Золушек нет. Книга вторая. Дочь пирата.

Глава 7. Опасности лёгкого пути

«Как любит повторять Анна: живём здесь и сейчас!» – Марго медленно вела рукой с шелковистой мыльной пеной по своему обнажённому плечу, сидя в ванной. Сквозь листву за окном пробивались первые лучи встающего солнца. Девушка, улыбаясь, вдохнула кисло-сладкий апельсиновый запах, мысленно обращаясь к подруге: «Благодарю… За то, что помогла исполнить мою мечту… Я не вернусь в Город Королей, меня там никто не ждёт, кроме родителей. Но мне будет не хватать тебя…»

– Позавтракаешь со мной? – Флориан бесцеремонно ворвался в её тихое утро.

– Подожди! Я не одета! – Маргарита, смеясь, едва успела выскочить из ванной и завернуться в полотенце. Юноша заглянул к ней в будуар:

– Не успел… – на его лице было написано шутливое разочарование.

– Флориан! Выйди!

– Чего я там не видел? – усмехнувшись, он уселся на пуфик, демонстративно разглядывая девушку.

– Можно я оденусь?

– Я бы сказал … нет… Но тогда мы опоздаем. – Флориан поднялся и, приблизившись к Маргарите, задумчиво провёл пальцем по краю полотенца на её груди, на мгновение задержавшись, – Ладно. Уговорила. Жду снаружи.

Маргарита больше не пыталась ни выдернуть свою руку из ладони молодого короля, ни смущённо отворачиваться от его взгляда. Она купалась в нежданно накрывшей её с головой любви, старательно загоняя в глубину мысль о скором отъезде Флориана и том, что у них вдвоём … нет никакого будущего… «Здесь и сейчас!» – улыбнувшись, она снова и снова позволяла ему целовать себя. Их новые друзья-эльфы только радостно кивали головами. Целомудрие в Камире не считалось достоинством. А вот любовь, во всех её проявлениях, включая появление на свет детей, считалась даром богов. И если вдруг она проходила, то пары расставались хорошими друзьями, чтобы найти для себя новую любовь, а их дети запросто кочевали между семьями.

Проводить Данияру пришёл весь город. Эльфийка забралась в телегу, украшенную цветами и лентами, и праздничная процессия тронулась в путь. Кроме будущей матери и мальчишки-возничего, все остальные шли пешком. Несмотря на то, что дорога была весёлой и лёгкой, через несколько часов Маргарита с непривычки уже валилась с ног от усталости. Поэтому ей разрешили сесть в телегу. На привале она заметила испарину на побледневшем лице Флориана, такой длительный переход давался ему тяжело:

– Устал? – девушка с тревогой заглянула ему в лицо. Опустившись под дерево, он привалился спиной к стволу и закрыл глаза:

– Сейчас… только немного посижу…

К ним приблизилась Данияра:

– Мы не можем задерживаться. Моя дочь родиться сегодня на последнем луче солнца. – она участливо посмотрела на бледное лицо короля, – Поедешь на моей телеге, вместе с Маргаритой.

И дорога стала ещё веселее. Неугомонные эльфы без конца пели, танцевали и смеялись, сыпля шутками. Ровно до того момента, как позади них не раздался стук копыт. Данияра обернулась, радостно воскликнув:

– Рамут, возлюбленный мой! Ты успел! – она вскочила на ноги, её глаза вспыхнули счастьем.

Осадив коня возле самой телеги, всадник даже не улыбнулся своей жене и приложил руку к её животу:

– Я скучал… – произнёс он тихо на эльфийском. Маргарита едва не разинула рот от удивления и возмущения одновременно. Эльф вёл себя с женой совершенно холодно и отстранённо, даже надменно. Но что это был за эльф! Он сильно отличался от жителей деревни и даже от эльфов Ютиана и Велирата. От Рамута исходило чувство опасности, это был настоящий воин, убийца, не знающий ни жалости, ни страха. Стальной взгляд его холодных глаз не каждый смог бы вынести. Но дело было не только в этом. Рамут был, как бы … совсем другой эльфийской породы. Рослый и широкоплечий, с сильными руками, привычными к оружию, длинные пепельные волосы и чёрные одежды подчёркивали белизну его кожи. Пропорции его безэмоционального лица можно было назвать идеальными, если бы не страшный шрам, который пересекал его левую бровь и щёку. «Высший эльф!» – Маргарита смотрела на него во все глаза, она читала об этой древней расе, пришедшей с далёких звёзд.

