Курьер между мирами

Глава 2. Прогулка

Маленькая ножка упёрлась изнутри в рёбра, заставив Нелу вскрикнуть от неожиданности.

– Тише, малышка, тише, – улыбнулась принцесса и, тут же осознав смысл своих слов, умолкла. Её сердце забилось быстрее, кровь прилила к лицу, страх покрыл кожу тонким одеялом мурашек.

С каждым днём Нела всё чаще обращалась к ребёнку в своем чреве как к дочери. И как ни старалась она не думать о поле малыша, внутренний голос настойчиво подсказывал ей, что то, чего она страшится больше всего на свете, неминуемо произойдёт.

Будто почувствовав волнение матери, плод пришёл в движение, то и дело вычерчивая пологие холмики на её округлом животе. Тёплой ладонью Нела смогла заставить малышку успокоиться. С каждой минутой уверенность в том, что в её утробе дочь, росла.

«Ты – будущая королева Наваолониса, жена следующего короля Наваолониса и Императора всех сущих тварей на земле и под водой. И в этот раз ты непременно родишь ему здорового розовощёкого наследника», – в который раз повторила Нела себе, но, как и прежде, это не принесло желаемого облегчения, а, напротив, лишь усилило тревогу.

– Принцесса Нела, вас желает навестить княжна Илановира Алиена Кортин, – доложила вислоухая гинийка, заглянув в проём приоткрывшихся резных дверей королевских покоев. Внешне служанка походила на собаку: её тело было покрыто короткой жёсткой шерстью светло-коричневого окраса, с узкого вытянутого лица смотрели большие чёрные глаза, расположенные близко к сплюснутому носу.

– Да, Гюфна, я буду рада видеть Алиену, – ответила Нела. Распихивая локтями подушки, она перевалилась на бок, чтобы следующим шагом принять сидячее положение.

– Желаете надеть платье?

– Не нужно. Уверена, сестра простит мне мой небрежный вид, – вымученно улыбнулась Нела.

Служанка кивнула и скрылась в коридоре. Сквозь закрытую дверь принцесса слышала, как гинийка отдавала распоряжение стражам, но слов разобрать не смогла. Нела расправила ночную сорочку, ставшую в последние несколько недель её повседневным нарядом, и неуклюже сползла с высокого ложе. Приятный мягкий ворс пёстрого ковра нежно ласкал голые ступни принцессы, пока она шла к туалетному столику, рядом с которым висел её шёлковый халат. Едва лента, увенчанная кисточками, подпоясала раздавшуюся талию Нелы, в комнату чинно вошла Алиена и склонилась в неглубоком поклоне. Но как только глухой хлопок за спинами присутствующих дам возвестил о том, что двери плотно заперты, Алиена вмиг отбросила все приличия, с размаху плюхнулась на обитое тканью кресло и сбросила с ног узкие туфли.

– Фу-у-ух… – протянула она. – Мне кажется, я шла до твоей спальни целую вечность. Одна только эта бесконечная лестница у главных ворот способна любого привести в отчаяние, не говоря уже обо всех немыслимо огромных залах. Для таких перемещений всенепременно нужна лошадь! Рехнуться можно.

– Ну, в последнее время я особо не передвигаюсь, – засмеялась Нела, её глаза снова стали живыми.

– Как же я скучала! – Алиена вскочила с кресла и бросилась на шею принцессы. Из-за внушительных размеров живота старшей сестры объятия вышли несколько неуклюжими, но всё равно радостно-тёплыми. – Знаешь, сколько мы не виделись?

– Почти полгода, – задумчиво ответила Нела: внезапный визит сестры вызвал сумбур в её мыслях.

– А если точнее, пять месяцев и двадцать один день, – гримасничая подметила Алиена. – Ровно столько длилась моя поездка в Хас-Гунну. Ты обязательно должна там побывать! Это невероятное место! – Она мечтательно закатила глаза.

До самого вечера сёстры, не умолкая, обменивались светскими новостями, Алиена делилась впечатлениями о недавней поездке, и Нела с интересом её слушала. Казалось, они вернулись в детство, и в королевских покоях наперебой болтали не принцесса Наваолониса и княжна Илановира, а две простые девчонки с окраины Мифтона.

За витражными стёклами замка Саир стремительно темнело. Яркой россыпью зажигались звезды, сквозь открытые окна доносился шум океана, слышались редкие крики птиц.

– Если бы я не знала, что у драконов рождаются только мальчики, я бы голову дала на отсечение, что ты носишь девчонку, – невзначай заметила Алиена, расчёсывая длинные каштановые волосы сестры.

