Невинная для снежного барса

Глава 5

Я продолжала нерушимо сидеть на кровати, куда меня поместил Одеон, не зная, что мне дальше делать. Меня трясло. Адреналин отступил и теперь шел эмоциональный откат от произошедшего. Я сидела в чужих стенах и не знала, что меня делать. Еще с утра мое будущее было стабильный, а теперь я оказалась связанная с барсом.

Оглядевшись, я изучала это холодную комнату, заметила несколько шкафов и комодов, что-то похожее на дамский столик, затем наткнулась взглядом на еще одну дверь, но не решилась вставать с кровати и изучить ее. Всё здесь казалось таким новым и пугающим.

Я пыталась унять тревожные мысли, но расслабиться было нелегко. Что ждёт меня в этом доме? Смогу ли я привыкнуть к жизни среди барсов? Моё сердце билось быстрее от неизвестности и страха перед будущим. Я чувствовала себя брошенной и одинокой.

Вскоре в дверь тихо постучали, и в комнату вошли две женщины с подносами еды и стопкой одежды. Их лица светились радостью и преданностью, которую я еще не успела заслужить. Они сдержанно кивнули мне, после чего начали раскладывать вещи с такой чёткостью и слаженностью, словно знали, что делать ещё до того, как получили приказ.

Я наблюдала за ними, пытаясь понять, как мне вести себя. Кто я для них? Моё прежнее существование в Доме Невинности казалось теперь далёким сном.

Одна из женщин направилась в сторону двери.

– Мы приготовим вам ванную, и после обеда вы можете принять ее, – она кивнула на поставленный на столик поднос с едой.

Вторая подошла к кровати и поставила передо мной на пол теплые тапки из натурального меха.

– Господин, приказ позаботиться чтобы вы не мерзли. В передних покоях сейчас зажгут камин.

– Спасибо, – сглотнув ответила им. – Как вас зовут?

Обе женщины остановились, обменялись взглядами, и та, что ставила тапки, ответила первой:

– Меня зовут Мелисса, – сказала она с лёгким поклоном. – А её – Энера.

– Приятно познакомиться, Мелисса, Энера, – произнесла я, стараясь казаться увереннее, чем чувствовала себя на самом деле. – Спасибо за вашу заботу.

– Это честь для нас, госпожа, – ответила Энера, делая шаг назад. – Если у вас будут какие-либо пожелания или нужды, пожалуйста, не стесняйтесь говорить нам.

Я кивнула, ощущая некоторую неловкость от их формальности и явно желания услужить мне.

– А можно узнать, что именно мне делать дальше? После того как поем и приведу себя в порядок? Я могу куда-то пойти.

Мелисса улыбнулась, но её улыбка выглядела слегка натянутой, как будто ей тяжело было определится с ответом.

– Пока вам нужно просто отдохнуть, госпожа. Глава клана позже объяснит всё, что вам нужно знать. Вам не о чем беспокоиться.

Энера продолжила:

– Мы здесь, чтобы помочь вам привыкнуть к новому дому. Всё, что вам нужно сделать сейчас, – это расслабиться и восстановить силы. – Вы – наше будущее, – вдруг вырвалось у нее. – Наше благословение.

Ее слова были наполнены таким почтением, что я почувствовала, как внутри нарастает беспокойство. Я попыталась улыбнуться в ответ, хотя волнение не утихало.

– Благословение? – тихо спросила я.

– Да, госпожа, – подтвердила Мелисса. – Вы избранная Дева, суженная нашего вожака. Ваше присутствие – это дар для нас всех.

Энера подошла ко мне и мягко взяла за руку.

– Позвольте нам проводить вас в ванную. Мы хотим позаботиться о вас.

– Это не обязательно, – растерянно проговорила в ответ.

За мной никогда так не ухаживали. В Доме Невинности каждый сам о себе заботился.

Они осторожно повели меня в ванную комнату. Я кивнула, подумав, что тёплая вода для моего продрогшего тела, то что надо. Когда я зашла внутрь, то оторопела от ее размеров. Мои глаза застыли на самой ванной. Я широко открыла рот от удивления, потому что это была не ванная, а квадратный бассейн, наполненной горячей водой, в которой плавали лепестки розовых цветов. На стенах горели свечи, создавая уютный, мягкий свет.

Мелисса прошла вперед, чтобы проверять воду, а Энера осталась рядом со мной, чтобы помочь мне раздеться. Она слегка дернула мою простынь, за которую я все еще продолжала цепляться, и наконец я разжала пальцы, позволяя ей упасть на пол. Почему-то в этот момент мне показалось, что я лишилась своей защиты. Глупо, но психологически я воспринимала этот кусок ткани именно так.

