Помощница генерала-дракона. Лавка в придачу!

Глава 4. Маленькое детективное агентство

— Всячески поддерживаю твое возмущение, — кивнула я. — Как там поживает твой оптимизм?

— Это что такое, мать вашу?! — выругалась Витта уже более цензурно.

— Ну... Этот пряник, видимо, выпал из кармана жертвы, когда мы его таскали по лавке и прятали в подсобке. Нашли уже потом, и я вообще поначалу думала, что это пряник Эли. Потом дошло, откуда он взялся, но что с ним делать — непонятно... Не есть же, в самом деле. А теперь и выкидывать страшно. Ведь мы, получается, таки укрыли очень важную улику, да?

Витта снова выругалась, да так витиевато, что я с интересом глянула на подругу. И где она только словечек таких нахваталась?

— Ну вот кто вас потянул тащить этого парня в мусорный бак, ну вот что вам мешало просто сразу вызвать следователей! — причитала подруга. — Теперь нам всем точно конец, нас посадят, нас казнят, и в этом вы будете виноваты!

— Да успокойся ты! — Эля усадила вскочившую подругу обратно в кресло и настойчиво всучила ей в руки кружку с травяным чаем. — Никого не казнят, мы ни в чем не виноваты! А пряник... Мы можем его и Эрбису скормить. Он наверняка не будет против угощения. Взвалим всё на фамильяра, точно! — Эля аж в ладоши хлопнула, довольная своей великолепной идеей. — А с фамильяра и спросу нет, правда? Ну съел улику, подумаешь, откуда ему знать, он же всего лишь глупенький кролик...

— Это я глупенький кролик?! — тут же взвился Эрбис, появившись из подсобки и возмущенно забарабанив лапками по полу. — Да как ты с-с-смеешь?!

Пока Эля оправдывалась, а Витта успокаивала фамильяра, я вертела в руках пряник и не сводила глаз с выведенного глазурью имени.

— Слушайте, я вот о чем думаю... Если к нам сегодня завалилась жертва по имени Крис, с чьим именем был найден пряник вчера, то следующей жертвой, по-видимому, может стать некая Мара... Но следователи об этом не знают, потому что пряник найден не был. Так что они не будут пытаться вычислить какую-нибудь Мару. Но мы-то пряник нашли, и мы знаем, что Маре грозит опасность. Что делать будем? Расскажем следствию?

— Или подкинем пряник к Гризольде? — предложила Эля.

— Ты уже достаточно наподкидывалась, спасибо, — проворчала я. — Нет, мы таким заниматься больше не будем.

— Ну-у-у, можно еще просто сделать вид, что мы нашли этот пряник во время уборки на заднем дворе, и отнести его этому следователю Ричарду, — неуверенно произнесла Витта, шумно отхлебывая чай.

— Н-да? Ну и кто ему пряник понесет?

— Ты, конечно!

— Ага, как же. Сами несите! Я к этому чудовищу за километр не подойду!

— Да почему ж сразу чудовищу? Вполне милый следователь.

— Сожрать только может случайно, а так да, милый, — охотно закивала Эля.

— Не знаю насчет сожрать, но у меня от этого генерала мурашки по телу, — я подернула плечами, вспоминая пронзительный взгляд мужчины. — Не нравится он мне. Опасный мужчина... Так, ладно, мы отвлеклись. Я говорила про Мару. Из-за нас может пострадать эта некая Мара... может, мы сами как-то можем поискать эту женщину или девушку... Как думаете?

— Ты как себе представляешь поиск одной несчастной Мары в целом Анжеро́не? — усмехнулась Эля.

Я пожала плечами.

— Не думаю, что надо прям весь город прочесывать. Смотри, следователь сказал, что предыдущую жертву нашли в обувном магазине на Зо́ргинской улице. Это не то чтобы сильно далеко от нас находится, даже удивительно, как до нас еще новость не дошла, но, возможно, как раз следствие постаралось не кричать об этом, а свидетелей, возможно, было мало, и их заставили молчать, это у нас всё громко вышло... В общем, Зоргинская улица — это не другой конец Анжерона, а так, пешком за полчаса туда дойти можно. Теперь — наша лавка. А серийные убийцы, как правило, не скачут с убийствами по всему городу, а ограничиваются некой определенной территорией, в которой чаще всего и сами проживают.

— То есть убийца может жить где-то рядом с нами? Какая прелесть, — фыркнула Эля.

