Тени Трона. Сага о Гленарде. Том второй

Глава X

Гленард и Брайн ан Сидлерд шли по узкой аллее, почти тропинке, между высоких дубов и платанов.

– Дни идут, а мы так ничего нового и не узнали, – грустно сказал Брайн.

– Мы все ищем зацепки и следы. Нужно немного подождать, Брайн.

– Я понимаю. Скоро равноденствие, и мне, вероятно, придется на Совете Земель сидеть в одной комнате с убийцей моего отца, кем бы он ни был, и смотреть ему в глаза.

– Есть вещи, которые нам приходится принимать, – развел руками Гленард. – Не можешь же ты вызвать на поединок всех герцогов сразу. Ты выбрал, кого поддержишь?

– Пока нет. Герцог Абфрайн надеется, что я поддержу его. Но я не уверен. Мой отец его поддерживал, но я не он. И я не уверен, что Вальдред ан Абфрайн будет хорошим правителем и для севера, и для Империи. У меня есть другой кандидат на примете, но он пока, кажется, не участвует в игре.

– Герцог будет настойчив. Без голоса твоего отца и без твоего голоса его шансы на избрание малы.

– Я понимаю, – кивнул Брайн. – Нам пора бы уже увидеть герцога. Что там сказал стюард?

– В конце аллеи есть беседка. Пока ее не видно, но аллея длинная.

– Интересно, какое всё здесь зеленое и пышное. И деревья, и кусты. У нас на севере уже через месяц выпадет первый снег, а здесь в то время только начнут желтеть листья. Хотя я, скорее, в этом году первый сидлердский снег пропущу и останусь здесь до самой коронации Императора, кого бы ни избрали. Ты, кстати, идешь на бал?

– Какой бал? – удивился Гленард.

– Как какой? Осенний бал. Как каждый год перед осенним равноденствием.

– Я же в столице бываю редко. Пока меня не приглашали.

– Должны пригласить. Если почему-то забудут, то считай, что я тебя официально пригласил. Он будет в этом году у герцога Мерфрайна.

– Спасибо. Похоже, мы уже пришли. Вон та беседка.

Герцог Вальдред ан Абфрайн был хорошо сложенным молодым мужчиной среднего роста с аккуратной каштановой бородкой и коротко постриженными каштановыми волосами. На вид ему было около двадцати пяти лет. Одет он был в длинное бордовое сюрко, расшитое золотыми узорами. Он задумчиво сидел на скамейке в беседке, пристально смотря на маленький искусственный водопадик, устроенный рядом с беседкой. Услышав шаги, он обернулся и поднялся, улыбаясь.

– Герцог Брайн! Рад видеть тебя. Хотя радость эта и омрачена скорбью по твоему отцу. Я так рад, что ты решил заглянуть ко мне.

– И я рад тебе, герцог Вальдред, – улыбнулся в ответ Брайн, приложив кулак к сердцу, – позволь представить тебе моего друга, графа Гленарда ан Ульфдад.

– Ваша светлость, – поприветствовал Вальдреда Гленард.

– Ваше сиятельство, – поприветствовал его в ответ Вальдред. – Присаживайтесь, друзья.

– Вальдред, – Брайн сел на скамейку напротив него, – мы пытаемся понять, что же случилось с моим отцом. Мы пришли сюда в надежде на то, что ты сможешь рассказать нам что-то, что поможет нам.

– Я понимаю, Брайн, понимаю, – кивнул Вальдред. – Я рад бы вам что-то рассказать, но я даже не знаю, что. Мы виделись с герцогом Нильресом за два дня, до того, как его нашли убитым. Мы обсуждали наши совместные действия перед Советом Земель. Мы хотели убедить всех северных герцогов поддержать именно меня. Сделать Север снова великим. Расстались в хорошем настроении, больше ничего особенного вспомнить не могу.

– Сильно ли гибель герцога Нильреса ударила по вашим планам, ваша светлость? – поинтересовался Гленард.