Однако сейчас меня окружили заботой и вниманием, которого я не ожидала. Энера аккуратно подвела меня к воде, и я почувствовала исходящее от нее тепло и аромат масел, которые добавила туда Мелисса. Я начала медленно погружаться в горячую воду, которая мгновенно обволокла моё тело, расслабляя каждую мышцу. В ванне обнаружился каменный выступ, на который я присела.

Вода была просто волшебной. Она не только согревала, но и будто смывала с меня весь стресс и усталость последних часов. Лепестки цветов нежно касались моей кожи, усиливая ощущение покоя.

Служанки взяли в руки воздушные клочки ткани, намылили их и потянулись ко мне. Меллиса подняла мою правую руку над водой и принялась мягко водить по ней тканью, вымывая. Энера умостилась на край ванны по другую сторону. Подняв мои волосы, она уделила внимание шеи. Они настолько аккуратно и нежно заботились обо мне, как будто я была самой ценной вещью в их жизни. Каждый их жест был трепетным, и постепенно я начала расслабляться в этой неожиданной, но приятной атмосфере.

– Пожалуйста, госпожа, дайте нам знать, если вам что-то некомфортно, – сказала Мелисса, продолжая мягко намыливать мою руку. – Мы хотим, чтобы вы чувствовали себя как дома.

Я вряд ли могла почувствовать себя здесь дома, особенно когда меня называли госпожой.

– Меня зовут Алисия. Можете обращаться ко мне по имени, – предложила я, но сразу услышала отрицание.

– Мы не посмеем, госпожа, – прошептала Энера.

– Вы – суженная вожака, его риасса, – добавила Мелиса.

– Его кто?

– Его пара, благословенная на продолжение рода, – пояснила она.

Я вздохнула, понимая, что только этим теперь и являюсь. Инкубатором. Тем временем Энера бережно массировала мою шею и плечи, умело снимая напряжение. Я закрыла глаза, наслаждаясь теплом и ароматом масел, которые наполняли воздух.

– Это так расслабляюще, – прошептала я, чувствуя, как тело постепенно отпускает всю накопившуюся усталость и тревогу.

– Мы рады, что вам нравится, госпожа, – ответила Энера с улыбкой в голосе. – Вы заслуживаете самое лучшее.

После того как они тщательно вымыли каждую часть моего тела, Энера и Мелисса помогли мне выбраться из ванны. Они бережно обернули меня мягкими полотенцами, впитывая остатки воды и сохраняя тепло. Я почувствовала себя обновлённой, как будто вместе с грязью смылась и часть моего беспокойства.

– Теперь давайте оденемся, госпожа, – сказала Мелисса, протягивая мне теплое платье из мягкой ткани. – Это платье должно вам подойти. В нем вы не будет так мерзнуть в замке.

Она помогла мне надеть его, а Энера аккуратно расчесала мои влажные волосы, оставляя их распущенными.

– Вы выглядите прекрасно, госпожа, – сказала Энера, любуясь результатом своей работы. – Пожалуйста, следуйте за нами.

Они повели меня обратно в спальню, где уже горел камин, наполняя комнату уютным теплом. Мы подошли к столику, на котором стоял поднос с едой. На нём были разнообразные блюда: свежий хлеб, кусочки мяса, фрукты и лёгкие закуски.

– Пожалуйста, госпожа, садитесь и поешьте, – сказала Мелисса, указывая на стул рядом со столиком. – Мы не знали, что вы любите, поэтому принесли то, что посчитали вам понравится.

– Если у вас есть какие-то предпочтения или пожелания, пожалуйста, дайте нам знать, – добавила Энера, ставя передо мной стакан свежего сока. – Мы хотим, чтобы вы чувствовали себя здесь как дома.

Снова эта фраза. Она вызвала внутри меня протест и раздражение. Тем не менее я села за столик, позволяя им с заботой проследить за тем, чтобы мне было удобно. Я начала с кусочка хлеба, который был свежим и ароматным. За ним последовало нежное мясо, приготовленное с любовью и мастерством. Правда глотала с трудом. В голове поселился туман и полная растерянность.

– Спасибо, – сказала я, чувствуя, что должна их поблагодарить. – Это вкусно.

Вскоре я отодвинула поднос, давая понять, что наелась. Готова поспорить, что увидела тень неодобрения в глазах женщин.

– Вы такая хрупкая. Может еще кусочек мяса или хотя бы овощей, – мягко предложила Энера.

– Спасибо, больше не хочу.

