Недоброе солнце
- -
- 100%
- +
– Понимаю, – я, и правда, понимала. Когда в прошлом веке начались внезапные эпидемии у жителей колонии Ганимед, тоже не смогли найти причину и источник. Только несколько лет назад группа ученых решилась возобновить исследование. Благодаря прорыву в медицине, им удалось выделить микроорганизмы, резко пошедшие в рост в атмосфере колонии и послужившие причиной гибели такого количества людей. Получалось, что сейчас у Валоры не хватало знаний для решения этой проблемы. Возможно, земные технологии могли бы помочь им в этом вопросе, вот только я настолько далека от медицины, что даже предложить ничего не могу.
Под впечатлением от печальной новости и от страшных перспектив, маячивших перед целой расой, весь оставшийся день ходила как в воду опущеная. Из рук все валилось, в буквальном смысле, а все расчеты по научному проекту выходили кривыми и неправдоподобными. В конце концов, после седьмой попытки рассчитать климатические зоны и выделить сезоны года для новой планеты, плюнула на все и отправилась бессовестно пользоваться своим положением.
Сумудин, который, оказывается, всегда отслеживает местоположение Нарина, сказал, что мой супруг на очередном совещании, и снабдил меня точными координатами. Несколько минут проведя в лифте, вышла перед двойными мутно-стеклянными дверями, возле которых за небольшим пультом сидел совсем молодой валор. При моем появлении солдат в красной форме поднялся, с некоторым смущением и сомнением поглядывая то на меня, то на двери. В помещении через матовую поверхность были видны фигуры, двигающиеся туда-сюда и сидящие в креслах. Также смутно различались цвета, мелькавшие на мониторах.
– Терри Селена, я не уверен… там совещание офицерского состава, – не очень внятно забормотал охранник, пытаясь преградить путь. Только у меня и так настроение было паршивое, и ни малейшего желания пререкаться не возникало.
– Дотронешься до меня, Нарин руки вырвет. Я тоже офицер, если ты забыл. А еще дарье твоего капитана, так что будь добр… – я сделал плавное движение рукой, как бы отодвигая молодого валора в сторону. Тот все же так и стоял в нерешительности, разрываясь между приказом и нежеланием противоречить моей высокой персоне. Мне стало его немного жаль. – Отойди. Обещаю всю вину взять на себя.
Солдат кивнул и вернулся к своему пульту. На двери был очередной замок с импульсной жидкостью, так что было вполне возможно, что меня и не пропустят, но Нарин как-то обмолвился, что в целом я могу его беспокоить всегда и везде, в адекватных пределах. Точнее, мне было сказано, что он с большим удовольствием обсудит со мной мои идеи заранее, чем потом будет разбираться с последствиями. Чувствуя внутри повышенную нервозность в смеси со странной тоской, я четко понимала, что мне необходимо срочно увидеть мужа. Погрузив руку в голубое «желе», уже вполне готовилась к отказу в доступе, когда двери разошлись в стороны. Из помещения сразу донесся смех и вполне довольные голоса. Это хорошо, может, хоть у Нарина сегодня удачный день.
На звук открывшейся двери все сразу обернулись. Сегодня офицеров было немного, всего шестеро, включая моего мужа. Нарин сидел во главе стола, откинувшись на спинку кресла и что-то вычерчивая в планшете. Как только я шагнула в помещение, изображение на трех экранах тут же подернулось рябью помех. Хорошая программа. Даже если кто-то захочет, не сможет узнать, о чем здесь шел разговор.
– Терри? Чем обязаны? – с некоторым удивлением спросил Ериар, один из офицеров технического блока. Он был одним из самых старших валор на «Парадоксе». Вокруг светло-зеленых глаз паутинками лежали линии морщинок, а волосы казались не просто стальными, а седыми.
– Я очень прошу прощения за вторжение, уважаемые акеры. Надеюсь, я не слишком помешала?
Нарин отложил свой планшет на стол и, слегка хмурясь, встал, направляясь ко мне. Это был первый раз, когда я не отправила ему сообщение, а просто пришла во время работы. Конечно, у него был повод для удивления. Тем более, что объяснить природу собственного беспокойства и сомнений я не могла.
– Что случилось, дарье? – супруг протянул ко мне ладонь, коснувшись скулы в одном из своих любимых жестов.
