Спорный вопрос, лорд-дракон!

Глава 6.1

Если когда-нибудь я возьмусь за мемуары, то главу про текущую неделю своей жизни я озаглавлю не иначе, как: «пять дней бегства, три подруги в беде и одна матушка Фейн в придачу».

Все началось в понедельник, сразу после лекции по словесности, когда у галереи с витражами меня нагнал мистер Найджел Фейн и со своей непоправимо учтивой улыбкой произнес:

- Мисс Аддингтон, позвольте заметить, что ваше высказывание о символизме в старинных драконьих романах было поистине

Я нервно сглотнула. Не потому что боялась символизма в древних манускриптах про драконьи битвы и пиры. Такой символизм я как раз любила и с удовольствием читала про драконьи турниры, в которых победитель неизменно получал приз из рук красавицы дворянки.

Я боялась особого выражения, с которым мистер Фейн начинал любые предложения, способные — к моему несчастью! - закончиться неизменным «Матушка сказала...».

Но и здесь меня ждал подвох. Вероятно, крепко посовещавшись с досточтимой родительницей, послушный сын внял-таки ее строгим наставлениям и решился на серьезный шаг. Посему период ухаживаний резко перешел в графу самой «высокой ответственности» моего приставучего ухажера.

И теперь за каждой витиеватой похвалой обычно скрывалось неизменно привлекательное предложение — приглашение на очередную прогулку при свете лун, совместное чтение сонетов в уединенной беседке в саду или, что было хуже всего, разговоре «по душам» о будущем.

Разумеется, будущем самого мистера Найджела Фейна, его драгоценной матушки и - лишь в последнюю очередь - ее предполагаемой невестки! Именно в таком порядке. Ведь одобрение свекровью невестки в семействе Фейнов оказалось намного важнее одобрения невесты женихом!.. Мнение невесты не учитывалось вовсе.

Слава богам, подруги не оставили меня наедине с этим добросовестным сыном.

К полудню понедельника, в обеденный перерыв, мы уже засели в пустом кабинете риторики за подробной картой института.

- Итак, - сказала Марджери, чертя линии карандашом. - Вот зоны повышенной опасности: северная лестница, галерея поэтов, малый внутренний двор, кабинет дополнительной подготовки, буфет. Будем их старательно избегать.

- Почему буфет, а не столовая? - мрачно уточнила я.

- Потому что в столовой вечно кто-то крутится, а в буфет заглядывают лишь преподаватели и ученицы старших курсов, и там часто бывает достаточно уединенно. Можно нарваться на мистера Фейна в полном одиночестве и боевой готовности, - пояснила Вирджиния.

- Ясно! - не менее мрачно отреагировала я.

- Тогда слушай план! - провозгласила Мардж.

План был блестящим. Настолько блестящим, что провалился ровно через пять дня.

А ведь он был простым и незамысловатым. Нужно было всего лишь ходить всегда по двое, а в местах повышенной «фейновской» активности — по трое. Причем со мной в центре. Так, чтобы мистер «Матушка сказала» не смог бы до меня добраться.

И план работал. Но мы не учли парочку отвлекающих моментов. Таких, как внезапно обнаружившиеся дополнительные элементы: то есть, другие преподаватели и гимназистки, желающие что-то спросить или побеседовать с Марджери или Джинни «на минуточку» или «очень срочно».

Так что к пятнице мы с девочками уже буквально валились с ног в попытках выкрутиться и не сорваться на кого-то особенно дотошного. Потому что, оказалось, практически все и одновременно возжаждали «перекинуться парой слов» или дать дополнительное задание несчастным нам!

Тем не менее, удача была на нашей стороне.

Вот и сейчас девочки не заставили себя ждать и привычно пришли на выручку.

- Беги, - тихо шепнула на ухо Марджери.

- Уже бегу, - одними губами ответила я и отступила на шаг.