— Ну чисто теоретически — да. А значит, и Мара может оказаться какой-нибудь женщиной, живущей неподалеку. Не думаю, что тут слишком много женщин с таким именем, мы можем попробовать разузнать о них побольше.

— Ди, ты права! Мы так и сделаем! Мы организуем свое расследование этого пряничного преступления! — с фанатично горящими глазами предложила Витта.

— Я, м-м-м, немножко не это имела в виду...

Но Витту уже несло.

— Точно! Мы создадим свое маленькое детективное агентство по расследованию чрезвычайных происшествий в Анжеро́не! О, а потом, если пойдет, то во всем Лако́ре можно сеть агентств открыть! Я читала о таком! Но у нас же совсем нет названия, а какое же тогда расследование? Нам нужно придумать, как будет называться наше агентство!

Я с чувством хлопнула себя ладонью по лбу.

— Так, этой чаю больше не наливать, — вздохнула Элька. — Витт, какое ещё агентство?

— Говорю ж, детективное.

Я представила нас в качестве детективов. Прям-таки трио профессионалов. Одна виртуозно прячет трупы, вторая боится каждого шороха, а третья (ну, то есть я) просто предпочитает никуда не высовываться. Ибо ей и так хватает того, что однажды она из-за неумения читать мелкий шрифт в договорах попала в другой мир.

Нет, вообще я не жалуюсь. В родном мире мне ловить было нечего. Прям совсем нечего.

Ибо живешь ты себе спокойно, живешь. Быт выстраиваешь, ипотеку платишь. А потом у тебя обнаруживают неизлечимое аутоиммунное заболевание, и доктора оптимистично заверяют, что «если доживёте до следующего дня рождения — вам очень повезет».

Лекарств от этой болячки попросту нет.

И всё.

Жить дальше незачем.

Я помню, как вышла из кабинета лечащего врача в состоянии, близком к отчаянию. Как же так? Ведь я молодая, веду не самый вредный образ жизни.

Неужели ничего не сделать?

Полезла по форумам. Стала искать хоть какую-то надежду на спасение. Дайте же мне чудо, пожалуйста, хоть маленькое! И наткнулась на объявление. Мол, разыскиваются добровольцы для экспериментальной программы. Платить ничего не нужно. На время лечения гарантируем и проживание, и даже работу.

В общем-то, я не особо колебалась. Терять мне было нечего.

Ну а потом как в быстрой перемотке: маленькая частная клиника, занимающая несколько кабинетов в каком-то подвале; договор на двадцать страниц, который я подмахнула не глядя; наркоз.

«Считайте вслух: десять... девять... восемь...»

На семи я отключилась.

А очнулась уже здесь. От того, что рухнула в подсобку и ударилась копчиком о пол.

Лекари не обманули. Мне выдали и лавку, и комнатку над ней.

Уже после того, как отловили меня (я думала, что сошла с ума, и пыталась сбежать), объяснились. Мол, им практиковаться не на ком, потому что программа неофициальная. Император разрешения на проведение опытов над своими подданными не давал. Над чужими? Ну, это нигде не регламентируется.

В общем-то, выбора у меня нет. С них лечение, с меня — магическая клятва о неразглашении.

Потом и Эля с Виттой в моей жизни возникли. Вообще-то, я единоличная владелица лавки, но девчонки сначала были клиентками, а потом как-то мы спелись, когда я помощников искала, и мы поделили бразды правления на троих. Не знаю, что бы я без девчонок делала, наверное, точно с ума сошла бы. Слишком здесь всё новое... другое. От одного наличия в мире магии я месяц в себя приходила.

Так и живу.

Рождество вот-вот настанет, а умирать я всё ещё не собираюсь. Наоборот, на последнем осмотре лекари сообщили, что очагов не наблюдают.

Теперь нужна поддерживающая терапия.

Ну а чем не то самое чудо, которое я искала?

Короче говоря, задумалась что-то. Вывод всё равно напрашивается очевидный. Его я и озвучила:

— Мы — три торговки, причем далеко не самые лучшие. Какие из нас детективы?

— Мы уже нашли тело и определили его связь со следующей жертвой, — гордо сообщила подруга.

— Во-первых, не «мы», а конкретно мы с Элей, — перебила я её, — во-вторых, никакой связи может и не быть. В-третьих, мне вот не особо хочется переходить дорогу какому-то маньяку.

