Недоброе солнце

Глава 30

Валлине Рамия и Палет уехали сразу, даже не покидая транспортник. Как я поняла, нас ожидала встреча завтра на заседании Совета. С невероятным волнением держась за крепкую руку чуть посмеивающегося супруга, я шла по дорожке к своему новому дому. Чуть пружинящее покрытие под ногами поглощало звук шагов, наступали сумерки, заливая все каким-то потусторонним оранжевым светом.

На стене возле двери была установлена уже знакомая мне панель с импульсной жидкостью. Погрузив обе наши ладони в желе, Нарин переустановил настройки безопасности. В то же мгновение на кивер мне поступило сообщение о подключении к системе.

Дверь распахнулась.

Из помещения пахнуло чем-то свеже-цветочным. Мягкое освещение вспыхнуло полосами под потолком, давая возможность разглядеть необычную отделку стен, похожую на плотную тканую материю, и мелкую плитку на полу светлого песочного цвета.

– Ты голодна? – Нарин прикрыл двери, увлекая вглубь помещения. Мы оказались в небольшой кухне. Прозрачные шкафы с упаковками полноценных блюд и один прибор для подогрева всего этого. Даже стандартного кулера для подогрева воды я не увидела.

– А как здесь сделать тюву? – местный аналог земного чая тоже требовал кипятка.

Валор нажал ладонью на одну из плиточек на стене, и за ней открылась ниша с более-менее знакомым мне прибором. М-да, будет непросто адаптироваться к роли хозяйки дома в таких незнакомых условиях. Традиционные варианты – готовка, уборка, создание уюта, как-то терялись в этом строгом и очень лаконичном оформлении жилища.

Чувствовала я себя очень утомленной и, выпив чашку горячего травяного напитка, попросилась спать. Супруг слегка хмурился, но проводил в спальню, выполненную в бледно-персиковых и бирюзовых тонах. Пошуршав с минуту в одном из потайных шкафов, Нарин протянул мне длинную футболку из мягкой ткани. Быстро переодевшись, я уползла под теплое покрывало. Уже в полусне почувствовала легкое касание губ к виску.

Нарин

Селена реагировала на все немного странно. Быстро испугавшись, она уже буквально через мгновение радовалась, с восхищением разглядывая сектора города. Теперь же, обычно деятельная и любопытная, она просто упала в кровать, мгновенно уснув. Не знай я ее достаточно хорошо, мог бы предположить, что землянка просто устала. Однако такое предположение не вязалось ни с характером, ни с силой воли моей дарье. Нужно будет уделить внимание этому вопросу, когда она проснется. Пусть пока отдыхает.

Переместившись в кабинет, открыл общую сеть, просматривая новости. Как и следовало ожидать, везде на первых страницах были наши совместные фото. Мама была права, теперь перемены пойдут сами собой. Если население Валоры еще некоторое время назад отрицало необходимость перемен, то теперь они не смогут закрыть на все глаза. Селена одним своим присутствием заставит их зашевелиться. Сто лет… Палет намеренно сильно преувеличил сроки. Счет уже шел на месяцы. Те варианты материалов для купола, что разработаны на данный момент, уже практически не сдерживают уровень радиации. Полис постепенно переходил на исключительно ночной режим существования.

Войдя в закрытую сеть, куда невозможно было попасть с орбиты, просмотрел последние данные медицинских заключений. Ничего хорошего. За прошедшие полгода количество глубоких ожогов увеличилось на 8% в сравнении с предыдущим периодом. Что касается последствий радиационного воздействия… страшные, ужасающие цифры. Наши потери за войну составили едва ли больше, чем то, что было написано на экране.

С силой обрушил кулаки на стол, чудом не попав по панели управления. Мой народ погибал, и пора было что-то решать. Выровняв дыхание и успокоив нервы, написал письма нескольким из основных лиц, ратующих за переселение. Мама, Палет, Ундиал, третий оджи Валоры, их медики и представители каждого блока, что будут присутствовать завтра на экстренном заседании. Каждый получил сообщение. Каждый из них приготовит доклад со своей стороны и будет готов убеждать Совет. Теперь они знают о том, что у нас появилась оджа с Земли. Пока они не пришли в себя после войны, пока народ не вернулся к мирному существованию, поверив, что все хорошо.

