Леди из Ларги-дон

Поскольку тяжёлое состояние предполагало молчание, то Лара этим беззастенчиво воспользовалась. Довольно быстро ей удалось выяснить, что попала её душа в тело молоденькой девушки восемнадцати лет, которая на день своего первого совершеннолетия провела ритуал связи с предками, желая узнать причину гибели родителей, но ритуал потребовал больших сил, чем были у девочки, и она потеряла душу. На её место мироздание притянуло душу Ларисы. Так и совершился этот случайный обмен. Не важно, что девочке было восемнадцать лет, а Ларисе ровно в два раза больше. Мироздание сочло их равными: одиноки, не рожали и даже обе травницы. Лариса в своей земной жизни тоже увлекалась сбором и заготовкой трав, а Глория так и вовсе в свои восемнадцать лет успела окончить начальную школу магии при академии и именно по травоведению и зельеварению.

Постепенно Лара пришла в себя, начала осваиваться и решила, что раз уж ей выпал этот шанс, то она использует его сполна. Память девочки прекрасно сохранилась, и Лариса вскоре полностью вошла в жизнь их маленькой семьи. Вначале она вела себя очень осторожно, из дома почти не выходила. Сидела в основном в лаборатории и осваивала заново навыки зельеварения. Благо память девочки не подводила. Ведь именно на средства, заработанные девушкой, они с тётей и жили.

А ещё у Лори обнаружился родовой дар – поиск вещей по ауре. Стоило ей получить подробное описание вещи или увидеть подобную, и она могла легко найти пропажу. Другое дело, когда вещь не пропадала, а была украдена. В мозгу Лори тогда «строился» путь к месту её нахождения.

В детстве, таким способом она находила потерянные игрушки своих друзей-сверстников, любимые вещи соседок. В маленьком городке сведения распространяются быстро. Вскоре уже и взрослые обращались к девочке с просьбой найти что-либо. И всегда оплачивали её помощь, пусть даже она была незначительной и недорогой.

Так они с тётей и дожили до первого совершеннолетия девушки, когда она попыталась узнать у предков судьбу своих родителей. Но вместо этого погибла сама, а её тело заняла душа Ларисы. Все умения и способности девушки у Ларисы сохранились и даже, как ей казалось, усилились. Она этого и опасалась, так как ещё не знала, могут ли меняться способности с возрастом и не грозит ли ей это разоблачением. Лариса очень боялась, что известие о её иномирности оттолкнёт от неё тётушку, и она может потерять всё то, к чему уже привыкла в новом мире, останется один на один с судьбой.

Не то чтобы ей – взрослой женщине было от этого страшно. Просто не хотелось терять единственную родную душу в этом мире.

От родителей девочки оставались кое-какие сбережения, но тётушка успешно растратила их понемногу за семнадцать лет опеки над Глорией. Может, были и другие накопления, но даже поверенный о них ничего не знал. Так что сейчас их маленькая семья жила не особо богато.

Однако не всё было так гладко: характеры девушек всё же различались, и поведение Глории иногда удивляло близких. По-видимому, Глория была очень спокойной, доброжелательной, рассудительной и тактичной девочкой. А Лариса как раз частенько бывала нетерпеливой, вспыльчивой, требовательной и непримиримой. Во многом Ларисе приходилось сдерживаться, чтобы совсем уж не выпадать из образа Глории. Но с другой стороны, сама тётушка объяснила всем изменение характера неудачно проведённым ритуалом. И этим здорово помогла Ларисе. Все приняли такие изменения, как должное, ведь во всём остальном Глория по-прежнему ничем не отличалась от приятельниц и знакомых.

Ларисе же, чтобы соответствовать всеобщим ожиданиям, пришлось спешно овладевать этикетом, умением носить местную одежду, умением разговаривать с мужчинами (О! Это особая фишка местного менталитета), а, главное, всеми умениями девочки, которая оказалась на редкость разносторонней и умела к своим небольшим годам уже очень многое. На это ушло около трёх лет, в течение которых Лариса почти никуда не ходила.