– Если честно, граф, то довольно болезненно. Герцога Нильреса очень уважали на севере. Упертого Мерфрайна переубедить не удалось бы в любом случае, однако и Клафтхорд, и Фьотдайх могли бы к нам прислушаться. Северу, да и всей Империи нужна новая кровь и новый ум. Нам нужны перемены для развития, и я могу их дать. Я надеюсь, Брайн, что ты меня поддерживаешь так же, как и твой отец.

– Вальдред, – осторожно ответил Брайн, – я безмерно тебя уважаю, так же, как тебя уважал мой отец, однако я сейчас в трауре. Я потрясен гибелью моего отца и не готов пока принимать столь серьезные решения.

– Не нужно принимать решений, дорогой Брайн, – Вальдред улыбнулся, – просто продолжи дело своего отца. Окажи такое уважение и ему, и Северу, и всей Империи.

– Простите, ваша светлость, – вступил в разговор Гленард, – но уверены ли вы, что вашу кандидатуру поддержат центральные и южные герцоги, а также их вассалы? При всем моем уважении, вы не слишком известны за пределами северных земель.

– Всё меняется, граф. Всё меняется. Если у меня будет и ваша, и Брайна, помощь и поддержка, мы сможем, объединив усилия, победить всех скептиков. И сделать Север великим снова, достигнув тех же успехов, каких я достиг в своем герцогстве.

– Ваша светлость, – попросил Гленард, – прошу вас, расскажите о своих успехах в Абфрайне и о ваших планах относительно Империи. У меня есть несколько друзей в Танферране, который соседствует с вашим герцогством, однако я ничего не слышал от них о потрясающих успехах Абфрайна. Скорее, я слышал, что экономика Абфрайна находится сейчас не в самом лучшем состоянии.

– Зависть, граф, всё это зависть. Вокруг одни завистники. Хотите мой план, пожалуйста. В первую очередь мы уничтожим всю прогнившую систему коррумпированных чиновников. На это нам потребуется дней сто.

– Каким же образом, ваша светлость?

– Ну, как же, очень просто, мы запретим им брать взятки и воровать. Далее мы построим стену по периметру всей Империи. Высокую, очень высокую стену. Тогда нам больше никто никогда не сможет угрожать, и мы сможем распустить армию, на которую тратится так много денег. Потом мы переселим часть крестьян с юга на север, чтобы они там выращивали такие же урожаи, как на своем юге.

– Но, ваша светлость, есть же разница в почве, в осадках, в температуре воздуха, наконец. Как же можно вырастить южный урожай на севере?

– Полно, граф, это всё от неверия в людей. Я верю в то, что хорошо сплоченная команда под руководством опытного лидера может совершить такое, о чем и мечтать сложно. А знаете, что самое главное?

– Что? – спросил Гленард.

– Орлы!

– Орлы? – изумился Гленард.

– Орлы. Вот скажите, сколько сейчас идет самое быстрое письмо от Рогтайха до, скажем, замка Фройсбрих в Абфрайне?

– Ну, если с имперским курьером, то дня три.

– Вот именно! А как можно управлять Империей, когда ответы на свои письма ты получаешь только через неделю, а то и больше? Но есть решение, которое всё поменяет – орлы!

– Орлы? – в очередной раз переспросил Гленард.

– Конечно. Это настолько очевидно, что я удивлен, что только я это увидел. Все вокруг, наверное, слишком глупы или не способны разглядеть новые идеи. Мы, граф, поймаем и приручим пару сотен орлов и научим их носить письма. Орлы летают быстро, на них не нападают другие хищные птицы, а сила их такова, что они могут носить не только письма, но даже и небольшие посылки!

– А вы уверены, ваша светлость, что орлы вообще приручаемы? Особенно в таком количестве?

