Я и моя суккуба

Не успела толпа выкрикивать мое имя, как прибежала Ингрид – бледная как мел и с вытаращенными глазами. Причем неслась так, что суккуба едва за ней поспевала. Совместными с Мадлен усилиями Лере быстро вылечили тело, а вот с душой начались проблемы. Подруги, не сказав ни слова, заперлись в спальне и наотрез отказались выходить. Всякий раз, когда я ошивался у порога в надежде поговорить, изнутри доносились тихие всхлипывания, и судя по звукам, плакали обе.

– Ну что? – Хира сидела в гостиной, закинув немытые копыта на стол, и чистила высохшую как мумия воблу. – Не хотят?

Приближался обед, жрать хотелось немилосердно, и все же отказался от своей доли в пользу девушек – им важнее, а я не облезу. Демоница стряхнула чешуйки с груди, выковыряла несколько из ложбинки и кинула в рот рыбий хвост, захрустевший громче сухаря.

– Не знал, что тебе нужна еда, – сел напротив и со вздохом откинулся на спинку.

Прислужница развела руками:

– Чисто для удовольствия. Мой привычный рацион – боль и страдания, но с тобой я скоро исхудаю.

Хмыкнул:

– Попробуй другую диету. Глядишь, больше понравится.

– Попробуй дрочить ногами, – суккуба кинула в меня таранкой, но я так устал, что даже не попытался уклониться. – И надрочишься, и натанцуешься.

– Ну, не знаю, – вернул рыбу на положенное место, решив не поучать беса, что разбрасываться пищей – грех. – У самого вряд ли получится. Да и ты не спец по футджобу.

Хира зачесала алую прядь за рог и нахмурилась. На всякий случай коснулся края тарелки, приготовившись отражать массированный обстрел – снарядов у негодяйки хоть отбавляй, но вместо очередного нападения девушка запрокинула голову и хрипло захохотала. Сперва думал – стебется, но смех не утихал, из плотно сжатых век проступили слезы, а под конец прислужница начала неистово хлопать по столешнице. Браслет вздрогнул – семь из десяти. Давно не следил за шкалой, но, похоже, от задушевной утренней беседы энергии таки добавилось.

– Сука… – демоница угомонилась и потерла глаза. – Шутка! Первая! Кто бы мог подумать – задрот способен на юмор!

– Слушай, – оживился, почувствовав легкий эксплойт для прокачки отношений, – а я много приколов знаю.

– Правда? Маме своей расскажешь, – Хира показала «козу», повернув тыльной стороной. Вряд ли это жест одобрения, особенно с учетом контекста, скорее демонический аналог среднего пальца или просто посыл к черту.

– Злая ты, – равнодушно произнес в ответ. – Лучше скажи, как с девчонками быть?

– Значит, смотри, – суккуба облокотилась на стол и сцепила пальцы в замок, а я всеми силами старался не смотреть ей ниже глаз. – Влетаешь в хату с ноги. Белобрысой нюне даешь под дых, истеричку хватаешь за патлы и н-н-на по щще! Н-н-на по другой!

Хира взмахнула ладонью, наглядно показывая, как надо давать по «щщам». Потом вскочила, сжала кулак и принялась колоть в него коготком:

– Здесь тебе не дом, млять! Здесь война, тупая ты овца! А на войне каждый – солдат! А я твой командир! Так что перестань ныть и возьми себя в руки – ты, сопли виноградной улитки! Я тебе покажу, как слезы лить. Я тебя научу приказы слушать! Заперлась, скотина, со своей подлизой! – девушка оттопырила пальцы ножницами и принялась яростно «стыковать» друг с другом. – Вы мне тут того не этого, поняли?! Развели бардак! Устроили, понимаешь ли…

Не знаю, сколько бы продолжалась эта пантомима, но тут дверь затряслась от громкого стука.

– Мастер Артур! – узнал голос Рейнара. – Вы дома? Нужно поговорить!

– Откроешь? – вежливо попросил Хиру, но та показала уже две «козы». Что же, и сам не без ног.

Чернобородый рубака выглядел донельзя встревоженным, хотя обычно проявлял свойственную бывалому вожаку выдержку и хладнокровие. Поприветствовал кивком, с неодобрением покосился на демоницу (в ответ та высунула язык аж до самого подбородка) и пробасил:

– Этой ночью мы готовим штурм. Отряды и снаряжение в полной боеготовности. Хочу узнать, поддержат ли нас герои?

– Подождите, – отступил на шаг и поморщился, точно лимон лизнул. – К чему такая спешка?

Нет, я и сам хотел побыстрее, переживая за друга, и прикрытие темноты – тоже плюс, но все выглядело как желание второпях расквитаться с мэром.

