- -
- 100%
- +
– Ему двадцать восемь лет, и… – начала тихо говорить Ханна, но осеклась, когда я с шумом выдохнула.
– Моя ошибка, неправильный вопрос. – я оскалилась. – Как Билл связан с магами?
– Его отец нанимал магов на работу. Ну и теперь он ищет тебя. – закончила девушка, виновато глядя на меня.
– Это всё? – я не могла скрыть своего разочарования, а Ханна робко кивнула.
«Этого мало. Слишком мало. Должно быть что-то ещё, какая то иная связь, но где же достать информацию?» – глаза сами опустились на Джойс, и я долго смотрела на неё, кусая свой большой палец и взвешивала варианты, пока меня не коснулась Ханна.
– Она тебе ничего не скажет.
– Ты же сказала. – я пожала плечами.
– Нет, она приближенная Билла. Она скорее иссохнет, нежели откроет рот.
Ханна начала что-то тихо нашёптывать, а после моей спины коснулись ледяные руки. Сказать, что я забыла, как дышать – это не сказать ничего. Вскрикнув, я обернулась на испуганную девушку, и обнаружила в её руке маленькую баночку, а с пальцев второй под ноги капала тягучая жидкость.
– Что ты делаешь? – вопрос я скорее прошипела, нежели произнесла.
– М-мазь, пом-могает от х-хлыста. – бедняжка заикалась, а дрожащие руки расплескали часть содержимого баночки на песок.
– Тебе то она зачем? – я искренне удивилась. Я помнила, как она держала горящий хлыст голыми руками, и её ладони были в порядке.
– К огню я, может, и привыкшая, но с хлыстом все немного сложнее. Заденет – мало не покажется. – девушка строго на меня посмотрела и протянула свои руки.
Присмотревшись, на запястье и под локтем было обнаружено два шрама, и я вновь подставила девушке спину, нервно вонзая ногти в ладони, стараясь не кричать от боли. Ощущение было странное – от прикосновений к ране кожа горела в тысячу раз сильнее, но стоило касанию прекратиться, как по спине пробежал холодок и боли больше не было. Неприятное чувство, но мазь помогла, и я облегченно выдохнула.
– Какая у неё способность? – я покосилась на Джойс.
– Она управляет чувствами. Может усилить одно конкретное, затмевая рассудок.
– Ааа, – протянула я, и по рукам поползли мурашки. – вот оно что было.
– У тебя глаза буквально почернели. – Ханна поёжилась. – Манипулятивная способность, очень неприятная.
– Почему ты помогла мне? У тебя есть шанс напасть и освободиться от договора. – я начала искать выход из трещины, а потом поняла, что раз я её создала, значит я могу её и закрыть. Руки уже привычно хлопнули, и горизонт засиял, приближая к нам подсвеченную прозрачную стену, за которой исчезали и море, и берег.
– Ну, во-первых, ты сильнее меня. Не очень хочется повторно просыпаться в лазарете, знаешь ли. – Ханна хмыкнула и посмотрела на Джойс. – Кстати, надо бы отнести туда и её. Во-вторых, как ты, видимо, уже могла слышать, я не по своей воле оказалась замешана в этом деле. Я ведь спокойно работала в кофейне, когда меня уволок Шоу. Чтила закон и честно зарабатывала на жизнь. Даже мой муж не знает, что я маг. – её плечи поникли. – Он, наверное, с ума сходит.
Пузырь схлопнулся и теперь мы стояли все на том же углу кофейни, а вокруг почему-то уже не было столько людей. Когда телефон разразился звуком уведомления я чертыхрулась и выпучила глаза на время.
– Дьявол, я опаздываю. Ты сможешь её…
– Да, конечно, беги. – Ханна мило улыбнулась мне и нагнулась к Джойс, собираясь её поднять.
– Стой, она же тяжёлая. – я оглянулась, удостоверившись, что до нас нет никому нет дела, и подняла лежащего мага способностью таким образом, чтобы со стороны казалось, что она опёрлась на нас руками. Ханна быстро подхватила парящую Джойс и теперь мы вдвоём волокли её до трещины в лазарет. – А что ты им скажешь?
– Кому? – Ханна пыхтела под тяжестью, а я ухмыльнулась – она ведь хотела тащить её в одиночку.
– Ну, доктора наверняка заинтересуются случившемся.
– Нет, они не задают вопросов.
