- -
- 100%
- +
И меня так давно искренне не обнимали, не оправдывали и не жалели, что я зачем-то кладу голову ему на плечо.
- Вам чаю сделать? - косится на нас Алина.
Безэмоционально киваю ей.
- Мам... Ма-а-ам... - тихо прокашливается она.
- М? - поднимаю усталый взгляд.
Играя бровями, многозначительно стреляет взглядом мне в декольте.
Смотрю вниз.
О, боги бровей, грудей и других частей тела! Все просвечивает насквозь.
Надо было надевать белье с поролоновыми вкладками! Но они делают мою огромную грудь ещё на размер больше... И я не решилась. Кто же знал, что промокну??
Ладонь Добрыни с моего плеча соскальзывает на ключицу. Ощупывает ее через ткань пальцами.
На секунду отвлекаясь от телефона, вжимается мне губами в ухо.
- Мокрая вся... - шепчет.
Зажмуриваюсь от слишком острого ощущения, забывая вдохнуть. Его мягкая щетина скользит по моим до неприличия чувствительным местам.
Между бедер судорожно сводит.
И я все мокрая - да, от этого прикосновения и низкого мужского шепота.
- ...Простынешь... Переодеться немедленно... - скользят его губы, запуская мурашки по шее.
Это так интимно, как у меня в сексе с мужем и не было никогда!
А он как ни в чем не бывало, продолжает разговор по телефону.
Пряча глаза от детей, поспешно сбегаю в свою комнату.
Срываю мокрое платье. Переодеваюсь в свой безразмерный "скафандр".
Вот... И снова чувствую себя непривлекательной и бесполой. В безопасности от мужского внимания.
Это я такие начала носить, чтобы Анатолий меня меньше замечал и прикладывал своей критикой.
Разглядываю себя в зеркало.
Мда... И хочется руки на себя наложить... большие такие... мужские. Конкретные.
Вытаскиваю давным давно купленный на маркетплейсе бархатный халат впол с широким поясом типа карсета, подчёркивающим формы. Глубокого синего цвета. И... прячу обратно.
Глупо это! У него ведь женщина есть... Мне до нее как до луны. Хоть в халате, хоть без.
Собрав волосы в привычную гульку, иду пить чай...
Глава 18 - Семейное утро
Зевая, надеваю поглубже капюшон. Прохладно.
Выползаю из комнаты. Мне всегда тяжело вставать с утра, потому что пишу я часов до двух, когда все уже улягутся. А иногда и до трех-четырех...
У Добрыни сегодня отсыпной. Я попросила детей его не будить. И сама встала пораньше, чтобы покормить их и собрать в школу.
Но из гостиной уже голоса. Проснулся...
Он уходит на работу обычно раньше, чем мы все встаём. Наверное, его поднял привычный режим.
- Не пойду сегодня в школу! - упрямится и капризничает Мирон.
- Разговорчики в строю! Быстро собираться.
- Не пойду.
- Мирон... - строго. - Без повода мы не пропускаем. Ты взрослый парень, должен понимать, что у нас могут быть проблемы с опекой.
- Доброе утро, - выхожу к ним.
- Доброе, Верочка... Пойдем отжиматься? - спрашивает у Мирона.
- Не пойду...
- Как хочешь. Яр, за мной...
Скинув футболки, с голыми торсами уходят на улицу.
Ого... как всё брутально!
В ступоре провожаю их взглядом.
Яр - копия отца по телосложению, такой же широкоплечий и походка - один в один. Но на пол головы пока ниже и худощавый.
Мирон наливает себе молока в подушечки с шоколадом.
И угрюмо насупившись ест.
- А ты чего такой грустный, зайка? - глажу его по голове.
- Ничо... - дёргает головой, уворачиваясь.
- Хочешь, я тебе бутер с плавленным сыром сделаю?
- Нет...
Через несколько секунд передумывает.
- Хочу...
- А хлебушек обжарить с двух сторон?
- Да... - обиженно.
Бужу своих девчонок.
Обжариваю для всех гренки и на ещё раскаленные кладу по тонкому пластику сыра.
Ставлю с чаем перед Мироном.
- А в школу почему не хочешь?
- Там сегодня все будут мам позд'гавлять на последнем у'гоке. Не хочу...
- М-м... - сжимается мое сердце. - А... можно я приду? А то Ира сегодня дома остаётся. И меня никто не поздравит.
- Нет... - ворчит. - Ты не моя мама.
- Ладно. Тогда я могу забрать тебя пораньше. До поздравления. Забрать?
Кивает.
Глажу ещё раз по голове. В этот раз не уворачивается.
Завтракаем...
- Мам... Можно, я в поход с ночёвкой пойду со своим бывшим классом? - спрашивает Алина.
- Ни в коем случае! - вперёд меня отвечает Добрыня.
- Мам! - возмущённо распахивает глаза Алинка.
Задумчиво замираю.
- Вера, не вздумай отпустить.
- Да почему?! - жалобно сводит брови дочь.
- Во-первых, на улице минусовая температура. Это обморожения. Во-вторых, в зимних походах подростки согреваются двумя способами, оба - восемнадцать плюс.
- Да, мам! Какие восемнадцать?!
- Градус и кекс, - дёргает бровями Добрыня.
- О, нет-нет! - машу руками. - Я не готова ни к обморожениям, ни к восемнадцати плюс. Никаких походов, Алина.
- Вот, не люблю тебя опять, Добрыня Никитич! - надувается на него Алина.
- Это нормально... - философски изрекает он. - Я в твоём возрасте тоже всех не любил.
Ярик провокационно и ядовито улыбается Алине:
- А я со своим пойду.
- Будешь выделываться - нет, - осаживает его Добрыня.