– Ну, вот, граф, опять вы со своим скепсисом. Ну, так же можно любую новую хорошую идею раскритиковать. Вот, например, я в детстве увидел, как из-под крышки котелка идет струйка пара и подумал, а можно же эту струйку к какому делу приспособить, заставить, например, колесо мельницы крутить. Решил даже большой котел построить для проверки. Но отец узнал и долго ругал меня, сказал, чтобы глупостями не занимался, только обварюсь весь. Ну, как можно двигать прогресс, когда вокруг одни скептики?! Но орлы – это дело верное, говорю вам.

– Ни секунды не сомневаюсь, ваша светлость, вы меня убедили, – с готовностью закивал Гленард. – Ну, а, скажем, чисто теоретически, если бы я предложил вам поддержать другую кандидатуру, весьма достойную, вы могли бы это обдумать?

– Нет, конечно, граф. Зачем мне кого-то поддерживать, когда я сам могу победить? Да и кого? Старого глупого Мерфрайна? Сумасшедшего Фьотдайха, ненавидящего всех вокруг? Надменного Зведжина? Подлеца и мудака Глареана? Чтоб ему яйца красные муравьи сожрали!

– Я вижу, ваша светлость, у вас какое-то особое отношение к Юррену ан Глареан.

– Это долгая история, ваше сиятельство. Впрочем, Гленард, я расскажу вкратце только об одном эпизоде, чтобы вы не подумали, что я просто озлобленный сумасшедший. Шесть лет назад на турнире в Долгополе, столице Плодэна, Глареан меня публично опозорил. Ну, подумаешь, застал меня со своей сестрой, с кем не бывает, дело молодое. Ну, вызвал бы он меня на дуэль. Ну, дал бы мне в морду, на худой конец. Но он воспользовался тем, что я был без оружия и прогнал меня голым по всему лагерю на глазах у всех, громко насмехаясь надо мной и, в частности, над размером моих мужских частей. И совершенно несправедливо насмехаясь, между прочим! Его сестра, например, была вполне довольна этим размером.

– А если бы, опять же, совершенно теоретически, – задумчиво произнес Гленард, – кто-то из кандидатов потребовал бы от герцога Юррена возмещения нанесенной вам обиды, вы бы поддержали такого кандидата?

– Мне не нужно возмещения обиды, Гленард. Я хочу, чтобы Глареан был публично унижен, растоптан, уничтожен! Чтобы его имя было навсегда смешано с грязью! Чтобы он гнил в самой гнусной и вонючей дыре из тех, что даже не может представить ум здорового человека! Вот если бы кто-нибудь смог это сделать, я пошел бы за ним хоть в пещеры, хоть в горы. О, да! Хоть в Кадир, хоть в Шеангай! Впрочем, простите. Я дал волю эмоциям. Я только хотел сказать, что Глареан совсем не тот человек, который должен занимать трон Империи. Он приведет Империю к катастрофе. Как, впрочем, и все остальные кандидаты. И только я смогу сделать ее великой снова!

– Он сумасшедший. Просто сумасшедший, – ошеломленно покачал головой Брайн, когда они с Гленардом возвращались к карете по той же узенькой аллее.

– Да, – кивнул Гленард, – но, похоже, ни к убийству твоего отца, ни к другим убийствам он отношения не имеет. Он слишком поглощен своими мечтами.

– Да. Орлы. Может, это он покушался на Глареана?

– Честно говоря, я думаю, что вряд ли, – пожал плечами Гленард. – Он явно боится Юррена ан Глареан и ненавидит его, но ему не нужно просто убийство. Ему нужно публично унизить и растоптать Глареана. Скорее всего, этого никогда не случится, однако он живет мечтой об этом. Думает, планирует, мечтает, переживает свою месть снова и снова. Похоже, что мы затронули самую болезненную жилу в его теле. Возможно, он и императором хочет стать на самом деле для того, чтобы доказать что-то Глареану. Но он не убийца. По крайней мере, пока. Если он сядет на трон, и его руки будут полностью развязаны, из него может получиться жестокий тиран.

– Я не понимаю, как отец мог поддерживать его. Я просто растерян.

