, — растерявшись, выдавила из себя.

— Кто все те люди, что выходили отсюда? Твои родственники или прислуга? В вашем мире трудно понять по одежде, кто есть кто.

— Ни то и ни другое, — пожала плечами, окончательно придя в себя. Спустилась с крыльца и оказалась рядом с Каем. Теперь мне приходилось смотреть вверх, чтобы видеть его глаза. — Просто соседи. Что ты тут делаешь?

— Решил навестить.

— Как ты меня нашёл?

— Не имеет значения.

— Опять загадки… — хмыкнула я. — У меня есть дела. Я должна идти.

На самом деле уходить никакого желания не было. Хотелось расспросить парня обо всём, но почему-то рядом с ним я становилась сама не своя: сердце начинало учащённо биться, голос делался тоньше и дрожал, а на теле всегда выступал холодный пот либо мурашки. Вблизи него мне неуютно, словно я стою обнажённая, а он разглядывает меня своими пронзительными красными глазами. Так что желание сбежать в очередной раз перевесило любопытство, и я быстро зашагала вперёд.

Покинув двор, вышла на тротуар, пролегавший вдоль дороги, и двинулась к ближайшему светофору. Кай последовал за мной, безмолвно ступая чуть позади. Его молчание смущало даже больше, чем само присутствие, а потому я притормозила, давая парню возможность нагнать меня, после чего заговорила первой:

— Что слышно в Академии по поводу нашего поступления? Ну, моего потока ассистентов, — спросила издалека, хотя сейчас меня интересовала исключительно собственная судьба.

— Окончательное решение ещё не принято, — бесстрастно ответил он, поравнявшись со мной.

Я тяжело вздохнула, опустила глаза на тротуарную кладку и залепетала:

— Зря я ругалась с Cебом, вот он и обозлился. Назвала его трусом или слабаком, не помню уже точно. Даже не так. Жалким слабаком, кажется.

— Он такой и есть. К тому же мстительный, — сообщил парень.

Я ещё раз тяжело вздохнула, вспомнив о своём незавидном положении. Кай же с любопытством разглядывал проезжавшие мимо машины, явно не испытывая подобных терзаний.

— Знаешь, откуда пошло выражение «вкладывать в работу душу»? — вдруг поинтересовался Кай, заставляя поднять на него глаза.

— Нет.

— В Среднем мире самое многочисленное из всех миров население, но нет магии. Однако ваши души не столь беспомощны, как может показаться на первый взгляд. Да, вы не владеете магией, но вы ввели такие понятия, как наука, медицина, инженерия. Такие прорывы совершаются при сильной концентрации на деле, любимом деле. То есть создатель чего-либо из вашего мира смог использовать силу души и буквально вложить её кусочек в своё изобретение.

— Хочешь сказать: в нашем мире тоже есть магия?

— Не в таком чистом виде, как в Верхнем мире, но да. Любая душа в той или иной степени обладает магическим даром.

— Например?..

— Например, когда у матери начинает болеть то же, что и у её ребёнка. Вам это кажется совпадением, мнительностью, но на деле мать так сконцентрировалась на боли своего чада, что смогла забрать часть её себе. Тем самым облегчив состояние ребёнка. На большее магии слабых душ жителей Среднего мира не хватит, но порой и этого достаточно, чтобы изменить ход истории.

Я притихла, задумавшись, в скольких земных открытиях поучаствовала магия. В важных и не очень, в добрых и откровенно чудовищных. Кай тоже молчал, давая мне время переварить услышанное. Вскоре мои мысли перешли в более насущное русло, и я спросила:

— Почему у меня появилась вторая Печать? Теперь ты мне ответишь?

— Отвечу, — мгновенно отозвался он. — Ты находилась на пределе своих возможностей, исчерпала весь магический резерв, чем разрушила его границы и открыла дорогу для появления второй Печати. Обычно маги так и проявляют метку, но для ассистентов создали ускоренный способ, поэтому ты и не знала о другом.