– Вам еще долго работать? Ты мне нужен. В целом, ничего не произошло, но все же.
– Все что хотели, мы практически проработали, так что, «в целом» я уже свободен.
– Может, ты мне расскажешь, что происходит?– спросил Нарин, пока я за руку тянула его из лифта в сторону наших комнат.
– Да, конечно, – в который раз отозвалась я, не совсем понимая, что сказать. Зато собственное состояние в непосредственной близости супруга становилось более определяемым. Мне стало жарко, ладошки вспотели как у подростка. Кожа немного зудела от потребности прикосновений, а заклеенные тейпом псевдо-следы откровенно чесались.
Стоило дверям каюты закрыться за спиной моего валора, как я обернулась и практически набросилась на него с голодными поцелуями. Дарье ответил с пылом и страстью, подхватив меня на руки и не разрывая губ, понес в спальню. Когда мы упали на мягкое покрывало, Нарин немного отстранился, внимательно оглядывая мое пылающее лицо чуть прищуренным взглядом.
– Ты сегодня непохожа на себя. Твои скулы красные, дыхание тяжелое, – тихо прокомментировал он увиденное, я же чувствовала себя как в огне, – обычно тебе нужно больше времени, чтобы дойти до такого состояния. Ничего не скажешь мне?
– Ты замолчишь?
Определенно, ни малейшего желания обсуждать особенности моего состояния не было. Было желание получить много, очень много прикосновений и ласки. Желательно прямо сейчас. Нарин задумчиво хмыкнул, вполне явно демонстрируя, что разговор не окончен, а просто отложен до более спокойных времен, и начал, довольно споро, расстегивать мой комбинезон. Однако примерно на первой четверти замка, валор остановился.
– Тебе же нельзя.
– Можно. Нужно. Все можно, – нетерпеливо возразила, дергая застежку на форме супруга. Раньше за ним такой нерешительности не водилось, как мне помнится.
Получив официальное разрешение, Нарин ускорился, перейдя к активной деятельности. Буквально через пару секунд моя форма и белье полетели куда-то за край кровати, а через пару мгновений к ним присоединилось облачение валора. Нарин замер только на мгновение, вопросительно остановив ладонь на краю тейпа. Стоило мне кивнуть, как заживляющая материя была сорвана, открывая бледные, едва заметные следы. Валор чуть нахмурился, но затем медленно-медленно, мучительно нежно коснулся губами каждого видимого пятна, блуждая ладонями по воспламененному телу. Кожа пылала, голова кружилась от нетерпения. Возбуждение затуманило разум, не давая думать, оставляя только одни ощущения.
Чувствуя каждой клеточкой тела, ощущая каждым нервом, я поняла, что Нарин тоже соскучился. Валор крепко обнимал, не давая отстраниться от слишком ярких ласк, не позволяя передохнуть, сбежать. Раз за разом поднимаясь на волнах удовольствия, в конце концов я, кажется, на какое-то мгновение потеряла связь с реальностью, пребывая в невероятном экстазе и наблюдая, как перед глазами взрываются звезды. Придя в себя, я услыхала взволнованный голос Нарина.
– Дарье, Селена, ответь. Селена… – обеспокоенно звал меня супруг, поглаживая по щекам. Зрение немного прояснилось, и я смогла сфокусироваться на его лице и чуть улыбнуться. Валор с облегчением выдохнул. – Как ты? Почему не отвечала?
– Не могла. Кто-то меня немного ушатал, – пресыщенным, сипловатым голосом отозвалась я. Беспокойство, снедающее полдня, наконец, отступило. Нужно будет немного поразмышлять над этим странным состоянием. Мужчина самодовольно хмыкнул, пройдясь горящим взглядом по моему телу. Внезапно его глаза расширились и меня резко прижали спиной к кровати, не давая дергаться. Нарин внимательно, практически в упор, разглядывал рисунок на моей груди. Чуть скосив глаза, не имея возможности нормально посмотреть под этой глыбой мышц, заметила, что узор на теле стал значительно ярче. Следы просто сияли ярким лиловым цветом. С любопытством перевела взгляд на рисунок на теле мужа. Если еще час назад они были почти до черноты темными, то теперь тон рисунка стал значительно светлее. Получалось весьма любопытно. А супруг мой пребывал в каком-то благоговейном шоке, не в силах оторвать взгляд.
