Академия нечисти: пленных не берем
- -
- 100%
- +
– Ну-ка не шуметь в читальном зале!
Я попыталась обуздать нервы и произнести как можно спокойнее:
– Мне бы учебники… Магический факультет, первый курс…
Призрак без каких-либо проблем выписал для меня целую стопку и даже не ругался, что пришла после того, как всех студентов уже отоварили. И это хорошо – представить себе не могу, чтобы меня отчитывал человек, который умер давным-давно. Такое событие должно быть неприятным. После короткого разговора я узнала, что Киашшас здесь работает с самого основания, а это не меньше пары тысяч лет! Ужаса это осознание во мне точно не убавило, но я поняла, что страх выказывать не должна: важно не шуметь и не наглеть, и никаких проблем не будет. Показывать страх вообще никогда нельзя – это пока единственный урок, который я накрепко усвоила из своей жизни. И потому привыкла держаться, даже когда поджилки дрожат и зубы выстукивают неровный ритм.
Когда вернулась в комнату, заглянула сначала к Виоле, но та всеми силами изображала, что крепко спит. Я вздохнула и, пытаясь не шуметь, ушла к себе и собрала на завтрашние занятия все необходимое. В моем случае учеба – единственный шанс показать себя, потому я намеревалась проявить научное рвение.
* * *Вот только нам не дали возможности выспаться. Посреди ночи кто-то ворвался в комнату, я даже среагировать не успела – накинули на голову мешок и потащили прямо в сорочке непонятно куда. Я визжала и извивалась, пока не расслышала крики других жертв, которые были обращены к нашим пленителям:
– Это посвящение? Уже?!
Я не совсем понимала, о чем идет речь, но угадала, что какой-то местный ритуал. Значит, его надо только перетерпеть. И я точно здесь не одна – Виолу узнала по визгам. Меня тащили на чьем-то плече, беспардонно поддерживая под попу. Я сосредоточилась и попыталась пошевелить пальцами, хотя руки в запястьях были чем-то перетянуты – явно не веревками, поскольку нас не связывали. Значит, магия. Мне удалось небольшим порывом ветра скинуть мешок с лица и теперь я видела, что нас волокут к древесной роще. Десятка два таких же парочек, как мы – старшекурсники издеваются над новичками… М-да, и это лучшая академия? Я начинаю понимать бедного ректора Шолле.
Нас сваливали на землю под гогот и сшибали с ног, едва кто-то пытался подняться. Я рядом с собой рассмотрела Виолу, она от паники будто задыхалась и буквально билась головой о землю. Направленным ветром я сдула мешок и с ее головы, пусть хотя бы свободно дышит, а то она от страха уже странно хрипела. С другой стороны об меня начали тереться – ну конечно, эти же тоже бывают первокурсниками. Я отпихнула от себя инкуба, но он подался снова и, с помощью моей спины, как-то изогнулся и тоже высвободил голову. Уставился на меня, кивнул неуместно приветливо – мы узнали друг друга, этот светловолосый парень с золотистыми глазами был в дневной компании на скамейке, а сейчас мы вместе попали в общие неприятности.
Голос откуда-то сверху торжественно провозгласил:
– Чтобы войти в студенческое сообщество, вы должны с честью пройти испытание! Просто примите как данность – не было ни одного студента в этой академии, кто бы миновал эту традицию. Единственное условие – не снимайте мешки и повязки, как бы страшно вам ни было!
А вот теперь мне стало страшно – я скинула свой еще на подходе сюда. Я задергала пальцами, пытаясь создать вихрь и нацепить на Виолу ее мешок снова, а инкуб начал извиваться так, как даже его народу не под силу. Но попробуй-ка со стянутыми за спиной руками надеть тряпочку, уже затоптанную в пыль! Голос сверху продолжал вещать:
– Мы стараемся устроить такое наказание, которое ударяет по какой-то слабости в вашем характере! Все присутствующие проявили горячий нрав – и значит, вы заслуживаете того, чтобы вас остудили.
– У меня горячий нрав? – взвизгнула Виола.
И я с ее возмущением была согласна – она тихоня и трусиха, каких поискать. Вряд ли она успела поругаться хоть с кем-то. Возможно, ее загребли за компанию со мной после маленького конфликта в столовой, ничего больше. Однако именно ее возглас и привлек к нам внимание:
– Тут троица сняла мешки!
– Мы их уже видели, – отозвались с другой стороны. – И еще один тут, ближе.