Пришло время раскачать весы.

Разбудить дарье за два часа до начала заседания Совета оказалось практически невыполнимой задачей. Селена ворчала сквозь дрему и старалась натянуть на голову покрывало, отмахиваясь от меня ладонью. Но как бы мне ни хотелось пойти на Совет без нее или опоздать, сегодня это было недопустимо. Мы очень давно готовились к этому дню. Так что, подхватив землянку на руки, быстро понес ее в санитарную комнату. Пришлось вместе с ней встать под теплый душ. Поливать девочку ледяной водой – у меня хвост не поворачивался. Селена смешно зафыркала и заморгала сонными глазами. Широко зевнув, дарье поерзала в объятиях, демонстрируя, что вполне проснулась и готова стоять самостоятельно.

– Спасибо, что хоть нехолодная, – низким, сиплым со сна голосом пробормотала она, все же опираясь на меня.

– Я с тобой под душем, прошу заметить, – решил немного оправдать свой поступок, – и нам, правда, пора собираться.

– Да, да. Я так и поняла, – определенно, утро у кого-то не очень доброе.

Сделав температуру воды чуть выше, Селена стала под струи, запрокинув голову. Я вышел из кабины, давая ей возможность окончательно проснуться.

Через несколько минут Селена присоединилась ко мне. Темные, широкие брюки и рубашка в тон делали ее лицо каким-то непривычно бледным. Все еще зевая, дарье присела за стол, пока я доставал еду. Стоило поставить контейнер перед землянкой, как лицо Селены приобрело зеленоватый оттенок, и она стремительно выскочила из комнаты. Встревоженный, направился вслед за ней. Если это адаптация на климат Полиса, нам придется вернуться на «Парадокс». Я не был готов тратить здоровье своей пары на какие-то эфемерные варианты счастливой жизни на Валоре. Определенно, надо убираться подальше от этой звездной системы. Простояв несколько минут у закрытых дверей очистительного блока, наконец, дождался свою бледно-зеленую дарье. От Селены исходили волны раздражения.

– Как самочувствие?

– Будто ежей наелась. Сделай мне, пожалуйста, тюву. Есть я пока не хочу, это точно.

Травяной напиток пришлось сделать в небольшую, термо-сохраняющую емкость. Пока Селена пила, ей явно становилось лучше. Я же начинал переживать не на шутку. Дарье еще не успела побывать под лучами Туары, хотя симптомы были похожи на радиационное отравление. Сама же землянка была спокойна, даже особо не нервничала перед заседанием.

Лени

Утро началось поздней ночью. Просыпаться не хотелось, и возня Нарина вызывала легкое раздражение. Особенно когда у меня попытались отобрать одеяло. Такое посягательство вызвало волну неподдельного возмущения, которая, правда, захлебнулась под теплым душем. Мягкие потоки воды не вызывали шоковой встряски, как это бывало с холодной, но помогали избавиться от крепких и тягучих объятий сна. Глаза с трудом, но открылись. Даже особой злости не было. Все же, у моего супружника невероятный инстинкт самосохранения. Будь вода холодной, прибила бы. В крайнем случае, покусала. Это точно.

Умывшись и порадовавшись вещевым контейнерам, доставленным с крейсера за время моего сна, обдумывала шквал перемен, ворвавшихся в мою жизнь.

Очередные приятности «утра» настигли меня за завтраком. Во рту все еще присутствовал легкий привкус горечи, но стоило сладкому аромату тушеного мяса коснуться носа, как желудок свело спазмом, а к горлу подкатила желчь. С низкого старта рванула в туалет, удивившись сама себе. Неприятное ощущение прошло так же внезапно, как появилось. На всякий случай несколько минут постояв у местного аналога унитаза, вышла из комнаты, задумчиво перебирая в голове варианты.

