В погоне за случайностью

Тревога включалась сразу при любом нарушении. Это являлось обязательным требованием при открытии первого коммерческого портала. Департамент безопасности особенно напирал и многократно проверял мою установку на выполнение жесткого требования. Тестирование проходило под присмотром Нейтона Лекрама, занимающего на тот момент одну из руководящих должностей. Скромную, но очень перспективную.

С Нейтоном мы учились в одной академии, но он старше меня на четыре года. Когда я поступила, он готовился к выпуску. Боевики всегда пользовались уважением среди остальных студентов. С ними здоровались, с улыбкой отвечали на любые, даже простые вопросы, потому что отчаянные сорвиголовы подчас бывали оглоушенными после тренировок и частенько не в адеквате. Кто их разберет, что у них на уме, если они только что вышли с тренировочного поля, где не раз получали заклинаниями? Лучше быть тактичными, вежливыми и поскорей исчезнуть из поля достижения их чар.

Не все придерживались подобного поведения. Многие, наоборот, старались завести дружбу с сильными и умелыми магами. Я предпочитала любоваться мужественной красотой на приличном расстоянии, чтоб случайно не попасть под горячую руку.

Подобное случалось нередко. Зачитается какой-нибудь зельевар или иллюзионист в столовой перед зачетом и не заметит боевую пятерку, явившуюся шумной толпой. Ему бы тихо пересесть, да книжки поближе держать, только готовится студент, старается. Боевики спросят что-нибудь, а он ответит рассеянно, не очень понимая, о чем, в итоге летают странички по воздуху. И никакие заклинания не применишь к хулиганам, потому что сочувствующие поспешат сбежать из опасной зоны. А против боевика только боевик выстоять может.

Меня как-то тоже подловили. Тот самый Нейтон Лекрам. Мимо проходил, толкнул в плечо, когда я ручкой диаграмму чертила. Рисунок испортился, и я высказала обидчику все, что о нем думала. И взяла бы слова обратно, да поздно. Вокруг тишина повисла, комар пролетит и того услышишь.

– Повтори, кто я? – наклонившись ко мне и сверкнув глазами, проговорил предвкушающим тоном боевик.

Руками уперся по обе стороны, отрезав маломальскую возможность спастись бегством. Знаете, как-то не думаешь в такие моменты о гордости, и резкие слова повторять не хочется. Мне бы подобрать тетрадки с конспектами, да деру дать. А некуда. Придется за заковыристые выражения отвечать.

– Я не хотела, – решила покаяться.

Мне не трудно, а там глядишь, и в покое оставят.

– Не хотела, что? – пристальный взгляд глаза в глаза.

– Обидеть не хотела, – судорожно сглотнула.

– Обидеть можно, если ты едкую правду сказала, – заметил Нейтон. – Обидную, но правду. Получается, что ты либо меня, в самом деле, считаешь «толстоногим слизняком», либо хотела оскорбить, кидаясь грубыми словами. Какое из этих предположений верное?

– Во, завернул! – восхищенно произнес кто-то из боевой пятерки.

Я бессмысленно хлопала глазами, пытаясь собраться с мыслями, чтобы вежливо ответить, и то открывала рот, то закрывала, не издавая ни звука.

– Логику будешь проходить на пятом курсе, лягушонок, – обидчик радостно рассмеялся, наблюдая мою обалдевшую физиономию, и взлохматил коротко стриженые волосы.

Понятия не имею, откуда взялась ассоциация меня с лягушонком, но с тех пор данное прозвище приклеилось намертво. В академии полное имя и фамилию знали исключительно учителя, а для остальных студентов я была Лиси-лягушонок.

И тем обиднее, что Нейтон давно покинул стены академии, а мне оставшееся время до выпуска приходилось выслушивать шуточки.

С той поры я повзрослела, поумнела и придумала множество красивых ответов на каверзный вопрос. Однако встреча в департаменте безопасности с боевиком оказалась стрессом. Снова замерла, глупо вылупившись на возмужавшего парня, и опять не могла произнести ни слова. Спасибо Щюр взял инициативу в руки и провел первые переговоры с Лекрамом, от чьей подписи на документах, в том числе, зависело будущее предприятия.

