Золушек нет. Книга вторая. Дочь пирата.

– Владыка, ты должен знать… Только что кто-то перешёл границу старого леса.

Лицо Рамута посерело, взгляд стал страшным:

– Кто-то?

Склонив голову, разведчик отступил на шаг назад:

– Девушка, которая пришла с вами из Ютиана. Она направилась в Город Проклятых.

Рамут в один прыжок оказался возле стола, за которым царило веселье. Схватив за руку одну из эльфиек, он резко поднял её на ноги:

– Твоих рук дело? – с трудом сдерживая ярость, произнёс он угрожающе. Веселье вокруг мгновенно стихло, пирующие в ужасе смотрели на не знающего пощады воина. И только Лиатэ бесстрашно смотрела ему в глаза:

– Ну кто-то же должен разрушить наложенное на тебя проклятие. – спокойно ответила жрица.

– Это тебя не касается! – пальцы эльфа сжались вокруг руки несчастной с такой силой, что она невольно вскрикнула:

– Я не знаю, что моя дочь нашла в твоём мёртвом сердце, но тебе не место среди живых! И тебе не рады в нашей деревне. Надеюсь, когда проклятие падёт, твоё тело обратится в прах, и мы тебя больше не увидим!

– Мама!! Что ты такое говоришь? – в нескольких метрах от них стояла побледневшая Данияра, прижимая к себе новорождённую дочь. На её широко распахнутые глаза навернулись слёзы. – Рамут – мой муж, отец моего ребёнка! Я люблю его больше жизни! Как ты можешь?

Увидев жену, Рамут разжал пальцы. Лиатэ оттолкнула воина, с ненавистью глядя на него и растирая руку с оставленными им чёрными синяками. Над головой жрицы начал сгущаться воздух, закручиваясь в фиолетовые тучи. Жители деревни медленно пятились подальше от площади, кто-то дал откровенного стрекача. И через несколько мгновений на месте шумного праздника никого не осталось. Если не считать группу жрецов, которые наблюдали за ними издалека, пока что не вмешиваясь. Флориан с интересом, но без малейшей тени страха, смотрел на происходящее. Но тут до него внезапно дошло:

– Я не понял… А где Маргарита? Вы ведь про неё сейчас говорили? – он приблизился к жрице и молниеносным движением приставил к её шее короткий кинжал, – Куда, ты сказала, она пошла? Покажешь дорогу?

По шее застывшей Лиатэ скатилась горячая алая капля, оставляя тонкий след, тучи над её головой мгновенно опали.

– Это не я… На неё указала Камир Элли Паса, она отметила её своим светом… – сипло прошептала жрица.

– Ты лжёшь! Уже тысячи лет прошло, как этой звезды не видно на небосводе. – мрачно рыкнул Рамут, – Её свет давно погас!

– Не для всех…

– Я понял. – взгляд Флориана стал злым, он убрал кинжал и толкнул эльфийку перед собой, – Пошли!

– В Город Проклятых нет ходу живым! – Лиатэ, упрямо сверкнув глазами, отдёрнула плечо, – Твой мёртвый друг пусть тебя туда отведёт. Если не боится.

– Мой мёртвый друг? – обернувшись, Флориан несколько мгновений внимательно разглядывал мрачного эльфа, – Рамут?

– Это всё не так! – бросилась вперёд Данияра, заливаясь слезами и прижимая к груди ребёнка, – Мёртвое сердце не может любить! Мертвец не может зачать новую жизнь! Мама! Зачем ты так!

Лиатэ грустно улыбнулась дочери:

– Милая… Я знаю, сейчас ты его так сильно любишь, что не хочешь ничего слушать. Но твой муж – живой мертвец, он проклят. И мы все знаем за что. Ему нет прощения. А любовь проходит, поверь! У тебя впереди целая жизнь!

Рамут неподвижно смотрел на жену и дочь, и в его стальном взгляде сквозила нечеловеческая боль. Медленно, как будто каждый шаг давался ему с трудом, он отошёл от Данияры:

– Твоя мать права… Без меня вам будет лучше… – эльф с каменным лицом повернулся к королю, – Из Города Проклятых ещё никто не возвращался. И твоя подружка не выберется оттуда живой.

– Посмотрим. – Флориан деловито подтянул потуже перевязь меча, – У моей подружки… знаешь, какие подружки? От них даже у древних богов нервный тик случается. А тут всего лишь какое-то проклятье. Идём, не будем терять время.

На бесстрастном лице Рамута на долю секунды мелькнуло неподдельное замешательство. Флориан криво усмехнулся:

– Я тебя познакомлю с ними. Кстати, Данияра права. Если твоё сердце бьётся, то ты никак не можешь быть мертвецом.

– Его сердце давно не бьётся. Он до сих пор жив, только благодаря проклятию. – жрица сделала в сторону пару шагов, закрывая собой дочь.

– Мне всё равно, что он сделал. Это в прошлом. – Флориан проверил меч в ножнах, – В его лице я нашёл друга и наставника. Мне этого достаточно. Данияра, ты не против перебраться со своим мужем на север, в Город Королей?

Лицо жрицы побагровело, взгляд стал гневным:

– Щенок…

– Я король! Не смей мне грубить! – резко оборвал её Флориан. Данияра, резво увернувшись от матери, попытавшейся её поймать за руку, добежала до Рамута и, насильно вложив ему в руки дитя, вцепилась в рукав мужа мёртвой хваткой:

– Мама, прости меня! Мне не нужна эта жизнь без него! – она подняла на Рамута глаза полные любви и прошептала, – Мы найдём способ, как заставить твоё сердце снова биться, обязательно найдём! Если Маргариту сейчас ведёт свет Камир Элли Паса, это наш шанс! Я пойду с тобой, я не дам тебе умереть!

Рамут несколько мгновений молча смотрел на жену, потом перевёл взгляд на хмурого короля:

– Мой конь знает дорогу. Мы с Даниярой поедем верхом, разведчик из клана Стражей Тьмы даст тебе своего волка.

Из темноты отделилась крупная тень коня. Не вдаваясь в дальнейшие объяснения, эльф подсадил в седло жену с ребёнком на руках, мгновенно запрыгнул следом и нырнул в ночь. К Флориану бесшумной походкой приблизился громадный волк.

– Держись за холку. Не бойся, Мрак тебя не потеряет. – тихо произнёс разведчик, – Он проводит вас до входа в долину Города Проклятых.

– Хорошо, что меня никто не видит… – пробормотал молодой король, успев вцепиться в шерсть волка, чтобы не свалиться с его спины. Зверь огромными мягкими прыжками помчал своего седока вслед за растаявшими в темноте всадниками.