– Медлить нельзя, мастер. – Рейнар вскинул голову и положил ладонь на «яблоко» меча. – Пока крепость в руках мятежников, Хаб-Харбор лишен полноценной защиты. Мы не можем даже отправить лучников на стену.

Хм… Мятежников? Как быстро все меняется в этом неспокойном мире. С другой стороны, чему удивляться – испокон веков историю пишут победители. Неважно, за что или против кого сражаться: кто выиграл – тот и прав.

– Нужно взять цитадель любой ценой и готовиться к обороне. Имею все основания полагать, что Легат нападет раньше заявленного срока.

– Нет! – неожиданно резко выпалил я. – Никакого штурма, пока Ермак в плену. Ариша убьет его, если вы не отступите. А вы не отступите. Поэтому…

– При всем уважении, мастер, – спокойно, но с очевидным вызовом молвил десятник, – ополчением командую я. А вы – не более чем символ, источник вдохновения и боевого духа. Вы – как знамя. Знамя уважают, за него борются, не отдают врагу, но и советов не спрашивают. Поэтому можете или помочь, или не мешать.

– Да вы издеваетесь?! – я всплеснул руками и чуть не подпрыгнул на месте. – Там живой человек – герой, поборник и мой друг! А вы угробите его!

– Мы все решили, – бородач поклонился, но скорее для проформы, с уважением к этикету, а не ко мне. – И сделаем то, что должны. С вами или без вас.

Уже спустившись со ступеней, гость обернулся и спросил:

– Кстати, как новый дом? Нравится? Не удивлен, что ваши товарищи столько времени носу отсюда не высовывали.

– Пошел ты… – тихо процедил и захлопнул дверь. – Хира, у нас проблемы!

***

На стук – на этот раз настойчивый – опять никто не ответил, но рыданий из комнаты уже не доносилось.

– Девчат! Поговорить надо, дело серьезное!

– Фефтят, – передразнила суккуба, привалившись к стене и скрестив руки на груди. – Говорю – с ноги и вперед.

К счастью, обошлось без порчи чужого имущества. Послышался едва различимый скрип кровати, мягко зашелестели шаги, скрежетнул засов. Ингрид устало взглянула на меня, и я с трудом узнал в жрице задорную милашку – опухшие веки, мертвецкая бледность и круги под глазами. Прислонив палец к подрагивающим губам, подруга вышла в коридор, осторожно закрыла дверь и подперла спиной.

– Она спит. Не шуми.

Речь, понятное дело, о Валерии. Хорошо, если так – значит, немного успокоилась, а сон полезен в любом случае. Ну, если только какая-нибудь хвостатая засранка не собирается устроить тебе подлость. Покосился на Хиру, и та, словно прочитав мысли, с ехидной улыбкой послала воздушный поцелуй.

– Что случилось?

– Надо вытаскивать Ермака из крепости. Наш воевода готовит штурм, а если…

– Хватит, – без злобы, но с таким холодом произнесла девушка, что я невольно поежился. – Все было нормально, пока не приперлись вы двое. А теперь нам эта игра уже вот тут, – пальцы скользнули около горла.

– Как Лера?

– А сам, блин, как думаешь? – Ира потерла плечи и отвернулась. – Нам больше не о чем говорить.

– И что вы собираетесь делать? Прятаться? От полчища бесов не скроешься, они здесь все вверх дном перевернут. Пойми, единственный способ выбраться из игры – пройти до конца. Не представляю, что ждет в финале, но если сидеть как сыч на одном месте, ничего хорошего точно не случится.

Собеседница хмыкнула.

– А ты уверен, что у игры вообще есть финал?

– Я ни в чем не уверен, кроме одного. Здесь, – палец указал на пол, – верная смерть. Вернее, чтоб ее, не придумаешь. Можете обвинять меня в чем угодно, но «Иринор» не мной придуман. Спрашивать надо с того тридвараза, что создал этот гребаный ад и обманом затащил сюда всех нас. Мы для него, похоже, как фигурки в кукольном домике. Только нами играет не добрый ребенок, а конченый психопат. И как его остановить, торча на одном месте? Хочешь, чтобы за тебя все сделали другие? Поверь, я тоже. Рисковать – определенно не мое хобби. Я могу голодать двое суток, лишь бы не идти в магазин. А тут надо целый мир спасать. Но если не мы, то кто?

Дверь резко распахнулась, отчего подпиравшая ее жрица рухнула в мои объятия, да и я сам от неожиданности чуть не навернулся. На пороге показалась Лера – заспанная, растрепанная и в одной рубашке до середины бедра. Рыцарь широко зевнула и взлохматила темные локоны, превратив воронье гнездо во взрыв на макаронной фабрике.

– Тебе бы в политику, – девушка потянулась, привстав на цыпочки, и край рубашки едва не пересек опасную границу. – Стелешь как депутат.