– Нарин, пусти, – попросила, устав лежать пригвожденной к матрасу. Только меня не послушали.
Валор, протянув руки мне под спину и крепко обняв, перевернул нас обоих, чуть сдвинув мою голову себе на грудь, подтянул покрывало хвостом и блаженно закрыл глаза. Лежа в полумраке, я четко видела абсолютно счастливое выражение этой бледной мордашки. Кажется, кто-то собирался спать. А у меня как раз силы бурлили и энергия вернулась. Я бы сейчас побегала или попрыгала, да мало ли дел. Попробовала осторожно вывернуться из объятий почти спящего мужа, только кто-то совсем стал тиран и деспот. Меня прижали крепче, для уверенности придавив нижние конечности ногой и обернув хвостом в районе бедер. Не мне же хочется что-то делать! Слабо дернувшись еще разок, сама не заметила, как погрузилась в сон.
На смотровом экране была видна большая, вполовину крупнее Земли, планета светло-песочного цвета с оранжевыми полосами. Большая часть видимого пространства казалась однородной, однако по мере плавного поворота открывался вид на яркий голубой купол, покрывавший пятую часть Валоры. Под этим куполом, состоявшим из множества граненых полусфер, скрывалось все население планеты, спасаясь от пагубной радиации умирающей звезды.
Глава 29
Лени
Следующие несколько дней показали пару интересных моментов. Оказалось, нанесенные мне на Гиазуке следы, так же реагируют на содержание токсина в крови, только получается все наоборот. Чем меньше у меня контакта с Нарином, тем они светлее. Токсин просто выводится из организма. И наоборот, чем больше я получаю вещества от него, тем ярче рисунок. Разобравшись в этом, кажется, супруг решил, что не позволит следам на моем теле бледнеть. Хотя, должна отметить, что его настроение значительно улучшилось, несмотря на ворчание.
Звездной системы мы достигли точно в срок. Крейсер гудел. Все обитатели «Парадокса» с некоторой радостной суетой бегали по кораблю, доделывая последние дела, собирая вещи и распределяя обязанности между остающимися. Большая часть экипажа получила отпуск на пятнадцать дней, остальным же предстояло дожидаться смены. Часть помещений запечатывалась, и весь корабль переходил в дрейфующий режим. На место Нарина, тоже должны были прислать оджи, который мог бы управиться с усеченным вариантом команды и аппаратуры.
Высадка планировалась в празднично-парадном варианте. Сумудин рассказал, что помимо представителей Великого Совета и родных, будут присутствовать офицеры с «Искры». Корабль Палета прибыл раньше нас на двое суток, так что мероприятие будет на самом высоком уровне. Лично меня во всем этом больше пугало знакомство с матушкой мужа. Очень многое зависело от того, как мы сумеем найти общий язык с валлине Рамией. Надеюсь, мудрая женщина не станет делить влияние на Нарина.
Посоветовавшись с мужем, выбрала для первого представления народу Валоры длинное синее платье, без лишних украшений. Оно смотрелось невероятно, благодаря струящейся ткани и серебряным переливам на сгибах. Чуть открытые плечи было решено прикрыть тонким, непрозрачным шарфом жемчужного оттенка. Нарин сказал, что шокировать общественность моим статусом сегодня не будем. На это имеются отдельные планы. Как я поняла, на этом настаивала валлине Рамия. Выставив перед входом свои черные лодочки, пробежалась еще раз по упакованным вещевым контейнерам, которых после покупок на Гиазук стало на два больше, и села в кресло, ждать.
Нарин, облаченный в парадную форму, пришел за мной примерно через час. Увидав меня в выбранном наряде, супруг судорожно вздохнул, прикрыв на мгновение глаза. Кажется, понравилась. Определенно, это платье мне великолепно шло, а с подведенными карандашом глазами я была похожа на киноактрису далекого двадцатого века. Взявшись за руки, мы вышли из каюты, оставив вещи персоналу для выгрузки.
Отразившаяся в стальных дверях транспортного ангара пара смотрелась необычно. Высокий мужчина с бледной кожей и светлыми волосами в ярком кителе парадной формы, весь подтянутый и по-военному прямой. И я, невысокая, с более смуглым тоном кожи и темными короткими волосами, в своем струящемся синем платье до земли. На удивление смотрелось очень гармонично.
