Курьер между мирами

Глава 3. Пожар

Сашка светился от счастья. Это был лучший день в его жизни сразу по трём причинам: он хорошо себя чувствовал; нёс в руках огромную коробку с гоночными машинками, «невообразимым гаражом» для них и трассой аж с тремя мёртвыми петлями; мама и старший брат были рядом.

– Максим, какие дорогущие игрушки! – за несколько минут до этого всплеснула руками мать, когда увидела старшего сына, встречавшего её с младшим у подъезда. – Где ты их взял?

– Максим! Максим! – радостно кричал Сашка, выскакивая из такси. – Максим!

Глаза мальчика сияли, улыбка растянулась до самых ушей, на щеках проступил лёгкий румянец. Он с восторгом и обожанием смотрел то на старшего брата, то на коробку рядом с ним. И если бы не отсутствие бровей, ресниц и волос на голове, прикрытой бейсболкой, Сашка в этот момент ничем бы не отличался от обычного восьмилетнего мальчишки, нашедшего подарок под ёлкой на Новый год.

– Это мне, да? Мне? – с надеждой в глазах спросил Сашка, повиснув на шее у Макса, когда тот закончил его кружить и остановился.

– Тебе, братишка, тебе, – подмигнул Макс. – Хватай коробку, и погнали домой: это ещё не все подарки на сегодня.

Сашка взвизгнул от возбуждения. Мать с недоверием покосилась на старшего сына.

– Дома всё расскажу, – сказал он, а затем сгрёб в охапку её и брата и крепко обнял. – Как же я по вам скучал!

Пока Сашка возился со сборкой новой трассы, то и дело отвлекаясь на распаковку машинок, Макс с матерью пили чай с пирожными на кухне.

– Как я рада за тебя, сынок, – с облегчением вздохнула Анна Михайловна, сердечно глядя на сына, когда тот закончил рассказывать ей про работу в крупнейшем строительном холдинге страны, про высокую зарплату и про корпоративную квартиру в небоскрёбе. – Ты у меня совсем взрослый стал… А когда у тебя защита диплома? Ты подготовился?

– Да, – уверенно кивнул Макс и отвёл глаза. Он чувствовал свою вину за ту полуправду, которую сейчас говорит матери. – Госы сдал, осталась только защита – и всё, учёба закончена.

Телефон Анны Михайловны, лежавший на столе, завибрировал и высветил на экране сообщение от Анатолия. Что именно хотел этот Анатолий, Макс прочесть не успел – мать спохватилась и быстро перевернула телефон экраном вниз.

Анна Михайловна застенчиво улыбнулась.

Макс прищурился.

Женщина поправила волосы, коснулась ручки чашки, но брать её не стала.

Макс вопросительно поднял брови и заговорщически улыбнулся. Он уже примерно представлял, что сейчас услышит, но пока молчал, давая матери время собраться.

– Да, – мотнула головой она, будто стараясь отделаться от назойливой мухи. – Всё правильно ты понял…

Макс продолжал выжидающе молчать.

Наконец Анна Михайловна набралась храбрости и произнесла то, что давно собиралась сказать:

– Да, у меня появился мужчина. Он лечащий врач Саши. Анатолий Сергеевич Кожин. – Мать с облегчением вздохнула, теперь её лицо сияло. – Ну вот я и призналась тебе, – а затем вдруг спохватилась. – Ты только не подумай, это не значит, что я забыла вашего отца… Я всегда буду…

– Мама, перестань, – прервал её оправдания Макс, его лицо стало серьёзным. – Прошло семь лет. Я уже не мальчик и принял тот факт, что он никогда не вернётся.

Слова Макса были чистой правдой. Он давно перестал ждать внезапного звонка из полиции, из больницы – да откуда угодно, с вестью о том, что отец наконец нашёлся, что он потерял память и просто не мог связаться с родными раньше или что всё это время он плутал по лесам, питаясь ягодами и подножным кормом, но теперь ему удалось выбраться. Надежда на возвращение отца давно покинула сердце Макса, и он смирился с его отсутствием в их жизни. Гораздо раньше, чем отец пропал…

Муж Анны Михайловны был археологом по профессии, по призванию и по стилю жизни. Работа была его главным увлечением и смыслом существования, а потому Сергей Андреев отдавался ей всецело и редко бывал дома. Они с Максом никогда не были близки. Но если старший сын хотя бы помнил отца, то Сашке в память о нём остались только фотографии и барельеф на двери в детскую – резьба по дереву была любимым занятием Сергея, после археологии, конечно.

Семь лет назад Андреев-старший отправился в очередную долгосрочную экспедицию в Карелию, из которой ему не суждено было вернуться: во время сплава по горной реке лодка перевернулась, Сергея и его коллег унесло течением, тела так и не нашли.