– Совсем не факт, что он действительно его поддерживал. Возможно, он поддерживал кого-то другого на самом деле, и только создавал видимость поддержки Абфрайна по каким-то причинам. Мне кажется, что твой отец был умным человеком.

– Спасибо, Гленард. Спасибо и за поддержку, и за всё.

Глава XI

– Вот скажи мне, Славий, что я здесь делаю? – поинтересовался Гленард.

Они со Славием сидели в удобных креслах в небольшой гостиной, стены которой были покрашены в светло-розовый оттенок. Скрасить ожидание хозяина, а точнее, хозяйки дома им помогало легкое розовое вино, принесенное слугами, тут же удалившимися и оставившими их одних.

– Ну, как, Гленард, ты же сам понимаешь, – отозвался Славий, – Донрен посоветовал нам посетить графиню Мисси ан Треудан. Она, как одна из самых богатых женщин Империи, сильный игрок в нашей битве вокруг трона. Возможно, что-то знает о том, что происходит.

– Вообще-то, Славий, Донрен именно тебе советовал посетить Мисси, а не нам. Возможно, когда Донрен отправляет молодого, красивого и неженатого герцога познакомиться с молодой, богатой и, по слухам, симпатичной, вдовой, речь идет не только и не столько о расследовании убийств? Как считаешь?

– Эээ… Об этом я не подумал, – слегка покраснел Славий. – Возможно, ты прав, хотя Донрен на сводника не похож.

– Донрен много на кого не похож. В первую очередь, не похож на генерала Тайной Стражи, а он им является много лет. Но у него, я уверен, во всем есть свой интерес.

– В любом случае, поздно уже что-то менять. Я здесь, ты здесь, значит, будем пытаться что-то узнать. Что ты знаешь о Мисси ан Треудан?

– Только общую информацию из архивов Донрена. Девушка из небогатого зведжинского баронства, выдана замуж юной в пятнадцать лет за старого, во всех смыслах, друга ее отца, графа Родерика ан Треудан. Граф был чрезвычайно успешен в торговых делах, но с семьей у него не заладилось. Две жены умерли бездетными. Мисси была последней надеждой на наследника. Однако беременности не случилось, а граф внезапно умер. Разрыв сердца или что-то такое. Мисси в двадцать лет стала владелицей огромного состояния и целого флота торговых кораблей. Вопреки ожиданиям, проявила себя отличным купцом и руководителем, почти удвоив состояние мужа всего за несколько лет и став одной из самых богатых и влиятельных персон в Империи.

– А в личном плане?

– Почти ничего, кроме слухов о любвеобильности юной графини. И не надо краснеть, Славий, ты сам меня сюда затащил, и сам спросил. Впрочем, я предполагаю, что если она настолько хороша в управлении своим торговым предприятием, всё это общение с капитанами судов и с поставщиками, то характер у нее должен быть поистине стальной, даже если с виду это и незаметно. Но сейчас мы это как раз и увидим, я слышу шаги.

Дверь отворилась, и в дверь вошла молодая женщина, лет двадцати-двадцати пяти. Среднего роста. Немного полновата. Милое круглое лицо. Длинные светлые распущенные волосы, локонами спадающие почти до талии. Одета она была в светло-серое платье из тонкого и нежного аррикуммского бархата, отделанное золотым шитьем. Высокий пояс и облегающий фасон платья подчеркивали весьма выдающуюся грудь. Серые глаза смотрели спокойно и добро. На полных коралловых губах играла легкая улыбка.

– Ваше сиятельство, – Славий поклонился, – я герцог Славий ан Квитин, это мой друг и боевой товарищ граф Гленард ан Ульфдад. Благодарю вас за то, что вы согласились нас принять.

– Ваша светлость, – улыбнулась Мисси, – ну, как же можно отказаться от встречи с правителем одного из самых богатых герцогств Империи. Ваше чудесное вино не только скрашивает мои вечера. Торговля им приносила большие доходы моему покойному мужу, а теперь приносит и мне. Мое почтение, ваше сиятельство, – обратилась она к Гленарду.