В шаттле, помимо нас, было еще несколько офицеров в темно-фиолетовых кителях. Сидя в компрессионном кресле, крепко сжимая ладонь Нарина, я невероятно нервничала. Супруг заявил, что во время мероприятия мне придется стоять рядом с ним и никак не получится затеряться в толпе, как планировала ранее. Даже если сегодня, никто не сообщит, что я его дарье, он, тем не менее, был намерен представить меня как супругу. Чтобы потом меньше вопросов задавали.
Шаттл приземлился, с шипением открылись двери, в небольшое помещение пахнуло сухим жаром. Офицеры, довольно переглядываясь, расстегивали удерживающие ремни, меня же слегка потряхивало. Нарин со снисходительной улыбкой отстегнул меня от кресла, потянув за руки вверх. Снаружи раздалось довольно громкое гудение, от которого я вздрогнула, а потом в воздухе добавилось влажности. Дышать стало легче.
– Купол замкнули, и фильтры прогнали воздух через систему. Нам надо выходить, хорошая моя, – глаза валора смеялись. Он медленно, но весьма настойчиво тянул меня к выходу. Пришлось вдохнуть-выдохнуть и пойти за ним.
Прикрыв глаза, я вышла из шаттла. Мы оказались наверху большой площадки, вниз вели широкие ступени, примерно на три метра возвышая нас над пространством. Чуть впереди перед шаттлом шеренгой стояли офицеры, прибывшие с нами или чуть раньше. А дальше были встречающие. Десять валоров в каких-то длинных, малиновых мантиях стояли здесь же, на возвышении. Среди них я узнала валлине Рамию. Значит, это представители совета. Рядом с ними стояло еще трое валор в парадной военной форме. Больше всего поражал самый крайний из них. Он был так же высок как Нарин, но, кажется, вполовину шире в плечах. А еще значительно старше. Коротко стриженые волосы выглядели седыми, как и аккуратно стриженая борода. Вокруг голубых глаз лучиками разбегались морщинки, руки сложены за спиной. Несмотря на возраст, от него такими волнами исходила сила, что подгибались ноги. Этот валор производил невероятное впечатление. Палет, практически сразу догадалась я. Первый оджи Валоры. Да, валлине Рамия не дура. Непонятно только, чего ждет. Такой мужчина.
Все это я успела рассмотреть из-за плеча Нарина. Супруг шел чуть впереди, прикрывая меня широкими плечами и позволяя немного собраться с духом. Капитан «Парадокса» остановился в двух шагах перед встречающими, чуть склонил голову, а потом обернулся, протянув мне руку и не позволяя больше прятаться. Пришлось повиноваться и стать рядом. Глаза встречающей делегации расширились, лица вытянулись. Только моя новообретенная свекровь довольно прищурила глаза, как сытая кошка, честное слово. Высоко подняв голову, прошлась взглядом по ряду присутствующих. Стоило встретиться с льдистыми глазами Палета, как валор улыбнулся и подмигнул. Он же сделал первый шаг вперед, крепко обняв Нарина и с силой хлопнув по спине.
– Мог предупредить меня и пораньше. Рад за тебя, – расслышала я тихие слова, сказанные мужу.
Потом, отпустив Нарина, Первый оджи повернулся ко мне, также крепко сжав в объятиях. От неожиданности я громко пискнула и покраснела. Хмыкнув мне в ухо, Палет приподнял меня над землей, заставив сердце упасть куда-то в пятки. Через несколько мгновений меня вернули на землю, практически в руки Нарина.
– Ты очень вовремя, девочка с Земли. Теперь перемены пойдут сами собой, – произнеся эту не совсем понятную фразу, валор отступил назад, повернулся к нам боком, и только теперь я увидела, что за пределами платформы стоит огромная толпа. На гигантской территории под ячеистым, как соты куполом, сколько хватало глаз, стояли валоры. И все смотрели на нас. И только услыхав слова Палета, который говорил в небольшой усилитель, разносивший голос по всему космодрому, я поняла. У них закончилась война. Получается, мы привезли весть о победе.
Стоило Палету закончить вещать о радостном событии, как вдруг над нами раздался взрыв. Вздрогнув, отшатнулась ближе к Нарину, тут же обнявшему. Валор, обхватив меня одной рукой и хвостом, указал вверх. Над куполом тысячей огней разлетались фейерверки. Многократно отражаясь в поверхности купола, они создавали впечатление, что сияет все небо.