От неожиданности Нела вздрогнула, её лицо побелело, улыбка исчезла.

– Что? – испугалась Алиена и выронила гребень. – Я тебя поранила?

– Нет, просто подурнело… – отчасти правду сказала Нела, её голос сорвался. – Наверное, стоит закончить этот вечер. Мне нужно отдохнуть.

Не понимая причину такой резкой перемены в поведении сестры, Алиена внимательно вглядывалась в её помрачневшее лицо. Теперь Нела вдруг показалась ей очень уставшей, если не сказать измотанной, глубокие синие круги пролегли у неё под глазами.

– Хм, вид у тебя и впрямь утомлённый, – согласилась Алиена. – Позвать прислугу?

– Да, пусть Гюфна сделает мне успокаивающий отвар. Прости, что я испортила этот чудный день.

– Нет-нет, что ты! – живо запротестовала Алиена. – Этот день прошёл великолепно, таким он и останется навсегда в моей памяти! – сказала она с театральным воодушевлением, чем вызвала лёгкую улыбку у сестры.

– Я распоряжусь, чтобы тебе подготовили покои на моём этаже, – заверила Алиену Нела. И умоляюще посмотрела на неё: – Ты ведь погостишь в замке ещё?

– Тебе придётся терпеть моё присутствие до самых родов! Разве я могу оставить свою сестрёнку одну в такой момент? Хочешь ты того или нет, а я собираюсь поселиться здесь надолго, – безапелляционным тоном заявила Алиена. – А теперь – всё. Ложись и отдыхай: моему сладкому племянничку нужен покой, – довольно просюсюкала она, коснувшись большого живота Нелы.

Расцеловав сестру в обе щеки, Алиена велела страже позвать прислугу и, дождавшись прихода Гюфны, вместе с ней удалилась.

Нела снова осталась в покоях наедине со своими мыслями. Она аккуратно подняла брошенный Алиеной гребень с пола и села на край кровати. Не в силах остановиться, принцесса раз за разом прокручивала в голове недавний разговор с Гюфной. В тот день Нела впервые допустила возможность того, что ждёт не сына, а дочь, и поделилась своими предположениями со служанкой.

– Знаешь, Гюфна, иногда мне кажется, что плод внутри меня – совсем не мальчик… Согласна, это звучит странно, ведь за всю историю рода Золотого дракона в семье никогда не рождалось ни одной девочки, – сказала тогда Нела.

Гинийка ничего ей не ответила, а лишь внимательно посмотрела в глаза. Всего на мгновение Неле почудилось сострадание, проскользнувшее во взгляде служанки.

– Гюфна, как считаешь? Это возможно? Ведь случаются исключения из правил?

Горничная молча продолжала заправлять постель, она больше не осмеливалась поднять глаза на хозяйку. Это было несвойственным поведением верной служанки Нелы, и принцесса удивилась.

– Гюфна? – переспросила она. – Ты не слышала мой вопрос?

Гинийка поправила покрывало на кровати и снова пристально посмотрела на Нелу, будто сомневаясь, стоит ли ей в чём-то признаваться, готова ли её хозяйка это услышать.

– Госпожа Нела, – наконец тихо сказала Гюфна, – я поклялась служить вам верой и правдой задолго до вашего рождения. Когда вы ещё не появились на свет, а я была совсем ребёнком, я уже любила вас всей душой и с нетерпением ждала скорейшей нашей встречи. Я – гинийка, и вы знаете, что нет честнее и преданнее тварей, чем наш народ. Мой род служит вашей семье не одно столетие и ни разу не подвёл доверие ваших предков. Я не задумываясь отдам жизнь ради вас. Но, прошу, не заставляйте меня говорить то, о чём мы обе потом пожалеем.

Слова горничной очень удивили Нелу.

– Гюфна, о чём ты сейчас толкуешь? – насторожилась она.

– Я достаточно времени провела в замке Саир, – продолжила служанка. – Иной раз я ненароком становилась свидетелем не самых благородных деяний его обитателей. Не все здесь честолюбивы и порядочны. Тут много тайн, о которых я бы предпочла ничего не знать.

– Но… Но я не понимаю…

– Я скажу вам лишь одно, госпожа Нела, хотя лучше бы сейчас промолчать, но по-другому мне не позволит совесть и гинийская кровь. Я буду корить себя за эти слова до конца своих дней, но всё равно произнесу их. – Верная служанка пристально посмотрела сначала на живот Нелы, потом ей в лицо. – Род Золотого дракона ничем не отличается от других тварей: все мы одинаково подчиняемся законам природы.