– Я прошу прощения за то, что мы пришли без приглашения, ваше сиятельство… – начал Гленард.

– Прошу вас, Гленард, не надо титулов, просто Мисси, – широко улыбнулась графиня. – И прошу вас, присаживайтесь.

Они все сели в кресла вокруг невысокого круглого столика. Молчаливый слуга мгновенно поставил перед графиней бокал и налил в него вина из кувшина, после чего не менее стремительно исчез из комнаты. Мисси, не спеша, пристально смотря в глаза Славию, подняла бокал, сделала глоток, и быстро скользнула язычком по верхней губе. Славий слегка покраснел. Убедившись в произведенном впечатлении, Мисси, грациозно поставила бокал на стол и слегка откинулась на спинку кресла. Платье ее при этом немного натянулось, еще более подчеркивая очертания ее груди.

– Что же привело вас сегодня, господа, в дом скромной вдовы? – спросила Мисси.

– Один наш друг, а именно герцог Донрен ан Верверриг, – сообщил Гленард, – просил передать вам его самые наилучшие пожелания и просьбу рассказать нам, ежели что-то вам известно о таинственных происшествиях, случившихся с герцогами в столице за последнее время.

– Ах, Донрен. Мой старый друг Донрен, – усмехнулась Мисси. – Ему я всегда готова помочь, он много сделал и для меня, и для моего маленького предприятия. Но о каких же происшествиях я могу вам рассказать?

– Я имею в виду убийства герцога Плодэна и герцога Сидлерда, а также покушения на ряд других герцогов, включая присутствующего здесь герцога Квитина.

– Ах, Славий! Какой ужас! На вас тоже покушались? – Мисси всплеснула руками. – Я надеюсь, с вами всё в порядке?

– Пустяки, Мисси, – ответил Славий. – Покушались, но всё, к счастью, обошлось.

– Безмерна рада, Славий! Поверьте, говорю это очень искренне. Что же до вашего вопроса, Гленард, то, к сожалению, даже не знаю, что вам рассказать. Я почти ничего не знаю об этих убийствах. Конечно, я знаю про гибель герцога Плодэна. Бедный Анжен! Он был таким хорошим человеком. Мы с ним много работали вместе. На мою торговую компанию приходится почти три четверти всего экспорта из герцогства Плодэн. Мне так жаль его… И я была бы рада помочь найти его убийц, но я совершенно ничего не знаю об этом трагическом происшествии.

– Я слышал, Мисси, что и вы, и Анжен поддерживали герцога Тадеша ан Зведжин в его борьбе за трон Империи? – спросил Гленард.

– Да, Гленард. Поддерживала и поддерживаю. Я считаю Тадеша чрезвычайно умным человеком. Мы с ним тоже работали вместе. Почти две трети торгового оборота моей компании связаны с четырьмя центрально-южными герцогствами: Зведжином, Плодэном, Медданом и Квитином. Поэтому, помимо моего уважения к Тадешу, я очень сильно материально заинтересована в том, чтобы позиция центрально-южных герцогств максимально усиливалась. Мы живем в материальном мире. А победа Тадеша как раз даст усиление экономики и влияния этих регионов. Вам, кстати, Славий, тоже стоит поддержать Тадеша. Ваше герцогство тоже относится к центральному югу. Вы близки с Тадешом и по народу, и по крови. Нам нужно держаться друг за друга. Вы в любом случае выиграете от победы Тадеша. Однако наибольшим образом вы выиграете, если открыто поддержите его сейчас и поспособствуете его избранию Императором. Вы поддержите Тадеша, Славий?

– Мисси, прошу вас, не заставляйте меня отвечать сейчас, – покачал головой Славий. – Я новый человек в столице и еще не полностью разобрался во всей этой политике. Я никогда не думал, что мне придется это делать, я был простым воином. Если бы не злосчастная Багряная весна, я бы никогда и не стоял перед таким серьезным выбором.