— Вот как… — поняла я. — А резерв? Ты упоминал, что теперь у меня бесконечный запас сил.

— Так и есть, — подтвердил Кай. — При наличии двух Печатей не требуется развивать свой внутренний резерв, чтобы умещать в себе как можно больше частиц для создания мощных заклинаний. Теперь все духовные частицы вокруг и есть твой личный магический запас. Бери сколько нужно и пропускай через себя, не задерживая внутри. Одна Печать вберёт, вторая высвободит.

— Почему другие маги не открывают вторую Печать, если это настолько круто? — озадачилась я, не став даже подбирать слова.

— Думаешь, она у всех есть? Для этого нужно обладать определённым… типом крови, — замялся парень, будто решая, стоит ли мне об этом рассказывать.

— О чём это ты? — моя озадаченность достигла предела.

— Я стащил твой пропуск и сделал анализ. Всё подтвердилось.

Кай достал из кармана штанов стёклышко с моей кровью в кожаном чехле, которое я нигде не могла найти. Думала, что обронила на экзамене, но, как оказалось, его украли! Я грубо выхватила пропуск из рук парня, а он тем временем продолжил:

— В тебе течёт кровь не только Верхнего, но и Нижнего мира.

— Что это значит?.. — Нет, я ошиблась: вот теперь моя озадаченность достигла предела.

— Все полукровки, попавшие в Академию, имеют предка из Верхнего мира, — пояснил он. — Ты же имеешь предков из обоих миров.

— То есть как? У меня был предок, заведший потомство с представителем Верхнего мира, а тот, в свою очередь, повстречал кого-то из Нижнего?! Это как-то уж слишком для совпадения… — засомневалась я.

— Всё не совсем так, — Кай усмехнулся, а я узнала, что у него довольно милая улыбка. Однако сейчас было не до неё. — Предположу, что твой предок из Верхнего мира вступил в связь с представителем Нижнего. Из-за чего им была заказана дорога в оба этих места. Вот они и обосновались в Среднем мире. Завели здесь потомство, которое после помешалось с местными, а с течением времени родилась ты, унаследовав весь набор генов и Печати на обеих руках.

— Я правильно понимаю: маги Верхнего мира имеют Печать на правой руке, а маги Нижнего мира — на левой?

— Верно.

— А я унаследовала обе… — прошептала себе под нос, вновь опустив глаза на тротуар.

— И об этом лучше никому не знать, — строго напомнил Кай.

— Но почему? — мой взгляд вернулся к парню.

— В Верхнем мире не жалуют магов из Нижнего… — он взял недолгую паузу, после чего сказал чуть мягче и будто с состраданием: — Тебе конец, если об этом станет известно в Академии.

И тут я выпала в осадок. Остановилась посреди улицы и заглянула парню в глаза в поиске признаков шутки. Чего-чего, а задора в Кае не было. Я молча смотрела на него, а он — на меня. Тишина продлилась до того момента, пока я не решила её разрушить. Собралась с мыслями и совершенно спокойно спросила, заранее зная ответ:

— Ты из Нижнего мира, ведь так?

Кай помолчал, не выказав никаких эмоций, а затем сказал:

— Ты же куда-то торопилась, — и подтолкнул меня вперёд, — так не будем задерживаться.

Мы зашагали дальше, пройдя фонтан, облепленный со всех сторон скамейками. И пускай Кай мне не ответил, тем самым он только подтвердил мою догадку. Однако на языке уже вертелся следующий вопрос, который я поспешила озвучить:

— Это ведь из-за второй Печати я вдруг стала тебе интересна?

— Ты и до её появления была интересной, — на этот раз парень быстро ответил. — Однако теперь ты ещё нуждаешься в присмотре.

«Не нужна мне твоя опека», — промелькнуло в голове. Вслух же я предпочла произнести:

— Наконец-то ты мне всё рассказал.

— Я же обещал.

— Долго пришлось ждать, — я попыталась изобразить нечто наподобие улыбки, но явно не была готова пока её демонстрировать. У меня колени подкашивались от волнения, а руки беспрерывно дрожали.