Как ни расспрашивала Нела, как ни пыталась уговорить Гюфну, та не сказала ей больше ни слова. Такие речи сильно насторожили принцессу: они были несвойственны гинийке, которая всегда говорила прямо и открыто. Впрочем, и сама Нела не была до конца откровенна с Гюфной. Она просто не могла поведать ей всю правду. Это было слишком больно, и слишком многое стояло на карте. Ведь Нела была уверена, что в первую свою беременность она тоже ждала девочку. От скорбных воспоминаний у неё вновь защемило сердце.

– Всё это лишь домыслы убитой горем матери, потерявшей своё новорождённое дитя, – вслух произнесла принцесса, но предательская слеза прокатилась по щеке и капнула на подол ночной сорочки.

Королевская акушерка сказала, что это был мальчик. Пуповина обмоталась вокруг шеи младенца, и он задохнулся ещё в утробе.

Но ты же видела, как ОНА шевелилась…

Нела встала с кровати и подошла к окну: ей был нужен глоток свежего воздуха.

А крик, который ты слышала, когда ЕЁ вынесли из спальни?

– Так бывает, принцесса Нела, – тогда ответила ей акушерка, грузная женщина с мясистым лицом. – Это последствия родовой горячки. Несчастный малыш уже был мёртв, когда ваше чрево низвергло его из себя. Мои самые искренние вам соболезнования. Здесь нет ничьей вины, и мой вам совет: скорее забудьте эту чудовищную трагедию, вы ещё молоды и подарите роду Великого Золотого дракона много прекрасных мальчишек.

Всполох кожистых крыльев рассеял ночную тишину покоев принцессы, острые когти чиркнули о гладкие камни. Балконная дверь распахнулась, и в спальню вошёл будущий король Наваолониса.

– Аргус! – воскликнула Нела. – Ты меня напугал!

Высокий статный молодой мужчина быстрым взглядом окинул комнату и остановил свой взор на принцессе. Его глаза сияли, лёгкий загар выгодно подчёркивал рельефные изгибы идеально выточенной фигуры. Чешуя ещё не полностью сошла с упругого мускулистого тела и матовым блеском переливалась в облаке ночной дымки.

Нела ощутила, как растекается тепло внизу живота: год от года её страсть к мужу становились лишь сильнее. Иногда она представляла свои к нему чувства в виде большого стеклянного сосуда, в который каждый день добавлялось по капле.

– Прости, фиалка, – улыбнулся Аргус. – Я знаю, что тебе сейчас нужен покой, но не смог удержаться, когда увидел свет в твоей спальне. Хотел подождать до утра, но раз уж ты всё равно не спишь…

Аргус снял с руки привязанный к ней шнурок, на котором покачивался сверкающий кулон в форме пяти сфер, соединённых перекрёстными узорчатыми элементами, и протянул жене.

– Золотые сферы! – воскликнула Нела. – Как красиво! Это из Дигмарда?! Сталь, закалённая на вулкане Огравы?! Невероятно! Даже Императору её не достать…

Аргус лукаво улыбнулся:

– Моя принцесса не будет возражать, если я сегодня останусь с ней до утра?

«Никто не смеет пойти против дракона, это сущее самоубийство. Никто не решится навредить его наследнику. Я и ребёнок в полной безопасности», – мысленно сказала себе Нела и с чувством бросилась в объятия к мужу.

* * *

– Это так чудесно! – мечтательно закатила глаза Адрия и погладила свой живот. – Наши дети смогут играть вместе, будут вдвоём ходить на занятия, постигать секреты сфер.

Нела улыбнулась и поднялась со скамьи.

– Пойдём-ка лучше прогуляемся, – вздохнула она. – Я уже давно не чувствовала себя так хорошо, хочу сполна насладиться этим почти забытым состоянием.

Адрия подняла полы просторного платья и тоже встала. Её чёрные густые кудри тут же подхватил океанский бриз и принялся играть с ними как с невесомыми пружинками.

– И чего тебе всё неймётся? – нахмурилась Адрия, пытаясь уложить растрёпанные волосы. – Меня вполне устраивало наше умиротворяющее созерцание горизонта.

– Не спуститься к океану в такой погожий денёк – это настоящее преступление, – ответила ей Нела и, взяв Адрию под руку, направилась в сторону пляжа.