Фейерверки были невероятными. Огромный золотой шар, разлетевшись тысячей звезд в разные стороны, вдруг опять взорвался в центре, меняя оттенки с лилового на бирюзовый и плавно осыпаясь серебряным дождем. Даже светлое небо не мешало наслаждаться этим удивительным зрелищем. Небо взрывалось и грохотало минут двадцать, а когда все затихло, над площадью раздались громкие радостные крики.
Нарин потянул меня в сторону, и только теперь я увидела, что валлине Рамия и Палет уже направляются куда-то за шаттл прочь от ступеней, ведущих вниз.
– Теперь мы можем уходить. И лучше поторопиться.
Удивительно, как у них с этим все просто и быстро. На Земле я как-то была на параде у брата в части, так там пришлось под солнцепеком часа четыре стоять. Пока все руководящие лица высказались, пока друг друга поздравили и торжественно оркестр послушали…
– Так просто? – не выдержав, спросила Нарина, обходя шаттл вслед за ним. Валор кивнул.
– Сегодня везде праздник. Завтра мы должны присутствовать на заседании Совета, там и будет основная часть. А сейчас можно лететь домой.
Мы спустились по небольшим ступеням с обратной стороны возвышения, миновали еще несколько шаттлов и оказались у небольшого транспортника на воздушной подушке, наподобие того, что я видела на Гиазуке, только чуть меньше и другой расцветки. Пока Палет открывал биометрический замок на двери, к нам внезапно обернулась валлине Рамия. Сделав шаг, женщина крепко обняла меня, поцеловав в щеку.
– Рада, наконец, тебя увидеть, Селена. Очень рада тебе в нашей семье.
Потом пришла очередь Нарина. Как до этого меня обнимал Палет, мой супруг крепко сжал свою матушку в объятиях и чуть приподнял над землей, отчего статусная дама счастливо засмеялась.
– Нам стоит поторопиться, если никто не хочет пообщаться с толпой, – предостерегающе произнес Палет, указав нам за спины и прерывая приветствие. Обернувшись, разглядела, как из-за шаттла выскакивают валоры. Точнее, в большинстве своем это были валорки, весьма молодые и симпатичные. Все как одна, в ярких платьях с голыми плечами и множеством бусин в заплетенных косах. Девушки пытались двигаться плавно и красиво, но при этом решительно обгоняли одна другую. И все смотрели на моего мужа!
Резко всколыхнулось желание повыцарапывать с десяток глаз и проредить косы этим красавицам.
– Думаю, герой войны, все же надо объявить о твоем статусе, пока оджа Селена не устроила на Валоре массовую бойню, – рассмеялся Палет. Опять покраснев, отметила, что все смотрят на меня. Нарин хмыкнул, приобняв меня за талию и утягивая в открытый транспортник вслед за Сумудином и мамой.
Двери транспортника закрылись, тихо взревел двигатель, и мы быстро покинули площадку под довольно громкий, слаженый вздох разочарования, раздавшийся с площадки. И тут до меня, наконец, стало доходить очевидное. Оджа. У Палета нет супруги. Второй Нарин. Единственный оджи Валоры, у кого есть дарье. В ужасе повернулась к мужу, который чуть печально улыбаясь, следил за мной.
– Добро пожаловать домой, единственная оджа Валоры, – тихо сказал он то, чего не произносил ни один из обитателей «Парадокса». Мне стремительно подурнело, голова кружилась, к горлу подкатывала тошнота.
Я – против! Не согласная!
Я же просто ученый. Даже хозяйство вести не умею, а тут…
Спасите меня, все Древние Боги Космоса!
Нарин
Дарье страшно разнервничалась. Я по глазам четко видел, что она только-только начинает понимать, в какой ситуации на самом деле оказалась. Хотя, на мой взгляд, ничего фатального не случилось. Никто не собирался, сразу перекладывать на ее хрупкие плечи всю ответственность за народ Валоры. Благо, для таких задач у нас совет исправно действует.
– Не надо так переживать, – осторожно коснулся холодной ладони Селены, пока мы быстро двигались из одного сектора в другой. Благодаря тому что площадь покинули одними из первых, Палет успевал проскочить транспортные туннели между разными районами Полиса. Покинув район космопорта, мы как раз двигались по прозрачной трубе тоннеля, направляясь во второй жилой сектор, оттуда нам нужно было выскочить на обводное кольцо, и через каких-то минут тридцать мы будем в нашем секторе.