- Мистер Фейн, а мое сегодняшнее выступление не показалось вам слишком пресным? - отвлекла на себя внимание Джинни.

При этом она цепко схватилась за локоть дернувшегося в мою сторону учителя и незаметно подмигнула: «мол, ретируйся по-тихому, не прощаясь». Что я и сделала, с огромным удовольствием.

Медленно, шаг за шагом, я увеличила расстояние между собой и благословенным будущим в компании Найджела и Летиции Фейн. И стала отступать, пятясь подальше от собственного безграничного счастья в лице учителя словесности, пока девчонки целенаправленно заговаривали тому зубы и перетягивали внимание на себя.

А когда я свернула наконец за угол - и вовсе побежала. Да так, что только пятки сверкали.

Думаю, стороннему наблюдателю могло показаться будто воспитанница Института благородных девиц неожиданно вспомнила о горящем кабинете или невыключенном магическом приборе.

На деле же, один только вид мистера Фейна за пределами учебной аудитории вызывал теперь неумолимое желание куда-то ретироваться, исчезнуть, испариться!

Вот только сам виновник моих вынужденных забегов никак не желал оставить меня в покое! И даже осознание практически выигранного спора не облегчало мне задачу.

Еще и Сторнбрейк куда-то запропастился.

Вирджиния загадочно отмалчивалась по поводу отсутствия старшего братца. А у меня все время неприятно «сосало под ложечкой». Не вляпался же он в какую-то очередную передрягу, верно?

Почему-то вспомнилась сцена из далекого детства, когда Габриэль благополучно застрял на нашем заборе, пойманный магическим заслоном, поставленным умелой рукой деда. И как же забавно он выпутывался! Правда мне все равно пришлось вмешаться, пока не слетелись слуги и охрана.

Может метнуться домой и проверить наш забор? Шучу, конечно. Не такой же он болван, чтобы попасться дважды. А если нет, тогда почему не приходит и не изводит меня своими подколками?

Как же мне наблюдать за объектом, если он благополучно смылся в неизвестном направлении?!

Я вздохнула и перешла на шаг. Необходимость бежать отпала, я уже шла по коридорам нашего общежития. И горестно рассуждала о своих неправильных заключениях.

Как-то не заладилось с экспериментом с самого начала. Мало того, что ошиблась с объектом исследования, так еще и катастрофически мешают эмоции, будь они неладны!

Предположим, инструкция подвела. Хотя, в глубине души, я четко осознавала, что пункты прописаны верно и этапы поиска жениха я прохожу успешно. Железная логика указывала на мистера Фейна и удовлетворенно вещала о скором блестящем завершении эксперимента. Она подсказывала, что мистер Фейн и матушка мистера Фейна уже у меня в руках. Счастье мне, ага!

Интуиция же тихо шептала о чем-то ранее неведомом, но прекрасном, желанном и волнительном. Но разум активно противился такому положению дел, раз за разом доказывая, что эмоции — вред, им поддаваться нельзя. Они приведут к катастрофе. И мне становилось не по себе.

Свою лепту вносила и противная метка богов. Теперь после каждого незначительного столкновения с любым представителем противоположного пола, за исключением отца и деда, она напоминала о себе резкой болью, будто под кожу вонзали раскаленную иглу.

Коротко, почти неуловимо для окружающих, но достаточно ощутимо, чтобы я каждый раз замирала и с трудом сохраняла на лице спокойствие. Это выглядело как предупреждение, но о чем? Я терялась в догадках.

Архивы приоткрывали завесу тайны и намекали на некий знак истинности для избранниц драконов. Но причем здесь драконы? Есть лишь наследники драконьих родов, не более того. Они уже давно не обращаются. А кроме того, речь ведь идет о поиске жениха, а не дракона, верно?!

Глава 6.2

Я с облегченным вздохом приземлилась на свою кровать в нашей с девочками общей комнате и крепко задумалась.