Между тем, Рамут, повернув голову, поймал ледяным взглядом двух чужаков, сидящих на телеге.

– Мужчины людей стали так же слабы, как и их женщины? – произнёс он на общем языке, глядя на короля. На щеках юноши появились красные пятна, его взгляд потемнел. Он спрыгнул с телеги на землю.

– Флориан, нет! – Маргарита попыталась его остановить.

– Слезь с коня, и мы выясним, кто из нас слабее! – Флориан обнажил оружие. Эльфы, испуганно глядя то на одного, то на другого, попятились в разные стороны. Рамут в одно мгновение слетел с коня, в его руке сверкнуло узкое лезвие эльфийского меча:

– Не могу отказать королю.

– Данияра, останови их! – вскричала Маргарита.

– Муж не любит, когда ему перечат… – опуская глаза, прошептала эльфийка. Марго бросилась между двумя воинами:

– Прекратите! Как вам не стыдно! У Данияры сегодня праздник, а вы собрались всё испортить?

Раздался тонкий свист, и в ту же секунду Рамут молниеносно выбросил руку в её сторону. В его перчатке была зажата пойманная стрела. Маргарита испуганно замерла. Эта стрела предназначалась ей. Безоружные эльфы тотчас сгрудились вокруг телеги.

– Шесть человек в кустах у тебя за спиной. – не меняясь в лице, тихо сказал Рамут королю, – Но стрелок всего один, слева от меня.

– Они выходят… – Флориан смотрел в шевелящиеся кусты за спиной эльфа. Перехватив меч, он занял боевую стойку, – Четверо… шестеро… Восемь вместе со стрелком…

Эльф бросил быстрый взгляд на юношу:

– Ты что, никогда не участвовал в настоящем бою? Кто тебя учил?

– Я был лучшим на плацу! – Флориан гневно сверкнул глазами.

– Ты выказываешь уважение противнику и даёшь ему время оценить тебя. Это – ключевая ошибка. Опусти меч и расслабь плечи.

Его прервал противный шепелявый голос:

– Ну вот! Даже девку не смог подстрелить! Придётся всё делать самому! – один из разбойников вышел вперёд, в его руках были кривые пиратские сабли, – Ну да ладно! Бабы в хозяйстве лишними не бывают. Хотя… зачем нам лишние рты?..

Он указал саблей на побледневшую Маргариту:

– Эту сучку мне, остальных убить!

Быстро наклонившись к королю, эльф тихо произнёс:

– По краям стоят самые слабые, но они могут ударить в спину, пока ты будешь разбираться с сильным противником. Вначале избавься от них… – молниеносно развернувшись, Рамут пошёл смертельным танцем по разбойникам. Флориан едва успел уклониться от напавшего на него спины бандита. И, не дожидаясь пока нападут остальные, сам ринулся в атаку на самого крайнего. Бандиты сражались безграмотно, но злобно, бросаясь как бешеные собаки одновременно с разных сторон. Первых четырёх Флориан одолел без особого труда, но на двух оставшихся уже стал задыхаться, от боли в боку на лбу выступила испарина. Когда, прикончив последнего, юноша обернулся, эльф стоял с невозмутимым видом, скрестив руки и прислонившись к телеге:

– Тебе не хватает техники и скорости. – произнёс он равнодушно.

– Спасибо, что помог… – держась рукой за бок, зло огрызнулся юноша.

– У него были сломаны рёбра! – влезла Маргарита, подходя к другу и бесстрашно смерив при этом взглядом грозного эльфа.

– Я слышал эту историю… Короля Великоозерья избила до полусмерти кучка никчёмных пиратов.

– Хватит его задирать! – Маргарита гневно смотрела на Рамута, её щёки пылали.