Анна Михайловна отодвинула кружку, поднялась со стула и поспешила к раковине, чтобы срочно вымыть чайную ложку, одиноко лежащую возле крана. От глаз Максима не укрылось быстрое прикосновение пальцев женщины к едва намокшим ресницам.

– И насколько намерения Анатолия к моей дорогой матушке серьёзны? – решил переменить тему Макс.

– Об этом я тоже хотела с тобой поговорить. – Анна Михайловна снова повернулась лицом к сыну. – Анатолий Сергеевич хочет, чтобы мы с Сашкой к нему переехали.

– А я? А как же я? – притворно оскорбился Макс. – Меня не берут?

– Прекрати паясничать, – махнула полотенцем в его сторону мать. – Я ещё ему ничего не ответила. Мы вместе всего полгода… – замялась она. – В эту субботу Толя приглашает нас в ресторан. Тебя, меня и Сашку. Мне кажется, он хочет сообщить что-то важное. – Анна Михайловна поджала губы, чтобы скрыть улыбку. – Ну, и чек из ювелирного у него из кармана случайно выпал. Я подняла, подумала, что бумажка просто, а там кольцо.

– Соглашайся, – оборвал её Макс и серьёзно посмотрел матери в глаза.

Растерянная Анна Михайловна замолкла и несколько секунд неподвижно стояла, глядя на сына, а потом бросилась к нему на шею.

– Спасибо, Максим, я так боялась, что ты…

Макс гладил по спине всхлипывающую мать и шептал ей ободряющие слова. Кем бы ни был этот Анатолий, Анна Михайловна явно питала к нему нежные чувства, в её глазах снова появился когда-то потухший блеск, и Макс не хотел, чтобы он опять угас. Он давно не видел мать такой счастливой и был рад этой перемене.

– Максим! Я трассу собрал! Пойдём играть! – В комнату влетел возбуждённый Сашка. – Ой, а чего это тут у вас?

– Всё хорошо – соскучилась по сынишке своему. – Анна Михайловна отстранилась от Макса и щёлкнула его по носу.

– А-а-а… – протянул Сашка, улыбнувшись матери, но тут же переключился на брата. – Пошли со мной! Там даже машина Бэтмена есть, прикинь? И на подъёме ещё горилла выпрыгивает! Пойдём покажу!

Сашка схватил Макса за руку, и они направились в гостиную, смеясь и шутя. Макс будто вернулся на несколько лет назад, когда его главной заботой была учёба в институте, а Сашка знал лишь одно значение слова «рак», не имея понятия о том, что это не только представитель отряда членистоногих.

* * *

Уличные фонари уже вовсю сражались с ночной тьмой, стремившейся поглотить засыпающий город, когда Макс, сославшись на важный проект на работе и пообещав домашним, что совсем скоро пригласит их на новоселье, тепло попрощался с Сашкой и Анной Михайловной и отправился на автобусную остановку. Курьер «Таллера» спешил добраться до своего нового жилища, пока не началась смена.

Прикинув, что путь займёт около двух часов, Макс поморщился, но ему ничего не оставалось делать, как терпеливо топтаться на остановке, вглядываясь в ту сторону, откуда должна была появиться его маршрутка.

Где-то позади слышались смех и редкие выкрики отдыхающей молодежи, скрипели шинами об асфальт проезжавшие по дороге машины, на другой её стороне лаял кокер-спаниель.

Макс улыбался своим мыслям.

Чёрный ворон резко спикировал вниз перед небольшим торговым центром с горящими вывесками и потухшими окнами. Ударившись об асфальт, птица разлилась длинной полосой огня и превратилась в змею, объятую пламенем.

Словно в тумане Макс наблюдал, как змея продолжала расти. Достигнув размеров гигантской анаконды, она скользнула по тротуару в направлении автомобильной дороги.

В тот момент, когда огненная змея оказалась на проезжей части, из-за поворота на высокой скорости вынырнул тяжёлый чёрный «мерседес» и понёсся прямо на неё. Застигнутое врасплох пылающее создание подняло голову вверх на несколько метров и, оттолкнувшись хвостом от асфальта, подалось в сторону торгового центра, чтобы избежать неминуемого столкновения с машиной.

В миг, когда туловище змеи соприкоснулось со стеной здания, она обратилась в ярко сияющее пламя, мгновенно окутавшее торговый центр целиком.

Всё случилось так быстро, что Макс не успел ничего понять: стоявшее перед ним здание торгового центра за несколько секунд выгорело почти дотла. Пожар затих так же резко, как и начался, оставив после себя обугленные перекрытия и почерневшие балки, кричащие яркие вывески стекали оплавленным месивом пластмассы по бетонным стенам.

– Какого…? – ошарашенно произнёс Макс, ни к кому конкретно не обращаясь, и вздрогнул, когда услышал ответ.