Если не считать обязательные осенние балы для неженатых и незамужних жителей Банго. Правда, на первое совершеннолетие Глория на такой бал не попала. Она долго восстанавливалась после ритуала, и ни о каких балах и визитах речи не могло и быть. Но в девятнадцать и двадцать лет Глория на этих балах уже бывала. Однако, поскольку Лариса ещё не окончательно освоилась, она предпочитала пересидеть весь бал с тётей и её подругами. Высовываться на глаза и привлекать к себе лишнее внимание ей не хотелось.

И вот на второе совершеннолетие она получила очередное приглашение на осенний городской бал. То есть, эти традиционные балы проходили каждый год. Лори каждый год, начиная с восемнадцати лет, получала на них приглашения. Но в этот раз она считалась уже полностью совершеннолетней и ей был положен обязательный танец, тогда как в предыдущие года она скромно и тихо отсиживалась в сторонке.

Этот обязательный танец должен был показать всем, что в городе появилась ещё одна новая невеста и к ней уже можно приглядываться. Если в семье уже был намечен жених, то обязательный танец девушка танцевала с ним. Таким образом семья показывала, что будущее девушки уже оговорено. Но, если жениха не было, то на первый танец кавалер выбирался родителями или опекуном. А совсем уж в безнадёжном случае – градоначальником, как хозяином была.

В этот раз Глория перед балом волновалась меньше, надеясь, что уже никто не заметит различий с прежней Лори, даже если ранее были знакомы с девушкой.Ведь прошло уже три года. К этому времени Лара уже вполне освоилась и в мире, и в теле девушки. Привыкла откликаться на имя Глория и сама так себя называла, но тут-то её и зацепила задачка по имени Карло Перес.

Вполне возможно, что молоденькая Глория не обратила бы на зрелого боевика должного внимания, всё же он был гораздо старше неё. Зато землянке Ларисе командор показался мужчиной мечты. И, может быть, именно её изучающие взгляды сподвигли командора на серьёзное внимание к подопечной. Может быть. А, может, всё началось само, под влиянием момента. Однако с того времени они оба уже не могли отрицать самим себе, что испытывают интерес друг к другу. Но дальше этого дело не двигалось. Лариса-Глория страшилась разоблачения и беспокоилась о репутации, а о чём беспокоился командор было неведомо.}

Воспоминания и размышления Глории были прерваны нетерпеливым стуком в дверь и громким возгласом местной разносчицы новостей и по совместительству Глориной приятельницы Магдалены Лопер.

– Лори! Что я узнала! Ты ахнешь!

Пока служанка Марта, девица лет двадцати, неторопливо открывала дверь и приглашала внезапную гостью в дом, Глория успела закрыть лабораторию и выйти в гостиную. С Магдаленой они были знакомы с детства. Обе обладали даром средней силы (у Глории он был повыше) и обе были отправлены по достижении 12 лет в школу при академии в столице в соответствии с новым указом короля о детях с магией. По этому указу все мальчики и девочки, имеющие магию, обязаны пройти начальное обучение в магической школе при академии, для определения силы и направления собственной магии и для начального овладения магическими навыками. Обучение в школе было бесплатным и, что говорить, очень полезным для небогатых семей. Ведь оно давало не только минимальные знания, но и специальности:зельеваров, травников, артефакторов, бытовиков, что позволяло детям из небогатых семей после получения диплома начать самостоятельную работу.

А уж поступление в академию было делом личным. Если хватало денег, то поступали, нет, значит, нет. У Глории на академию денег не было, но она обещала себе собрать на обучение за два-три года самостоятельной работы. Однако выполнять это решение приходилось теперь уже Ларисе, которая пока не решила, нужна ли ей действительно та академия. То есть, академия-то нужна, но в отличие от юной и наивной Глории, Лариса прекрасно понимала, как трудно накопить или собрать деньги на обучение. Ведь дело не в одном годе, а в шести-семи годах дорогого обучения. Но Лариса тоже думала над этим вопросом. Ведь в этом мире ей было всего двадцать три года и по меркам магического мира – это совсем юный возраст.