Ко мне тут же подлетел Силь и стал нетерпеливо выплясывать в воздухе прямо перед носом.

- Скажи, что ты нашел что-то интересное, - пробормотала я, - мне очень нужно отвлечься от грустным мыслей.

- И-и-и — подтвердил мой маленький помощник. Он приземлился на заваленный бумагами и манускриптами рабочий стол и кончиком пера стал настойчиво тыкать в один документ.

Я приободрилась и, подойдя, склонилась над витиеватым текстом.

- Связь избранной с драконом?! Серьезно? Силь, это какие-то детские сказки, не более того. Да меня на смех поднимут в такими теоретическими выкладками на защите дипломного проекта.

На что Силь возмущенно пропищал что-то осуждающее, гордо раздул свои перышки и отвернулся — обиделся.

- Ну-ну, дружочек! Я же не имела в виду твою работу. Ты все сделал правильно. Только немножко увлекся. - Я осторожно погладила его по пульсирующему пушистому кончику. - Давай сказки отставим в сторону, а займемся серьезной научной работой, хорошо? Ты собрал информацию по Габриэлю?

Мне тут же кивнули.

- Умница ты мой! Покажи поскорее, пока его сестра не объявилась. Что ты выяснил? - я в нетерпении потерла руки.

Держись, Сторнбрейк! Какой там спор, ты скоро проиграешь мне нечто гораздо более ценное!

Силь развернул передо мной очередной исписанный его мелким почерком документ и пододвинул внушительную папку, которую я поспешила открыть. И у меня тут же перехватило дыхание.

Мой пытливый исследователь постарался добыть не только информацию, но и где-то достал неожиданно откровенные магфотографии исследуемого объекта. Одну из которых я сразу вспомнила и прикусила губу, едва сдерживая восхищенный вздох.

Передо мной предстал Габриэль шестилетней давности. Уже молодой мужчина, явно осознающий силу собственной мужественной красоты.

Мокрые темные волосы падали на лицо и плечи, белая рубашка, промокшая насквозь, облепила его тело так откровенно, что скорее все подчеркивала, чем что-то скрывала. Расстегнутая, она открывала широкую грудь и жесткий рельеф живота. И ту безупречную, почти вызывающую физическую силу, от которой мой взгляд стал предательски жадным.

Но хуже всего было даже не это. Его лицо — лицо хитрого искусителя, прекрасно осознающего свою чисто мужскую притягательность — опасную и неотвратимую: прямой нос, четко очерченные губы, темные глаза с ленивым, уверенным выражением человека, привыкшего, что им любуются и восхищаются.

И он смотрел в ответ прямо, чуть насмешливо, но спокойно. Так, словно прекрасно знал, какое впечатление производит, и ничуть не собирался щадить того или ту, кто рискнет задержать свой взгляд.

Это был Габриэль Сторнбрейк во всей своей красе — князь Оршанский, молодой повеса, уже тогда сведший с ума чуть ли не половину юных дебютанток сезона, и парочку их строгих мамаш.

Шесть лет назад Габриэль уже был таким: слишком красивым, слишком ярким, слишком живым и дерзким. Не юношей — искушением.

И вглядываясь в это магфото теперь я видела не просто наследника славного рода, а мужчину, от которого мне следовало бы держаться подальше. И именно поэтому оторвать от него взгляд было совершенно невозможно!

Пришлось дать себе мысленный подзатыльник, чтобы собрать разбегающиеся мысли и призвать себя к порядку.

Прокашлявшись, я углубилась в чтение документа. Но через пару минут решительно отложила папку, чем вызвала недоумение Силя.

- Ты проделал отличную работу, - поспешила успокоить своего помощника, - просто я не могу, понимаешь Это все равно, что подглядывать через замочную скважину.