– Три дня назад ты бы сильно удивилась, – я улыбнулся, не обращая внимания на оттолкнувшую меня и сердито фыркнувшую жрицу. – Как дела?

– Дай подумать, – Валерия зажмурила левый глаз, а правый скосила на потолок. – Ночевка в средневековой тюряге. Стриптиз с элементами БДСМ. Кнут, от которого чуть не обоссалась. В принципе, нормально. Спасибо, что спросил.

– Пожалуйста. Рад…

– И спасибо, – ладонь коснулась моего плеча, – что вышел тогда. Честно – не ожидала. Конечно, мог бы соизволить и пораньше… ударе так на первом, а лучше вообще до него, но… спасибо. За мной должок.

– Лера! – взвизгнула подруга. – Какой, блин, еще должок? Нас тут замочат скоро! Бежать надо, а не должками разбрасываться! В порту корабль. На вид – барахло, но если до сих пор не потонул, значит и с нами не потонет. Как-нибудь подрихтуем, залатаем, законопатим – и на всех ветрах из этой жопы! Да я, блин, за весла сяду, только бы свалить подальше!

Я покачал головой и решительно произнес:

– Без Ермака не поплыву.

– Ну и не плыви! – жрица взмахнула кулаками, словно катилась на лыжах, и топнула ножкой. – А мы – поплывем!

– Не истери, – тоном строгой учительницы произнесла рыцарь. – Если и свалим, то все вместе. Включая людей из квартала.

– Слушайте, – поднял ладони, призывая к вниманию и спокойствию. – А давайте спустимся в столовую, поедим и все обсудим. Чего в коридоре орать.

– Соглы… а-асна, – Лера снова зевнула. – Жрать охота – сил нет. Только штаны надену. Хотя… чего зря время тратить. Что ты там не видел, да?

– Я… не смотрел.

Голос почти не дрогнул, и сказанное вполне могло сойти за правду, если бы не вспыхнувшие щеки, дернувшийся кадык и забегавшие глазки. Общаться с противоположным полом мало-помалу учился и порой добивался неплохих результатов, но вот врать никогда особо не приходилось. Не то что бы я безупречный и непорочный, просто как в том анекдоте – повода не было. К тому же, одно дело нагнать с три короба в интернете, и совсем другое – стоя в шаге от собеседника. Ложь – это ведь не только слова, это во многом мимика и невербальные жесты, и вот тут меня расколол бы даже слепой.

– Точно?

Рыцарь спросила скорее с игривой шутливостью, нежели с целью вывести на чистую воду, а потом страшно наказать. Я не бог весть какой разбиратор (разбиральщик, разборщик, разбирун… короче, специалист) в людях, особенно в женщинах, но Лера явно не из той породы, что падает в обморок, когда их застают в неглиже. Нет, Лера из тех, кто предпочитают мини-юбки и микро-бикини, косплеят Кэмми из «Стрит Файтера», задирают майки на рок-концертах, не стесняются эротических фотосессий, шлют парням откровенные фото, а потом шлют парней на хер, когда те шантажируют этими самыми фото. Проще говоря, не видят в наготе ни стыда, ни срама, ни повода к осуждению. Но мой самый верный и редко ошибающийся советник – товарищ Нутро – намекал, что от искренности ответа зависит очень многое. И речь не о паре очков парагона или ренегата, а о доверии, которое зарабатывается литрами крови, а теряется из-за такой вот маленькой лжи.

Вздохнул, собрался с мыслями и сказал:

– Нет.

Признаться честно, ожидал удара в челюсть, ну или хотя бы потока ругани и обзывания извращенцем, но девушка легонько ткнула кулаком в живот.

– Ладно, заслужил. Все, идемте есть.

Одевшись, Лера взяла Ингрид под руку и повела к лестнице, невзирая на возмущенный бубнеж и фырканье подруги.

– Педик, – шепнула суккуба, когда я прошел мимо.

Отвечать не стал. Лишь улыбнулся, и, судя по скривившейся мордахе, это работало куда лучше перепалок и угроз.

***

Говорить, когда остальные едят, было совершенно невозможно – хруст заглушал любые слова. Поэтому сперва спокойно перекусили, а уж потом – под чаек – взялись за обсуждение дел насущных. К счастью, неписи спокойно обходились простой водой, и нам не пришлось ни с кем делиться дорогущим и очень вкусным напитком.

Перед нами стояла задача во всех отношениях неординарная – вытащить парня из неприступной крепости до ночи, ведь стоит начаться штурму и вызволять придется разве что труп. Никто из нас (кто бы мог подумать) ничем подобным в жизни не занимался, но там, где пасует реальность на выручку приходит фантазия. А именно художественный вымысел.