Оратор засмеялся, пугая этим еще сильнее, и огласил:
– Сначала остудим всех!
И на нас обрушилась лавина воды, валя на землю и тех, кто успел приподняться. Поток не иссякал, а от напора мышцы свело. Наверняка действо продолжалось всего несколько секунд, которые от паники показались целым часом. И как только водопад иссяк, организаторы из магов защелкали пальцами, по очереди освобождая всех – и те сразу разбегались, чтобы скорее отмыться от грязи и согреться в сухой одежде. Меня же перехватили сзади сильные руки.
– А с этими что делаем? – Стало понятно, что они удерживают тех, кто испытание не «прошел с честью», хотя на этот счет у меня было совсем другое мнение.
Один из оборотней широко зевнул:
– Вайд, пойдем лучше над эльфами издеваться, они в десять раз смешнее!
Теперь я могла рассмотреть ведущего – мага в синей форме, невысокого, но коренастого. Он подошел ближе, потер квадратный подбородок, и решил сразу за всех:
– Пусть остаются здесь и подумают о своем поведении. Утром кто-нибудь из преподавателей их освободит.
Под всеобщий гогот за дело взялись маги – одним заклятием они вытягивали нас вверх, приподнимая от земли, а вторым приклеивали к деревьям, да так, что ни рукой, ни ногой двинуть было невозможно, только глазами вращать и с ненавистью пялиться на обидчиков. Что они здесь устроили? Как так можно с живыми людьми? Единственное, что меня удерживало от гневной тирады: мысль, что эти страдания изобретены не специально для меня, тут каждый первокурсник своей очереди дожидается.
– А вот так ты выглядишь ничего, оланирский червяк, – я расслышала голос и направила взгляд в сторону, где рассмотрела Лорана. – Хоть таким образом надо было сбить с тебя спесь.
Я ощерилась, как озлобленная собака.
– Тебя-то зачем позвали? Оборотни сильные, маги знают заклинания, а ты для красоты постоять пришел?
Я чувствовала себя отвратительно, а в липкой сорочке еще и уязвимой. Лоран сделал шаг в мою сторону, внимательно осмотрел мое тело, как будто собирался его съесть завтра за ужином и мысленно вычленял самые вкусные куски.
– Как тебя зовут, нахалка из Оланира?
Я фыркнула, но ему зачем-то услужливо ответила всхлипывающая Виола:
– Ее зовут Лита Синица… Это потому, что их горные семьи по традиции носят названия птиц…
Я вообще не поняла, зачем она эти подробности из моего рассказа выкладывает. И что это за порода такая людская – «поцелуй в царственный зад, даже если тебя пришлепнули до утра к дереву в мокрой одежде»?
– То есть орлов или чего-то приличного там не водится? – несмешно съязвил Лоран. Но сделал тон серьезным и сказал: – Больше никогда, Лита Синица, не смей мне хамить. Ты здесь даже не пустое место, ты – червяк, вылезший из болота, которое надо было задавить окончательно, а не вести с ним мирные переговоры. Но раз ректор счел нужным тебя принять, я возражать не стану. Однако при одном условии – ты будешь уважать меня и всех вокруг. Хотя бы за то, что тебя сюда пустили.
Ну просто гений слова. Чего он там плетет? Лоран развернулся и пошел в том же направлении, куда убежала толпа его полоумных приятелей. Я не постеснялась оставить за собой последнее слово:
– Уважаю только тех, кто заслуживает уважения!
Он остановился, повернул голову, подождал, не добавлю ли еще чего-нибудь, а потом просто зашагал дальше. Какая-то я везучая. Хотела завести друзей, а случайно завела врага. Ему еще повезло, что я и пальцем пошевелить не могу, а иначе он догнал бы своих друзей намного быстрее, чем собирался…
Ну а мы что? Мы тут тихонько повисим, до утра всего каких-то пять часов.
Ах, сколько я слышала интересных баек, какая в империи развитая цивилизация, какое великолепное воспитание получают дети благородных семей! Вот вам и доказательство – этот ушлепок вышел из самой благородной, даже королевской семьи. Куда уж выше? И совершенно спокойно уходит, оставляя за спиной двух девушек, которых привязали как преступниц к позорным столбам. Ничего у него не дрогнуло от мысли, насколько непросто нам будет пережить этот дурацкий розыгрыш. Лоран оказался очень неприятным типом – и от него еще будут проблемы, я всей своей обостренной интуицией чую опасных людей. Им не мешает даже отсутствие магических сил, поскольку жестокость и хитрость всегда побеждают магию. Так и зло всегда побеждает добро, потому что они используют разное оружие.