И честно говоря, у меня вызывало глухое раздражение изучение длинного списка любовных побед этого ловеласа. Удивительно, что с начала нашего спора, - а скорее противостояния! - у него никто не обнаружился под кроватью или на ней.

Так, стоп! Не груби, Беатрис! С чего бы это тебя стала волновать личная жизнь Сторнбрейка?

Вероятно, с того момента, как эта самая личная жизнь не пересеклась с моей. Причем самым хмм откровенным и дерзким образом. От которого замирает сердце, а в животе «порхают бабочки».

Я схватилась за покрасневшие щеки и зажмурилась. Нет-нет-нет! Не может быть!.. Это все просто игра, ничего больше.

Просто мы повзрослели и как-то незаметно сблизились больше, чем положено для молодого джентльмена и юной леди. И, кажется, оба совсем не против подвинуть границы еще дальше И что означает его странная фраза в модном ателье? О том, что он хотел меня поцеловать?!

Резко топнула ногой и потрясла своей бедовой головой.

Прекращаем думать о всяких глупостях и беремся за ум. Защита проектной работы приближается, как и ненавистный бал дебютанток. Нужно сосредоточиться лишь на деле, а остальное отбросить. Да и какое мне дело, сколько девушек было у Сторнбрейка?! Меня это не должно волновать. Верно?

Предаваться дальнейшим размышлениям не дали Марджери и Вирджиния, как всегда маленьким ураганом ворвавшиеся в комнату. Я постаралась незаметно закрыть папку и спрятать под бумажными завалами на столе.

Но, как оказалось, девочки были чем-то сильно взволнованы, так что не обратили внимание на мои ухищрения. Ведь в этот раз они стали вестниками катастрофы локального масштаба.

- Ты только не волнуйся, дорогая! - уставившись на меня, подозрительно спокойным голосом проговорила Джинни.

Марджери фыркнула и ощутимо толкнула застывшую у двери подругу локтем. И ее вежливую нерешительность как ветром сдуло.

- Это было вовсе необязательно, Мардж. - Попеняла Джинни, потирая бок, но не выпуская из рук белый продолговатый конверт подозрительной наружности.

- Говорите как есть, - поторопила их я. Хотя в душе уже настроилась на что-то крайне неприятное.

- Кажется, мы чуток перестарались в своем стремлении оградить тебя от Фейна, - покаялась Марджери. - Вот и прилетело, откуда не ждали

Я выхватила конверт, вскрыла его и стала внимательно читать. А то пока дождусь вразумительного ответа, поседею с ними.

«Дорогая, мисс Аддингтон!

Сердечно приветствую Вас и надеюсь это письмо застанет Вас в добром здравии и спокойствии духа.

Позвольте выразить надежду, что Вы не сочтете мое обращение слишком смелым. Мне уже доводилось слышать о Вас много добрых слов от моего сына, Найджела Фейна, и потому я осмелилась написать с искренним желанием познакомиться лично.

Буду весьма рада, если Вы примете мое приглашение посетить наше поместье. Мне кажется, несколько часов, проведенных здесь, позволят нам узнать друг друга лучше, а заодно доставят Вам немного отдыха от городской суеты, повседневных забот и, безусловно, сложного учебного процесса. Наш дом всегда открыт для тех, чье общество может стать истинным удовольствием, и я уверена, что Ваш визит станет для нас именно такой честью.

Если Вы и Ваша матушка сочтете возможным принять приглашение, прошу лишь уведомить меня удобным для Вас образом, чтобы я могла распорядиться всем необходимым к Вашему приезду.

С нетерпением буду ждать Вашего ответа и искренне надеюсь вскоре иметь удовольствие приветствовать Вас лично.

С совершенным почтением и наилучшими пожеланиями,

Летиция Фейн»

- Хммм — метко выразился Силь, выражая наше общее мнение.

Какое-то время я осмысливала глубину той ямы, в которой благополучно обосновалась.