За нами через некоторое время приехали Сумудин и Тааль на таком же транспортнике, что был у Палета. Все валоры были невероятно хмурыми, не разговаривая по пути. Город, который сейчас открывался внизу под транспортными артериями, был совершенно не похож на тот, что я видела при свете местной звезды. Все сияло огнями и не таким ярким неоном, как принято в старых городах Земли. И не тем солнечно-желтым, что так любили жители космических станций. Огни были белыми, яркими, освещая все с такой интенсивностью, что объем энергетических затрат просто поражал. Хотя, если энергию дает их медленно умирающая звезда, то этого более чем достаточно для обеспечения такого города.

Через два сектора мы опять выскочили на объездную, отделенную от города голубым стеклом купола. Погрузившись практически в темноту, какое-то время наблюдала за необычным звездным небом, стараясь найти хоть одну знакомую комбинацию. Не заметив, опять задремала.

По словам Нарина в пути мы были часа два, пока оказались в центре Полиса. Огромное круглое здание освещалось лучше, чем иные космопорты. Вокруг этой громады была невообразимых размеров парковка, практически полностью занятая транспортниками. Площадка была поделена на зоны цветом, как мне было видно, пока мы скользили по верхним ярусам.

Сумудин остановил транспортник у самого входа. К широким, распахнутым настежь дверям вело всего пять ступеней, на которых толпились валоры и большинство, как я сумела разглядеть, озабоченно хмурились.

Стоило нам покинуть средство передвижения, как транспортник повинуясь сигналам автопилота, двинулся на закрепленное за ним парковочное место. Пока я провожала взглядом такую самостоятельную машину, Нарин приобнял за талию и потянул вверх, к дверям.

Вестибюль оказался широкой лифтовой площадкой. Я сумела насчитать восемь лифтов, и это только с той стороны, к которой мы подошли, остальная часть же была закрыта присутствующими. Немного подождав своей очереди, вся наша небольшая компания загрузилась в очередной пришедший лифт, и Нарин приложил к панели свой кивер. Я заметила, что валор с каждой минутой становится все напряженнее, но лезть с вопросами в такой момент не стала. Во время поездки к зданию Совета супруг предупредил, что вероятнее всего придется продемонстрировать присутствующим часть рисунка, подтверждающего нашу связь, так что я больше раздумывала над этим, не желая отвлекать.

Лифт открылся, и мы оказались в своеобразной театральной ложе с несколькими креслами, небольшой панелью управления, монитором в столешнице и, если я верно поняла, микрофоном. Стоило сделать несколько шагов вперед, покидая лифт, как ноги сами собой чуть не подогнулись. Вокруг – впереди, со всех сторон, насколько хватало глаз, были такие же ячейки-ложи, как соты в улье. По центру пространства проецировалось какое-то голографическое изображение

– Сколько всего членов совета?

– Сейчас около двух тысяч, точную цифру, если интересно, потом посмотрю. Пока мы были в рейде, несколько мест освободилось, – непривычно хмуро отозвался Сумудин, занимая место рядом.

– А какое население Валоры? – как-то запоздало поинтересовалась я. На мой несколько растерянный вид, Нарин даже немного улыбнулся.

– Почти десять миллиардов.

– И это их мы должны переселить?! – от таких известий я практически рухнула на свое место. Соседи по «ложе» невесело усмехнулись.

– Было бы это так просто, хорошая моя, давно уже бы сделали.

– Тогда почему сейчас такой ажиотаж?

– Потому как война закончилась. Основная внешняя угроза ликвидирована, остатки толонских войск выметаются из щелей по всей Вселенной, – хмуро отозвался Тааль.

– И больше нельзя ждать. Тихо, начинают.

Первые полчаса шли какие-то поздравление и торжественные восхваления. Как раз то, чего мне так не хватало в приветствии на космодроме. Нарин слушал вполуха, постоянно что-то отсылая и получая на экран в столе.