– Марго … отойди… – Флориан, пошатываясь, снова поднял меч, – Кажется, мы не закончили…

– Нет! Вы закончили! У нас праздник! Сегодня вечером, на последнем луче солнца в мир придёт дочь Данияры и Рамута! Опусти меч, Флориан, и забирайся в телегу! Немедленно! А ты, Рамут, оставь при себе свой яд!

Губы эльфа впервые тронула едва заметная мимолётная усмешка:

– Надеюсь, она станет твоей женой.

– Не надейся! – мрачно отозвалась Маргарита, помогая юноше дойти до телеги. Рамут вдруг расхохотался. Это было так неожиданно, что сопровождающие праздничную процессию эльфы испуганно переглянулись.

– Король Флориан, если хочешь узнать, на чём основан мой совет, спроси у своей подруги: что сейчас надлежит сделать в первую очередь?

Юноша несколько секунд мрачно смотрел в глаза эльфа. Он понимал, что перед ним стоит не просто опытный воин, но и мудрый наставник, которому, вероятно, не одна сотня лет. Не сводя глаз с Рамута и не поворачивая головы, Флориан произнёс:

– Марго?..

– Не поддавайся на его провокации! – горячо воскликнула девушка.

– Скажи мне… Что нам надо сделать прямо сейчас?..

Маргарита бросила кипящий взгляд на ухмыляющегося эльфа, потом огляделась вокруг:

– Логичней всего было бы побыстрее уехать. Но…

– Но? – Флориан с интересом повернулся к ней.

– Но… Но?.. – пробежал шелест удивлённых голосов, все эльфы с нескрываемым любопытством смотрели на неё. Маргарита засмущалась:

– Надо убрать тела с дороги и предать земле.

– С какой стати? Они разбойники. – Флориан смотрел на девушку в упор. Покраснев под его взглядом, Марго терпеливо пояснила:

– Эти люди преступили черту и понесли заслуженное наказание. Этого достаточно. Не стоит превращать это в зрелище. К тому же, этой дорогой ходят не только разбойники, нам тоже придётся возвращаться по ней.

– Ты уловил суть? – Рамут приблизился к телеге, на которую уже забрался, тяжело дыша, молодой король. Флориан кивнул. – Я видел, как ты бился из последних сил, уводя врагов от женщин. Почту за честь твоё присутствие на нашем празднике.

Эльф, сняв перчатку, протянул юноше руку. Флориан молча пожал протянутую ему ладонь. Взгляд Рамута снова стал ледяным. Неожиданно развернувшись, он в одиночку позакидывал трупы бандитов под могучий дуб, росший возле дороги, и обратился к притихшим эльфам:

– Надеюсь, вы знаете, что с этим делать.

Вперёд вышел Лоэт. Скорбно кивнув, он приблизился к куче из тел и заговорил нараспев на древнем языке своего народа, обращаясь к земле и траве. И повинуясь его словам, трава вдруг начала расти и оплетать трупы разбойников. От толпы эльфов отделились две девушки. Потом ещё, и ещё. Их голоса сплетались в сложнейших заклинаниях, это было похоже на музыку. И лес вдруг ожил. Из земли вынырнули тонкие плети корней, опутывая мёртвые тела и погружая их глубоко в землю. Через несколько минут ничто не напоминало о недавней битве. По-прежнему шелестела листва на деревьях, и цветущие травы покрывали поляны, над которыми мирно порхали бабочки. Марго стояла неподвижно, в изумлении разинув рот. В буквальном смысле. Эльфы снова повеселели, радостно загалдев.

– Нам пора. – едва уловимая усмешка промелькнула в глазах Рамута при виде застывшей девушки. Он легко взлетел в седло своего коня. – Шевелись, принцесса! Мы и так задержались.

Маргарита была девушкой образованной, начитанной и любознательной. Про пестики и тычинки, и откуда берутся дети она, конечно же, знала. В теории. Однако, напрочь лишённые стыдливости в вопросах любви эльфы Камира уже не раз вгоняли её в краску. Флориан на это лишь ухмылялся, крепче прижимая девушку к себе.