Едва Глория вошла в гостиную, как была сразу сметена вихрем по имени Магдалена.

– Лори! Ты представляешь, что я узнала?! У нас новый начальник магического контроля! И знаешь, кто это?! Ни за что не угадаешь! Пабло Фереро!!! Ну?! Что же ты?!

– Пабло? – заторможено переспросила Глория.

Нет, самой-то Ларисе это имя ни о чём не говорило, но память девочки тут же подкинула нужные воспоминания, и Глория ахнула про себя: «Что же ей теперь делать?» И было о чём задуматься: в их город приехал человек, который оставил горький след в её девичьей судьбе.Человек, которого девочка полюбила всем сердцем, и который грубо посмеялся над её чувствами. Хорошо, что в своё время между ними ничего не случилось, иначе сейчас новая Глория не простила бы ему унижения. А так… А, так она попробует его игнорировать. Мало ли, что могло быть несколько лет назад, но время прошло и всё забылось. А если новый глава надумает ей напомнить о прошлом… Что ж, он получит ответ, ведь Глория уже совсем не та скромная и стеснительная девочка. Новая Глория сможет постоять за себя и за ту девочку. Посмотрим ещё, обещающе решила Глория, угрожая неизвестно кому: мужчине, неожиданно вновь возникшему в её жизни, себе или своему прошлому. Посмотрим… Но вслух, конечно, ничего из этого она не произнесла, а только переспросила:

– Пабло Фереро? Боевик из академии?

– Ну, слава Пресветлой! Я уж думала ты его забыла, – выдохнула подруга. – Представляешь, он уже капитан! Служил на севере у оборотней, а всего-то лет на пять нас старше! Ужас, какой молодец! Интересно, он помнит нас?

– На семь, – машинально поправила Глория.

– Что на семь?

– Пабло старше нас на семь лет, – повторила Лори, – и он учился тогда пятом курсе боевого факультета.

– Точно! Он же говорил, что ему ещё половина срока по полигону бегать, а он всё хотел на границу быстрее попасть.

– Да, – опять машинально ответила Лори.

Что из Пабло выйдет отличный боевой маг никто и не сомневался: сильный, ловкий, смелый, чемпион курса и академии, мечта девушек академии и не только. В целом, неплохой парень. Но… Но он, походя, растоптал чувства скромной девочки, похоже, даже не заметив этого. А она восприняла всё, как личную трагедию и даже написала ему обличительное письмо. Вот оно-то и было теперь для Глории камнем преткновения: получил ли его Пабло? Прочитал ли? Как отреагировал? И не сделать ли теперь вид, что ничего не было, и они совсем незнакомы? Или знакомы очень поверхностно (собственно, так оно и есть: между ними никогда ничего не было). Да! Так и сделаем! Не помним, не знаем, ничего такого не делали!

– Да, – повторила она, – Магда, неужели прошло так много лет? Когда мы пойдём на перерегистрацию? Меня командор предупредил, что это надо сделать сегодня. Давай, после обеда, а то вдруг народу будет много?

– А? – Магдалена некрасиво округлила рот и удивлённо воззрилась на Глорию. – А ты что? Уже не страдаешь?

– По кому? – также удивлённо взглянула на неё Лори.

– Но… Ты же… Я бежала, думала тебя …

– Задеть? Смутить?

– Обрадовать, – обиделась Магда, – а ты его взяла и забыла. Разлюбила…

–Магда, невозможно разлюбить, если и не любил. Это была моя детская ошибка. Время прошло, и я осознала это.

– Всё равно, так нечестно, – шмыгнула носом подруга. – Про кого я теперь буду рассказывать?

– Про свои успехи в бытовой магии, – посоветовала Лори. – Это будет полезней. Пойдём обедать, – и подруги направились в столовую, откуда уже несколько раз доносился призывный возглас тётушки.