- Опаздываете! - хлопаю слегка ладонями по столу, чтобы не развивать тему и череду ругани между детьми.
Дети уходят в школу сами.
- Забе'гёшь? - тихо уточняет у меня Мирон, выходя последним.
Заговорщицки положительно моргаю ему.
Спускается наша простывшая героиня со своим спасенным Персиком на руках.
- Вшем не ждраште! - здоровается она недовольно.
Забирает последний бутерброд с тарелки.
- Горло болит?
- Да...
Грею ей и котенку молоко.
- Вер... - двигает мне по столу свой телефон Добрыня.
Там Афиша "Чужой: Ромул". Я играю в Чужого... он видел. И вообще обожаю эту франшизу.
- Вау! - вздыхаю я.
- Пойдем по-братски? Одному неинтересно.
Не любит твоя барышня такое?
- Завтра последний день проката. Надо решаться быстро, Вер. Идём?
- Фу-у-у... - заглядывает Иринка в экран.
- Пойдем, - решаюсь я.
И в груди трепещет так, словно на свидание пригласил. И я уже думаю, что надеть, кроме платья.
А кроме платья и уютных балахонистых костюмом у меня ничего и нет. Хотя... У меня целый пакет купленных "на будущее" вещей. "На когда" ты станешь худее, увереннее в себе и пройдешь курс каких-нибудь супер-процедур, которые сделают тебя такой красивой как раньше!
А потому - ни разу не надетых.
Может, что-то там поискать?
С другой стороны... Понятно, что не на свидание... Но могу я помечтать?
- Слушай, билеты только на сейчас, увы. На завтра уже разобрали, - с досадой. - А вечером у меня неотложное дело .
Свидание с Аделиной?
В груди сводит неприятным токсичным чувством.
Какое тебе дело, Вера?
Дружите - и отлично. Ты все равно не готова на отношения. Это правда. Я совсем не готова.
- Точнее - на сколько сеанс? Просто через час Иринку бабушка заберёт до вечера. И мы могли бы успеть...
- Успеваем, да!
Составляем вместе посуду в посудомойку.
Я очень просила Анатолия купить мне такую. Но его мама была категорически против. Дома же сижу, руки есть посуду помыть, а то совсем обленюсь!
А на съёмную квартиру покупать особого смысла не было. Мы чаще заказывали, чем готовили.
Добрыня показывает как включать. Наши пальцы пару раз неловко встречаются на сенсорных кнопках.
- Не хочу к бабушке… - канючит Иринка. - Можно я с Першиком пошижу дома?
- Нет! - хором выпаливаем мы.
- Бабушка обидится, Ириш, - вздыхаю я. - Она и так месяц не может тебя забрать.
- Пусть обижаетша!
- Нельзя так с бабушками, - качает ей строго пальцем Добрыня.
- Иди, доча, собирайся.
Выпотрошив большой пакет с вещами "на будущее" критично осматриваю каждую.
Какая дура это покупала?!
Среди откровенно неподходящих мне вещей выбираю брючный комбинезон насыщенного изумрудного цвета, с брючинами в пол.
Примеряю.
На удивление - сходится на мне.
Но так вызывающе - ужас.
В голове сразу же звучать проповеди свекрови и Анатолия. Что мать и жена должна выбирать модели и цвета поскромнее. И только назло этим голосам, я решаюсь на этот вычурный комбез. Надеюсь, Добрыня не так строг в своих вкусах!
Делаю нюдовый макияж "от Алинки", стараясь не вызвать нечаянно богов бровей. А потом - единственную прическу, которую освоила на себе помимо гульки - французскую косу.
Надеваю тщательно отмытые мои любимые сапоги на каблуках.
Смотрю в зеркало.
- Это не я!
Я в этом чувствую себя, как курица примерившая павлиний хвост! Он конечно прекрасен, но носить его неловко и неуклюже.
- Мне не идёт, да? - бормочу я расстроенно.
И практически решаюсь все это снять, как слышу из гостиной недовольный голос свекрови.
- А-а-а!! - подпрыгиваю на месте от ужаса.
Ты зачем ее пустил?! Боже…
Глава 19 - Мальбертовна
- Ирина Альбертовна, - представляется бабушка.
И я сразу же отдупляю, что это не Верина мать, а мать гнома. Сходство налицо.
Карие шныряющие глаза. И такое же недовольное выражение, но уже на женском обрюзгшем лице. Морщины начинающиеся в уголках рта, скорбно обрамляют подбородок. Нос длинный...
Неприятная дама. Но... бабушка!
- Добрыня Никитич, - представляют я.
- Шутите, молодой человек? Я шуток не понимаю.
- Никак нет.
- Имя какое у вас странное. Родители придумают глупые имена, дети всю жизнь потом мучаются. Старшую вот Алиной без спроса назвала. Что за имя такое - Алина. Нерусское какое-то. С младшей уж мы не позволили...
- М-м... - понимающе мычу я провожая ее в дом. - Поня-я-ятно.
Младшая, значит, в честь бабки?
Неприятная - не то слово!
- Готовит хоть что-нибудь она? Или так и кормит детей подножным кормом?
Мне кажется, она даже не со мной говорит, а больше сама с собой. Потому что, ответов она не ждёт.
- Она сразу такая ленивая была. Девочек и до двух лет грудью не докормила. Мать! - скептически. - Я своего сыночка до четырех с половиной кормила ради иммунитета. И зубы и волосы потеряла. Все для него...
- Я-я-ясно... - дёргаю бровями, слегка охуевая.
- А я, чтобы дитя хорошо кормить, уже после его рождения пошла на повара учиться, не поделилась сменить специальность. Хоть и трудно было! Работала потом в шикарном ресторане. Люди меня по имени знали, презенты носили. А как Алина в школу пошла, в
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.