Деревня эльфов с их утопающими в цветущих садах сказочно красивыми домиками произвела на Маргариту неизгладимое впечатление, её восторгам не было конца. Но ещё больше потрясли её местные жители. Они были так не похожи на всё, что она читала когда-то об эльфах! Открытые, улыбающиеся лица; причудливо вышитые одежды и венки из живых цветов в волосах. И если от невозмутимого Рамута жители деревни старались держаться подальше, то на Маргариту и Флориана их гостеприимное радушие разлилось шумными цветными волнами. Каждый хотел познакомиться с гостями лично, обнять, поцеловать, показать свой сад, угостить пирогом или надеть сделанный собственными руками браслет, вручить расписную чашку или завязать на шее гостя шарфик.

Флориан, до этого ни на минуту не выпускавший руки Маргариты, потерялся в толпе и расслабился, с видимым удовольствием отвечая на страстные поцелуи раскрепощённых эльфиек. Марго вдруг стало грустно, продолжая улыбаться, она оставила попытки вернуть своего спутника и подошла к Данияре. Та сидела на украшенной цветами скамейке, держа за руку мужа. Недалеко от них жрецы наполняли тёплой водой и отварами трав стоявшую на огромном алтарном камне ванну, выдолбленную из цельного ствола священного белого дерева. Вокруг уже накрывали столы для праздничного пиршества. Лицо эльфийки было торжественно-встревоженным, взгляд расширенных зрачков растерянно блуждал по происходящему вокруг в ожидании приближающегося чуда.

– Как ты? – Маргарита коснулась руки подруги.

– Уже скоро… – улыбнувшись, прошептала Данияра одними губами и бросила взгляд на небо. Солнце коснулось горизонта. На щеках эльфийки выступили красные пятна, коротко ахнув, она задержала дыхание и вцепилась в руку мужа:

– Рамут, возлюбленный мой… Будешь ли ты любить меня, как прежде?

Стальные глаза воина на мгновение потеплели:

– Ты – мой свет во тьме, всегда им была и навсегда им останешься… – произнёс он едва слышно, – Наша дочь унаследует и твоё тепло, и мой холод. Я буду любить вас обеих.

Наклонившись, эльф подхватил жену на руки и бережно перенёс к алтарю. Эльфийки из числа старейшин тут же сняли с Данияры одежды и помогли опуститься в воду. Шум над деревней стих, и в воздухе поплыли плавные звуки песни. Всё новые и новые голоса подхватывали мелодию. Эльфы благословляли свет луны и ласковые лучи солнца; возносили благодарности проливающим дождь тучам и холодным ветрам, когда у горящих каминов рождаются сказки. Они пели о любви, цветах и звёздах, рассказывая рождающемуся малышу, как прекрасен мир, в который он приходит. Последний луч солнца вспыхнул, прорезав сверкающей огненной нитью горизонт. И одновременно с этим раздался протяжный крик Данияры. Повинуясь взмаху руки верховного жреца, по углам алтаря вспыхнули факелы, и внезапно наступившую тишину нарушил плач новорождённого. Одна из эльфиек протянула Рамуту короткий ритуальный серп, показывая, где нужно перерезать пуповину. И суровый воин, не раз смотревший смерти в лицо, застыл в нерешительности, глядя на беспомощный крошечный комочек в руках жрицы.

Среди народа высших эльфов дети были редким явлением. Считалось, что рождение ребёнка забирает у его матери красоту и годы жизни. Поэтому, браки были больше формальным явлением, а любовь заменялась уважением и преданностью. Мужья редко входили в спальни к своим супругам, иногда так и оставляя их в священной неприкосновенности. Тем не менее, дети у них всё же рождались. А у Рамута их было даже двое. Замороченные на красоте и изяществе высшие эльфы считали маленьких детей, мягко говоря, не соответствующими их представлениям о красоте. Поэтому, до определённого возраста малыши росли вдали не только от чужих глаз, но и тщательно скрывались от своих высокоблагородных отцов.