– Как это? – мы уже подошли к трещине и сбросили в неё свой груз. Теперь Ханна отряхивала руки от остатков песка и пыталась отдышаться, глядя на меня снизу-вверх.
– Закон магов. Раз уж нам разрешено биться до смерти, то и причины сего не волнуют ни одну душу.
– Жестоко. – телефон разразился новым уведомлением. – Вот теперь мне точно пора.
Я было сделала шаг в сторону, когда Ханна схватила меня за руку, заставляя повернуться к ней.
– Слушай, ээээ…
– Сэм. – подсказала я.
– Слушай, Сэм, прости меня за тот случай. Мне жаль, что мы познакомились при таких обстоятельствах. – она виновато смотрела на меня, перебирая пальцами волосы.
– Ваш мир суров, что уж тут поделать. – я пожала плечами. – Ты сможешь скрыться от Билла и его шестёрки?
– Да, муж давно хотел уехать отсюда, теперь будет повод. – она улыбнулась. – Береги себя, Сэм. И спасибо тебе. – меня вдруг обняли, и я не смогла не ответить на этот прилив нежности.
– И ты себя, Ханна. – я улыбнулась ей и побежала на смену, уже готовясь выслушивать нагоняй за опоздание.
А нагоняй был, хотя на первый раз штраф решили не выписывать, сжалившись над примерной сотрудницей.
Глава 4. Уэйн
Меня будит подзатыльник. Сказать, что я потерял дар речи от шока – это не сказать ничего. Видимо парни, окружавшие меня, так и подумали, и решили помочь мне вновь обрести способность говорить – чей-то кулак влетел мне в солнечное сплетение, и я вскрикнул перед тем, как начать хватать воздух ртом.
– Он такой слабак, будто бьёшь маленького котёнка! – говоривший тряхнул рукой, и был готов в любой момент повторить действо. Беря во внимание его сравнение, я подумал, что единственной внушительной вещью в жизни этого парня были мускулы.
– Что притих, колдун? Перед настоящей силой ваши «особые» умения уже не таки крутые, а? – голос маячил сразу за бившим меня, будем называть его «Бицепсом», преследуя своего носителя. Парень был так же молод, как и «Бицепс», и так же напоминал собой высокую, мощеную скалу.
«Колдун? Это оскорбление такое?» – я зажмурился, пытаясь понять, как я тут оказался. Единственным последним воспоминанием было следующее: моя задница, искавшая, к слову, на себя приключения, покоилась на заднем сидении машины, когда эта тяжеленная железка со свистом развернулась, а моя голова оставила кровавый отпечаток на окне, покрывшемся паутиной трещин.
Верно, я ехал на встречу, которая обещала стать новой историей в прямом смысле этого слова. Откуда, спрашивается, черпать вдохновение, когда твоя жизнь до нелепости размеренна и предсказуема? Естественно извне. Моя первая книга не стала столь привлекательной, сколь мне бы хотелось, а рецензии стали ударом под дых, но также и катализатором. Если цитировать, вот что обо мне думали донельзя скучающие читатели: «Уэйн Брукс ворвался в писательский мир с потрясающим стилем и слогом! Этот парень знает, как посадить в нас зерно эмоций, взращивая его и извлекая из нас слёзы, и смех, и радость! Но, помяните моё слово, если он продолжит прятаться за повседневностью, я не вспомню о нём более, и никто не вспомнит! Нам нужен огонь, стихия, мы требуем азарт и сумасбродства! Да, мы прячемся от наших жизней в бумажных переплётах с текстом и картинками, чтобы переживать то, что никогда не случиться с нами, поэтому, Уэйн, прошу вас, мечтайте за нас! Мечтайте, мой дорогой! И в этих мечтах я надеюсь однажды встретиться с вами!».
И я стал мечтать. Я буйствовал в безмятежности, и дрался с посредственностью, и встретил столько новых лиц, и узнал так много душ. Я, как сумасшедший, записывал каждый свой сон, а каждая глупая мысль стремительно развивалась, превращаясь в безумную. Я писал снова и снова, рассказы, романы, повести, сказки, однажды даже ушёл в стихи. И меня признали, и меня читали, и это стало моей жизнью.
Каждый мой шаг был новой авантюрой, и даже это несуразное происшествие, таящее в себе смертельную опасность, обещало стать эпическим. Дверь машины со скрипом открылась, и я кубарем покатился из салона на асфальт. Светловолосый парень таращился на меня с высоты своего роста, а затем отцепил рацию от пояса на широких штанах, и поднёс к лицу.