— В-четвертых, — добавила Элька. — Допустим, найдем мы эту Мару. И чего делать будем? Ждать, когда её убьют? А если окажется, что на соседней улице проживает штук сорок Мар? За каждой выставим наблюдение?

— Я бы хотела знать, если за мной теоретически может охотиться убийца, — пожала плечами Витта. — А не жить в неизвестности.

Эти её слова заставили нас с Элей переглянуться. Нет, конечно же, пользы от нас в качестве детективов никакой не будет. Давайте трезво оценивать свои умения и ресурсы. Но если мы поможем следствию... совсем немного...

Вдруг предотвратим чью-то смерть?

— Я отнесу пряник следователям, — решилась я со вздохом. — К генералу не пойду, он сам сказал: всё отдавать в управление. Но туда, так и быть, сбегаю прямо с утра. Значит, легенда такая: нашла на заднем дворе вечером, когда выносила мусор. Я его даже немного в грязи изваляю, чтоб выглядел натурально.

— Я могу забежать в центральный архив, там есть открытые указатели по местным лавочникам. Если эта Мара — хозяйка какой-нибудь лавки или таверны, то мы её быстро отыщем.

— А я тогда пройдусь по знакомым, — улыбнулась Витта. — Сами знаете, они у меня везде.

Да, работа вынуждала Витту знать половину города если не в лицо, то по имени — точно.

— Решено, — подытожила я. — Тогда я спать, а то глаза слипаются.

— Так как назовем детективное агентство? — напомнила Витта.

У-у-у, неугомонная женщина!..

— Какое название, о чем ты? — вздохнула я.

— Какое-нибудь красивое и загадочное. Например «Вестницы судьбы», — с придыханием произнесла Витта. — Или «Охотницы за справедливостью». Что думаете?

Мы с Элей обменялись красноречивыми взглядами.

— Думаю, что тебе пора завязывать с чтением остросюжетной литературы на ночь, — осторожно произнесла я.

— Хэ-э-эй! Ну я же серьезно! Мы не можем вести расследование просто так, нам нужно как-то называться! Мы же серьезная организация?

— Правда, что ли?

— ...и еще это способствует укреплению командного духа!

— Витта, мы каким местом похожи на великих следователей из детективного агентства?

— Ну... Каким-нибудь да похожи, — уверенно произнесла подруга, заправив прядь волос за ухо. — А если покопаться, то даже много мест найдем. Нет, девочки, вы как хотите, а нам нужно название! Даю вам время подумать до завтра, предложите свои варианты, выберем случайным методом. Возражения не принимаются!

И Витта ускакала в сторону кухни, оставив нас с Элей обмениваться страдальческими взглядами. Потому что мы обе понимали: если уж Витте пришла в голову какая-то гениальная идея, то она в покое не оставит — ни идею, ни нас.

— Предлагаю название «Уймись, женщина!», — мрачно произнесла Эля.

— Или «Уймись, бешеная!». Тоже ничего так.

Мы с Элей вновь переглянулись и прыснули от смеха.

***

Утро началось с бодрящей порции ненависти ко всему вокруг.

Потому что мне пришлось идти с утра пораньше в управление, а на улице, как назло, разыгралась целая снежная буря. Ну ладно, не то чтобы буря, но снег падал крупными хлопьями, ледяной ветер бил в лицо и путал длинные волосы... Удовольствие то еще, особенно столь рано, когда мне даже позавтракать толком не удалось.

Коренные жители шли как ни в чем не бывало, а я утеплилась так, что у меня только слезящиеся от ветра глаза и было видно.

Кутаясь в темно-синее зимнее платье с капюшоном, я с трудом добралась до здания главного управления, идти пришлось пешком, потому что в такую рань и метель было мало желающих везти кого-то в экипаже. По дороге я проклинала всех на свете и несколько раз думала повернуть обратно, но пряник нужно было во что бы то ни стало доставить в управление. Не только для того, чтобы отвести от нас подозрения, но и просто для очистки совести, потому что меня прям мучила мысль о том, что из-за нашего молчания может погибнуть какая-то Мара. Всю ночь из-за этого толком спать не могла, поэтому, едва рассвело, как я вышла из лавки, бурча на ненавистную вечную зиму в Лакоре и думая о том, до чего ж мне, мерзлявой девушке, сказочно повезло оказаться именно в той стране, где понятие жаркого лета вообще отсутствует. Мне бы на горячем песочке лежать, в теплом морюшке плавать, а не вот это вот всё... Эх! Ну, зато жива-здорово, а за жизнь можно и теплом заплатить. Невелика плата, если подумать.