Своего старшего сына Рамут увидел, когда тому уже исполнилось два года, и мальчику пришло время перейти из-под женской опеки в мужскую часть дома, где ему был выделен наставник. Рождение второго сына жена так и не простила Рамуту, навсегда закрыв для него двери своей спальни. Понятно, что такие отношения не прибавляли любви между супругами. Но красота, бессмертие и вечная молодость ценилась у высших эльфов гораздо больше любви. Чего нельзя было сказать об эльфийских племенах Камира, где всё было с точностью до наоборот. Но при всей любвеобильности и свободе нравов местных жителей, дети и здесь рождались не так уж часто, как это предполагалось бы. Поэтому, приход в мир каждого нового малыша праздновали с размахом.

Жрица дотронулась до плеча застывшего в нерешительности воина:

– Рамут… Если ты не можешь, я сделаю это за тебя.

– Нет, я сам. – рука эльфа впервые в жизни дрожала, и ему пришлось призвать на помощь всю свою силу воли, чтобы не выдать своё волнение. Маргарита со слезами умиления на глазах наблюдала за сменой эмоций на бесстрастном лице Рамута, когда ему на руки положили новорождённую дочь.

А потом был шумный пир, песни и пляски, изливались вином медовые реки, отовсюду слышался смех. Некоторые жители деревни, нимало не стесняясь, занимались любовью, не отходя далеко от праздничных столов. Другие же – активно ухаживали, целовались и обнимались. Между столами с радостным визгом носились дети. Здесь всё дышало теплом и любовью!

Глава 8. Невесёлый праздник

Маргарита сидела одна, издалека наблюдая за чужим счастьем. Уставшую Данияру с новорождённой дочерью отправили отдыхать, а молодой король уже битый час о чём-то беседовал наедине с Рамутом. Они сидели вдали от веселящейся толпы, чтобы им не мешали. Лица обоих мужчин были серьёзными, казалось, им много есть что обсудить. Маргарита не заметила, как к ней подсела одна из жриц:

– Сердце молодого короля Великих Озёр занято. Но не тобой. – произнесла она, сочувственно улыбаясь.

– Что?.. – растерянно повернулась к ней девушка. Праздничные огни начали меркнуть, весёлые звуки музыки стали слишком резкими и громкими. Эльфийка просто озвучила то, что Маргарита и так знала, но упорно не хотела замечать.

– Ты хорошая и умная девочка, ты всё понимаешь. – жрица плеснула в стоявший перед Маргаритой кубок вина и подвинула его к ней, – Хочешь, я найду того, кто сделает тебя сегодня счастливой?

Подмигнув, она показала глазами в сторону голубоглазого блондина. Подвыпивший эльф, заметив взгляд Маргариты, призывно заулыбался.

– Благодарю… Я в курсе, насчёт дел короля, мы с ним друзья детства, не более… – с трудом сохраняя на лице беспечность, выдавила девушка.

– Я так и подумала. – усмехнувшись, жрица подняла глаза к звёздному небу, – Видишь над дальним лесом звезду, сверкающую подобно чистому аметисту?

Проследив её взгляд, Маргарита нашла яркую звезду фиолетового цвета и кивнула.

– Это Камир Элли Паса, не каждый может её увидеть.

– Камир-Эльпас? – удивлённо переспросила Марго.

– Да, да, именно оттуда тысячи лет назад эльфы пришли в эти земли и назвали их её именем. Этой звезды давно уже нет, и мой народ рассеян по разным мирам. Но свет Камиры всё ещё не погас.

– Как грустно…

– Нет. Всё идёт своим чередом. – жрица похлопала её по руке, – Я родилась уже здесь, здесь родились мои друзья и дети, здесь мой дом. И я здесь счастлива.

Маргарита, стиснув зубы, чтобы не расплакаться, старательно вглядывалась в звёздное небо. Эльфийка тепло улыбнулась:

– Король ещё молод и горяч, когда-нибудь он станет величайшим правителем. Но не сегодня. Держись от него подальше, пока он не разбил твоё сердце.

– Всё в порядке, правда… – Марго залпом осушила кубок с вином, – Ты видишь будущее? А что ждёт меня?

Жрица несколько мгновений удивлённо разглядывала сидящую рядом с ней девушку:

– Странно… Столько путей, и все открыты… Возможно, всё дело в запахе апельсина… Где ты взяла это?

– Моя подруга держит лавку с косметикой. – сдержанно улыбнулась Маргарита.

