Все, кто идёт не туда, выглядят одинаково

Калеб шёл по этой пустыне уже третий день. Его сапоги стёрлись, кожа на руках потрескалась от ветра, а в горле пересохло так, что слова царапали гортань, как осколки стекла. Он не был стрелком — не носил револьверов с рукоятками из сандалового дерева, не клялся в верности древнему кодексу. Но он шёл к Тёмной Башне, потому что там, говорили, можно было найти ответы. Или хотя бы перестать слышать шёпот. А ещё он шёл, чтобы вернуть её.