– Мы остановили «Ауди» с похожим номером, ждём подкрепление. – пауза. – Мы не знаем точно. – лицо парня отразило сотню эмоций, и все отрицательные. – Потому что мы не чернокнижники или как вы их там называете. – я слышал, как хрустнул фасад приёмника, так сильно его сжали. – Мы вам что, разносчики, чёрт бы вас побрал!? – снова пауза – Да, Сэр, я вас понял – последнее он процедил сквозь зубы, и я понял, что на мне сейчас оторвутся как следует. – Коди, давай! – он кивнул куда-то позади меня, затылок взорвался от боли, а после, вероятно, я отключился.
Собственно, вот я и здесь. Я попытался оглянуться, на сколько позволяла шея: высокие потолки, полное отсутствие мебели, не считая стула, к которому меня привязали, и две дюжины мужчин. Разбитые в некоторых местах окна прятали за собой деревья, скрывавшие луну, и я понял, что так темно не было, когда я ещё ехал в машине. Значит моя долгожданная встреча покатилась коту под хвост, и я шумно выдохнул, не сильно, но всё же расстроенный таким положением дел.
Здесь было больше оружия, чем я видел вживую за всю жизнь: у одних с плеча свисали винтовки, у других на поясе мелькала отнюдь не пустующая кобура, а пара персонажей от скуки подбрасывала ножи и метала их в деревянные балки, потрёпанные и грозившиеся в любой момент рухнуть вместе с потолком.
Глянув на второй этаж, я заметил отличного от компании – напуганного, сложившегося пополам и сидевшего прямо на полу. Кудрявые волосы едва закрывали затуманенные глаза, сосредоточенные на одной точке, тонкие руки были выставлены в стороны и потрясывались от напряжения. На шее блестел металлический… что это? Ошейник? Он казался совсем мальчишкой, худущим и словно забитым самой жизнью. За его спиной стоял мужчина со шрамом, пересекающим лицо от уха до подбородка, скрестив руки на груди, и играясь с маленькой пластмассовой коробочкой, висящей брелоком на пальце. Перехватив мой взгляд, он пнул в спину несчастного мальчишку, сидевшего перед ним, и взгляд того прояснился.
– Не хочешь с нами познакомиться, крыса? – из-за моей спины выросли огромные руки и схватили меня за подбородок. – Ну же, покажи нам, что ты умеешь. Мне дьявольски интересен объект, за которым я гоняюсь уже месяц. – его ноготь впился мне в кожу, и я почувствовал, как в том месте пульсировала вена.
В нашу сторону смотрел кто с любопытством, кто с опаской, а во мне кипели остатки здравого смысла, кричащие – «Надо рвать когти!». Но бурлящий интерес был сильнее даже этих ничтожных остатков, а потому я чарующе улыбнулся, бегая глазами по присутствующим.
– Я бы рад поболтать, парни, но меня, надеюсь, всё ещё ждёт горячая красотка! Мы познакомились в социальных сетях, и она была чертовски милой! – девчонки до скучного легко велись на ту моську, что я привычно состряпал.
– Крыса, не шути со мной. – меня дёрнули за волосы, и я захрипел, но очарования с лица не сбросил.
– Разве ж можно шутить о делах сердечных? Ну же, где ваша мужская солидарность? А что, если это та самая? Парни, вам бы понравилось, если бы вашу судьбу увели прямо из-под вашего носа? – я разочарованно помотал головой и цокнул языком на последок.
Десятки глаз в недоумении пялились на мою персону, совершенно не понимая, как себя вести. Да, я был для них безобидным дурачком, вот только мои руки всё ещё были связаны, и я решил зайти с другой стороны. Голова опрокинулась назад настолько, насколько это было возможно, и теперь я глядел на стоящего позади меня вверх тормашками.
– Мистер Сэр, кажется вы заикнулись о способностях. – Мистер Сэр растерялся от подобного обращения, выразив это поднятой вверх, ну или вниз, смотря с какой стороны посмотреть, бровью. – Так вот, я ээээ… способен прилично зарабатывать, и с удовольствием поделюсь с вами, если вы поделитесь со мной моей законной, к слову, свободой.
Неряшливое лицо побагровело, брови стремительно поползли к переносице.
– Не заговаривай мне зубы! – мужчина выплюнул эти слова, заодно забрызгав моё лицо.