Селена глубоко вздохнула, пытаясь успокоиться. Я успел уловить волну дрожи, прошедшую по ее телу, а потом землянка немного пришла в себя. Дарье посмотрела в окно, с любопытством оглядывая следующий купол, в который мы как раз въезжали. Этот жилой сектор был довольно большим. В нем проживали в основном рабочие промышленных районов, до которых было проще всего добраться именно отсюда. Не слишком высокие по космическим меркам дома в двадцать пять-тридцать этажей, выкрашенные в довольно яркие цвета, несколько больших и пару десятков малых зеленых зон, здания социального значения, выкрашенные в голубой. Сейчас, побывав в разных мирах, у разных народов, мог с гордостью сказать, что Полис смотрелся весьма достойно.
– Красиво, – тихо произнесла Селена, указывая взглядом на ярко-бирюзовое здание с нарисованными на нем малиновыми цветами.
– Да, это район биоинженеров. Они не так давно перекрасились. Вон там, – я показал на дальнюю горчично-желтую группу домов, – проживают геологи, они как раз следующие на ремонт жилого фонда. Проект почти приготовили.
– Уже готов. Вчера утвердили список работ, – отозвалась с переднего места валлине Рамия.
Мы неслись в транспортном потоке на двадцати метрах над районом, где подобные быстрые средства передвижения были строго запрещены, так что весь сектор был хорошо виден. Простояв с полминуты в стыковочном отсеке, между воротами разных секторов, пройдя быструю дезинфекцию, двинулись дальше.
– Ого, это что за операционная? – Селена прилипла носом к стеклу, всматриваясь в белые здания необычайной конструкции. И правда, в таком свете они казались стерильно-белыми, с множеством огней и нетипичными металлическими вставками. Вверх тянулись то тонкие шпили, то башни на тяжелом основании. У некоторых зданий и вовсе не было крыш, только толстенные стены.
– Это научный сектор. Здесь на постоянной основе никто не живет. Да и купол немного другой, – я указал на розоватый оттенок материала, закрывающего небо, – тут периодически что-то взрывается, ломается или выдает такой выброс энергии, что сектор пришлось укрепить. И все равно, часть помещений перенесли на подземные ярусы. Последний раз, когда тестировали новый вариант нейтронных двигателей, пришлось половину купола перекладывать. Так что основную часть полигонов вынесли за пределы Полиса. Но все равно, ученые, они как дети. С периодичностью в двадцать дней приходиться менять, как минимум, одну ячейку купола.
Научный сектор мы зацепили только краем, вливаясь в не очень плотный поток на объездном кольце. Прозрачные тоннели окружали весь Полис, в том числе и по контуру, что позволяло иногда значительно сократить время в пути.
Стоило нам покинуть защитные голубые стекла купола, как внутрь транспортника сразу ворвались слепящие лучи красной звезды. Стекла стали стремительно темнеть, но все равно было неприятно. Сквозь потемневшее коричнево-бордовое стекло мы смотрели на огромный сияющий шар, висящий с левой стороны. Даже с такого расстояния было видно, как на поверхности вспыхивают протуберанцы, отправляя в космос массу энергии и тепла.
– Какое имя носит эта звезда? И в какой она стадии?
– Туар. Переходный период к красному гиганту. У нас еще есть лет сто, но это если мы окончательно не вымрем, – с горькой иронией произнес Палет.
Селена чуть сжала мою ладонь, глядя на солнце нашей земли, ставшее таким недобрым по отношению к своим детям.
Лени
Вынырнув из необычной прозрачной трубы, которая служила здесь тоннелем, мы попали в район с низкими двух-трехэтажными зданиями умеренного оттенка голубого цвета. Здесь было больше зелени, а купол значительно ниже. Район выглядел элитным.
– У вас сильны классовые разделения? – мне было любопытно все. Пока, конечно, я не видела трущоб или районов для валоров с минимальным достатком, но мало ли.
– Практически нет, – улыбнулся Нарин, – мы создали такую систему социальной защиты, что работают все. Даже у самого необразованного или неумелого валора есть что-то, что можно предложить обществу. Конечно, бывают исключения, но уровень преступности минимален, а вопрос бездомных или безработных решается очень быстро и кардинально.