Когда очередная голограмма говорившего, зависшая в центре зала, вдруг рассеялась, на все огромное помещение раздался голос валлине Рамии. Ее ложа, как мне показали, находилась чуть ниже, и теперь засветилась голубым, демонстрируя источник. У моей новоиспеченной свекрови волосы были собраны не в косы, а в одну сложную, большую завитушку на голове. Украшений на голограмме я тоже не смогла увидеть. Да и в целом образ валорки был непривычно строгим и сдержанным. Даже одежда была какого-то болотно-зеленого оттенка. Дама начала, как и все, с короткого поздравления, а затем без перехода на место голограммы вывелись цифры с какими-то подписями. К сожалению, кивер не мог считать текст с такого изображения, но я слушала.

– Это правдивая статистика за прошедшие три года. Количество населения, погибшего от радиации или пострадавшего от солнечных ожогов. Это, – новые цифры сменили прежнюю таблицу, – число пациентов радиологического отделения на данный момент…

– Валлине Рамия, – сердитое лицо появилось поверх ряда цифр, – эти показатели даже не выглядят правдоподобно. А вы внушаете нам, что они могут быть реальны.

– Я вам ничего не внушаю, валл Синур. Эти данные могут подтвердить присутствующие главы медицинских подразделений. Тот факт, что вы продолжаете игнорировать угрозу, ведет наш народ к гибели.

– Ваши исследования недостоверны! – валор, говоривший сейчас, был очень худощав, а глаза были настолько бледными, что казались стеклянными.– Где, где исследования об источнике излучения? У вас нет ни малейших доказательств, что это пагубное влияние звезды. Я могу так же заявить, что это результат деятельности новых кислородных фильтров, введенных в эксплуатацию восемь лет назад.

– Вы продолжаете утверждать, что мы можем просто изменить материал для купола, снизив уровень радиации, но все это не выдерживает даже самой примитивной критики при нашей ситуации…

То, что началось в зале после демонстрации статистических данных, было больше похоже на балаган, чем на заседание органа управления. Казалось, если бы валоры могли добраться один до другого, то многие остались бы без волос. А может и без глаз.

Аргументированная ругань выделяла две четкие партии. Одна утверждала, что переселение надуманная необходимость, крайне затратная и опасная для населения. Вторая же утверждала, что риск вынужденный и оправданный. Во всем этом была пара непонятных мне моментов. Повернувшись к супругу, решила все же для себя кое-что уточнить.

– Почему никто не говорит, что проект переселения готов и в целом подготовка идет полным ходом?

– Мама решила, что сначала нужно убедить остальной Совет в неизбежности этого предприятия. Пойми, все устали от войны. Это только выглядит все радужно и спокойно, а на самом деле, прошедшие годы были посвящены только защите и вооружению. За период боев мы потеряли два таких крейсера как «Парадокс». И уйму малых судов. Какие потери понесли наши колониальные поселения на других планетах – сказать страшно. Проект по переселению с Валоры рассматривался еще лет триста назад, но тогда у нас был совсем иной уровень технологий. Позже мы смогли заменить материал на куполе, и уровень излучения стал приемлем. А потом пришла война. Очень тихо и неожиданно.

Сначала перестали выходить на связь транспортники, курсирующие между парой колоний. Когда участок просканировали военные, обнаружилось судно неизвестной расы с экипажем, обладающим определенными способностями по подавлению воли валор. Только поняли мы это несколько поздно. Оказалось, что любой представитель моей расы, находящийся на определенном расстоянии от оджи, попадает под удар. В экстренном порядке мы эвакуировали население двух колоний, вернув всех домой под защиту. Это то, что мы успели. А теперь представь, народ, который жил в страхе столько времени и получил, наконец, свободу, – должен покинуть свои дома и отправиться в неизвестность.

– Но это надо сделать.

– И они сделают. Мы сделаем. Но сперва нужно убедить Совет, что это единственный вариант развития…

– Тихо! – громоподобный голос, раздавшийся в зале, заставил всех мгновенно закрыть рты. Базарный гвалт, в котором, кажется, уже успели перейти на личности, прекратился.

Чуть мерцая, в центре голограммой висела массивная фигура Палета. Первый оджи смотрел так, что по телу пробежала дрожь, и захотелось спрятаться под кресло. Ничего удивительного, что его тут все слушают.