- Зато ты реализуешь последний пункт инструкции будущих невест - постаралась подбодрить меня Мардж. - Там же, кажется, было что-то про знакомство с матушкой предлагаемого жениха?

Вирджиния тактично промолчала, я была благодарна ей за это.

Потому что мотивы матушки мистера Фейна были вполне очевидны. Оставалось только понять, как сообщить об этот собственной матери.

Я тяжко вздохнула. Такими темпами, я даже до бала дебютанток не доберусь. Сойду с дистанции на первом круге, как в императорской регате.

Только в случае соревнований это грозит всего лишь парочкой переломов, то при знакомстве с будущей свекровью велик шанс заработать брачный браслет вне очереди.

Глава 6.3

Когда наша карета свернула с большой Ирнистадской дороги на обсаженную серебристыми тополями аллею, матушка уже в третий раз поправила мне шляпку и в четвертый — предложила изменить выражение лица на что-то более подобающее юной леди.

- Беатрис, - сказала она тем тоном, которым обычно слугам велят не ронять фамильный фарфор, а дочерям — собственное достоинство. - Помни: мы решили, что едем в гости, а не на смотрины. Тут главное сразу дать понять хозяевам наши истинные намерения. Чтобы избежать дальнейшего недопонимания.

- Разумеется, мама, - ответила я. - Поэтому я и надела платье попроще, чтобы не ослеплять своим великолепием.

Матушка смерила меня скептическим взглядом.

- Это и есть попроще?

Я посмотрела на свои рукава, украшенные васильками, вышитыми дорогостоящим акмальгирским шелком. При малейшем движении узоры чуть заметно мерцали из-за искусно вшитых в нити чар, что придавало облику дополнительное очарование и лоск.

- Я оставила дома жемчужный гребень, - напомнила матери и постаралась максимально невинно улыбнуться, чтобы снять излишнюю подозрительность. Но, видимо, не сильно преуспела.

- Какая жертва, - прокомментировала леди Аддингтон. - Мне кажется, мы с тобой играем в какую-то непонятную игру, дорогая. При этом мне совершенно ясно, что мы не на одной стороне. Ты ничего не хочешь мне объяснить, Беатрис?

- Ты что-то путаешь, мама, - попыталась увильнуть я.

- Это ты меня путаешь, Беа. И уже который раз. - Матушка приподняла бровь и глянула строго. Я поежилась, но глаза не опустила, продолжая делать вид, что не понимаю сути ее претензий. - Сначала тебя видят прогуливающейся по саду в компании мистера Фейна. Потом он неожиданным образом появляется на пороге модного ателье мадам Ожени и, буквально, напрашивается сопроводить нас. И вот теперь эта поездка...

Я постаралась как можно легкомысленнее пожать плечами, сделав вид, что все в порядке вещей. О чем здесь волноваться. Мне и так пришлось приложить неимоверное усилие, чтобы просто убедить матушку принять приглашение.

- Не понимаю твоих мотивов. Теперь, когда риск миновал, зачем вновь навязываться семейству Фейнов и давать им ложные надежды, а высшему свету — лишний повод для сплетен? Ведь мы уже это обсуждали. Тебя ждет бал дебютанток, Беатрис. Я уверена, что сезон пройдет для тебя более чем успешно.

Я понимала, что матушка недовольна, но ничего не могла поделать. Она, естественно, не знала главную причину и потому недоумевала. А мне просто нужно было выиграть этот бестолковый спор любой ценой!

Поразмыслив на досуге, я решила не уступать Сторнбрейку ни на дюйм. А ведь, если мне удастся добиться успеха с мистером Фейном, то получится заставить Габриэля ревновать! Мне хотелось, во что бы то ни стало, вывести его из равновесия. Тогда мы будем квиты. И я буду отомщена за оба коварных поцелуя.