– А как же Алиена? Разве она не присоединится к нам? – Адрия хваталась за любую возможность, чтобы остаться в саду.

– Алиена не проснётся раньше обеда, – отмахнулась Нела. – Но даже если чудо произойдёт, то слуги подскажут, где нас искать. В замке Саир даже у ночного горшка есть рот и уши. Уверена, все здесь давно в курсе, куда мы отправились, ещё до того, как я озвучила тебе приглашение на прогулку.

Адрия хмыкнула и кивнула. Она всегда уступала уговорам Нелы. И не только Нелы. По природе своей Адрия была по-женски мягкой и никогда не спорила. Многие в замке считали её простоватой, а некоторые откровенно посмеивались за спиной девушки, считая её незнатное происхождение чем-то вроде печати позора.

Когда двоюродный брат Аргуса – Крон – привёл свою молодую жену в замок Саир, Нела была первой, кто предложил ей свою дружбу и принял в семью с искренним радушием и открытым сердцем, за что Адрия была ей бесконечно благодарна. А когда всего через месяц после вести о беременности Нелы понесла и Адрия, она вообще была готова танцевать от счастья, чувствуя рядом дружеское плечо. Оказавшись в одинаковом положении, Адрия и Нела сблизились ещё больше.

Пологий спуск к океану так ярко заливало солнце, что стёртая тысячами подошв за сотни лет брусчатка почти сияла в его лучах. Замок Саир возвели не меньше десятка веков назад, но, несмотря на столь почтенный возраст, выглядел он монументально и величественно по сравнению с любой другой постройкой в Наваолонисе. Во всей империи не было замка больше и красивее: одни только витражные стёкла башни Золотого дракона повергали в благоговейный восторг даже тех, кто был далёк от искусства.

За светской беседой девушки сами не заметили, как дошли до конца дорожки, ведущей к причалу. Нела тут же сбросила туфли и босыми ногами пошлёпала по тёплому песку. Адрия засмеялась и последовала её примеру.

– Как же хорошо! – промурлыкала Нела, подставив лицо солнцу и раскинув руки в стороны. – Если бы я могла, я бы сейчас непременно покружилась!

– А я ещё могу! – хохотнула Адрия и стала медленно вращаться, неуклюже переваливаясь с ноги на ногу, как пингвин, и подходя к самой кромке воды. – А! – неожиданно вскрикнула она и отскочила в сторону, на лице застыл испуг.

– Адрия? – всполошилась Нела.

– Наступила на что-то твёрдое… – нервно произнесла Адрия, внимательно вглядываясь себе под ноги. – Кажется, я уколола палец.

– Вернёмся во дворец. Нужно обработать рану, – нахмурилась Нела. – Не хватало ещё подцепить инфе… – увидев, как теряет краски лицо подруги, она осеклась. – Адрия? Адрия, с тобой всё в порядке? Тебе нехорошо?

Девушка молча смотрела себе под ноги и не шевелилась, её глаза расширились от страха. Нела не сразу поняла, что так напугало Адрию: сгусток водорослей или кусок доски, затянутый тиной, но, когда, наконец, различила очертания маленького синюшного тельца, изъеденного рачками и мелкой рыбёшкой, еле сдержалась, чтобы не закричать. Оголённые кости проглядывали сквозь распухшую гнилую плоть, на шее мёртвого младенца в несколько витков обмотался обрывок верёвки. На грудной клетке, куда угодила нога Адрии, отпечатком остался провал.

Нела никогда в своей жизни не видела ничего более ужасного – желудок скрутило, а её живой малыш словно весь сжался внутри от зрелища, только что открывшегося его матери.

– Нела! – Адрия вдруг затряслась и схватилась за живот, мокрое пятно на подоле её платья быстро росло. – Воды отходят… – Она была белее мела.

– Адрия! Нела! – Махая рукой в знак приветствия, на пляж спускалась Алиена, она улыбалась и скакала почти вприпрыжку.

– Алиена! Скорее зови слуг! Адрии срочно нужна помощь! – в отчаянии закричала сестре перепуганная Нела.

Удивлённая Алиена замерла, улыбка пропала с её губ, лицо выражало озадаченность.

– Зови слуг! Скорее! Адрия рожает! – снова закричала Нела.

На этот раз Алиена вняла её словам и побежала обратно в сторону замка.

– Не понимаю… – жалобно лепетала Адрия. – Ещё так рано… Так рано… Срок ещё не пришёл… Ещё не время… А-а-а! – вскричала она, не отнимая дрожащих рук от живота.