Услышав легкое шипение, повернулась на звук. Сумудин сердито потирал виски, издавая возмущенные герцы. Глянув на супруга, удостоверилась, что недовольство Палета ему неудобств не доставляет. Нарин сидел с легкой ухмылкой и опасным блеском в глазах. Сейчас я очень четко могла себе представить его в этой должности через много лет. Надеюсь, что все же, через много. Между тем, добившись тишины, старший по званию валор продолжал:

– Вы – те, от чьих решений зависит будущее народа. Те, кто сейчас должен решить, будет ли у нас завтра. Вы, валл Даарэш, не вы ли лишились арие совсем недавно? Валл Эншор, ваши дети, чудом появившись на свет, страдают от ожогов. Каждый из вас, каждый знает, что нужно делать. Но вам мешает страх. Что ж, я дам вам возможность избавиться от него. Хотя бы на время, что понадобится вам для принятия правильного решения. Мы избавим вас от страха.

Голограмма резко рассыпалась, а на экран в нашей ложе поступил сигнал. Нарин тряхнул головой, притянул мое лицо к себе за подбородок, оставив легкий поцелуй, едва ощутимое касание губ.

– Не бойся, мы все контролируем, – произнеся это, Нарин проверил наличие на моей голове обруча-блокатора, а потом кивнул Сумудину.

Медик, перегнувшись через меня, сделал быструю инъекцию валору в руку, тут же вернувшись назад. Откуда-то сверху раздалось гудение, а потом все пространство зала стало наполняться белым газом, слегка подсвеченным снизу голубым. В ужасе и панике я дернулась, стремясь покинуть кресло. Еще чего не хватало. Задохнуться в каком-то кумаре. Мало ли, что там. Меня удержали крепкие руки и хвост, внезапно упавший на колени. Снова повернув голову в мою сторону, Нарин с оскаленными клыками и светящимися глазами повторил:

– Мы все контролируем, – только голос раздался сразу с нескольких сторон. Оглядев пространство сот, заметила, что некоторые ложи отливают неясным свечением. Только тогда стало доходить. Оджи. Нарин говорил, что будут присутствовать все оджи, и что почти удалось прийти к компромиссу.

Палет сказал, что «мы избавим вас от страха». Для работы с сознанием оджи требуется газ, как на «Парадоксе». Помню, Сумудин говорил, что он помогает импульсам мозга. Значит, сейчас все оджи Валоры, вошедшие в силу, которые понимают важность переселения, блокируют страх всего Совета.

Воздух в центре огромного зала снова задрожал. Перед нами опять появилось изображение валлине Рамии. Газ, который перестал поступать в помещение, делал изображение немного блеклым, но в целом не мешал. Легкий привкус чего-то свежего, наподобие зеленых яблок, – единственное, что подтверждало наличие посторонней примеси в кислороде.

Валлине прикрыла глаза, а затем громким, но бесцветным голосом заговорила.

– Проект «Новый дом» завершен практически на 75%. По нашим подсчетам для полного завершения подготовительной фазы нужен срок в два года.

В пространстве замелькали изображения готовых судов, которые я видела у «дамского чайного клуба», столбики цифр и изображения планет, предложенных для переселения.

– Период переброски возможно уместить в половину года…

– Валоры не могут жить под открытым небом! – резкая смена картинки на суровое лицо старого валора заставила резко заморгать.– Есть ли смысл покидать наши дома, родную планету, если и там нам нужно строить купол?!

– Но мы могли. Еще пять поколений назад, – на этот раз отвечала женщина. Узкое строгое лицо и тонкие очки. Кстати, она была единственным представителем этой расы, что я видела в очках.

– Но теперь-то не можем.

– Мы адаптировались к защите купола первого и второго поколения. Адаптируемся и к новому Солнцу, – с легким недовольством постучала по раковине ретранслятора. Слишком умный переводчик решил, что такой аналоговый перевод будет моему уху приятней.

– Наши женщины больше не рожают детей. А количество истинных пар стало просто до ужаса мало, – продолжала дама в очках.

– Мы должны признать, что наш путь сейчас ведет в пропасть. Вселенная дает шанс это изменить. Нам стоит прислушаться к ней, к тем знакам, что перед самыми глазами.