Кроме того, клятва не отпускала меня. Да-да, те самые дурацкие пункты инструкции! Постоянное ощущение чье-то присутствия или стороннего наблюдения не давало покоя последние несколько недель. Будто сами боги присматривали за исполнением мной обещанного. В сознании маячило четкое понимание — свернуть с пути не удастся! Придется доводить дело до логического конца, хочу я того или нет.

Потому я решила разделаться с инструкцией, спором и мистером Фейном одним махом.

И не важно, что червячок сомнения настойчиво зудел об истинной паре, а Силь непрозрачно намекал о неподходящей под эту категорию кандидатуре учителя словесности.

Незаметно почесала метку богов и приуныла. Что-то я совсем запуталась...

Между тем, карета покатила медленнее. Я приободрилась и с любопытством отдернула занавеску.

Поместье семьи Фейн лежало на пологом холме. Это был светлый каменный дом с двумя башенками. Я разглядела зеленые террасы, небольшой пруд и аккуратный сад. Над входом между колоннами вился плющ, своим видом напоминавший праздничную гирлянду. И все поместье выглядело каким-то чрезмерно торжественным.

У крыльца карета остановилась. Матушка успела выразительно глянуть на меня, прежде чем лакей предупредительно открыл дверцу.

Я ступила на гравий, и ровно в ту же секунду подол моего платья зацепился за последнюю ступеньку.

Я не упала только потому, что матушку с нечеловеческой ловкостью ухватила меня за локоть, а кто-то с другой стороны придержал за талию.

- Ох! - вырвалось у меня. Остальные нецензурные слова, подслушанные у вездесущей Марджери удалось удержать, вовремя прикусив язык, а то случился бы настоящий конфуз.

- Какая прелесть, - прозвучал над самым ухом чей-то женский голос. - Она даже спотыкается изящно.

Я подняла глаза.

Передо мной стояла, вероятно, хозяйка дома — леди Летиция Фейн — высокая и статная, с тем безупречным выражением лица, какое бывает у женщин, давно понявших, что мир лучше всего приводится в порядок мягкой улыбкой в сочетании с твердой волей.

Впрочем ее спокойный, я бы даже сказала, меланхоличный вид, не обманул ни меня, ни матушку, взгляд которой я на мгновение поймала. Мы обе сразу же почувствовали, что леди Фейн из тех дам, что способны за чашкой чая незаметно устроить два или три брака, разорить парочку соперниц и заказать на завтрак свежую азурийскую ягоду. Даже если на дворе поздняя осень, а ягода цветет исключительно летом в самую жару.

- Леди Натали, - произнесла хозяйка, склоняясь к матушке с безукоризненной любезностью наметившего жертву крокодила. - Для нас честь принимать вас и мисс Беатрис наконец-то!

Это «наконец-то» было произнесено так, словно я не приехала из столицы, а, как минимум, вернулась из опасной морской экспедиции, во время которой все в доме Фейнов уже успели изрядно поволноваться за свой бесценный, но слегка подпорченный товар.

- Вы чрезвычайно добры, леди Фейн, - ответила матушка.

- Нисколько. Я просто люблю, когда судьба не заставляет себя долго ждать.

Для меня же это прозвучало примерно так: «О, смотри-ка — рыбка сама плывет прямиком в сети, да еще и хвостом виляет от радости!».

Я нервно сглотнула.

И обратила внимание на хозяина поместья. Барон Отто Фейн являл собой зрелище внушительное. Его фигура отличалась монументальностью: широкий торс плавно перетекал в солидный живот, который барон носил с достоинством, как знак почета и достатка. Мол, это все не от лени, а от изобилия и благополучия.

Залысины на его покатой голове образовывали целую географическую карту: лоб светился девственной чистотой, в то время как на отдельных участках красовалась редкая растительность. Ее то барон укладывал с особой старательностью, видимо, особенно крепким составом, так что б наверняка. Потому порой отдельные пучки волос торчали в разные стороны, но зато с невероятной точностью.