— Я ждал дольше, — выпалил Кай.

— Чего? — с недоумением поинтересовалась я.

— Неважно. Сейчас тебе это не обязательно знать.

— Опять ты за своё… — вздохнула я. — Ладно. Расскажи тогда хотя бы, что это было на экзамене? Ты назвал существо Рамоном, а Себастьян обозвал его Скафом.

— В Верхнем мире их зовут Скафами. И ты так зови. Помнишь тренировку с зеркалом?

— Да, — кивнула я.

— То была симуляция крошечного Скафа, собравшегося за годы из частиц тёмной духовной энергии. Ею не пользуются в Верхнем мире, потому она накапливается и время от времени порождает этих существ.

— Но как оно очутилось на полигоне, ещё и такое огромное? Как подобное могли не заметить в Академии?

— У тебя слишком много вопросов. Голова от такого количества информации не лопнет?

— Я люблю учиться, — тут же отрезала.

Парень усмехнулся, но промолчал.

Мы проходили мимо кинотеатра, где, по всей видимости, скоро должен начаться сеанс, поскольку вокруг здания собралась целая толпа народа, разбитая на множество мелких групп. Обходя зигзагами одну за другой компании, я вдруг отшатнулась назад и попыталась развернуться на сто восемьдесят градусов, однако уже было поздно. Меня заметили.

— Бронина! — послышалось позади.

Я медленно перевела взор на одноклассников. Как назло, здесь собрались все: Вика с Лерой, здоровенный детина Кирилл, двое ребят из параллели, которых я знала только в лицо и по имени, а также Костя. Никогда не понимала, зачем он якшается с ними. Мне всегда казалось, что мой школьный краш не такой, как эти ребята. Он умный и галантный, они же — кучка натуральных хулиганов. Причём с годами умнее они не становятся.

— Привет, Полина! — хихикнула Вика. — А это, должно быть, твой брат? — девушка пробежалась по Каю оценивающим взглядом. Судя по всему, увиденное ей понравилось, поскольку она машинально поправила волосы и закусила губу, как делала каждый раз на переменах при виде симпатичных старшеклассников.

— С чего ты это взяла? — нехотя спросила я, предчувствуя неладное.

— Интуиция, — прыснула девушка. Следом прыснули остальные — все, кроме Кости.

Мои глаза сами собой поползли вниз. Теперь вместо лиц я лицезрела разномастную обувь одноклассников: от безвкусных туфель Вики до стоптанных кроссовок Кирилла. Думала, что поборола страх смотреть людям в глаза, но будто снова вернулась в школу, где любой неосторожный взгляд мог привлечь к себе внимание задир. Я была готова провалиться сквозь землю, как вдруг от падения меня удержала крепкая рука, обвившая талию. Я резко подняла глаза и увидела рядом с собой Кая. Одной рукой он обнимал меня, а вторую запустил себе в волосы, убрал с лица непокорную чёлку и несвойственно для самого себя широко улыбнулся.

— Я Кай. И нет: мы с Полиной не родственники, — обаятельно и даже мило произнёс он.

Каю очень шло открытое светлое лицо с волосами назад. Так он выглядел намного добрее и привлекательнее. И зачем он только носит эту безобразно длинную чёлку?

— Э-э… — кажется, Вика потеряла дар речи, тупо таращась на меня в объятиях симпатичного парня.

Зато Костя наконец решил взять слово:

— Отлично выглядишь, Поля!

— Спасибо, — стеснительно выдавила из себя я. Однако смущал меня вовсе не Костя.

— Может, как-нибудь прогуляемся? Расскажешь мне об Оксфорде и…

Не успел Костя договорить, как вместо меня ему ответил Кай:

— Полина уже гуляет со мной, — и ещё крепче прижал меня к себе, наклонив к моей макушке голову. — Поищи себе другую. Вижу, рядом с тобой парочка найдётся.

Я почувствовала, как покраснела. Щёки обдало таким сильным жаром, что снаружи я, должно быть, похожа на свеклу.