– О каких знаках вы говорите, валлине Сима? – валор с бледными глазами.

– Отвечу я, – валлине Рамия, чуть более эмоциональная, опять появилась перед нами. – Мы всегда были весьма закрытой расой. И я не про торговые отношения сейчас. На нашей планете никогда, никогда не было представителя другого народа. Мы держимся за Валору, как тимьны за панцирь, думая, что умрем без нее. Вам нужны знаки, чтобы понять – пришло время перемен. Мой сын, Нарин Коллес. Второй оджи Валоры. Каждый из вас знает его. Некоторое время назад, по прихоти Судьбы и по воле Вселенной, он встретил свою дарье. На другом конце известного нам мира. Из другой расы.

В зале воцарилась абсолютная тишина, прерываемая только тихим посвистыванием-вздохом. Потребовалось некоторое время, чтобы понять, что это мое собственное дыхание. Ледяную ладонь на подлокотнике укрыли горячие пальцы. Повернувшись, встретилась взглядом с сияющими глазами супруга. Интересно, он, правда, может сейчас видеть? Нарин чуть улыбнулся и оттянул ворот своей одежды, показывая темные пятна на коже. Вот как. А его мама, и правда, хороший стратег.

В пространстве зала прямо напротив многократно увеличенные висели изображения меня и Нарина. Расстегнув верхнюю пуговицу рубашки, чуть оттянула ворот ровно до того момента, пока на голограмме не открылось изображение верхнего из следов. Хватит им для убеждения общественности, стриптиза точно не будет.

Изображение потустороннего взгляда Нарина и, как показалось, слегка растерянной меня висело с полминуты, а потом зал взорвался. От одних присутствующих сыпались радостные вопли и поздравления, другие вопили от возмущения и неверия.

– Мы можем уходить, – Сумудин потянулся до хруста, смешно вытянув хвост.

– Это все? – не могла поверить, что такой важный вопрос так легко и быстро уладили. Каких-то часа три и Совет завершился?

– Нет, конечно, – Нарин, придя в привычное состояние, широко зевнул. Острый коготь постучал по экрану, показывая две разноцветные шкалы. Соотношение было примерно 85% к 15%.

– Просто Совет проголосовал. Проект «Новый дом» приняли, теперь будут обсуждать всякие технические вопросы и вводить в курс дела остальных. А мы можем быть свободны. Еще много дел.

Уже на выходе из здания, которое мы покидали с какой-то подозрительной скоростью, Нарин глянул на Тааля.

– Выложил?

– Да, – мастер хмуро кивнул, – только почти сразу файл удалили из системы.

– Хоть кто-то успел скачать?

– Конечно, я засек как минимум пять путей. Мы же всю команду предупредили. Теперь не спрячешь.

– Замечательно, – супруг выглядел весьма довольным, а я ничего не понимала. Нужно разбираться, а то отстану где-то по пути, потом не наверстаешь.

– А что вы сделали? – подергала за рукав куртки Нарина.

– Выкинули в Сеть запись заседания. Теперь народ Валоры получит точные сведения о том, что происходит, и куда мы движемся. В период военных действий было принято решение не информировать обо всей остроте ситуации, и многие думали, что их случаи болезни единичные. Теперь они поймут, и Совет не сможет свернуть с выбранного пути. Как только Тааль выкинул файл в сеть, его попытались затереть. Точнее, затерли. Но его успели скачать. Теперь информация разлетится по Сети. Колесо закрутилось, не остановить. А у нас еще дела.

Какие такие дела, я даже спросить не успела, как меня аккуратно, но весьма настойчиво запихнули в транспортник.

Глава 31

Нарин.

Все успеть и уместить в столь малый промежуток времени, казалось практически нереально. Завтра, когда результаты заседания Совета станут известны всем, у меня не будет ни единого свободного мгновения. То, что мама с Палетом во главе группы активистов таки додавят большинство к срочным мерам, я уже не сомневался. И правда, мысль использовать нашу с Селеной ситуацию в подобном ключе, была очень смелой. Теперь никакие аргументы о закрытости и правильности нашей жизни не подействуют. Вселенная не терпит случайностей.