Полчаса спустя я все-таки добралась до конечной точки и уставилась на высокий забор перед зданием главного императорского управления, пытаясь сообразить, где именно тут вход для посетителей. Разобраться быстро мешала усилившаяся метель и ухудшившаяся видимость, поэтому я неуверенно топталась, оглядываясь по сторонам.

— Мисс Левицкая? — послышался до боли знакомый мужской голос. — А вы что тут делаете?

Я обернулась и нервно сглотнула, увидев Ричарда Эйденгера, ледяной скалой возвышающегося прямо за моей спиной.

Глава 5. Надо присмотреться

Интересно, а тот факт, что он не только знает мое имя, но и помнит его — это добрый знак или не очень? Радоваться или копать себе могилу? А то земля мерзлая, процесс копки может затянуться. Лучше начать заранее.

— Здравствуйте, мистер Эйденгер! — ответила я, вытянувшись по струнке.

О чем он спрашивал? Я так удивилась, увидев его в опасной близости к себе, что обо всем забыла напрочь.

— И вам не хворать, — кивнул генерал. — Так что вы забыли возле управления?

— Да вот стою, думаю, как зайти внутрь.

— Ножками, мисс Левицкая, ножками туда зайти. Хорошо, задам вопрос иначе: с какой целью вы хотите в управление?

Кажется, он насмехался, но так сразу и не скажешь. Вид у мужчины был самый серьезный, даже опасный, как будто он намеревался предъявить мне обвинения, просто пока не решил: за какие конкретно прегрешения.

— Так пряник отдать, — простецки ответила я, пытаясь ничем не выдать своего волнения.

Ну а что, нужно продолжать разыгрывать легенду: нашла случайно, решила на всякий случай показать следователям; не думаю, что в нем скрывается какая-то важная для следствия улика, но раз уж так вышло — держите.

Клянусь, генерала немножечко так перекосило от моих слов. Бровь его поползла вверх. Ноздри надулись. И мне показалось, что от него повеяло холодом... особым таким холодом магической ауры, который перебивал даже мороз на улице. От мороза хотя бы под теплым платьем можно было спрятаться, а вот от пронизывающей магии уже никуда не деться.

— Какой именно пряник? — уточнил он аккуратно.

Знаете, так общаются с психическими больными. Осторожно, медленно. Чтоб ни в коем случае не задеть.

— А, вот этот, — я достала тряпицу, в которую убрала елочную игрушку. — Вы сказали: если мы что-то вспомним — идти сюда. Вот, я пришла.

— Разрешите глянуть.

Он вытянул пряник из моих рук, а я вздохнула с облегчением. Всё, дело сделано. Теперь за Марами точно начнется слежка. Никто не пострадает. Совесть моя чиста.

— Мисс Левицкая, — обратился ко мне генерал, и голос его звучал как-то иначе.

Если раньше он просто выглядел опасно, то сейчас... сейчас эта опасность сочилась наружу. Я чувствовала её кожей.

— Где именно вы обнаружили этот пряник?

— Валялся между моей лавкой и лавкой Гризольды, ну, женщины, в баке которой нашли тело. Наверное, выпал из кармана жертвы, когда его тащили к баку. Или когда вытаскивали... Я случайно обнаружила.

Внутренне напряглась, приготовившись к жесткому допросу и радуясь тому, что в варежках не было видно, как я нервно сжимала руки...

Но Ричард неожиданно начал бомбить какими-то странными отвлеченными вопросами:

— Как вам погодка сегодня?

— Что?

— Погода, говорю, как вам? Вы же не коренная жительница, замерзли, наверное, пока шли сюда.

— Есть такое дело, — сдержанно улыбнулась я.

— Но все равно захотели с утра пораньше прийти в управление, несмотря на непогоду?

— Я решила отнести подозрительную вещицу, похожую на ту, что вы вчера нам показывали, сразу после ее обнаружения. Даже позавтракать не успела — так переживала о находке, — добавила нарочито капризным тоном.

— Так любезно с вашей стороны, что вы даже своими потребностями пренебрегли во благо следствия, — неожиданно тепло улыбнулся Ричард. — А я вот тоже сегодня позавтракать не успел, только кофе глотнул на ходу... А вы любите кофе?

— Предпочитаю чай.

— С пряниками, наверное, любите пить чай?

— Я больше по пирожкам, — усмехнулась я. — Пряники в нашей лавке не водятся.