– Проводка, наверное. Чёрт его знает, – сплюнул на землю отёкший от выпивки бородатый мужик с характерным амбре, выбравший местом своего приюта в эту ночь лавочку на остановке.

– Но змея… Огненная змея… – проговорил Макс, всё ещё находясь под впечатлением от случившегося.

– Сынок, ты б завязывал с синькой, она до добра не доводит. На меня посмотри, – сочувственно усмехнулся бомж и, улёгшись на скамейку, повернулся лицом к её спинке.

Будто наконец прозрев, прохожие начинали обращать внимание на почти затихший пожар, водители проезжавших мимо машин останавливались. Кто-то снимал происходящее на телефон, кто-то громко удивлялся и присвистывал, кто-то куда-то звонил, но, кажется, никто, кроме Макса, не увидел ничего необычного за считанные минуты до случившегося.

Подъехала маршрутка. Оплатив проезд, Макс прошёл к самым дальним сиденьям полупустого салона и, убедившись, что он находится вне поля зрения других пассажиров, достал из рюкзака «Древнюю книгу».

С момента нападения синих голодоедов на лесную сторожку Макс сильно поднаторел в искусстве обращения с «Древней книгой», и теперь ему уже не нужно было произносить название твари вслух. Он просто положил ладонь на обложку и в красках воспроизвёл в своём воображении недавно увиденного огненного змея.

Прошелестев старой бумагой, книга открылась на странице с реалистичным изображением айтвараса, который выглядел в точности так, как себе представлял Макс.

«Айтварас.

Айтварас может принимать облик чёрного ворона, чёрной кошки или огненной змеи. Опасаться его не следует: айтварасы не агрессивны и приносят процветание тому дому, поблизости от которого вьют свои гнёзда.

Айтварас рождается из яйца, снесённого петухом семи лет от роду. Любимое времяпрепровождение этой твари – плести гривы племенным жеребцам и насылать на людей ночные кошмары.

Ни в коем случае не рекомендуется пугать или убивать айтвараса, так как это может привести к сильнейшему пожару.

Повстречать айтвараса в теле огненной змеи – хороший знак».

Рядом с описанием айтвараса стояла цифра ноль, означавшая количество ныне живущих особей.

«Выходит, он был последним в своём роде…» – со странной грустью подумал Макс. Он пока не определился, что его больше впечатлило: то, что никто, кроме него, не видел огромную огненную анаконду, или то, что непонятно откуда взявшийся айтварас за считанные секунды спалил целое здание.

Пока маршрутка ехала до метро, Макс пришёл к выводу, что всё дело заключалось в визитке, которую он теперь всегда носил с собой. Именно по этой причине он смог увидеть айтвараса, а другие люди – нет.

В салоне маршрутки становилось всё жарче, и Макс с нетерпением ждал конца поездки, который, судя по мелькнувшему зданию кинотеатра за окном, должен был наступить уже совсем скоро.

Худая женщина с грустным лицом, сидевшая спиной к водителю, вздрогнула, подышала на свои ладони, а потом приподнялась и захлопнула крышку открытого в потолке машины люка. Весь её вид говорил о том, что ей сейчас довольно зябко.

Макс вытер пот со лба и стал напряжённо вглядываться в улицу за окном, словно это могло приблизить конец поездки. Промучившись ещё минут пять, пока маршрутка стояла в пробке, он с облегчением выдохнул, услышав голос водителя:

– Конечная.

Мокрый как мышь, Макс пулей вылетел из маршрутки в спасительную прохладу летнего вечерка и направился к метро. Но, сделав несколько шагов, он остановился: что-то было не так, не так с его обувью – ноги всё сильнее пекло.

Казалось, прохожие тоже что-то заметили: люди вокруг с улыбками смотрели на Макса, некоторые останавливались и тыкали в него пальцами, два паренька у ларька вообще заржали в голос.

Макс опустил глаза и с удивлением обнаружил, что на ногах у него вместо обычных кед надеты сапоги. Да не просто сапоги, а ботфорты небесно-голубого цвета, расшитые камнями и стразами, на пятках красовались золотые шпоры, а из голенищ торчали крылья, к тому же вся эта дикая конструкция светилась, как неоновая вывеска.

Жар внутри ботфортов становился совсем невыносимым.

Кое-как доковыляв до ближайшей лавочки, Макс стал стягивать это безобразие со своих ног.

– Да что с тобой сегодня? – недовольно бубнил он вампирчику, осматривая диковинную обувь. – Немедленно верни себе нормальный вид! Я как шут гороховый в этих сапогах!

На мгновение сияние ботфортов погасло, но затем вспыхнуло с новой силой, шпоры грустно звякнули, словно вампирчик извинялся: «Прости, я пытался».

Понимая, что в ближайшее время он от вампирчика ничего не добьётся, Макс сунул ботфорты под мышку и стал спускаться в метро в одних носках.