Служанки поджали губы, но настаивать не стали.

– Мы оставим вам, чтобы вы отдохнули. Если вам что-то понадобиться, возле двери есть шнурок, – Мелиса кивнула туда, где висел шнурок, – потяните за него и мы придет.

– Хорошо, – я натянуто улыбнулась.

Обе женщины поклонились и покинули комнату, оставив меня одну, после чего я неожиданно выдохнула, но как оказалось слишком рано. Неожиданно, в дверь снова постучали, и на этот раз вошёл Каралис.

Барс прислонился к косяку двери, его взгляд был оценивающим, но в нём не было той насмешливости, которую я заметила раньше.

– Ты теперь выглядишь гораздо лучше, чем при первой встрече, – сказал он, его голос был мягким и чуть игривым.

Я смутилась и посмотрела на него. Теплота платья и свежесть после ванны действительно сделали своё дело, и я чувствовала себя чуть увереннее, но всё равно было странно слышать комплименты от этого незнакомого мужчины.

– Спасибо, – пробормотала я, пытаясь скрыть неловкость. – Ванна действительно помогла.

Каралис оттолкнулся от косяка и сделал несколько шагов в комнату, его движения были плавными и грациозными, как у хищника.

– Итак, ты суженная для моего брата, – протянул он, рассматривая меня так, словно хотел проникнуть в мою голову.

– Его инкубатор! – Я вздернула подбородок, а барс рассмеялся на мою дерзость.

– А у птенчика есть зубки, – хмыкнул Каралис. – Одеону будет с тобой не скучно.

– Ты, конечно, прав. Скучать со мной не получится, – ответила я, стараясь не показать свою неуверенность. – Но мне кажется, что ты тоже любишь немного повеселиться, не так ли?

Каралис усмехнулся, его глаза сверкнули.

– Ты быстро учишься, Лиссия. В нашем доме важно уметь подстраиваться под обстоятельства. И, конечно, немного веселья никогда не повредит.

Я заскрипела зубами от того как он меня назвал, затем прищурилась, пытаясь понять, что скрывается за его словами.

– Значит, ты здесь главный весельчак?

Он рассмеялся, и его смех был тёплым, но всё ещё с оттенком насмешки.

– Умница. Но не только. Я здесь, чтобы защищать тех, кто важен для моего брата. И сейчас это ты. Так что можешь рассчитывать на мою защиту… и на несколько шуток в придачу.

– Защищать? От кого? – я скрестила руки на груди, пытаясь казаться спокойной, хотя внутри всё сжималось от страха и беспокойства.

– О, жизнь в клане барсов не проста. Не знаю, чему там обучают Дев…

– Я не Дева, – напомнила ему.

– Но ты жила в Доме Невинности, поэтому многое должна знать, а не строить из себя полную дурочку.

Я поджала губы.

– Ты должна понимать, что если барс выбрал тебя, то уже не отпустит. Ты – его единственный шанс на потомство, а наше потомство – это не просто желание расширить род, это кому мы передадим нашу силу для противостояния омманам. Ты можешь продолжать сопротивляться, а можешь развернуть ситуацию в свою сторону.

– Это в какую же?

– Ты – суженная самого могущественного барса, главы клана. Одеона боятся даже другие кланы. Можно сказать, что ты вытянула карт-бланш на пути к власти, – закончил Каралис с лёгкой ухмылкой, его взгляд пристально следил за моей реакцией.

Я напряглась, не желая принимать его слова всерьёз.

– Власть, – протянула я, пытаясь скрыть сарказм в голосе, – мне не нужна. Я никогда не стремилась к такому. Я просто хочу понять, что теперь будет с моей жизнью.

Наверное, мой голос звучал слишком жалобно, потому что Каралис вдруг подошёл ближе, его взгляд смягчился.

– Лиссия, я понимаю, что это всё для тебя ново и пугающе.

– А тебя не испугало бы, если бы незнакомый мужчина забрал тебя из дома и сказал, что теперь ты должен родить ему наследника.

Каралис не сдержал смешка.

– В моем случае это было бы нереально, и я постарался бы донести до него, что мы не совместимы.

Я насупилась.

– Это не смешно.

– Прости, ты права.

– Ты – его брат, поэтому я понимаю, почему ты пытаешься со мной поговорить.

Теперь Каралис вздохнул.

– Лиссия, я понимаю, что это всё для тебя ново и пугающе…

– Даже имя у меня забрал, – сердито проговорила я, сложив руки на груди. – Я не хочу всего этого. Я просто хочу жить своей жизнью.

Каралис вздохнул и сел на край кровати, стараясь говорить мягче.