Ричард понимающе покивал.

— Ну, кроме вот этого случая с пряником в вашей лавке.

— Ага... То есть, — я спохватилась, поняв, что меня заболтали, а я и расслабилась по глупости, и теперь щеки вспыхнули от резкой прилившей к ним крови. — То есть, я хотела сказать, что пряников в руках давно не держала до этого, да! И не в нашей лавке, а около соседней! Зачем вы меня путаете? — решила перейти в нападение.

Ричард медленно нагнулся ко мне — очень близко... Неприлично близко! — и провел носом вдоль моей щеки, едва не соприкасаясь с кожей. Я чувствовала на себе его горячее дыхание, а еще мне показалось, что Ричард меня откровенно обнюхивает... Или просто показалось?

— Мисс Левицкая, — прошептал он мне на ухо, и у меня мурашки побежали от его чувственного голоса. — Вам не кажется, что вы что-то не договариваете?

— Н-не кажется.

— Уверены в этом?

Он отстранился от меня и смерил тяжёлым взглядом.

— Знаете... Я очень не люблю, когда меня водят за нос.

Глаза его при этом явственно позеленели, и зрачок резко вытянулся, став нечеловечески вертикальным.

Я инстинктивно отшатнулась назад, похолодев от осознания масштаба личности стоящего передо мной генерала.

Он что... Ледяной дракон?!

Дело в том, что эти самые драконы были не просто какие-то там особенные... Скажем так, перед ними на цыпочках все ходили и дышать в их сторону боялись. Настоящие легенды во плоти, их сила не знала границ. Лучшие должности отдавали ледяным драконам, их боялась и уважали, и ненавидели простые смертные.

Я драконов раньше не встречала. Оно и неудивительно: где они и где я, простая лавочница? Точнее — может, и встречала, никогда не угадаешь, кто зайдет к тебе за травами. Но в обычных обстоятельствах, когда они себя никак не проявляли, из и не отличишь от обычных людей. На них же не написано: «Я злой и страшный серый волк, тьфу, ледяной дракон».

А теперь...

Призна́юсь, меня заворожило увиденное зрелище. Напугало до чертиков. Но этот испуг был отчасти восторженным. Ну ничего себе! Живой дракон, да еще и генерал. Да ещё и имя моё знает!

Эх, кому бы похвастаться, чтоб проблем не накликать?

— Господин генерал следователь, — он волнения я перепутала и обращение, и смешала все регалии воедино. — Я клянусь, что не собираюсь водить вас за нос. Напротив, я вчера была так взволнована произошедшим, что решила с утра осмотреться повнимательнее. И нашла пряник. Между лавками, как и говорила ранее. Повезло, что ночью было очень холодно, и он замерз. Вон, как ледышка. — Я потрясла пряником. — Зачем бы мне утаивать от вас эту информацию? Я собиралась передать его в управление, потому что не хочу, чтобы какая-то Мара пострадала.

И ткнула ногтем в выведенное глазурью имя.

Он разглядывал меня. Долго. Напряжено. Но я ведь почти не врала. Пусть пряник нашелся немножечко в другом месте, но в остальном-то — всё правда. Поэтому ресничками я хлопала очень испуганно и трепетно.

Давай же, черствый генерал, проникнись моими речами!

— Звучит очень... патетично. Я почти пустил слезу.

Поверьте, Ричард «Драконович», я сама чуть не разрыдалась от того, какой перед вами стоит замечательный человек и неравнодушный член общества.

— Я вас не обманываю.

— Охотно верю. В настоящее время мне нечего предъявить вам, мисс Левицкая, — даже голос его изменился, в нем появились шипящие нотки. — Но я нутром чувствую, что в этой истории есть белые пятна. Придется присмотреться к вам внимательнее.

«Не надо ко мне присматриваться, я и так присмотренная», — хмуро подумала я.

М-да. Кажется, наша затея с детективным агентством изначально обречена на провал, если генерал-дракон начнет в меня всматриваться. Придется быть осторожнее в своих словах и действиях.

— Вы же не против? — с ехидством уточнил Ричард, не дождавшись от меня никакого ответа.

— У меня есть выбор?

Он неоднозначно хмыкнул.

— Вот-вот. А кому мне отдать вот это? — я вновь протянула тряпицу с пряником.