Странно, но обижаться на Магдалену у Глории даже не получалось. Ведь она делала эти подставы не со зла и не из желания обидеть, а из наивной убеждённости, что всё, что она узнала надо немедленно всем рассказать. А вдруг забудется? А если будут знать все, то точно не забудется. Или вдруг не обратят внимания? А если будут знать все, то точно обратят. А то, что таким поведением она нарушает личные интересы своих подруг и знакомых, Магда даже и не думала: она и слов-то таких не знала – личный интерес. О чём разговор, вообще? Да и, зная человека с детства, прожив с ним в одной комнате пансиона целых шесть лет, уже всё равно понимаешь его истинную натуру. А она у Магды была доброй, только немного глупой. Но ведь нет людей без недостатков. То-то и оно. Поэтому на выходки простоватой, бесхитростной и незлобной болтушки, Глория просто не обращала внимания.

– Ну, наконец-то, трещотки! – ворчливо встретила их тётя Элена. – Сколько раз просила не опаздывать к обеду, – и, подождав, когда девушки сядут, сразу приступила к допросу Магды. – Рассказывай, что там произошло в городе? А то я вчера уснула, не дождавшись Лори, и теперь ничего не знаю.

Слава Пресветлой! Теперь Глория могла спокойно поесть и подумать. Этим двоим уже больше ничего не надо, кроме внимания друг друга. Глория и думала. Однако одновременно прислушивалась к городским новостям в изложении подруги. С удивлением узнала, что встреченные ею вчера неприятные мужчины не абы кто, а боевые маги, направленные в помощь командору, но ещё не успевшие ему представиться и уже получившие взыскание. Что в городе происходят странные исчезновения, и что командор теперь лично этим занимается. Что новый глава магического контроля чрезмерно строг и получить новую лицензию или подтвердить старую будет трудно, и что у этого главы есть невеста, и она скоро приедет в Банго. Но, говорят, невеста – высокая аристократка и оставаться в такой дыре, как Банго не намерена. Тут Лори стало интересно.

– Магда, откуда ты всё это узнала за такое короткое время?

Голубые глаза удивлённо распахнулись, и, кажется, Магда обиделась, что её заподозрили в выдумке и недостаточной информированности, но всё-таки напомнила некоторым забывчивым о своих источниках знаний.

– Мой дядя работает поваром в столовой УМа, мой брат служит в отряде командора. Моя сестра работает секретарём в городском магистрате, а я, между прочим, владелица агентства чистоты и у меня уже с утра побывала донна Диас с заказом привести в порядок большой зал, так как она пригласила нового мага УМа с дамой, а он ответил, что его невеста ещё не приехала. Вот! – после этой тирады Магда победно обвела их взглядом.

– Сдаюсь, – согласилась Глория, – ты спец в деле добывания новостей. Ну, что? Идём в УМ, будем знакомиться с новым начальником? – спросила Глория, поднимаясь из-за стола.

– Идите, девочки, но ведите себя прилично, – напутствовала их тётя Эли. – Не забывайте, что вы серьёзные, воспитанные сеньориты, – тётя сложила пальцы правой руки в щепоть и очертила ими небольшой круг. – Пресветлая да поможет вам, крошки.

«Ну, по сравнению с тётей, которой уже сто семьдесят лет, они, может, и крошки, но вообще-то не так уж и малы» – подумала Глория, подхватывая под руку Магду и направляясь к калитке. Почему-то всякий мандраж от близкой встречи с прошлым у неё окончательно прошёл, а хорошее настроение, наоборот, появилось.

Однако немаленькая очередь из магов, магесс и ведьм, протянувшаяся к дверям УМ, которое находилось в здании городского магистрата, несколько снизили градус их настроения.

– Что? Все решили прийти именно сегодня и именно сейчас? – удивилась Магда.