Через пятьдесят минут насмешливых взглядов и приглушённых шепотков пассажиров метро Макс снова очутился на улице и потопал в сторону башни «ОКО».

Ровно в тот момент, когда Макс оказался на первом этаже перед охранником и симпатичной девушкой на ресепшен, вампирчик снова обратился. Так, взору обслуживающего персонала башни предстал молодой человек в грязных белых носках, бережно несущий в руках свои старые кеды.

«Как раз вовремя», – с облегчением подумал Макс. Стараясь не смотреть по сторонам, он гордо прошёл к лифтам и, зайдя в открытую кабину, нажал кнопку нужного этажа.

Уже в лифте Макса стало мутить – до смены оставались считанные минуты, а он ещё не успел попасть домой.

«Быстрее, быстрее…» – приговаривал Макс, гипнотизируя экран с номерами этажей, которые проезжал.

Почти бегом ринувшись к своим апартаментам, он быстро открыл дверь, бросил на пол кеды, скинул с плеча рюкзак и принялся искать в нём визитку. Перерыв все карманы, Макс потерял терпение и просто вытряхнул содержимое рюкзака на ковёр – визитка выпала из студенческого билета.

«Отлично!» – выдохнул Макс, оставалось взять с собой тёплый свитер и обуться.

Визитка начинала подсвечиваться…

Макс побежал в гардеробную за другой парой обуви, но путь ему перегородили кеды, ещё совсем недавно бывшие ботфортами. Их шнурки призывно распустились, а язычки вылезли наружу, как бы говоря: «Мы готовы! Надевай!»

– Ну, нет уж! – замотал головой Макс.

Шнурки вытянулись и сложились в умоляющем жесте, похожем на то, как если бы человек сомкнул руки в молитве.

Голова Макса начинала кружиться, предметы теряли свои очертания…

– Ладно, но только на этот раз без фокусов! – сдался он: времени искать другую пару обуви у него всё равно уже не оставалось.

Кеды радостно подпрыгнули и хлопнули подошвами друг об друга. В полузабытье Макс кое-как натянул их на ноги и отдался водовороту ярких пятен и невообразимых метаморфоз – смена курьера «Таллера» начиналась.

* * *

– Потому что нельзя бросать клиентам посылки прямо в лица! – Юля с грозным видом отчитывала мохнатого хомяка, достававшего ей почти до плеч.

– Мартин! Ты ли это? – обрадовался Макс, подходя к барной стойке. – Привет, старина. – Он протянул перекату ладонь для рукопожатия.

В свою очередь Мартин выставил вперёд розовую лапку и согнул пальчики таким образом, как делали обычно знатные дамы, снисходительно позволяя кавалерам облобызать их перста.

– Я скучал по твоим светским манерам, – с сарказмом произнёс Макс и, проигнорировав выпад Мартина, всё равно по-дружески крепко пожал его лапку.

Морда Мартина, как всегда, не выражала никаких эмоций, глаза бусинки несколько раз моргнули, и перекат снова повернулся к Юле.

– Мартин, ты понял, что я тебе только что сказала? – строго спросила она.

В ответ хомяк фыркнул и, забрав рюкзак с заказами, потопал к выходу из кафе.

– Это значит «да»? – с сомнением спросила Юля, обращаясь к Максу.

– Это значит, что Мартин есть Мартин. Бесполезно ему что-либо объяснять, – пожал плечами Макс.

Юля закатила глаза и тяжело вздохнула, проводив взглядом уходящего переката, затем опять повернулась к Максу.

– Привет, – улыбнулась она и невинно спросила: – Как устроился на новом месте?

– Великолепно, – ответил ей Макс, ухмыляясь. – Особенно впечатлил подарок от коллектива.

На бледных щеках привидения появился лёгкий румянец.

– Кстати, этот Артур Вениаминович – кто он? – Увидев недоумение в глазах барменши, Макс пояснил: – Я имею в виду, какая тварь?

– Обыкновенная человеческая, – ответила Юля. – И весьма неприятная. Один из должников Хозяйки. Его душа давно в залоге, а жизнь подходит к концу, о чём он прекрасно осведомлён. Такие, как он, пойдут на всё, чтобы выторговать у Хозяйки годик-другой. Уверена, он был счастлив оказать ей услугу.

– И много у неё таких Артуров Вениаминовичей? – прищурился Макс.

– О, ты себе даже не представляешь сколько, – хмыкнула Юля и принялась собирать заказы в рюкзак Макса. – Но этому вот повезло, что Хозяйке понадобились его услуги. Кстати, у тебя сегодня бонакон в доставке: будь аккуратнее, не стой возле его хвоста, это может быть опасно. И вообще, двигайся при нём как можно медленнее – нам ещё пожар устроить не хватало.