– Ты можешь не верить мне, но я действительно хочу помочь тебе. Я понимаю, что ты чувствуешь себя пленницей, но я вижу в тебе силу. Если ты примешь свою новую роль, ты сможешь сделать многое для нашего клана. И для себя тоже.

Я упрямо сжала губы, отводя взгляд. Внутри всё кипело от негодования и беспомощности.

– Я не хочу быть частью вашего мира, Каралис. Я никогда не выбирала это. Я просто хочу свою свободу.

Каралис вздохнул, его взгляд стал серьёзнее.

– Лиссия, ты должна понять, что у тебя нет другого выбора. Этот мир – теперь твоя реальность, и тебе придётся смириться с этим. Одеон поможет тебе приспособиться, и я всегда буду к твоим услугам.

Я резко повернулась к нему, не сдерживая гнев.

– Поможет? Как? Заделает мне ребенка?

Каралис замолчал, его взгляд потемнел.

– Я понимаю, что ты чувствуешь, но у нас нет другого выхода. Наш клан зависит от тебя, и ты должна принять свою судьбу.

– Нет, я не должна. Я не просила об этом, и я не обязана подчиняться вашим желаниям, – я встала с кровати, стараясь не дрожать от ярости и страха.

Осознание, что я перегибаю палку, придет потом. Сейчас во мне бушевал вихорь, сотканный из массы эмоций.

Каралис сокрушительно покачал головой.

– Послушай моего совета, птенчик. Держи свой характер в узде рядом с моим братом. Он – вожак. Альфа. И не будет терпеть твои взрывы.

Я задохнулась от негодования, но барс развернулся и покинул комнату, закрывая за собой дверь. После этого я просто опустила на кровать, чувствуя себе эмоционально выгоревшей.

Глава 6

Одеон

Я зашел в свои покои с чувством раздражения внутри. Я оставил Лиссию в другом крыле замка, и это вызвало внутренний протест у моего зверя. Он не любил расстояния между нами и девушкой, которая принадлежала нам.

Однако уже перед дверью я понимал, что поступил правильно, потому что уловил аромат своей фрейлины. Я еще не разгадал, как Кейлана всегда узнавала, когда я возвращался. Она была простой человеческой девушкой, но иногда вела себя так, будто внутри неё жила собственная кошка, и эта кошка была собственницей.

Кейлана возлежала на моей кровати в прозрачном одеянии. Её глаза радостно засветились, когда она увидела меня. Её длинные чёрные волосы падали каскадом по плечам, обрамляя её прекрасное лицо с выразительными глазами и полными губами. Её фигура была манящей, соблазнительно очерченные формы могли свести с ума любого мужчину. Каждый изгиб её тела излучал призыв, невозможно было не заметить её привлекательность. Но я знал, что эта красота скрывает стервозный характер, который раньше тоже заводил меня.

– Одеон, ты вернулся, – её голос был сладким, но в нём сквозила нотка собственничества.

Как и взгляд скользнувший за спину. Она ждала, что я приведу девушку, но убедившись, что я сам, заметно расслабилась. Если раньше меня забавляла ее реакция, то теперь вызвала горечь во рту.

Мысленно я недовольно вздохнул. Вся эта ситуация начинала меня выводить из себя. Я решил, что сегодня накажу слуг, которые пропустили её без моего ведома. Пора покончить с этим непослушанием. Она здесь не хозяйка, как бы не пыталась всех убедить в обратном.

Ей почти удалось ею стать, когда она забеременела. Однако через месяц случился выкидыш. Я помню, как эта девушка утопала в боли от потери. Именно это воспоминание всегда смягчало мой гнев на ее поступки. Но не сегодня.

– Кейлана, что ты здесь делаешь? – спросил я, стараясь сдержать раздражение.

– Я скучала по тебе, – ответила она, плавно поднимаясь с кровати и подходя ко мне. – Ты ведь знаешь, как я люблю тебя.

Я смотрел на неё, пытаясь понять, насколько она осознаёт свою неуместность. Моё раздражение нарастало. Зверь внутри меня рычал, требуя, чтобы я разъяснил ей её место. Сейчас было не время для этих игр.

– У тебя не было разрешения заходить в мои покои, – холодно произнёс я. – Я не желаю видеть тебя здесь без моего согласия.

Кейлана замерла, удивление промелькнула на лице, а её глаза потемнели от разочарования и обиды. Затем она приняла то выражение, которая часто смягчало меня, но я поднял руку, не давай ей вспомнить нашего сына. Этот рычаг воздействия отныне исчерпан.

– Уходи, Кейлана, – прервал её я, голос звучал сталью. – И передай слугам, которые впустили тебя, что они будут жестоко наказаны за свой поступок.

Она задрожала от моих слов, потому что поняла, что это значит запрет.

– Ты нашел ее да? Ты нашел Деву? – с ужасом выдохнула она, словно ожил самый страшный ее кошмар.

– Угомонись. Тебя это не касается.

– Ты никогда не был таким, – в ее голосе зазвучала обида, которая не торкнулась моего сердца.

Мне стало все равно. И я знал, что вскоре моя наложница об этом догадается. Холодность всегда тяжело скрыть.

Она плавно поднялась с постели и грациозно поплыла ко мне. Ее рука легла мне грудь в успокаивающем жесте.

– Если это не Дева, то ты рассержен из-за очередной неудачи, – от этого догадки в ее глазах промелькнуло облегчение.

– Ты должна быть опечалена, а не радоваться этому, – гневно бросил ей. – Будущее нашего клана под загрзой из-за этого.

– Не сердись, – промурлыкала Кейлана, её пальцы медленно расстёгивали пуговицы моей рубашки, просовываясь под ткань и касаясь моей кожи. – Ты же не стар и не слабеешь. Ты сможешь еще долго возглавлять клан.

– И что потом? Смотреть как он угасает или назначить более слабого наследника? Моего брата, например? Мне нужен наследник!

– Я найду способ…

– Забудь! – рыкнул я, зная, что причиняю ей боль.

Она перепробовала уже все зелья мира. И больше мне этого от нее не нужно. Кейлана не стала демонстрировать насколько задета, а снова проглотила свою обиду. Она принялась призывно водить своими пальчиками по моей коже, медленно спускаясь, обводя кубики торса и приближаясь к поясу брюк.

Она знала, как найти слабые места, и пыталась использовать свои чары, чтобы смягчить меня. Но на этот раз всё иначе. У меня не было нет желания поддаваться на ее манипуляции. Видимо одна крохотная малышка причина этому. Зверю не интересна ласка от наложницы, его больше волновало то, как устроилась Лиссия. Согрелась ли она? Или меня надо укутать ее свои тепло? Поела ли достаточно? Ей нужны силы. Она слишком хрупкая.

Эти мысли не давали мне покоя.

– Кейлана, хватит, – произнес я, отводя её руку в сторону. – Это больше не работает на меня.

Я прошел мимо нее вглубь комнаты, скидывая расстегнутую рубашку. Мне нужно принять ванную и расслабится, а затем проведать Лиссию. От фаворитки волнами выходило разочарование, но она не останавливается. Упрямая. Раньше мне это нравилось в ней. Она снова подходит ко мне и начинает помогать избавляться от одежды.

– Одеон, я ведь знаю, что тебе нужен кто-то рядом, – шепчет она с опущенной головой. Покорность, которую она часто проявляет, чтобы задобрить меня. – Ты чувствуешь себя одиноким. Я могу помочь тебе. Хочу сделать тебе хорошо.

Её руки умело расстегнули мои брюки, и я позволил ей эту вольность, чувствуя напряжение, накопившееся за день. Женская ладонь с благоговением принимаются раскать выступивший бугор, посылая искры по моему позвоночнику. Чисто физиологическая реакция тела.

Я стоял неподвижно, смотря на неё сверху вниз равнодушным взглядом.

Кейлана плавно опустилась на колени, её пальцы ловко справились с оставшимися пуговицами, и она медленно освободила меня от брюк, стягивая их вниз. Я переступил с ноги на ногу помогая ей окончательно избавиться от одежды. Ее горячее дыхание коснулось кожи моих ногах, когда она придвигается ближе.

Я наблюдал за ней мгновение, а затем потянул и схватил за волосы. Её длинные чёрные пряди мягко скользили сквозь мои пальцы. Я сжал их в кулак, отводя в сторону.

Она начала нежно ласкать меня. Медленно прошлась языком по всей длине, вызывая дрожь. Затем обвела головку, смочила своей слюной и прижав мой ствол к животу, потянулась к мошонке. Я чувствовал её старание, её желание угодить, но внутри меня было пусто. Её движения были искусны, уже отработаны, но больше не вызывали во мне тех эмоций, что она хотела. Я смотрел на неё, осознавая, что эта связь была лишь физической, и никакие её старания не могли заполнить ту пустоту, что была внутри меня.

Кейлана продолжала своё дело. Ее рот с жадностью захватил мягкие мешочки, перекатывая их между собой. Тело отозвалось приливом крови к члену, который затвердел сильнее.