– Простите, Славий, простите! – всполошилась Мисси. – Я такая бестактная, я забыла про вашу трагедию! Позвольте мне выразить вам мои самые глубочайшие соболезнования. – Мисси встала, подошла к Славию и, наклонившись, обняла его, слегка прижавшись грудью к щеке Славия. Славий зарделся.

– Что же до моего личного отношения к герцогу Тадешу, – продолжил Славий, когда Мисси возвратилась на свое место, – то мне выпал шанс познакомиться с ним немного. И, если честно, он произвел на меня впечатление грубоватого типа.

– Да, у него это есть, – согласилась Мисси. – Однако, на самом деле, у него довольно тонкая душа. Он даже пишет стихи и поет песни. И он на самом деле очень умный. С ним непросто иметь дело, но когда доходит до серьезных решений, он действует очень мудро. Именно такой Император нам и нужен. Вы поддержите его, Славий?

– Я подумаю. Я, правда, подумаю, но мне надо многое обдумать и решить.

– Думайте, Славий, но не слишком долго. Нам всем нужна поддержка друг друга. Это огромный и редчайший шанс разбавить бесконечную череду северных правителей и взять управление Империей в руки тех, кто реально кормит Империю. Тадеш сейчас единственный достойный кандидат. Какой у вас на самом деле выбор, Славий? Старый Мерфрайн, грубый Фьотдайх, глупый Абфрайн или надменный Глареан? Кому из них вы готовы доверить Империю, свою жизнь и жизнь своих детей и внуков? Кроме Тадеша сейчас никто не готов реально править Империей. Не просто сидеть на троне, а именно править и управлять.

За окном прогремел гром.

– Мисси, я подумаю. Правда, – снова пообещал Славий. – Мне просто нужно немного времени. До выбора Императора у нас еще немого времени есть.

– Спасибо, Славий! – улыбнулась Мисси. – А вы, граф? Кого вы поддержите, Гленард? Вы тоже еще думаете?

– Я, наверное, уже определился со своим кандидатом, графиня. Однако позвольте мне пока сохранить эту мысль в тайне. Прошу прощения, я просто не привык рассказывать о своих мыслях до того, как воплощу их в дела.

– Ну, что ж, Гленард, ваше право. Надеюсь только на то, что ваш выбор будет правильным.

– Спасибо, Мисси, – ответил Гленард. – Скажите, чисто теоретически, если вдруг Тадеш по каким-то причинам решит не участвовать в выборах Императора, то кого вы поддержите в таком случае?

За окном снова раздался раскат грома.

– Мне очень сложно предположить такое развитие событий даже чисто теоретически, Гленард. Тадеш великолепный кандидат и может стать одним из лучших императоров в истории. Я его знаю достаточно хорошо. Он боец и у него есть реальный шанс победить. Поэтому крайне маловероятно, что он выйдет из этой борьбы. Однако даже если такое, чисто теоретически, как вы сказали, случится, я буду доверять выбору Тадеша и поддержу того, кого поддержит Тадеш.

– Обещаете, Мисси? – улыбнулся Гленард.

– Конечно, Гленард, я не бросаю слов на ветер, – улыбнулась в ответ Мисси.

– В таком случае, – Гленард встал, – благодарю вас за угощение и прошу простить меня за то, что я собираюсь откланяться. Кажется, на улице собирается гроза, а мне надо успеть сделать еще несколько дел сегодня.

– Ах, какая жалость, – погрустнела Мисси. – А я еще собиралась обсудить с герцогом цены на квитинские вина…

– Ну, что вы, Мисси, – Гленард хитро улыбнулся, – я думаю, что герцог Славий будет рад остаться и обсудить с вами все интересующие вас вопросы. Тем более, что мои сегодняшние дела не требуют участия Славия. Графиня, герцог, позвольте мне откланяться и пожелать вам хорошего дня.