30 вечеров с немецким Уровень A2. Двуязычные рассказы для начинающих
- -
- 100%
- +
„Zwei Meter zehn“, sagte Jonas leise mit dem Maßband. Dann nahm er die Pfanne. „Jetzt ich.“
— Два метра десять, — тихо сказал Йонас с рулеткой в руках. Потом взял сковороду. — Теперь я.
Alle sahen zu. Jonas backte einen großen Pfannkuchen, den größten des Abends. Er hielt die Pfanne mit beiden Händen. Er ging in die Knie. Er atmete tief ein.
Все смотрели. Йонас испёк большой блин — самый большой за вечер. Он взял сковороду обеими руками. Присел. Глубоко вдохнул.
„Jonas“, sagte Mama. „Nicht zu…“
— Йонас, — сказала мама. — Только не слишком…
Aber es war zu spät. Jonas warf mit aller Kraft. Der Pfannkuchen flog nach oben wie eine Rakete — und kam nicht wieder herunter.
Но было уже поздно. Йонас подбросил изо всех сил. Блин взлетел, как ракета, — и не упал обратно.
Alle sahen nach oben. Der Pfannkuchen klebte an der Decke. Flach und rund, direkt über dem Herd, wie ein komischer gelber Mond.
Все подняли головы. Блин прилип к потолку. Плоский и круглый, прямо над плитой, как странная жёлтая луна.
Einen Moment lang sagte niemand etwas. Dann lachte Mia los, dann Papa, dann Mama, und dann sogar Opa. Sie lachten Tränen. Krümel saß unter dem Pfannkuchen und sah mit großer Hoffnung nach oben.
Секунду никто не говорил ни слова. Потом засмеялась Миа, за ней папа, потом мама, а потом даже дедушка. Они хохотали до слёз. Крюмель сидел под блином и смотрел вверх с огромной надеждой.
„Na ja“, sagte Jonas, „er ist auf jeden Fall der höchste.“
— Ну, — сказал Йонас, — он точно выше всех.
„Aber er ist nicht in der Pfanne gelandet“, sagte Mia. „Regel ist Regel.“
— Но он не приземлился на сковороду, — сказала Миа. — Правила есть правила.
„Er ist noch gar nicht gelandet“, sagte Jonas. „Vielleicht landet er später in der Pfanne.“
— Он ещё вообще никуда не приземлился, — сказал Йонас. — Может, он приземлится на сковороду попозже.
Sie ließen ihn dort. Sie backten noch viele Pfannkuchen — mit Zucker und Zimt, mit Apfelmus, mit Schokolade — und aßen sie am großen Küchentisch. Sie sprachen über Jonas’ Schule in Freiburg, über Mias Fußballmannschaft und über das Jahr 1987, als Opa einen Pfannkuchen aus dem Fenster warf. Und alle paar Minuten sah jemand zur Decke hoch und lachte wieder.
Его оставили там. Напекли ещё кучу блинов — с сахаром и корицей, с яблочным пюре, с шоколадом — и ели их за большим кухонным столом. Говорили о школе Йонаса во Фрайбурге, о футбольной команде Мии и о 1987 годе, когда дедушка выбросил блин прямо в окно. И каждые несколько минут кто-нибудь поднимал глаза к потолку и снова смеялся.
Um zehn Uhr stand Opa auf. Er wollte noch einen letzten Tee machen. Er ging zum Herd. Und genau in diesem Moment fiel der Pfannkuchen von der Decke.
В десять часов дедушка встал. Он хотел заварить последний чай. Он подошёл к плите. И в эту самую секунду блин отклеился от потолка.
Er fiel langsam — und landete genau auf Opas Kopf.
Он упал медленно — и приземлился точно дедушке на голову.
Opa stand ganz still. Der Pfannkuchen lag auf seinen weißen Haaren wie ein gelber Hut. Alle hielten den Atem an.
Дедушка застыл. Блин лежал на его седых волосах, как жёлтая шляпа. Все затаили дыхание.
Dann nahm Opa Dieter seine Brille ab, sah seine Familie an und sagte ernst: „Regel ist Regel. Er muss in einer Pfanne landen.“ Er machte eine Pause. „Und dieser alte Kopf ist die beste Pfanne in der Familie. Jonas hat gewonnen.“
Тогда дедушка Дитер снял очки, посмотрел на семью и серьёзно сказал: — Правила есть правила. Блин должен приземлиться на сковороду. — Он помолчал. — А эта старая голова — лучшая сковорода в семье. Йонас победил.
Jonas hat das Foto jetzt auf seinem Handy. Opa mit einem Pfannkuchen auf dem Kopf, mit dem breitesten Lächeln im ganzen Allgäu. Darunter hat Mia geschrieben: Neuer Champion. Aber nächstes Jahr bin ICH dran.
Теперь у Йонаса в телефоне есть эта фотография. Дедушка с блином на голове и с самой широкой улыбкой во всём Алльгое. Под ней Миа подписала: «Новый чемпион. Но в следующем году — МОЯ очередь».
Neue Wörter / Новые слова
der Faschingsdienstag — масленичный вторник (последний день карнавала)
die Fastenzeit — пост
der Pfannkuchen, - — блин (в Берлине — пончик)
der Krapfen, - — пончик
der Wettbewerb — соревнование
werfen (er wirft, er warf) — бросать
landen — приземляться
die Decke — потолок (и одеяло)
der Teig — тесто
das Maßband — рулетка
kleben — клеиться, прилипать
den Atem anhalten (sie hielten den Atem an) — затаить дыхание
DAY 7
Die Buchladenkatze
Der Buchladen hieß „Zweites Kapitel“. Er lag in einer schmalen alten Gasse in Bamberg, zwischen einem Käseladen und einem Laden für Regenschirme. Drinnen roch es nach altem Papier und nach Kaffee. Die Bücher standen vom Boden bis zur Decke, und manche Regale waren so hoch, dass man eine Leiter brauchte.
Книжный магазин назывался «Вторая глава». Он находился в узком старинном переулке в Бамберге, между сырной лавкой и магазином зонтов. Внутри пахло старой бумагой и кофе. Книги стояли от пола до потолка, а некоторые полки были такими высокими, что без стремянки не достать.
Und auf der Theke, neben der alten Kasse, lag meistens ein großer roter Kater. Er hieß Tolstoi.
А на прилавке, рядом со старой кассой, обычно лежал большой рыжий кот. Его звали Толстой.
„Warum Tolstoi?“, fragte Ida an ihrem ersten Tag.
— Почему Толстой? — спросила Ида в свой первый рабочий день.
„Weil er groß ist, weil seine Mutter eine Russisch Blau war und weil man ihn nie bis zum Ende schafft“, sagte Herr Albrecht, der Besitzer. Herr Albrecht war ungefähr siebzig. Er trug eine Strickjacke mit Löchern an den Ellenbogen, und er lachte über seine eigenen Witze, schon bevor er sie zu Ende erzählte.
— Потому что он большой, потому что мама у него была русская голубая и потому что его никогда не осилить до конца, — сказал господин Альбрехт, хозяин магазина. Господину Альбрехту было лет семьдесят. Он носил вязаную кофту с дырками на локтях и смеялся над собственными шутками, не успев их договорить.
Ida war neunzehn. Letzten Sommer fingen alle ihre Freundinnen mit dem Studium an. Ida nicht. Sie wusste nicht, was sie studieren wollte. Und sie wollte nicht drei Jahre und viel Geld in das falsche Fach stecken. Also arbeitete sie jetzt vier Tage pro Woche im Buchladen, und in der restlichen Zeit wusste sie nicht so richtig, was sie mit sich anfangen sollte.
Иде было девятнадцать. Прошлым летом все её подруги поступили в университет. Ида — нет. Она не знала, что хочет изучать. И не хотела тратить три года и кучу денег не на ту специальность. Поэтому теперь она четыре дня в неделю работала в книжном, а в остальное время толком не знала, чем себя занять.
Schon in der ersten Woche merkte sie etwas Seltsames an Tolstoi.
Уже в первую неделю она заметила в Толстом кое-что странное.
Meistens schlief der Kater auf der Theke. Er schlief viel — ungefähr zwanzig Stunden am Tag. Aber manchmal, wenn ein Kunde hereinkam, öffnete Tolstoi die Augen. Er beobachtete den Kunden eine Weile. Dann sprang er von der Theke, ging langsam an den Regalen entlang, sprang hoch und legte sich auf ein Buch. Und er bewegte sich nicht mehr, bis der Kunde dieses Buch in die Hand nahm.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.