Квест 3: Собрать команду
– Хватит уже ныть! – высказалась я, когда всхлипывания Виолы начали надоедать. На самом деле, я чувствовала вину перед ней – за то, что стянула мешок. Она об этом даже не знает, но если бы не моя неуместная забота, сейчас она уже лежала бы в теплой постели. Именно поэтому я добавила терпеливее: – Не надо так переживать из-за пустяков, Виола. Да, неудобно. Да, позорно. Но вряд ли есть опасность для жизни. Через год мы будем хохотать, вспоминая эту ночь. А через два года – организовывать нечто подобное для новеньких.
– Ага, тебе легко говорить, ты вон какая смелая!
Я не удержалась и передразнила ее:
– Ага, и от моей смелости даже дерево мягче становится, ты тоже попробуй!
– Дамы, не ссорьтесь, – голос подал инкуб, которого припечатали к дереву с другой стороны. – Во-первых, позвольте представиться. Я Ашк, первый курс факультета сексологии. Во-вторых, вам действительно не на что жаловаться, ведь я пострадал больше остальных. Вот если бы меня привязали к одной из вас, то было бы теплее и веселее. Всем. Даже зрителям.
– Заткнись, Ашк, – сказала я.
– Заткнись, Ашк! – вскрикнула Виола.
– В-третьих, – продолжил инкуб как ни в чем не бывало. – Лита, зачем ты так явно злишь Лорана?
– Я не злю! В смысле, он первый начал. В столовой оскорбил меня, а я ответила. И сейчас ведь не я к нему с деревом подскакала, а он подошел. Короче, я просто реагирую!
– Люблю женщин, которые реагируют… – о чем-то своем задумался демон страсти. Но потом продолжил: – Так ты точно не шпионка?
Я аж расхохоталась:
– Уж для шпионажа нашли бы кого-то помощнее! И за чем тут следить? За этим академическим беспределом? Вот завтра утром пойду писать письмо в наш шпионский штаб, как их лучшую сотрудницу прилепили к дереву тупоголовые идиоты.
Ашк сразу согласился с логичностью доводов:
– Действительно. Ладно, дамы, тогда продолжайте ссориться – хоть какое-то развлечение.
– Ребята, – сзади раздался очень монотонный голос, а парень говорил будто в нос. – Я ощущаю наше единство. Эта беда сплотила нас всех. Какого беса я снял повязку? Почему меня никто заранее не предупредил, что ее никак нельзя снимать?
– Вопрос, который здесь мучает каждого, – Ашк рассмеялся. – Как тебя звать, кровососина?
– Зови меня Ро́дригом, извращенец, – представился тот. – Я не хочу выглядеть здесь самым большим нытиком, поскольку вы успели побить все рекорды, но я – не самое живое создание из присутствующих, а от холода моя кровь течет все медленнее. Опасаюсь, что могу впасть в анабиоз.
Вампира я рассмотреть не могла, он вместе со своим деревом разместился у меня где-то за спиной, но невольно посочувствовала. И отметила, что надо будет потом узнать, что такое анабиоз и чем отличается физиология этих полутрупов от всех живых существ – ну, кроме того, что они большие любители попить крови. Под куполом климат поддерживался искусственно, и нельзя было сказать, что на улице слишком холодно. Но мокрая одежда свой вклад в ощущения вносила – и значительный.
– Так! – я собралась и пыталась интонацией подбодрить всех собратьев по несчастью. – Какой у нас на четверых арсенал заклинаний? Если мне хоть немного освободить руки, то я попытаюсь пустить воздух между собой и деревом. Нас прилепили колдовством, но воздух ослабляет силу колдовства, потому может сработать!
Ашк глубоко задумался:
– Я могу удовлетворить тебя тысячью и одним способом. Это чем-то поможет?
Я даже отвечать ему не стала, а позвала:
– Ро́дриг, есть какие-то варианты?
– Да я ведь тоже только поступил. В любом случае мы изучаем магию крови, а до вашей крови я не дотянусь.
Я пока не сдавалась:
– Баронесса, твой выход, уделай нас всех!