Эльфийка бросила на девушку внимательный взгляд:

– Свет Камиры благоволит к тебе, он укажет тебе верный путь, где бы ты не была.

– Свет погибшей звезды эльфов? – недоверчиво вскинула брови Марго. Жрица многозначительно подняла указательный палец:

– Я говорю лишь то, что вижу, но выбор за тобой. Может всё же познакомить тебя с Таэсом? – она игриво мотнула головой в сторону блондина, который уже вовсю лапал сразу двух хохочущих девчонок.

– Нет уж, благодарю. – рассмеялась Марго, – Я, кажется, перебрала. Пойду, проветрюсь.

Она намеренно направилась в противоположную сторону от того места, где увлечённо общались Флориан и Рамут. Обида тугим шарфом стягивала горло, ей хотелось побыть одной. Все жители деревни сейчас находились на площади, и девушка шла по пустой улице, удаляясь всё дальше от места всеобщего веселья. И вскоре, её окружала только тёмная южная ночь, наполненная пением соловьёв и шелестом листвы. Деревня закончилась, и Маргарита узнала дорогу, по которой несколько часов назад они сюда приехали. Девушка остановилась в нерешительности: «Если пойду сейчас, к полудню уже буду в городе. Уйти, не попрощавшись? Как-то некрасиво… Да и Флориана предупредить надо. Хотя… Ему не до меня сейчас.» При воспоминании о короле, настроение Марго совсем испортилось. Возвращаться обратно на праздничную площадь было просто невыносимо, девушка топталась на месте, вглядываясь в темноту. Дорога светлой лентой уходила через поле в сторону леса, потеряться на ней было невозможно даже в темноте. Собравшись с духом, Маргарита нащупала пальцами в сумке пару крошечных деревянных свистков, их отдала ей за ненадобностью Анна. Такие игрушки делали дровосеки, чтобы отпугивать диких зверей и болотную нечисть, а Марго была любительница собирать всякие полезные штуки.

«Потом извинюсь перед Даниярой. Скажу, что мне поплохело от медовухи. Или вспомнила, что дома утюг с плиты снять забыла.» Сделав глубокий вдох, Маргарита расправила плечи и зашагала по дороге. Внезапно, её взгляд зацепился за яркий аметист, сияющий на небе. «Камира укажет тебе верный путь.» – вспомнила она. Звезда находилась несколько в стороне от дороги, над верхушками громадных деревьев, растущих в заповедном эльфийском лесу. На мгновение показалось, что свет Камир Элли Паса стал ярче, и среди деревьев под ним появился просвет, клубящийся аметистовой светящейся дымкой. Маргарита от удивления даже остановилась, разглядывая это странное явление. «Нет, не показалось…» От леса до того места, где она сейчас стояла, сквозь расступившуюся траву открылась тропинка, мерцающая крошечными фиолетовыми искрами.

– Укажет верный путь… – сжав в руке связку со свистками, Марго решительно сошла с дороги и направилась к древнему лесу.

Жрица Лиатэ была абсолютно права, когда говорила, что из Флориана в будущем получится достойный правитель. Отбросив сейчас все страхи, сомнения и ласки девушек, молодой король предпочёл общему веселью общение с суровым Рамутом. Харизматичный эльф произвёл на юношу впечатление не только своими боевыми навыками, в нём чувствовалась невероятная сила и мудрость. Флориан мог говорить с ним обо всём на свете, и это было так непохоже на всё, что он слышал до этого. А Рамут при этом впервые чувствовал себя наставником, это вызывало у него… любопытство. Только поэтому нелюдимый эльф-одиночка сейчас терпеливо сносил присутствие молодого короля рядом с собой. К беседующим мужчинам приблизился незнакомый эльф. Он бесшумно возник из словно из ниоткуда и сильно отличался от местных. Зелёно-коричневые цвета одежды делали его практически незаметным на фоне листвы, а черты лица были гораздо изящнее, чем у жителей деревни. За его спиной в темноте тускло мерцали жёлтые глаза громадного ручного волка. Вежливо и коротко кивнув молодому королю, охотник тихо произнёс, обращаясь к Рамуту: