Бюро расследований «Агата»

– Давай я помогу тебе, Агата, – сказал мужчина. В его громком голосе слышались хриплые нотки. Словно раскаты грома поселились в его горле. Она не поверила и шагнула назад, но тут же поскользнулась на мокрой от дождя траве и упала на бок, больно ударившись локтем. Очередная вспышка молнии разрезала ночное небо пополам и осветила лицо мужчины. Агата вздрогнула и закричала – от уголка рта до мочки уха алел шрам, и капли крови вместе с дождём стекали по скуле на его шею».

Агата закричала. Щёку внезапно обожгло огнём, затем точно так же вторую.

– Ты в порядке? – обеспокоенно спросил Нэд.

– Ты меня ударил?

Нэд сидел прямо на земле, а девушка полулежала в его руках.

– Ты сознание потеряла, а я запаниковал, – смущенно ответил Нэд.

– И дважды ударил?

– Прости.

Смущённый Нэд Эмерсон то ещё зрелище. Кому расскажешь – не поверят.

– Что случилось?

– Не знаю, – со вздохом ответила Агата, и села рядом с Нэдом. – Извини, что напугала. Долго я лежала?

– Нет, минуту. Может, две.

Они немного помолчали. Агата восстанавливала душевное равновесие, Нэд, возможно, занимался тем же.

– Пора выбираться, – нарушил молчание мужчина. Он легко поднялся на ноги и подал девушке руку. Она с благодарностью приняла помощь, удивляясь, что они стали почти друзьями.

Неприязнь, которая появилась у Агаты к Нэду Эмерсону сразу после знакомства, трансформировалась в интерес. Пока еще не осознанный, но искренний.

Назад, к подвесному мосту они возвращались вдвое дольше. Агата ещё не до конца оправилась после обморока, легкая дрожь в конечностях и небольшая дезориентация не давали продвигаться быстро. Эмерсон с удовольствием закинул бы её на спину и вынес из леса, но понимал, что гордая девушка на это никогда не согласиться. Она даже его руку принимала не всегда, предпочитая двигаться самостоятельно. Один раз им пришлось затаиться, потому что очередной патруль прошёл в пяти метрах от них. Агата разглядела два арбалета причудливой формы и по два пятизарядных пистолета на поясе каждого охранника. Неплохой арсенал. После войны оружие считалось дефицитом, и добыть его мог отнюдь не каждый. Очевидно, подобных проблем в банде не наблюдалось.

Небо начало светлеть, ветер утих, и мост показался не таким страшным испытанием, каким выглядел по дороге вперёд. Хотя теперь острые камни, торчащие из воды, выглядели даже более устрашающе.

– Пожалуй, уже пора ехать в бюро, – вздохнула Агата. Да уж, ночка удалась. Сна ни в одном глазу, зато впечатлений – масса.

Нэд кивнул, уже привычно махнул рукой, и из-за заброшенного дома выехала знакомая повозка. По дороге до бюро Агата дремала. На виски до сих пор давило, а в мыслях царил полный сумбур. Неужели, она что-то вспомнила? Спустя десять лет? И тот человек…

Это ведь его голос она слышала в собственных воспоминаниях? Или показалось? Нэд говорил про друга, который задавал слишком много вопросов и пропал. Мог ли это быть Адам?

Вопросы. Опять одни только вопросы. Неизвестность пугала, но осколок воспоминаний, вдруг всплывший в голове девушки, напугал её ничуть не меньше. Стоит ли гнаться за прошлым, если оно причиняет столько боли и страха? Лучше не знать и не бояться, или встретиться с опасностью?

Агата не помнила, что произошло десять лет назад. Не помнила, как погибла мать, не помнила, где бродила несколько дней, не помнила, как вернулась. Это не было похоже на амнезию. Она забыла сама. Закрыла дверь в прошлое, а потом дверь растаяла как дым. Убедить себя в том, что ничего не было, оказалось не сложно для восьмилетнего ребенка.

Единственное, что осталось от прошлого это кожаный пояс с тяжелой овальной металлической пряжкой. Несмотря на все старания, эту вещь она так и не смогла забыть. Хотела бы, но не могла.

Теперь, спустя столько времени память начала возвращаться. Агата почти физически ощущала, как толкает невидимую дверь. Чуть шероховатая поверхность дерева, холодная медная ручка… Она откроется без скрипа и полностью захватит душу. Что с ней будет потом? Выплывет ли она на поверхность или захлебнется?

– Посыпайся. Мы приехали.

Слова Нэда вытянули девушку из состояния легкого транса. Она тряхнула головой, избавляясь от ненужных вопросов и мыслей. Не это сейчас важно.

– Думаешь, тут кто-то есть? – спросила Агата, после того как выбралась из повозки. Возница доставил их прямо к дверям бюро.

– Палмер здесь ночует уже несколько недель, – ответил Нэд, потом повернулся, чтобы поговорить с возницей.

– Почему вы опять вместе? – спросил Арчи, как только они вошли в кабинет. Вопреки ожиданиям Агаты, вся команда уже была в сборе.

– Ты ревнуешь? – усмехнулся Нэд. В его голосе появились знакомые надменные нотки, от которых Агата за прошедшую ночь успела отвыкнуть.

– Ты бредишь, Эмерсон!

Эти перебранки стали обязательным ритуалом. Без них не обходилось ни одно общее собрание. Это был странный вид отношений, похожий на вражду, но никто не сомневался, что в случае опасности один без раздумий придет на помощь другому.

Агата только вздохнула и отправилась в комнату отдыха, совмещающую в себе ещё и кухню.

– Утречко, Трэнт, – зевнул попивающий крепкий кофе Эдвин.

– Не выспался? – улыбнулась Агата.

– Только из дома леди Фейт. Всю ночь ящики таскали. Готовятся к отправке.

– Когда?

Агата налила кофе, добавила сахара и сделала медленный глоток. Желудок тут же напомнил, что пора завтракать.

– Булочку? – предложил Эдвин, доставая из навесного шкафа небольшое блюдо с выпечкой.

– Спасибо.

– Нам, простым работягам, дату отправки не сообщают. Сегодня или завтра. Край послезавтра.

Из кабинета раздался истошный вопль Арчи, а потом что-то с громким стуком упало.

– Эмерсон здесь? – тут же догадался Эдвин.

– Ага, – улыбнулась Агата. – Они всегда так… общались?

– С первого дня. Эмерсон без подколов никуда, сам знаешь. Мне как-то всё равно, а вот Арчи очень уж нежный. И нервный.

Дверь с грохотом ударилась об стену, и нежный Арчи, сердито пыхтя и поправляя очки, влетел в комнату, не забыв снова пнуть многострадальную дверь. Агата и Эдвин сбились ближе к окну и вцепились в кружки, боясь попасться под горячую руку. Двухметровый оперативник, опасающийся тощего очкарика то ещё зрелище. Дверь опять открылась, впуская абсолютно спокойного Эмерсона.

– Малыш, сделай кофейку, – попросил он Агату.

– Сам. Все сам, Эмерсон, – ответила девушка, посылая Арчи сочувствующую улыбку.

– Давай сбежим? – шепотом предложил Эдвин Агате.

– Нет! – хором выдали Арчи и Эмерсон, посмотрели друг на друга, фыркнули и отвернулись.

– Удивительное единодушие, – покачала головой Агата, во всю наслаждаясь ситуацией.

Она неожиданно поняла, что ей очень нравится этот момент. Несмотря на сердитого Арчи, насмешки Эмерсона, они были одной семьей. Вместе. Она не одна. Она их часть. В эти воспоминания она никогда не закроет дверь.

Пресловутая дверь снова распахнулась. На пороге показался полный сил и энтузиазма Палмер.

– Все в сборе? Отлично. Нужно кое-что обсудить.

Палмер устроился во главе большого обеденного стола и сложил руки перед собой, дожидаясь пока сядут остальные. Эмерсон привычно сел по правую руку от Мастера, не забыв усадить рядом Агату. Арчи сел напротив него, прожигая коллегу сердитым взглядом, Эдвин, посмеиваясь, сел рядом с ним.

– Джон, Эдвин, Арчи, вы ещё не передумали участвовать в задержании? – начал Палмер.

– Нет, – хором ответили Эдвин и Агата, а Арчи промолчал, за что тут же удостоился недвусмысленного смешка от Эмерсона.

– Семейные дела, – сквозь зубы выдавил Арчи.

– Хорошо, – пожал плечами Палмер. – Точная дата операции пока не назначена, но, как мы знаем, в банде идут масштабные приготовления. Всё готово для отправки. Половина товара уйдет через Крысёныша. Он заканчивает все дела в городе, возвращаться не собирается, так что это единственная для нас возможность взять его. Если он уедет за границу, мы не сможем его достать. Вторая часть товара уйдет через легальные каналы по поддельным документам. В порту ждет корабль. Здесь мы помочь не сумеем, но люди из окружной полиции и из департамента по борьбе с контрабандой справятся.

– Кто назначен ответственным лицом, и кто подписал разрешение о вывозе товара? – спросил Эмерсон.

– Леди Фейт отвечает за товар, а вот второе действующее лицо мы узнаем только после захвата.

– Драгоценностей пока нет, – включился в беседу Эдвин.

– Ждём, – кивнул Палмер. – Как только весь товар выедет за пределы особняка леди Фейт, туда войдет полиция. Товар проследят до отправления, а потом захватят вместе с членами банды. Эдвин, участвуешь в числе банды. Тебя так же, как остальных отправят в следственный отдел и допросят. Прикрытие отрабатываешь до конца.

– Понял, – кивнул Эдвин.

– Джон, сегодня проследи за секретарем леди. Его передвижения перед отправкой крупной партии товара могут дать нам новую информацию. После обеда им займется сотрудник полиции. Ты отправляешься в отдел и пробудешь у них вплоть до задержания. Все передвижения просьба сократить до минимума.

Агата уже собиралась ответить так же как Эдвин, предвкушая действительно захватывающую работу, но Эмерсон успел раньше.

– Зачем тебе в этом участвовать, малыш?

– Что? Почему нет? – удивилась Агата.

– Вы так сдружились? – приподнял брови Эдвин, переводя взгляд с Агаты на Эмерсона и обратно.

– Нет! – тут же выпалила Агата, и ей вторил голос Нэда, правда он кричал нечто противоположное:

– Да! Конечно! Я всей душой привязался к нашему новому другу, – пафосно заявил мужчина и закинул руку на плечо Агаты.

Девушка только закатила глаза и кивнула Палмеру, чтобы сообщить, что указания поняла и приняла.

– Это опасно, малыш, – сказал Нэд. В его голосе так и сквозила насмешка, но в глазах, обращенных на Агату легко можно было разглядеть страх. Он боялся за неё и даже не думал скрывать. Даже наоборот, он хотел, чтобы она поняла.

– Нэд, возможно, прав. Ты уверен? – переспросил Палмер.

– Разумеется, Мастер. Кто не рискует – тот не живет, – снова подтвердила свое решение Агата, не обращая внимания на Эмерсона. Скинуть его руку она даже не пыталась. Он явно был сильнее, а устраивать бессмысленную возню не хотелось.

Палмер на мгновение замер, глядя на Агату со странным выражением лица. Потом поджал губы, прищурился и повернулся к Эмерсону.

– Нэд, закончи все дела с семейством Фейт. Она не должна связать тебя с нами.

Мужчина вместо ответа только надменно усмехнулся.

– И как он это сделает, интересно? Прикроется очередным романом? – фыркнул Арчи.

– Именно так. Но не просто романом, а невестой. Я намерен жениться, – выдал Эмерсон, повергнув в шок всех собравшихся, а больше всего Агату. Она замерла и во все глаза уставилась на него, пытаясь взглядом спросить, не сошел ли он с ума. Нэд насладился всеобщим удивлением, и добил. – Она замечательная. Обязательно познакомлю.

Тут не выдержал даже Палмер:

– Женитьба? Родители в курсе?

– Помолвка состоялась на днях. Скоро познакомлю возлюбленную с родителями, – ответил Нэд, и скривился. Агата чисто случайно наступила ему на ногу. Несколько раз. – Джон, тебя, как моего лучшего друга, с ней познакомлю первым.

– Спасибо, не стоит! – рыкнула Агата.

– Вот уж не думал, что когда-нибудь доживу до свадьбы Нэда Эмерсона, – сказал ошарашенный Эдвин.

– Да не женится он. Свернет налево и невеста выбьет из него мозги. Я надеюсь, – сказал Арчи, поправляя очки.

– Она, пожалуй, может, – задумался Нэд, сильнее сжимая плечо Агаты. – Так что я буду ей верен до конца своих дней.

Агата сжала зубы, чтобы не сказать что-нибудь откровенно грубое, но взглядом уже не раз врезала ему между глаз. Нэд настроение невесты понял и поспешил откланяться, мастерски уводя ступню от очередного удара мощного каблука.

– Пожалуй, пойду. Всего хорошего, коллеги. Арчи, выдохни. Джон, будь осторожен. Эдвин, не пускай в ход кулаки, а то мозг отключится, – пожелал мужчина, помахал на прощание ручкой и поспешно закрыл за собой дверь.

– Вот же… – начала Агата сквозь зубы, но вовремя остановилась.

– Согласен, – сердито процедил Арчи, а Эдвин только молча кивнул.

Остаток утра прошёл в блаженной и благостной обстановке. Главная и единственная заноза бюро удалилась по своим делам, поэтому никто не ругался и не скандалил. Арчи методично формировал папку с делом леди Фейт. Агата, благодаря красивому почерку, записывала то, что наговаривали Палмер и Эдвин, а так же фиксировала собственноручно добытую информацию по делу. Документ получился объемным даже без последних листов о задержании.

В восемь утра Агата направилась к дому леди Фейт, чтобы в последний раз проследить за секретарем. Сегодня женского парика и платья не было, поэтому придется вести себя очень осторожно.

Сквозь туман начало пробираться солнце, согревая лучами замерзшую за ночь землю. Ночной ветер совсем пропал, и стало как-то по-весеннему тепло. Близко подходить к особняку Агата не стала из опасения быть замеченной, а заняла позицию в квартале от объекта. От дома леди дорога шла только в двух направлениях, пропустить кого-либо невозможно.

«До обычного выхода секретаря еще два часа, как бы не уснуть» – подумала Агата и широко зевнула, но тут же закашлялась. Из ворот особняка выглянула девушка в униформе служанки и огляделась. Не обнаружив никого поблизости, девушка ужом выскользнула с территории и быстрым шагом направилась в сторону Агаты.

Судя по дорогой одежде, это не просто одна из слуг, а личная служанка леди Фейт. В голове Агаты тут же всплыли слова Арчи. Леди общается с малым количеством лиц. Эта девушка – одна из них. Она может быть замешана в деле. Её они ни разу не проверяли. Агата спряталась в темной нише старого дома, когда служанка прошла мимо, и спустя минуту устремилась следом за ней.

«А если это только уловка, чтобы отвлечь меня?» – задумалась Агата, и немного замедлила шаг, наблюдая, как от быстрой ходьбы с волос девушки то и дело спадает шерстяной платок. Она ловила его, постоянно придерживала, но он снова скатился, и Агата увидела, что её волосы подстрижены также коротко, как у неё. Этот момент всё решил.

Зачем девушке так коротко стричь волосы? Особенно если ты служанка знатной леди и часто появляешься среди аристократов? Она должна соблюдать приличия. Возможно, она чем-то больна, или волосы остригли в результате несчастного случая – всякое может случиться. Но интуиция подсказывала, что повод для такой прически у Агаты и служанки совпадал.

Девушка быстрым шагом прошла два квартала и свернула в сторону небольшого рынка, где крестьяне торговали тем, что выращивали на своей земле.

Личная служанка аристократки не занимается покупкой продуктов. Это не её работа. Агата ускорила шаг, чтобы не потерять объект в ещё не такой большой, как обычно, но всё-таки толпе. Служанка остановилась возле прилавка с фруктами, выбрала мягкий оранжевый плод, который везли с южных границ империи, и поднесла к лицу. Агата интуитивно шагнула, скрывшись за одним из прилавков, откуда сильно пахло рыбой. Подождала несколько секунд и осторожно выглянула из укрытия, чтобы в последний момент заметить, как серый шерстяной платок заворачивает за угол одного из зданий, которые окружали рыночную площадь.

– Черт! – ругнулась Агата, привлекая внимание продавца. – Извините.

Девушка устремилась вслед за служанкой, но во время вспомнила, что переулок, куда шагнула служанка, тупиковый. Небольшой закуток с входом в пекарню, где пекли вполне приличные булочки, а дальше сплошная кирпичная стена высотой под два метра. Агата купила у мальчишки – почтальона свежую газету и села на деревянную лавочку так, чтобы вход в переулок находился в прямой видимости. Бездумно прочитав пару объявлений о сдаче жилья, и разглядев картинку, с какой-то аристократкой до мелочей, Агата, наконец, заметила движение в переулке. На мощенный булыжником тротуар шагнул худосочный мужичок в забавных широких брюках и клетчатом пиджаке, кое-как наброшенном на плечи и явно на пару размеров больше, чем нужно. Голову венчала забавная шляпа котелком с серыми загнутыми полями, а под носом помещались комичные черные усы, кончики которых устремлялись к ушам и чуть-чуть подрагивали, словно антенны. Мужчина посмотрел прямо на Агату, залихватски подмигнул, и вальяжно направился вдоль рынка.

Что-то в его облике смущало и наводило на размышления. Смутное подозрение, которое спустя несколько минут превратилось в уверенность. Служанка так и не вышла. Вернее вышла, будучи переодетой. Агата метнулась в булочную, осмотрела весь переулок.

– Черт! – второй раз за день ругнулась Агата, на этот раз её услышали только две бродячие кошки, замершие перед мусорными баками в ожидании добычи.

Ничего не оставалось, как вернуться к дому леди Фейт, спрятав сожаления и злость на себя подальше. Служанка не просто сбежала, а обвела её вокруг пальца. И даже подмигнула ей!

– Ты просто потрясающий следователь, Агата! Фантастический! Надо было сидеть дома и вышивать салфетки, – бубнила по дороге назад девушка, хмурясь и кутаясь в плащ. Солнечная погода уже не радовала, а раздражала.

Впрочем, пессимизм не был свойственен её живому и деятельному характеру. Во всем, даже неудачах, она умела находить плюсы и сосредотачиваться на них. К десяти часам утра, когда в воротах появился хмурый секретарь, Агата убедила себя, что теперь они хотя бы знают, что девушка замешана в деле. Иначе, зачем ей скрывать лицо? До сегодняшнего дня бюро даже не подозревало об этом канале связи леди Фейт с остальным миром.

Утро секретаря началось с посещения адвоката, где помощником работал сотрудник окружной полиции, далее краткая передышка в небольшом уличном кафе, где мужчина долго пил крепкий чай и просматривал газеты. За это время порядком измотанная Агата едва не уснула. Благо дальше привычный ход событий прервался из-за внезапного появления Крысёныша. Встреча оказалась неожиданной не только для Агаты, но и для самого секретаря. Он резко побледнел, нервно огляделся, потом схватил контрабандиста под локоть и втянул в ближайший переулок. Агата, не обращая внимания на прохожих, метнулась следом, опасаясь, что они её заметят, и еще больше боясь, что упустит что-то из их разговора. Осторожный Крысёныш никогда не появился бы так открыто, если бы не было причины. Важной причины.

Мужчины укрылись за углом дома, а Агата прижалась к стене с другой стороны. Пришлось сосредоточиться, чтобы хоть что-то расслышать.

– Какого дьявола ты здесь делаешь, Дэв? Хочешь, чтобы нас увидели вместе? – злобно прошипел секретарь. Дэв Хэнлон – настоящее имя контрабандиста. Настоящее, но совершенно не подходящее. Зато ёмкое «Крысёныш», благодаря маленьким, близко посаженным глазам, и длинному носу он вполне оправдывал.

– Надо отменить отправку товара, – высоким нервным голосом сказал Крысеныш.

«Он не на шутку напуган. Неужели, что-то почувствовал?» – подумала Агата.

– Ты бредишь! Сегодня придут брюлики. Хочешь подставить нас? – послышался шорох одежды и писк Крысёныша. Очевидно, секретарь схватил его за грудки и хорошенько встряхнул.

– Я чую… Чую облаву, – прохрипел Крысёныш и закашлялся.

– Заткнись, придурок! И только попробуй дать деру. Я тебе лично глотку перережу, если выкинешь что-нибудь. Понял? Понял?

– Понял, – снова придушенно ответил Крысёныш, и Агата метнулась в сторону от переулка. И вовремя. Едва она успела скрыться за углом соседнего дома, показался секретарь. Его глаза метали молнии, а кулаки попеременно сжимались и разжимались. Он подозвал возницу, ожидающего клиентов на обочине дороге, бросил монетку и забрался в карету.

Следить за ним Агата не стала, и без того понятно, что он направился в особняк. Вместо этого она со скучающим видом шагнула в переулок, где прошла радостная встреча коллег по контрабанде. Однако Крысёныша уже и след простыл. Улица, хоть и узкая, выходила на соседнюю оживленную. Искать его сейчас, все равно, что иголку в стоге сена.

Немного поразмыслив, девушка направилась в сторону окружной полиции.

Крысёныш как раз из тех преступников, что чувствуют засаду на уровне интуиции. Он попытается сбежать, это ясно как день.

Центральное управление окружной полиции расположилось на одной из самых оживленных улиц столицы. Рядом раскинулся шикарный парк, по которому аристократы любили разъезжать верхом на породистых жеребцах или устраивать пикники на берегу живописного искусственного пруда. Напротив парка еще одна достопримечательность империи – огромное белоснежное здание с величественными мраморными ступенями и резными колоннами, которые были настолько высокими, что казалось, подпирали небеса. Здесь проводили выставки, театральные постановки, концерты классической музыки. Прекрасные поводы показать себя и посмотреть на других.

Агате нравилось это место. От него веяло богатством и беззаботностью. Ей нравилось наблюдать за изящными леди в платьях стоимостью с её дом, за франтоватыми молодыми людьми с обязательной тонкой тростью в руках. Только Небесам известно для чего им эта трость. Нравилось наблюдать, но если бы ей предложили стать их частью и вести столь же веселую и пустую жизнь, она бы отказалась. Нельзя ожидать, что рыба всю жизнь, плавающая по дну океана, внезапно взлетит.

Друг Нестора Палмера и по совместительству начальник окружной полиции сорокадвухлетний мужчина, по-военному строгий, но справедливый, занимал кабинет на третьем этаже здания. Чтобы пройти внутрь требовалось предъявить пропуск, но на Агату в облике Джона Трэнта это правило не распространялось. За прошедший месяц она столько раз посещала штаб по работе с контрабандой и одна и вместе с Палмером, что сотрудники пропускного пункта запомнили её и пропускали после крепкого рукопожатия. Вот и сегодня, перебросившись со скучающим работником на проходной парой ничего не значащих фраз, Агата поднялась по широкой лестнице, встретила пару знакомых, узнала, что в кабинете начальника уже давно сидит Нестор Палмер, и ускорилась. После краткого стука и громкого:

– Войдите! – открыла дверь.

– Брок, Палмер, – по-мужски кратко поприветствовала Агата, хотя хотелось исполнить что-то похожее на книксен, который никогда толком не получался несмотря на все старания Сары, и расплыться в смущенной улыбке.

Лукас Брок, шеф столичной окружной полиции, являлся полной противоположностью своего друга. Более высокий и худощавый, с острым подбородком, резкими линиями скул и совершенно непроницаемыми карими глазами он был похож на мудрого ворона. К его словам всегда внимательно прислушивались, а подчинялись безоговорочно. Агата не могла вспомнить никого, кроме Эмерсона, кто был способен проигнорировать влияние Брока.

– Присаживайся, – предложил хозяин просторного кабинета. Агата кивнула и устроилась рядом с собственным шефом. Рядом с другом Палмер выглядел менее строгим и даже добродушным.

– Что-то удалось выяснить? – спросил Мастер.

– Две новости, – Агата немного задумалась, с чего именно начать, и решила плясать от печки. В конце концов, сначала на глаза попалась служанка леди Фейт. Четко и без лишних отступлений Агата пересказала события утра, наблюдая заинтересованность в глазах Палмера и полное отсутствие эмоций на лице Брока. Все-таки, его глаза – это бездонное озеро. Никогда не угадаешь, о чем в данный момент думает их обладатель. Если глаза зеркало души, то какая душа у Брока? И Эмерсона?

«Почему я опять думаю про Эмерсона?» – с раздражением удивилась Агата. – «Мало того, что он в последние несколько дней постоянно рядом, так теперь и в собственной голове от него спасения нет!»

Девушка решительно тряхнула головой, освобождая мысли от всего, что не касалось расследования, и постаралась включиться в разговор Брока и Палмера.

– Думаешь, служанка как-то связана с контрабандой? – с сомнением спросил Брок. – Почему мы никогда не следили за ней прежде?

– Не было причин. Тихая, исполнительная, скромная девочка… – пожал плечами Палмер.

– Как её имя?

– Мари, – отозвалась Агата. – Есть только имя. Никакой дополнительной информации о ней Арчи не нашел, хотя об остальных слугах у нас целая куча подробностей.

– Странно. Как мы могли упустить? – Палмер провел широкой ладонью по коротким волосам и тяжело вздохнул.

– Нет смысла винить себя, Нестор. Мы проделали огромную работу. Учитывая, как у нас были связаны руки… – хмыкнул Брок. – Не думаю, что девчонка играет важную роль.

На этот счет у Агаты были возражения, но она предпочла оставить их при себе. Служанка играючи обнаружила хвост и легко сменила внешность, а потом позволила себе так нагло улыбнуться прямо в лицо наблюдателя. Не так уж она и проста.

– Что по поводу Крысёныша? Я уверен, он попытается сбежать.

– Не о чем переживать, Трэнт. Я уже усилил меры предосторожности, – ответил Брок, но не успокоил Агату.