Профиль Виолы я как раз видела хорошо и удивилась, что девушка склонила голову, сильно нахмурилась и что-то забубнила себе под нос. Заметив мой взгляд, она задумчиво ответила:
– Есть какое-то заклинание, чтобы распутать клубок ниток… А эти гады скорее всего не заморачивались с плетением сложных узлов… Вот только я не помню точное слово. То ли «миасс», то ли «ниасс». А может, вообще «курамга»… нет, это вроде бы бутылки распечатывать…
Пусть вспоминает, а я тотчас закрыла глаза, сосредоточилась на своих руках и зашептала:
– Миасс, миасс, миасс. Ниасс, ниасс, ниасс. Миасс…
Виола помогала, пытаясь попасть со мной в один ритм. Неизвестно, из чьих уст и какое именно слово сработало, но я почувствовала, что один палец как будто отпустило – до того он был плотно прижат к стволу, а теперь я могла им дернуть! Вот так Виола, бездарность наша бесценная!
– Продолжай повторять!
Я распорядилась, а сама сосредоточилась уже на своей магии. Воздух долго не цеплялся, не хватало маневренности, но потом я смогла махнуть пальцем, удачно запустив легкий сквозняк сначала под прижатые руки. Если освобожу их, то дело пойдет быстрее. Виола по выражению моего лица догадалась о незначительном успехе, потому теперь начала кричать:
– Миасс-ниасс-миасс!
Ашк ей зачем-то подкрикивал, хотя такое колдовство из его уст не обретает никакой силы – вероятно, просто развлекался или оказывал моральную поддержку. И то ли мой сквознячок ударил в узел, то ли слова заработали лучше, но я уже смогла крутить запястьем. После этого легко освободила руки за полминуты. Теперь надо как-то оторвать себя от ствола. И тут подсказка Виолы должна сработать – вряд ли те идиоты напрягались со сложными заклинаниями, вполне вероятно, мы держимся на соплях. Я пихала воздушную плоскость под ягодицы, пыталась засунуть сбоку – ничего не помогало. От нескольких неудач немного сдали нервы, потому я зажмурилась и ударила воздухом о землю. Меня лишь слегка дернуло вверх. Я раздраженно попыталась сдуть со лба прилипшую мокрую прядь – и даже это не вышло.
– Держись, красотка! – поддержал меня Ашк. – Если утешит, я тебе сейчас посылаю мысленные воздушные поцелуи. Чмок. Чмок. О, а они совсем не мысленные!
– Не отвлекай ее, извращенец, – гундосо протянуло сзади.
– Не смей чмокать меня, извращенец! – поддакнула я. – Особенно воздушными поцелуями. Мы тут как раз с воздухом пытаемся договориться.
Опять закрыла глаза, подняла руки как птица, распахнула невидимые крылья и ударила потоком воздуха сзади. Меня шлепнуло слишком сильно, зато я с криком полетела вперед, освобожденная.
– Ничего себе… – выдохнула Виола. – И это ты называешь слабыми силами?
Я со смехом поднялась на ноги, быстро растирая затекшие суставы.
– И это мне говорит та, кто вспомнила нужное заклинание? – припомнила я, подбегая сначала к ней.
С Виолой я провозилась несколько минут, никак не могла правильно примериться ударом, хотя на себе поняла, куда следует бить. Но ствол ее дерева оказался толще, со спины даже часть плеч не выпирала, потому поток стучал только в кору и от нее же отлетал. Но со стороны действовать все-таки было проще, потому я смогла подтолкнуть небольшой ветер ей под поясницу, протянула его под лопатки и лишь потом врезала, насколько было можно вообще без размаха. Как только Виола полетела на землю, я шагнула к Ашку. У инкуба плечи довольно широкие, потому его оторвало на свободу с одного удара.
С вампиром, темноволосым худощавым пареньком с темно-красными грустными глазами, вообще не получалось – возможно, его припечатывал более сильный маг, чем нас. Или, что вероятнее, я устала – такие магические нагрузки подряд мне еще переживать не приходилось. Я просто осела на землю, чтобы отдышаться и немного отдохнуть перед следующей попыткой. Надо отдать Ро́дригу должное, он и слова не сказал, а терпеливо и благодарно ждал.
Ко мне вдруг наклонился Ашк и неожиданно дунул в шею. От понимания я пришла в ярость:
– Сейчас? У тебя вообще весь мозг в штанах?
– Нет, это возбуждение, Лита! – объяснил он. – А возбуждение – это энергия. Сейчас ты или освободишь кровососину, или поимеешь его, пока он связанный. Я не возражаю против любого варианта.