Невольно поморщившись, я вернул голову на место – шея начала затекать от неудобных положений, и бросив взгляд на кудрявого мальчишку на втором этаже, меня передёрнуло. Его голова вдруг содрогнулась и полетела на пыльный пол, а лицо мужчины со шрамом проявило ухмылку. Его хозяин поглаживал большим пальцем кнопку на, как я понял, пульте. Кашляя и сотрясаясь, несчастный ребёнок начал хвататься руками за шею, а когда его за волосы потянули наверх, казалось, пытался схватиться за воздух. Державший его амбал прошипел что-то ему на ухо и с силой бросил обратно в пыль. Неуверенно поднявшись на локтях, взгляд кудрявого мальчика на мгновение поднялся на меня, губы зашевелились, но я не слышал ни слова. А затем он рухнул без сил, и больше не двигался.
– Это не он. – громкий бас разлетелся по зданию, и ещё какое-то время эхом растворялся в обоюдном молчании остальных персон.
Бесчисленное количество глаз металось от меня до стоящего за моей спиной, и, хотя я оказался неподходящим для чего бы то ни было, легче мне от этого не стало. Грязные ногти по-прежнему впивались в мой подбородок, голову резко повернули в бок, где мой взгляд перехватили два абсолютно сумасшедше-дёргающихся зрачка.
– Что значит, это не он? – выплюнул с шипением мне в лицо мужчина в костюме. Он отличался от основной составляющей этого места не только одеждой – отросшие волосы неказисто уложены, зубы, хоть и кривые, однако белые, а борода беспорядочно росла в разные стороны. Он явно был здесь главным, но производил впечатление отщепенца, которому дали слишком много денег за слишком грязную работу, и он не знал, как с ними обращаться.
– Раз уж я не тот, кто вам нужен, тогда я… пойду? – я переводил выразительный взгляд с мужчины на дверь и обратно. – Клятвенно обещаю держать рот на замке и не разглашать это недоразумение среди масс. – если бы я мог, то положил руку на сердце.
– Закрой пасть, отродье бестолковое! – мужчина оттолкнул мою голову, и я полетел вслед за ней на пол.
Его грязные ботинки пронеслись мимо. Он, как ужаленный, подлетел к двум подросткам и схватил одного за воротник футболки. Это был тот самый парень, скалившийся на рацию при моём похищении.
– Вы, имбицилы, хотите сказать, взяли не того?
– Нам не дали чётких инструкций… – начал мямлить второй парнишка – кажется, его звали Коди – не зная куда деть глаза и перебирая руками маленький нож-бабочку. Светловолосый же вздернул подбородок и с вызовом посмотрел сверху вниз за начальника.
– Мы сказали прислать нам человека на место, – он покосился на все ещё лежавшего без движения мальчика. – Но вам, Аарон, было угодно волочь его сюда для анализа. Информация о машине была не полной, описание объекта так вообще загадка! – с каждым новым словом его голос все громче гремел внутри здания, больно отхлестывая мои бедные перепонки. – С тем же успехом можно было открыть охоту на призрака! Ах да, вы это и сделали!
Не прошло и пяти секунд, как что-то булькнуло, а я начал хватать воздух ртом. Нож-бабочка больше не кружил меж пальцев Коди, теперь он торчал из плеча говорившего, прежде пробежавшись острием по горлу обоих. Аарон не скрывал яростную дрожь в руках, и я совершенно растерялся, увидев, что произошло после.
Стена, по которой скользили два трупа, вместо того, чтобы окраситься кровью, задрожала, и в мгновенье словно просто исчезла. Позже, прокручивая в голове эту сцену снова и снова, я понял, что она, как от удара, рассыпалась на крупицы и бесшумно упала на землю, подняв ворох пыли в воздух. И в это облако пыли и песчинок кирпича молниеносно ворвалось высокое женское тело. Иссиня чёрные волосы беспорядочно метались, следуя движениям хозяйки, а каждый шаг беспокоил длинное платье. Я слышал, как одновременно щёлкнули десятки предохранителей, а на откуда-то знакомом лице задрожали красные светлячки.
Аарон, упавший от такого неожиданного появления новой гостьи, вжимался в пол всё это время, но обретя голос завопил, как жадный мальчишка, тыча в девушку своими грязными пальцами.
– Поймать её! Схватить! Схватить сейчас же, чёртовы идиоты! – он вопил, но никто не смел двигаться с места, а она и бровью не повела.