Позже я справилась с охватившим волнением, смогла связно ответить на вопросы, а вскоре злость на придирки со стороны департамента при общении вообще затоптали ростки робости в моей душе. Нам приходилось пробивать разрешения с боем, но мы справились.

Лекрам устраивал нам проверки, тесты, внештатные ситуации, стараясь подловить. Но не могу сказать, что он старался по злому умыслу. Нет, похоже он сочувствовал, если ситуация выходила из-под контроля и подсказывал пути решения. Кстати, сигнал тревоги в департамент его идея. Как бывший боевик, а ныне начальник одного из отделов переживал за молодого предпринимателя. Угу, старший товарищ, готовый учить уму-разуму.

Однажды мы в кафе забежали и за столом обсуждали один из спорных моментов. Заказали по стандартному обеду из меню, не отрываясь от спора. Тогда-то и случилась неловкая ситуация.

Увлеклись, руками размахивали, когда тыкали карандашами в схему сигнализации и перетягивали многострадальный лист друг у друга.

– А я иду и вижу вас окне, – пропел мелодичный женский голос.

Остановленные на всем скаку обсуждения, оба вытаращились на нечаянную свидетельницу нашего перекуса. Высокая шатенка с роскошными локонами, одетая по последней моде из дорогих магазинов, смотрела на нас и вежливо улыбалась. И если о стоимости гардероба могла лишь догадываться, то мне точно известен ценник сумочки, висевшей на согнутой руке незнакомке.

Помнится, как-то прогуливалась в центре города и засмотрелась на витрину модного магазина, где выставили аксессуары. Добрые продавцы не поленились крупным шрифтом оповестить, насколько покупательница разорит свой или чужой карман, приобретая новинку сезона.

Не знаю, кто оплачивал одежду шатенки, но явно не бедный человек.

– Нейтон, ты мне обещал не подвергать свой организм стрессу в подобных заведениях, – напевно пожурила незнакомка моего собеседника.

Не знаю, что ее здесь не устраивало. Вполне приличная еда, обслуживают быстро. Если торопишься и нет желания готовить самой, прекрасный вариант.

Кстати, тон у молодой женщины не осуждающий. Она словно получала удовольствие от напоминания. Мягко говорила, почти пела слова, и продолжала дружелюбно улыбалась нам обоим.

– Нейтон нас не представил, – приветливо произнесла шатенка и протянула руку в элегантной перчатке из тонкой кожи в тон сумочки. – Я Лилиан, его невеста, – и одарила теплым взглядом растерявшегося мужчину.

В голубых глазах сверкнула искорка, словно девушка забавлялась реакцией Лекрама.

– Филисити Стоун, – пожала длинные пальцы.

На удивление крепким вышло пожатие. Девушка не жеманилась, не выставляла себя выше других. Простое, открытое движение руки.

– В академии мы ее звали Лиси-лягушонок, – «тактично» встрял Лекрам.

– Действительно? – искренне удивилась его невеста. – Зря. Придумавший это прозвище, недалекого ума человек.

Мои симпатии навсегда были отданы справедливой Лилиан.

Нейтон бросил на меня короткий предупреждающий взгляд, чтобы не распространялась о давней истории и об авторстве несправедливого прозвища. Странно, что он о нем вспомнил. За время общения он ни разу не упомянул.

– Чем вы увлечены? – не обратив внимания на наше переглядывание, Лилиан взяла лист со стола. – Схема, диаграмма, – поворачивая бумагу в руках, она старалась понять формулы и чертежи.

– Филисити хочет открыть свое дело, я ей помогаю, – важно сообщил Нейтон.

– Как интересно, – вновь почти пропела девушка и посмотрела на меня оценивающим взглядом. – Чем планируешь заняться?

– Построение порталов, – с затаенной гордостью призналась ей.

Как бы там ни было, но я оказалась единственной, кто захотел заниматься этим делом. Составить конкуренцию имперским перемещениям никто не стремился.

– Разве это разрешено? – несколько озадачилась Лилиан.