Следователь-дракон схватил из моих рук улику, не успела я даже опомниться. Взял и пошел, как ни в чем не бывало, даже не поблагодарил. И не попрощался, кстати, тоже. Ну, одной проблемой меньше. Хотя бы не придется обивать двери управления.

Я ещё некоторое время потопталась у забора, но продрогла окончательно и решила, что мой гражданский долг на этом с лихвой выполнен.

Вернувшись в лавку, я какое-то время занималась всякой ерундой, машинально перекладывая товары с одной полки на другую. Смысла в этом особо не было, но мое нервное напряжение требовало какого-то движения. Еще и мигрень то ли на нервной почве, то ли из-за непогоды разыгралась, а выпитая от головной боли настойка пока что не особо помогала.

Эли и Витты не было: обе с утра пораньше убежали собирать информацию в попытке разузнать о живущих рядом Марах, так что в лавке я на сегодня осталась одна.

Посетители пока что отсутствовали, так как лютая метель прогнала с улицы даже лакорцев. Ну, холодно им, конечно, не было, в отличие от меня, но летящие в лицо крупные хлопья снега с сильным ветром никому не приятны.

Только Эрбис составил мне компанию: у фамильяра сегодня было игривое настроение, и он гонял найденный в подсобке травяной клубок по всей лавке, больше всего напоминая мне расшалившегося котика, а не шебутного кролика. Я с улыбкой смотрела на Эрбиса и хихикнула, наблюдая за тем, как он пытается достать клубок из-под шкафа, куда случайно загнал свою новую игрушку, но короткие лапы не позволяли это сделать.

— Ну чего ты хихикаешь? — возмутился он, заметив мое насмешливое выражение лица. — Помогла бы лучше!

— Сам под шкаф загнал — сам и доставай! Или мне теперь так бегать каждый раз, когда у тебя очередная игрушка туда закатится?

— Ну позя-я-язя, — протянул Эрбис, состроив умильную мордочку и глянув на меня большими голубыми глазами. — А я помогу тебе с головной болью с-с-справиться!

Я с интересом посмотрела на кролика.

— Это как?

Эрбис ускакал куда-то в подсобные помещения и через пару минут вернулся с большой темно-зеленой свечой, не знаю, где он ее откопал. Прыгнул на прилавок и поставил свечу передо мной.

— Воть! — гордо произнес он, пафосно указав лапками на свою пыльную находку. — Зажги ее и подыши как с-с-следует этим ароматом! Голова точно пройдет, уверяю тебя! Моя покойная хозяйка всегда так делала, когда ее головные боли бес-с-спокоили.

— Н-да? А раньше чего не сказал?

— А раньше нужды не было.

Вот же... кролик!

— Ну, давай попробуем...

Свечу я зажгла, и лавку быстро наполнил приятный хвойный аромат.

Затем я таки полезла доставать травяной клубок из-под шкафа и, выудив его, какое-то время крутила в руках, разглядывая, думая о своем и напрочь игнорируя нетерпеливого фамильяра, которому не терпелось зашвырнуть игрушку под какой-нибудь другой шкаф.

А думала я о том, что этот травяной клубок состоял из таких травок, некоторые из которых оказывали небольшой бодрящий эффект. Хм, а что, если попробовать его усилить с помощью других ингредиентов?

Я отдала клубок счастливому Эрбису, а сама полезла в кладовую за другим таким же и еще за целой охапкой разных трав, которые принялась раскладывать на рабочем столе за прилавком. Я поставила котелок с водой на огонь, кинула в него карга́х-траву и гудящий на́рбис, полезла в тетрадь с рабочими заметками, нахмурилась, сбегала в подсобку еще и за молодыми шишками баре́льника и цветками зауны́вника, кинула и их в кипящий котел и принялась намешивать варево, периодически сверяясь со старыми заметками и делая новые.

На меня прям напало вдохновение. Да-да, по ощущениям именно что напало — подошло сзади и шарахнуло вдохновляющей сковородкой по голове, не иначе!

Я вспоминала, как вчерашние посетители лавки жаловались на усталость и сетовали на очередное подорожание и без того золотых по цене кофейных зерен. Подумалось: а может, попробовать сделать некий особый бодрящий напиток, который будет отличным аналогом дорогого и малодоступного по местным меркам кофе? Только сделать его на основе трав, корешков, шишек, ягод и прочей природной прелести. Сделать эдакий ядерный концентрат, который будет вкусным и зайдет местным жителям. Если снадобья от простуды им ни к чему, то, может, бодрящие штуки охотно пойдут в ход?