И пока девушки растерянно оглядывались вокруг, соображая надо ли вставать в эту длинную очередь, на крыльцо магистрата вышел мужчина и, используя магофон, громко объявил на всю площадь:

– Сегодня пройдут регистрацию маги первой, второй и третьей категории. Маги и ведьмы четвёртой и пятой категории – завтра, все остальные – послезавтра. Приносим извинения за неожиданные сложности, никто не думал, что в маленьком городке столько зарегистрированных магов, – мужчина опустил магофон и слегка развёл руками.

В толпе добродушно рассмеялись, и она начала постепенно рассасываться. По объявленному порядку Магде надо было прийти завтра. Её уровень – четвёртый – был даже ниже среднего. Но таких, как раз, было в городе большинство. А вот самой Глории и её тёте придётся прийти послезавтра: у тёти шестой уровень, а у Глории – седьмой. Не самые высокие, но уже выше среднего. Таких магов и ведьм в городе было не очень много. А уж восьмого и более уровней было и вовсе единицы. Например, командор – боевой маг девятого уровня или новый глава УМ. Насколько помнила Лори, у него тоже был в академии девятый уровень. Десятый уровень был только у архимагистров и, по слухам, у короля. Так что послезавтра особого наплыва народа не ожидалось.

Покрутившись ещё немного среди праздного народа, Глория вернулась в особняк, оставив Магдалену на площади делиться впечатлениями. И раз у Лори появились два относительно свободных дня, она решила привести в порядок начатые и незаконченные дела, а также заглянуть в расходно-приходную книгу: почему-то денег в последнее время катастрофически не хватало.

Однако дома её ожидал не совсем приятный сюрприз. В гостиной, напротив тётушки, величественно восседала небезызвестная вдова ИсабельПарра собственной персоной. Она сидела на стуле в классической общепринятой позе, выпрямив и без того прямую спину, выпятив вперёд подбородок и сложив руки на коленях. Сама добродетель. Но было видно, что разговор она ведёт неприятный. Тётушка же, наоборот, сидела уютно откинувшись на спинку кресла и, казалось, совсем не переживала о теме беседы.

– Добрый день, донна Парра, – вежливо поздоровалась Глория.

Как бы то ни было, но вдова принадлежала к богатому кругу горожан и даже имела в совете города свой голос. Да и лет ей было много больше, чем девушке. Но вежливое приветствие не смягчило настроение вдовы. Она встала, медленно окинула Глорию оценивающим взглядом и, глядя ей в глаза, чётко произнесла:

– Девочка, если я узнаю ещё раз о визите командора в ваш дом, ты об этом сильно пожалеешь. Не вставай у меня на дороге.

А Ларису как будто за язык кто тянул. Она и на Земле не прощала такие наезды, когда люди пытались утвердиться за счёт чистой наглости, а тут, имея магию, она и вовсе осмелела. Поэтому не задумываясь выпалила в ответ:

– А если я, не дай Пресветлая, услышу о его визите к вам? – и насмешливо уставилась на донну, демонстративно показывая пальчиком на ряд склянок с зельями готовых заказов.

Вдова возмутилась, покраснела, набрала воздуха ответить, но… затем побелела, провела взглядом по зельям, дрогнула, резко развернулась и молча вышла.

– Ты выросла, Лори, – раздался за спиной голос тёти, – и сильно изменилась. Но, может, это и к лучшему…

Глория промолчала, но она и сама не могла понять своей реакции на эту женщину. Она и не имела права ревновать к ней, ведь между Лори и командором ничего не было и неизвестно будет ли, как ничего не было между командором и вдовой.А вот поди ж ты… А ещё где-то там в глубине души гнездилась непонятная обида на самого командора, обида именно на то, что между ними до сих пор ничего не было. Что командор, поедая её глазами при встречах, по-прежнему не предпринимает никаких шагов к сближению. Досадно. Но это уже Глория совсем отказывалась понимать и разумом одёргивала себя. Понимать отказывалась, а думать о командоре не переставала. Женщина…