Девушка смотрела на него так, словно видела в нем ту же пыль, что мелкой россыпью блестела в воздухе, опускаясь вниз. Я был ошеломлён, абсолютно обескуражен, я был возбужден её спокойствием, хотя глаза, оглядевшие помещение, метали молнии. Глянув на меня, она нахмурилась, вскинула руки, и оседавшее облако вновь поднялось вверх, и замерло, укрывая каждую живую душу друг от друга. Начался хаос.
Я видел, как то тут, то там метались люди, летали снаряды, и кое-где мелькали, если не чёрные волосы, то обнаженные ноги, явно принадлежавшие только одному человеку. Взрывы и выстрелы не прекращались, отовсюду слышались голоса, выдававшие ругательства. Что-то хлюпало и булькало. В гнетущем шуме я смог различить всхлипы и незаконченные молитвы, но всё это басило, хрипело, и принадлежало мужчинам. И от этого молчаливая девушка казалась ещё страшнее и восхитительнее.
Мимо моего уха со свистом пролетел свинец, заставив съёжиться, и вдруг что-то очень тяжёлое ударилось о спинку моего стула. Аарон споткнулся о меня в этом беспорядке, но быстро смекнул, кто посмел распластаться у него под ногами, и подтянул меня за подмышки, откинув в сторону теперь уже сломанный предмет мебели. Его рука вцепилась в мою шею, и что-то дрожащее натирало кожу у виска.
– Не подходи ко мне, тварь! – голос звенел у меня в ушах, и руками сзади я нащупал пустую кобуру.
– Я бы на вашем месте не обращался так к леди, которая, кстати, разносит в пух и прах вашу команду. – не смог удержаться от высказывания я. Его угрозы на фоне происходящего звучали нелепо.
– Закрой пасть! Я с тобой ещё не закончил. – горячее дыхание обожгло ухо, а пистолет сильнее вжался в мою кожу.
– Нет, просто немыслимый идиот. – это я пробормотал себе под нос.
Напуганный Аарон дёргал не менее напуганного меня из стороны в сторону, озираясь по сторонам и прикрываясь мной как щитом. Шума и шороха становилось меньше и меньше, когда отступать уже было некуда – мы упёрлись в стену. Тишина душила сильнее хватки державшего меня мужчины, а глаза саднило от грязи, витавшей в воздухе. Мне пришлось несколько раз зажмуриться, чтоб хоть как-то прочистить их, и моргнув в очередной раз, передо мной проскользнула потрёпанная, но живая, Она. Её указательный палец едва коснулся губ, и грубая рука почему-то больше вдавливала кадык в мне в горло, а сзади послышался глухой удар. Я отшатнулся вперёд, едва поняв, что меня больше ничто не держит, и чуть не налетел на чьё-то тело.
Когда что-то горячее коснулось моих рук, я начал лихорадочно оглядываться, ожидая новую опасность, но опасности не было. Была только виноватая улыбка на круглом личике и поднятые вверх руки, как бы говорившие, что не причинят зла. И мой страх вдруг куда-то испарился, уступая место восхищению этой смертоносной леди. Разбитые пухлые губы пришли в движение, и мне пришлось переспрашивать, поскольку в ушах ещё стоял гул бойни.
– Руки. Позволь развязать их? – голос немного дрожащий, дыхание сбилось, однако движения быстрые и уверенные, и вот она уже уводила меня вперёд по подушке из трупов, парочку из которых я пнул, обиженный на ситуацию.
Когда моего лица достиг лёгкий ветерок, а вокруг выросли деревья, эта странная девушка развернула меня лицом к себе.
– Мне ужасно жаль, что ты попал в эту передрягу. Мне так жаль. Ты не ранен? – выпалила она на одном дыхании и пробежалась по мне взглядом. – Кажется, всё нормально. Пошли. – она схватила меня за руку и поволокла вперёд.
Кожу обожгло прикосновение, такие горячие у неё были руки, а я поплелся следом, не глядя под ноги и постоянно спотыкаясь. Я смотрел только на неё и не мог оторвать глаз. Худая, высокая, немного дрожащая то ли от холода, то ли от адреналина. Струйки крови сползали по девичьей ноге там, где платье было разорвано, но девушка не обращала на это внимания.
– Куда мы идём? – поинтересовался я, когда мы вдруг остановились. Ушли мы не далеко – за деревьями виднелось то здание, а потом девушка вдруг дёрнула меня, привлекая внимание.
– Закрой глаза. – только и сказала она, вызвав мою улыбку.
– Это очень необычный способ похищения, должен признать. Те парни заморочились побольше. – я надеялся на ответную улыбку, но она лишь нахмурилась и серьёзно на меня посмотрела.
«Какая неприступная» – подумал я, но она продолжала смотреть, и я, вздохнув, зажмурился. Она повела меня дальше, медленно и осторожно, и через несколько шагов остановилась. Открыв глаза, я начал оглядываться. Мы по-прежнему были в лесу, вот только здание уже не выглядывало из-за толстых стволов, и вокруг стало почему-то светлее. Разительно светлее. Как тогда, когда я ещё ехал в машине. Меня снова дёрнули за руку, заставляя обернуться.
– Сейчас я хочу, чтобы ты убрался отсюда. Если пойдешь прямо, – её тонкая кисть, вся в ссадинах, устремились мне за спину, а с пальцев капала кровь. – То выйдешь на дорогу. Сейчас не так поздно, и поймать такси не должно быть проблемой. Поезжай домой, ложись спать, и забудь этот вечер. Прошу тебя. – девушка нахмурилась, сделав ударение на последней фразе, а у меня, если сначала и было желание открыть рот, то сейчас я просто не мог выдавить из себя ни звука. Она встряхнула меня. – Пожалуйста, иди.
И я пошёл, не понимая, то ли ведомый её молящим голосом, то ли реальным желанием унести ноги подальше отсюда.
Пока я бежал, в голове бесконечное количество мыслей повисли густым смогом, и давили на виски , вызвав сильную боль. Я сбросил скорость, и не то шёл, не то просто перемещался под натиском ветра, и всё думал, стоит ли мне вернуться. «Как я могу бросить эту девчонку там совсем одну? Она совершенно чужая в этом хрустящем стариной строении, как деталь, взятая из другого пазла. Но это же она меня вытащила оттуда. Когда мы шли туда, где когда-то была стена, пол был усыпан не просто капе лью крови, там словно прошёл ливень. И под плёнкой этих осадков лежали эти вооруженные животные, суровые и безумные» – от всех этих мыслей меня начало мутить. «А что же стало с Аароном? Она ведь стояла прямо передо мной, когда он отпустил меня, вернее, когда упал без сознания. Как она это сделала? И что стряслось с треклятой стеной?»
Вопросы, только вопросы, и ни одного ответа. Сверившись со временем я понял, что ещё мог бы успеть на встречу. Да, с непростительным опозданием, но мог. Но зачем? Зачем я вообще решил ехать туда? Да, ради приключения. Но случившееся было приключением разительно более захватывающим, хотя разум и кричал – «беги отсюда, глупец!». Я взвешивал все за и против, а из головы не шла эта удивительная девушка. Я уже развернулся и шёл обратно, и всё думал о ней. И мысль о том, что она ранена, стала последней каплей, чтобы увереннее и быстрее зашагать, освещая себе путь фонариком, и стремясь к ней, только к ней.
Глава 5. Сэм
Моя квартира окутывала меня теплом, беспорядком и одиночеством с тех пор, как я заселились сюда. Она находилась в центре города, позволяла мне приводить друзей, располагая двумя комнатами, и до работы было всего несколько остановок. Хозяин был стар, и сразу дал зелёный свет на ремонт, если я вдруг надумаю его сделать. И я надумала, и постепенно меняла то одну часть, то другую, на свой вкус. Так, из потрёпанной бесчисленными бывшими жильцами и пахнущей ветошью, эта берлога превратилась в мою светлую обитель, сочившуюся самыми разными видами искусства, от картин до оригами. Единственной тёмной комнатой была спальня, хотя я и спала с ночником.
Жить одной здорово только в том случае, если у человека развита социальная жизнь, и дома он отдыхает от больших, или не очень, компаний в тишине. Или же наоборот, приглашает в свою обитель друзей, расслабляясь после тяжёлого рабочего дня – отличный стимул прибраться, к слову. Моя жизнь ограничивалась работой, и, хотя с коллегами у меня отношения были отличные, я не могла назвать это дружбой.
Тома, почти посилившегося у меня, давно не было видно. Я пыталась расспросить его мать, но она лишь смотрела на меня пустыми, безжизненными голубыми глазами, пытаясь застегнуть рубашку на груди. Друзей у мальчика не было, а уличные хулиганы к нему давно не совались, и я терялась в догадках, где его искать, надеясь лишь на то, что он в порядке, и скоро объявится.