Мне на самом деле заметно полегчало, хотя заниматься теперь захотелось совсем не магией. Но нельзя сказать, что воздействие Ашка было слишком сильным – как и днем, я вполне могла это контролировать. И потому резко встала, пока запал не иссяк, и с первой же попытки смогла махнуть ветром в верном направлении.
Через несколько минут мы наперебой поздравляли друг друга и радовались, что не придется здесь торчать часами, как и позориться утром, когда студенты пойдут на занятия. Мы были так счастливы этому общему успеху, что даже не сразу разбежались по корпусам.
– Никто не хочет закончить ночь у меня? – поинтересовался настырный Ашк. – Нет? Виола? Тоже нет? Да что с вами не так?! Давайте хоть обнимемся…
С инкубом обниматься – себя не уважать. Но Виола почему-то без вопросов кинулась ему на шею, а потом и Родригу, правда на том вскрикнула:
– Какой же ты холодный! Беги скорее в комнату, согрейся!
– Я всегда холодный, глупая ты баронесса, – ответил вампир. – Спасибо вам всем. Я очень рад, что познакомился с такими хорошими людьми.
– Мы теперь команда! – заявила Виола. – Неудачники должны держаться вместе!
Я не знаю, зачем она это бесконечно повторяет. Может, мы к концу первого курса с ней гимн на эту тему придумаем? Но вампир поднял худые кулаки вверх, потряс ими и повторил за ней:
– Неудачники должны держаться вместе. Правда, часть неудачников уже рук своих не чувствует.
После таких слов и мне захотелось его обнять. Ашка пришлось, иначе жалобный неудовлетворенный скулеж не закончится. А с Виолой мы вообще в обнимку домой побежали, больше грея друг друга, чем проявляя дружескую симпатию. Ведь и правда, кто мог подумать, что из неприятности я выйду частью команды? В нашей компании правда все немного того: извращенец, бесталанная баронесса, кровососина и оланирский червяк. Если говорить откровенно, совсем уж нормальных нет. Зато никто из новых приятелей не зациклился на мысли, что я из Оланира! Надоело, что все на этих землях во мне подозревают злобную преступницу.
После теплого душа я пригрелась в постели, но потом тихонько встала и нащупала под кроватью свой мешок. Вынула со дна красный шар, аккуратно провела по поверхности ладонью, пока стекло не стало теплым. И лишь потом зашептала, чтобы Виола, если еще не спит, мой голос через стенку не уловила:
– Нет, Знающий, скорее всего мы ошиблись в предположении. Все-таки предсказание говорило о его отце. У Лорана нет мощной силы. Внешне он полная копия своего отца, а по характеру – обычный избалованный тупица. Постоянно находится в компании кингаррских оборотней, они его защищают.
Звук был настолько тихим, что мне пришлось прикладывать сферу к уху. Я уловила шепот, на него и ответила:
– Конечно, я останусь здесь, пока не буду уверена на сто процентов! Что? Подружиться? Ой… кажется, с этим возникла проблема. И сейчас я почти уверена, что обстоятельства сложились самым лучшим образом: это от друга можно скрывать свою силу годами, а от назойливого врага не выйдет. Не переживайте, Знающий, я понимаю важность нашего дела и не подведу!
После следующей реплики я рассмеялась:
– Конечно, подозревают! Меня тут все в глаза называют шпионкой. Когда об этом заявит каждый, они и сами услышат, насколько абсурдно это звучит. Вы были правы – я настолько явно лезу не в свои дела и откусываюсь от любых нападок, так очевидно не умею сидеть в тени, что подозрения сами собой отмирают. Кто проводит разведку настолько на виду у всех? Намереваюсь стать еще более вызывающей, чтобы даже мысли о таинственности не появилось. Кстати, а почему мы не назвали меня Орлом? Оказывается, синиц тут не уважают.
Знающий заговорил громче, или же сфера окончательно настроилась:
– Ты себя в зеркале видела, Лита? Какой из тебя Орел?
– Так я и Синицу в отражении не вижу. Я ведь Во́рон.
Старик выдал порцию забавного сарказма:
– И правда, почему мы не отправили шпиона под настоящей фамилией? Какое упущение! Ждем новостей, Лита Ворон, и давай больше не будем тратить заряд сферы на эту чушь.