– Официального запрета нет, – проинформировал Нейтон. – До Лиси никто на подобное не решался.

Мужчина постучал указательным пальцем себе по лбу, явно выказывая мнение на счет моих планов. Ну и пусть! Я точно знала, чем именно хочу заниматься в жизни, а мнение каких-то боевиков не интересует. Я не за советом пришла к нему, а принесла готовые чертежи разработанной конструкции. Он сам признал, насколько замечательно получилось. Похоже, красуется Нейтон перед невестой вот и пытается принизить мои достижения.

Лилиан молчаливо положила лист на стол между тарелками и мягко проговорила:

– Нейтон, ты мог бы сопроводить меня к отцу?

– Разумеется, – с готовностью подскочил парень.

– Конечно, если вы закончили, – приветливо улыбнулась она мне.

Ответить не успела. Мы как раз находились на стадии – докажи, кто из нас прав.

– Нет никакой срочности. Продолжим завтра, – на меня кинули рассеянный взгляд.

Коротко кивнула, принимая изменившиеся обстоятельства. Задумчивым взглядом провожала колоритную пару, складывая исписанный лист с диаграммой.

После знаменательной встречи я постаралась узнать о личности невесты боевика. Она оказалась дочерью уважаемого Гектора Типтона, министра транспорта. В его ведении находились все пути сообщения – наземные, водные, воздушные, а также порталы. Перспективную невесту с хорошими связями нашел Лекрам. В департаменте сплетничали, что начальником отдела он стал недавно, а вскоре ожидается повышение. Министр желает дочку не за рядового клерка замуж выдать, а за имперского служащего с хорошим послужным списком. А глядишь, как на пенсию соберется уходить, и передаст свою должность зятю. Сведения на хвосте Щюр принес. Где-то подслушал, с кем-то кружечку хмельного выпил в кабачке недалеко от департамента.

Матримониальные планы Нейтона открывать дело не мешали, а потому процесс оформления документов шел полным ходом. То есть я вставала каждое утро и с ворохом бумаг отправлялась в очередной забег по кабинетам.

После разговора за обедом, когда Лилиан представилась мне, Лекрам не упоминал о невесте, словно никогда и не было нашей встречи. А я не лезла к нему с расспросами, тем более Щюр любопытствовал за нас обоих. По какой-то причине Нейтон приглянулся моему другу, и оборотень всегда радовался встречи с молодым начальником отдела. Боевик старался блеснуть полученными знаниями, его замечания и советы помогали сдвинуть процесс принятия решения, но я предпочитала работать без столкновений с департаментом безопасности. Не покидало твердое ощущение, если наступит момент, когда Нейтон наиграется в доброго товарища и в решающий момент возникнет необходимость выбора – мои порталы или выгода департамента, то сомнений мужчина не испытает. Он наверняка выберет службу, где маячит высота карьерной лестницы, потому оптимизма от встреч не испытывала, в отличие от напарника.

Сегодня тревога сработала впервые за два года нашей работы. Причем не учебная, а самая настоящая.

Могу себе представить, что нас ожидает, когда проверяющий из департамента прибудет к нам. Внутренне подготовилась к выговорам и штрафам. Только бы не закрыли!

– Лиси, они идут, – сообщил Щюр, сунув голову в дверь, и поспешил навстречу проверке.

– Началось, – тяжело выдохнула и встала с крутящегося кресла.

Кот задумчиво вильнул хвостом, но остался на прежнем месте, только глаза прищурил.

– Филисити Стоун! – прогремел грозный зов из приемной.

– Проходите, уважаемые, – заискивающе заглядывая в глаза трех мужчин, пригласил Щюр. – Нашей вины нет, у нас все записано.

– Неужели? – ехидно поинтересовался Буркаш.

– Долгих лет, уважаемый, – внутренне подобралась перед ожидаемой выволочкой.

Одернула нижний край приталенной курточки, оправила ткань на талии, разглаживая складочки, и шагнула вперед, готовая давать любые объяснения.

– Что произошло? – четвертым вошел Нейтон.

Пытливо всмотрелась в лицо молодого мужчины. Чем грозит визит заинтересованного в карьерном росте Лекрама? Войдет в наше положение или решит закрыть единственного конкурента имперскому порталу?

– Клиент попрос-сил двойное перемес-щение, – присвистывая от волнения, начал рассказывать Щюр. – Из-за этого сис-стема опознала черного дракона с опос-зданием.

– Лиси? – шагнул ко мне Нейтон в ожидании подробностей.

– Так и было, – кивнула в ответ. – Вот записи оплаты и маршрут, – протянула пластину с выбитыми координатами и подтверждением платежа.

Магия денег строго следила за приходом наличности и делала необходимые расчеты отчислений в казну, мгновенно передавая положенную сумму. В этом вопросе никогда накладок не возникало.

– Ты не смогла опознать дракона? – вчитавшись в знаки на пластине, спросил Нейтон.

«На лбу у него не написано» – едва не огрызнулась в ответ. Даже оборотни никак не среагировали на появление подозрительного мужчины. Хотя …

– Щюр, ты сказал, что клиент странный. Что ты имел ввиду? – повернулась к помощнику.

– Торговаться не стал, сразу согласился на озвученную сумму, – пожал угловатыми плечами помощник.

– Поэтому странный? – нехорошо прищурился Буркаш.

– Ну, нет, – смутился под взглядом мужчины Щюр, – от него пахло … – затравленный взгляд в мою сторону, а потом на Нейтона.

– Чем? – подтолкнул к откровенности Буркаш.

– Магией, – покаянно выдохнул напарник.

Осуждающие взгляды скрестились на поникшем парне. Всем известно особенность драконов распространятьс возле себя магию. Люди ее чувствуют, но объяснить не могут. Оборотни воспринимают ее как определенный запах, а наделенные даром воспринимают как равных. Но точно определить может только специально настроенный артефакт, которого у нас не было. Его покупка мне не по карману, да и подзарядка, проверка настроек дорого стоит. Для этого надо обращаться либо к имперским магам, либо искать частника, который может запросить сумму по своему усмотрению. В академии всем студентам дают основные знания по артефакторике, но только единицы рождаются с талантом к этому виду искусства.

Получается, парень должен был предположить в незнакомце дракона и предупредить. Но я не могу его винить за желание получить еще одного клиента. Он для общего дела старался.

– Я подумал, он маг, – поспешил оправдаться Щюр, – и запах идет от кулона на цепочке.

Абсолютно с ним согласна. К аналогичным выводам пришла, когда осмотрела мужчину в черной одежде. С темным искусством доводилось сталкиваться. В академию приглашали специалистов, практикующих магию смерти. С драконами общаться не приходилось. Конечно, представители расы появлялись перед студентами, но нас близко к ним не подпускали. Да и мы их просили демонстрировать звериный облик, а не строить с нами дружеские отношения.

Драконы менее изученная раса, чем оборотни. В империи они малочисленны. Предпочитают жить подальше от людских городов, хотя считаются подданными государства, нашего или другого. Странный и обособленный народ не стремился к близкому контакту даже с магами, потому о них ходило больше слухов, чем фактов.

– Это правда, – поспешила поддержать напарника. – Из-за силы кулона кристаллы загудели, когда мужчина к ним приблизился. Я тоже решила, что он черный маг.

– Но вы не поинтересовались его личностью, – обвинительно произнес Буркаш и ткнул в нас с напарником по очереди пальцем.

– У нас нет таких полномочий, – твердо ответила и встретилась взглядом с Нейтоном.

Боевик едва заметно кивнул, подтверждая правильность слов.

– Уважаемый Лекрам, придется закрыть портальный зал Филисити Стоун, – злорадно улыбнулся Буркаш.

– На каком основании? – сурово сдвинул брови к переносице Нейтон.

– Нарушение закона о черных драконах, – от радости мужчина лучился неподдельным счастьем. – Параграф шестнадцать, пункт первый, – он раскрыл потрепанную папку и принялся зачитывать. – «Оказание помощи, как то: торговля, перевозка, перемещение и прочее, наказывается штрафом, а при более тесном сотрудничестве заключением. Срок устанавливается в судебном порядке».