– Гроб, – Лера взяла таранку как ручку и постучала мордой по столу. – Как в «Пиратах». Джек выбрался из тюрьмы, притворившись мертвым.

– Ну, такое… – я потер висок. – Во-первых, как мы подскажем Ермаку, что надо притвориться? Во-вторых, а сможет ли он обмануть стражу? В-третьих, вряд ли его вывезут через ворота. Крепость вплотную примыкает к стене, скинут в ров – и все.

– Что – все? – рыцарь приподняла бровь. – Всплывет – и по тапкам.

Хмыкнул.

– Всплывет он в лучшем случае через неделю. Ров мелкий, и при мне туда уже прыгали, – покачал головой и как приговор произнес. – Без шансов.

– Ага, – Лера, казалось, слегка обиделась из-за столь бесцеремонного отказа – надула губы и откинулась на спинку. – Сам-то что предлагаешь?

– Пока ничего… Ир, может, ты подскажешь?

– Конечно, – проворчали в ответ. – Тоже фильм смотрела, называется «Отряд самоубийц». Там, в общем, несколько идиотов пошли и самоубились. Конец.

– Ясно, – вздохнул. – Думаем дальше. Отравить вино и подсунуть охране – не вариант, не возьмут. Устроить подкоп – слишком долго. Сдаться в плен – слишком подозрительно, да и что мы там сделаем? Подорвать стену? В этом мире не знают взрывчатки. А если кто-то и вспомнит состав пороха, все равно фиг рассчитаем нужную мощность. Если бы в крепость вел потайной ход – наши бойцы рассказали бы. Если ход настолько древний или секретный, что стражники о нем не знают, придется рыться в архивах, а все документы у врага. Допустим, суккуба телепортируется внутрь. Допустим, Маразмус не надает ей по рогам…

– Кто? – удивилась Лера.

– А… – махнул рукой. – Долгая история. Все равно обычный человек не пройдет через демонический пентакль. Или пойдет? Хира?

– Представь, – демоница описала пальцами круг, – что серная кислота горячей расплавленного золота. Пройти через это ты, конечно, можешь. Но за последствия не ручаюсь.

– А тот дед?

Прислужница фыркнула.

– Он тебе не «тот дед». Он, – указательный палец многозначительно указал на потолок, – откуда надо.

– И что, нет никакой защиты? – раздраженно бросил я. – Неужели ни один демонист не пытался проникнуть в Нижний мир? А как, прости, с Владыкой бороться? Сюда выманивать? А если скажет – ни пайду? Вспоминай, я же у тебя не первый. Может, кто-то из мастеров делал что-то подобное?

– Может, и делал, – лениво протянула суккуба.

– Как? – я подался вперед под бешеный бой сердца.

– А ты мне что?

– Епт… А что тебе надо?

– Для начала – выгони Ингрид.

Жрица встрепенулась и вытаращилась сначала на Леру, потом на меня.

– Еще хочу… – Хира вытянула руку и осмотрела коготки, – мороженое.

– Что? – не сразу понял, о чем идет речь.

– Мороженое. Жратва такая. Сладкая и холодная. Совсем бо-бо, что ли?

– И где я, блин, в этой заднице мороженое достану?! Сейчас даже не зима!

– Ну… – она слащаво улыбнулась. – А я и не спешу.

– Слушай, хватит. Не до шуток сейчас.

– Да какие тут шутки? Ладно, Ингрид можешь оставить, но от мороженого не отвертишься. И вообще, я тебе помогаю из чистого любопытства. Интересный ты персонаж, необычный. Прежде таких дурачков не попадалось. А так-то фиал еще не полон, мальчик. И служить я не обязана. Разве что за порцию чего-нибудь холодного и сладкого, – суккуба облизнулась и причмокнула.

– Трэш какой-то, – взялся за лицо ладонями и оттянул кожу на скулах, подражая одному популярному блогеру. – Даже не знаю, что проще – самим выкрасть Ермака или найти сраный пломбир.

Демоница равнодушно пожала плечами:

– Твой друг – тебе решать.

– Слушай, давай договоримся. Надо – кровью подпишусь. Спасаем парня – получаешь мороженое. Даю слово.

– Хорошо, – неожиданно быстро согласилась Хира и протянула ладонь. – Спасаем парня – получаю мороженое. А если нет – потеряешь мое доверие. Все до последней капельки.

Эх, говорила мама – не отвечай на письма счастья, не подписывай сомнительные документы и не заключай сделок с дьяволом. Но чего не сделаешь ради товарища?

– Ладно, – мы пожали руки. – Что надо делать?

– Чтобы проникнуть в Нижний мир, нужны три вида защиты: для кожи, для легких и для души. А чтобы сотворить эти защиты, нужны соответственно кожа, легкие и… – в глазах суккубы полыхнул алчный огонь, – душа.