Да, глупость сморозила. Было бы нелепицей явиться сюда и представиться девчонкой из последней в мире стаи Воронов. Про нас даже ректор Шолле мог слышать – и тогда прирезали бы, даже не переспрашивая, не послышалось ли.
Квест 4: Сравнять счет
Преподаватели со мной были довольно приветливы. Хотя поначалу рассматривали с небольшим удивлением, но потом быстро переключались на свой предмет. На лекциях я тщательно записывала каждое слово, а на практиках пока показывать было нечего – нашу группу только начали посвящать в основы. Потому профессора были сосредоточены на примерной оценке наших нынешних способностей – чтобы потом без труда отслеживать прогресс. И мне говорили примерно одно и то же разными словами, преподавательница магических основ защиты не стала исключением:
– Чистейшая стихия? В этом году таких уже трое – будем считать вас золотым потоком. У Керана – чистый огонь, у Зарины – чистая вода, а воздух я уже десятилетиями не видела. Это где ж вы такие остались?.. А, ну да, из головы вылетело. В общем, это твое преимущество, Лита, и твоя же слабость. Разумеется, все воздушные заклинания тебе будут даваться проще, чем любому другому, но зато чистые заклинания других стихий ты не осилишь вовсе. Иногда придется проявлять недюжинную смекалку, ведь по стандартам обучения вы в итоге должны решать примерно один и тот же набор задач.
– Что вы имеете в виду, профессор? – я нахмурилась, впервые услышавшая не о своих преимуществах, а о своих недостатках.
– К примеру, как ты остановишь стену огня, если не водой?
– Эм, ветром? – я ответила, не подумав, и тут же поморщилась от своей глупости.
И учительница тут же подтвердила:
– Огонь ветром можно усилить, а не остановить.
– А я направлю его туда, откуда пришел! – нашлась я. – Пусть враг сам и размышляет, какого беса со своим огнем делать!
– Даже если это случайное возгорание? – удивилась она. – Начался лесной пожар, а ты между делом сожжешь все деревни в округе?
– А, вы об этом, – я подумала, не желая выглядеть с первого же занятия несообразительной. Воспрянула духом, когда догадалась: – Стена, конечно! Стена холодного воздуха – просто чтобы остановить распространение. И сразу после согнать тучи в это место и выжать из них ливень!
– Тучи согнать? Выжать ливень? – она вытаращила на меня круглые глаза. – О подобных кардинальных решениях говорить очень преждевременно. Я просто хочу сказать тебе, Лита, как и всем чистым магам, что для высокомерия в вашем положении нет оснований. Маг одной стихии подобен человеку, у которого развита одна конечность – пусть даже она сильнее, чем у любого другого. Но это не значит, что этой конечностью можно выполнить все функции, потому именно вам придется работать с напарником или тщательно подбирать себе место работы, чтобы ваших способностей для нее хватило.
Я всерьез задумалась над этими словами. Разумеется, зазнаваться я и не собиралась, ведь очень многого не умею. Хотя удивление преподавателя от моего ответа вызвало легкую улыбку, будто бы я предложила нечто немыслимое. Вообще-то, любой из старых Воронов выжмет из неба дождь даже быстрее мага воды, потому что небо – это наша территория. Но самой мне еще учиться и учиться, чтобы сравниться с лучшими из моих предков. Именно это я и назначила одной из целей пребывания здесь. Хотя о Лоране не забыла – так и ждала очередной неприятной встречи.
Долго скучать не пришлось. Стоило мне только с подносом в столовой направиться к своим друзьям, которые уже ждали за столиком, как я споткнулась буквально ни обо что – и полетела вперед под громкий гогот и звон посуды. Решила не настораживать никого умелыми прыжками и попытками перегруппироваться, потому поддалась инерции и улетела в ближайший столик, за которым сидела парочка вампиров. Они, как ни в чем не бывало, успели приподнять свои пробирки, пропустили мебель вместе со мной мимо, встали и пересели за другой стол. Если я когда-нибудь научусь вампирскому самообладанию, то это будет лучшим моим достижением.
Уже через полсекунды осознала, что не настолько я неловкая и не могла без посторонней помощи налететь на препятствие, даже его не заметив, потому поднималась чуть медленнее, чем моя злость. Огляделась и сразу угадала виновного – Лоран обедал в пяти метрах от места происшествия и теперь наблюдал за мной с ироничной улыбкой. В ответ на мой взгляд даже не подумал отрицать и произнес: