Лидер Данжей

Тад сидел со скрещенными ногами и закрытыми глазами. Он держал Клык Рекаста обеими руками на коленях, давая пальцам ощутить гладкую поверхность клинка, стараясь не порезаться. Кулак сжимал золотые цепи, пальцы уже отросли. Бабочки бунтовали против тирании его желудка, но Тад одним усилием воли подавил бунт. Ему больше не нужно было нервничать — Фенрир обязан был предложить ему договор. Наконец-то его клинок, Клык Рекаста, станет сильнее. По сравнению с Великим мечом Мезтлегопха, а уж тем более с Клыком Шреддера, кинжал уже не годился, хотя урон всё ещё держался на уровне. Но дальность у него была мала, а польза падала, особенно против крупных противников.

Он ждал, когда кинжал потянет его, но ничего не происходило. Фенрир, скорее всего, дулся из-за поражения. Но Тад хотел встретиться прямо сейчас. Осторожно Тад попытался собрать свою сущность в кулаках, как делал с заклинанием, но ничего не вышло. Тад напрягал волю и напрягал, однако сущность не двигалась. Что было не так? Тад вернулся памятью к тому моменту, когда сжал руку Каина. Тогда сущность пришла сама, почти как вторая натура. Но у Каина рука светилась, жаждущая сотворить заклинание. То же самое было, когда он только что сражался с Фенриром. Тад позволил мане хлынуть в кулак, а потом ещё раз попытался притянуть к нему сущность.

Это было медленное исследование. Он тянул из костей, мышц и крови, но сущности там не было. Нет, он знал — она глубже. Тад позволил мане в кулаке пульсировать от нужды. Крошечный чёрный щупалец пророс в ману, окутавшую рукоять кинжала, и вдруг он оказался в тёмном пустотнике. Получилось! Осознание пришло мгновенно. Сам Тад в это место не попадал — попадала его душа, его сущность, хотя полученный урон всё равно разрушал тело. Тад усмехнулся, представив, как странно это должно выглядеть со стороны. Фенрир лежал на полу, всё ещё без головы. Его шея и голова отрастали мучительно медленно.

— Ну же, хватит театральности, — сказал Тад со смехом в голосе. Но волк-человек продолжал медленно отращивать голову. Неужели Луч Рагнарёка так сильно ранил волка? Тад снова сел и продолжил медитировать, но глаза оставил открытыми. Он больше не даст Фенриру застать себя врасплох. Волк всё ещё был сильнее Тада, неизмеримо сильнее, но цепи сковывали его силу и позволяли течь лишь тонкой струйке.

Наконец, после того, что показалось многими часами, у Фенрира сформировался подбородок и челюсть, а потом наконец и рот.

— Как? — Это рычание заставило волосы у Тада встать дыбом.

— Как что?

— Как ты это сделал? Ты заблокировал мой Луч Рагнарёка. Моё предельное оружие. Даже скованный этими цепями, он не должен быть блокируемым.

Таду пришлось признать, что «Луч Рагнарёка» звучал гораздо лучше, чем «луч Фенрира». — Я разгадал твой приём и применил его против тебя. Вот и всё.

Фенрир угрожающе зарычал, и прежде чем Тад успел среагировать, волк схватил его за горло, заставляя подняться на ноги. Он заставил Тада смотреть туда, где у Фенрира уже должны были быть глаза, если бы они успели отрасти. — Какой приём?

По спине Тада потёк холодный пот. Волк не двигался в обычном смысле. Одну секунду он восстанавливался в нескольких шагах, а в следующую уже держал Тада за горло. Тад понял, что законы, управляющие этим местом, отличаются от тех, что действуют в его теле.

Тад схватился за коготь у горла и наконец оторвал его, но не раньше, чем по шее потекла кровь. — Твой приём — замешивать сущность пустоты в заклинание, чтобы усилить его. Я просто замешал сущность в руки, чтобы заблокировать твоё заклинание, прежде чем выпустить своё. — Тад победно улыбнулся. — Не думал, что я догадаюсь?

Рот Фенрира приоткрылся, и из него вырвался рык такой муки, что Тад отступил на шаг. — Это не то, что я делаю! Это был мой Луч Рагнарёка, моя предпоследняя атака. На её произнесение уходит половина маны. И ты утверждаешь, что заблокировал её каким-то простым заклинанием, смешанным с сущностью пустоты?

— Я использовал Огненный болт, — нахмурился Тад в замешательстве. Он был уверен, что сделал то же самое, что и Фенрир. — Точно так же, как ты…

— Невозможно! Ни одно заклинание на одну ману не способно заблокировать мой луч… — Фенрир опустился на колени.

Волна недоверия захлестнула Тада, когда слова Фенрира наконец дошли до него, развеяв растерянность. Тад не выпустил Луч Рагнарёка, как Фенрир, — он сделал что-то другое. Что-то, что возвело его жалкий Огненный болт до уровня бога.

Тад стёр кровь с шеи и снова сел. — Слушай, примерно так. — Одной мыслью Тад вызвал в руки «плащ пустоты». Он застегнул его на шее, потом сосредоточился. Здесь, в пустотнике, плащ откликался на его мысли ясно и чётко. Он закрутился по плечам, а потом выпустил две когтистые руки, подражая Фенриру. Затем Тад скрутил плащ и создал ещё две руки по бокам, пока ткань не натянулась до предела.

Восприятие Фенрира окатило Тада, но голос волка дрожал. — Я не чувствую, что ты делаешь, но через связь с кинжалом я могу это видеть, отчасти. Твой контроль над сущностью пустоты — это то, чего я никогда не видел. Ни у одного пустотника, которого я встречал. Ты не должен уметь вытягивать собственную душу, а уж тем более делать такие глупости, как смешивать её с заклинанием или управлять плащом. Это твоя душа. Или… как сказали бы творцы, её отсутствие. Они думают, что мы — пустые оболочки, мерзости, порождённые из ничего. Но что бы это ни было, это не то, чем ты должен уметь управлять.

Тад нахмурился. — Но это неправда. При ассимиляции пустот оба пустотника направляют свою сущность, чтобы поглотить друг друга. Прямо сейчас мы оба в форме сущности и управляем ею, как своими телами… — Слова оборвались, не найдя нужных, чтобы продолжить спор. Фенрир был пустотником ранга творец, а не Тад. С какой стати Таду притворяться, что он знает больше того, кто уже достиг высших вершин силы?

Полулицо Фенрира омрачилось. — Какие техники ассимиляции ты практикуешь?

Тад ещё сильнее нахмурился. — Я даже не понимаю, о чём ты говоришь.

— Я говорю об усилении твоей сущности, чтобы подготовиться к ассимиляциям пустот.

Тад был в тупике. — Я ничего не делаю. Я даже не знал, что такие ассимиляции существуют, пока меня не втянули в одну — с каким-то львопустотником, Лео кем-то. Которого тренировал Ксеонит.

Фенрир взревел при этом имени. — Ах да. Ксеонит — великий трус, вечный предатель. Пёс Шестерых. Вечный воевода, овладевший лишь временем, но не дикой сущностью вечности. Его я превзошёл давно. Но несмотря на его трусость, если бы ты столкнулся с его протеже в ассимиляции, ты не должен был победить. Его ученик был бы способен.

— Вундеркинд, как он утверждал, — Тад с каждой минутой всё больше раздражался. Фенрир должен был иметь ответы. Он уже прошёл путь Тада, но с этой сущностью пустоты всё выходило из-под контроля. — Может, если ты объяснишь мне свои техники ассимиляции, мы сможем во всём разобраться.

На этот раз Фенрир нахмурился. — Сначала, прежде чем я обрёл способность летать, я взбирался на самую высокую вершину, какую мог найти. Или в своём данже я сидел на шесте на вершине холма. Там, где я был ближе всего к небу, к пустотнику. Потом я тянул её вниз, из неба. Из плёнки пустотника, покрывающей небо. Я омывался в ней, пропуская через свою сущность пустоты, позволяя ей питаться и расти. Хотя польза проявлялась только в ассимиляциях, наставники в Войдспайре считали меня одарённым в манипуляции пустотником.

Фенрир поджал губы в недоумении, но через мгновение кивнул, словно всё встало на свои места. — Но… ты не вырос в Войдспайре. Ты вырос в пустоте. — Даже без отросших глаз Тад видел, как колёсики крутятся у него в голове. — Ты пустотник, рождённый пустотой. Тот, чья сущность пустоты питалась каждую минуту с момента твоего рождения… — Слова ускорились по мере того, как формировались скулы. — Вот почему. Вот почему ты смог заблокировать его, мой Луч Рагнарёка. Вот почему ты можешь манипулировать сущностью пустоты так, как делаешь это.

Тад затаил дыхание. Он никогда ещё так внимательно не сосредоточивался на чьих-то словах.

— Ты живёшь как пустотник. Постоянно окружён им. — В голосе Фенрира звучало то, что Тад мог назвать только благоговением. Пазлы наконец встали на место. — Тебе не нужны никакие техники ассимиляции, потому что твоя сущность пустоты питалась постоянно. С самого рождения. Скорее всего, даже до рождения, в утробе матерь, твоя сущность питалась. Ты настоящий пустотник. Монстр.

Вдруг губы Фенрира растянулись в ухмылке. — Маленький щенок. Я поеду на твоей спине до самого конца. Готов к своему договору?

Фенрир напряжённо хмыкнул, густые капли чёрного пота стекали по полуволчьему лицу; наконец оно полностью отросло, кроме ушей. — Это сложнее, чем кажется. — Лицо скривилось от боли, и он стиснул острые зубы в гримасе. — Я не могу отдать слишком много, иначе это поглотит моё сознание, а эти цепи и так сильно ограничивают мою силу.

Фенрир замолчал, когда перед Тадом появилось уведомление.

*Желаете заключить договор с прикованным творцом Фенриром?---

Получаете навык «Волчий призрак».

Получаете навык «Хватка Глейпнира».

Теряете доступ к «Укусу Рэйкаста».

Теряете доступ к «Яркому всплеску».

Теряете доступ к «Теневому всплеску».

Все характеристики ×2 при экипировке.*

Челюсть Тада отвисла. Это было намного лучше, чем когда провалившийся пустотник пытался заключить с ним договор. Тогда безумный пустотник предлагал ему 5 силы и 10 ловкости. Поскольку Клык Рэйкаста наносил урон, основанный на ловкости, это было в некотором смысле двойное усиление урона. Не говоря уже обо всём остальном. Но потеря «Укуса Рэйкаста» была колоссальным ударом, так же как и навыки плаща. Каждый из них не раз выручал Тада из беды. Но понадобятся ли они ему при всех остальных бонусах, которые теперь давал кинжал?

Слова Фенрира были невнятны от напряжения. — Быстрее, Рэйкаст не нравится это предложение, как и цепям. Я не могу удерживать его долго.

— Но почему я должен отказываться от остальных навыков?

По лицу Фенрира промелькнуло болезненное раздражение. — Чтобы поселиться в плаще, мне нужно было освободить место, то же самое и с кинжалом. Я должен был поглотить навыки, чтобы создать новые.

— Значит, они уже исчезли?

Фенрир покачал головой. Крупные капли тьмы отлетели в стороны. — Изменения отменятся, если ты отклонишь предложение. Но, пожалуйста, прими его побыстрее, я не смогу удерживать это дольше.

Тад ещё раз взглянул на новые навыки. Это было выгодное предложение. Всякий раз, когда он мог получить бонус ×2 к характеристикам, это звучало заманчиво. Но сначала ему нужно было спросить: — Что делают твои навыки?

Фенрир скрипнул зубами. — «Волчий призрак» позволяет призывать меня в бою, а «Хватка Глейпнира» использует поглощающую силу моих цепей, чтобы сковывать врагов. Быстрее. Пожалуйста. — Последнее слово прозвучало как запоздалая мысль.

В целом обмен выглядел в пользу Тада. Наконец, к большому облегчению Фенрира, Тад нажал кнопку «Да», висевшую перед его лицом, и Фенрир рухнул на чернильно-чёрный пол межпространственного пространства. В руках Тада Клык Рекаста закрутился. Золотые цепи взвились по его рукам, спустились по груди и ногам и наконец обвили шею, оставив по звену цепи с каждой стороны челюсти Тада. Затем они впились в плоть, обжигая белым жаром всего на мгновение. Тад стиснул зубы и вытерпел боль. Мгновение спустя физические цепи исчезли, остался лишь татуированный рисунок цепей. Пальцы Тада пробежали по татуированным цепям вверх по рукам и вниз по груди.

— Похоже, я сбежал из какой-то тюрьмы или что-то в этом роде.

Фенрир вытер пот со вновь отросшего лба, но губы раздвинулись в улыбке. — Умно придумано. У меня есть вся эта сила, но большая её часть рассеивается, а теперь — нет. Цепи теперь качают эту силу прямо в твоё тело и сущность. Со временем я смогу удерживать всё больше и больше, а ещё лучше — ты действуешь как некий фильтр для искр безумия. Не то чтобы они прилипали к тебе, но они больше не будут заражать меня. А лучше всего — ты впитываешь остаточную силу благодаря своему ×2 к характеристикам. Возможно, я даже смогу изменить договор, когда ты станешь сильнее, и направлять ещё больше своей силы прямо в тебя. Может быть, после твоего испытания на повышение до ранга чемпиона.

Таду это понравилось. Он снова и снова пробегал глазами по тексту предложенного договора. — Почему программа повышения уровня называет тебя прикованным творцом, а не прикованным пустотником?

Фенрир покачал головой. — Об этом нельзя говорить. Как и о башнях и прочем. Наш язык будет искажаться. — Словно в подтверждение, Фенрир продолжил говорить, но из его рта вырывались лишь невнятные звуки, не похожие ни на один язык, который Тад когда-либо слышал.

Тад нахмурился в раздумье. Как и всякий раз, когда они пытались говорить о башне классов. Слова Фенрира не прошли мимо Тада. Причина была. Это был просто секрет, возможно, связанный с прогрессом пустотника. Он кивнул Фенриру и наконец открыл новое описание Клыка Рекаста.

*Привязан к душе. Комплект 1 из 3. Этот кинжал выкован из левого верхнего клыка Рэкаста Сменителя Подземелий. Ледяной хват этого оружия не поддаётся разоружению. Игнорирует броню.

Все характеристики ×2 при экипировке.

Наносимый урон равен ловкости.

Сосуд Рэкаста: Занят.

Договор с сосудом: Заключён с прикованным творцом Фенриром.

Это оружие обладает трансмерным пространством. Клык Рекаста растёт в силе в зависимости от мощи своего обитателя.

Волчий призрак: Одолжи «Клык Рекаста» и «Плащ пустоты» обитателю, чтобы призвать его. Повтори заклинание, чтобы закончить призыв.

Хватка Глейпнира: Заряды 1/1. Призови цепи из своей плоти, чтобы сковать силу противника. Характеристики врага ×0,5 на 60 секунд.

Все заряды восстанавливаются в полночь.*

Тад осмотрел кинжал. Он мгновенно стал его лучшим оружием: удваивал его характеристики и вдвое уменьшал характеристики противников, при этом оставаясь крайне гибким. Он мог призвать Фенрира и сражаться бок о бок с ним, когда захочет использовать другое оружие. «Хватка Глейпнира» была совершенно запредельной, и он мог получить второй заряд, если совместит кинжал с языком гарпии, хотя сомневался, что они сложатся. Скорее всего, просто обновит длительность. Но он мог наложить её на двух врагов, если это понадобится больше, чем второй клон. Однако при всей мощи, которую давало оружие, Тад не мог не заметить недостаток кинжала мгновенно.

Это не поможет ему на испытании минотавра.

Он не мог использовать его там — оружие отберут, и останется только Топор Минотавра. Оно не исправит его отставание по уровням — те самые лишние 43 уровня, которые он мог бы получить до начала испытания. Внутри Тада внезапно вспыхнуло отчаяние. Нужно было искать другие способы стать сильнее — так же, как Фенрир тренировывал его Восприятие и боевые навыки.

Фенрир прочистил горло, возвращая Тада из его мыслей. — Кстати, я починил кинжал.

— Что ты имеешь в виду?

— Это был несовершенный пустотный знак, сделанный намеренно, я уверен. Та мощная атака, которую ты применил, укус пантеры, позволила сущности пустоты Рэйкаст просочиться из оружия и смешаться с твоей собственной, окутав тебя в неё. Но она также дала ей возможность атаковать твою волю и твою сущность. Похоже на ассимиляцию пустот, только более коварно, потому что ты не мог сопротивляться. Если бы ты когда-нибудь отдал ей полный контроль, ты мог бы так и не вернуть своё тело.

Холодный пот выступил у Тада на затылке. — Подожди. Рэйкаст — пустотник?

Фенрир кивнул. — Такой же, как у тебя или у меня. Она всё ещё здесь, прямо за этими стенами. Но поверь мне, ты не хочешь, чтобы эти стены исчезли. Они защищают нас от неё, а не наоборот. У неё до сих пор вся сила творца, без цепей. — Фенрир произнёс последнее слово с особым нажимом.

Тад мысленно прокрутил каждое использование «Укуса Рэйкаст». Хотя он не осознавал опасность так чётко, он чувствовал потенциальную катастрофу, которую таило оружие. Он даже видел, как сущность Рэйкаст обжигала союзников, и её воля, казалось, крепла с каждым использованием. Он внезапно почувствовал благодарность Фенриру.

— Ну… спасибо, наверное. За то, что держишь меня в безопасности.

Губы Фенрира растянулись в гримасе. Или, может быть, в улыбке. С таким количеством острых клыков было трудно понять. — Ну что, готов начать второй раунд тренировок? — Волчья пасть широко раскрылась, зубы предстали во всей красе. Похоже, это всё-таки была улыбка.

Тад улыбнулся в ответ. — А как насчёт того, чтобы вместо этого ты помог мне освоить этот пустотный знак?

— Невозможно. — Великий волк лизнул лапы. — Когда я чинил пустотный знак, мне пришлось запечатать способность к трансформации. План Рэйкаст был коварным, без сомнения, ведь какой смысл в пустотном знаке, если не для трансформации? Сейчас он запечатан и останется таким, пока ты не попытаешься им воспользоваться. Это слишком опасно, в нём заключена сущность Рэйкаст. Знаешь, что это значит? Она вырвалась из своего и ищет новое тело. Если хочешь трансформироваться, придётся найти второй пустотный знак.

Тад посмотрел на кинжал в руке, в груди поселилось разочарование. — Но теоретически, если бы я захотел овладеть пустотным знаком, как бы я это сделал?

Фенрир покачал головой. — Не раньше, чем найдёшь другой. Я не стану искушать тебя этим. А теперь начнём нашу тренировку.

Тад кивнул, смирившись. Но тут его осенила мысль, и настроение улучшилось. — Зато теперь ты расскажешь мне, как мы, пустотники, вписываемся в историю Альфы?

Фенрир рыкнул в ответ. — Пока нет.

— но ты сказал—

— Я сказал, что расскажу после заключения договора. И расскажу. Когда-нибудь потом. — Волк ухмыльнулся собственной хитрости.

— Ты меня обманул.

Волк хмыкнул при виде уязвлённого выражения Тада. Тот чувствовал это через договор. — Будь всё по-твоему, мы бы до сих пор только разговаривали, даже спустя столько времени.

Тад нахмурился. Он хотел услышать историю, но не знал, как заставить волка её рассказать. — Ладно. Давай тренироваться. Освободить пустоту.

Тад вернулся в своё тело. С нетерпением он призвал кинжал и открыл свои характеристики.

*Тэд Харрингтон

Ранг: Воин

Класс: Воин/Минтавр Пустоты

Уровень: 57

Здоровье: 2877/3200

Мана: 378/450

Сила: 210 (база 50)

Ловкость: 180 (база 60)

Телосложение: 260 (база 65)

Магия: 150 (база 50)

Отвага: 120 (база 40)

Харизма: 30 (база 10)*

В голове Тада снова раздался ворчливый голос. — Теперь призовёшь меня? Мне там не очень нравится.

Что ж, попробуем. — Волчий призрак.

Из плаща на спине Тада вырвались теневые когти. Они потянулись и выхватили золотой эфес Клыка Рекаста из руки Тада. Золотые цепи-татуировки поднялись с кожи Тада и втянулись обратно в плащ, образовав очертания Фенрира. Волк вернул Клык Рекаста на привычное место — свой верхний левый клык. Фенрир принял волчью форму — того самого чёрно-золотого волка, к которому Тад привык за время тренировок.

Фенрир повернулся к своему холму и привычному шесту, на котором обычно стоял, но ни того, ни другого не было таким, каким он оставил. Огромная расщелина разрезала холм надвое, а шест исчез. — Что ты сделал с моим холмом? И с шестом… Это было последнее из моего дерева. — Глаза волка вспыхнули от недоверия.

— Я не хотел, просто так получилось во время драки. Ты на меня очень жёстко напал.

Фенрир проворчал ещё что-то, но Тад не разобрал слов.

— А как насчёт твоего безумия? — Тад был готов тренироваться, но Фенрир уже доказал, что он ненадёжный партнёр.

Фенрир хрустнул шеей. — Я чувствую себя более здравомыслящим, чем за долгое время. Чем больше мы тренируемся, тем больше я ощущаю себя собой. А договор должен предотвращать появление новых искр, по крайней мере, теоретически.

Тад подозревал, что это как-то связано с красными точками безумия, которые он постоянно уничтожал, и теневыми фрагментами плаща, который он украл, очистил и в конце концов вернул, но больше ничего не сказал.

— Я доверяю твоему суждению и думаю, ты прав. Вероятно, сейчас не лучшее время овладевать моим пустотным знаком, даже если бы я мог.

Фенрир одобрительно кивнул. Его глаза засветились жёлтым. — И почему же?

— У меня есть срок, и хотя до него ещё далеко, в этом испытании я не смогу пользоваться своим кинжалом. Так что лучше сосредоточиться на тренировках, которые дадут мне преимущество, любую выгоду, какую я смогу найти.

Фенрир медленно кивнул. — Но у тебя есть аспект экипировки, разве ты не можешь просто взять… — В глазах волка вспыхнул огонёк. — Понял. Ты уже воин, но не полностью. Я прав?

Тад кивнул. — Остался последний шаг. — Говорить такими загадками было утомительно, но любой прямой разговор об испытании минотавра превращался в бессмыслицу, смысл терялся.

Восприятие Фенрира окутало Тада, прощупывая его силу, — это стало возможным благодаря общей связи через кинжал. — И ты ещё не достиг пика воина… Хорошая новость в том, что у нас может быть билет отсюда. Правда, ты можешь не пережить прибытия.

Тад снова кивнул.

Фенрир рассеянно покусывал острый коготь. — Ты уже далеко продвинулся в тренировках восприятия и боя. — Фенрир на секунду замолчал, затем посмотрел Таду в глаза. — И хотя мы продолжим их, есть ли что-то, чему ты хотел бы потренироваться?

У Тада было несколько идей. И хотя его заклинания будут заблокированы в форме минотавра, это не обязательно означало, что его сущность тоже окажется запертой вместе с ней.

— Я думал об обороне. Использовать мою сущность пустоты, чтобы блокировать удары или заклинания… — Голос Тада затих. Вслух это звучало глупо.

— Что ты имеешь в виду?

Тад неуютно поёрзал. — Ну, как тогда, когда я заблокировал твой Луч Рагнарёка. Я притянул сущность пустоты к ладоням и остановил его. Раньше он полностью уничтожал мои руки, но с сущностью, похоже, укреплял тело. Делал его прочнее. Если бы я мог это задействовать… — Тад замолчал, не зная, как продолжить.

— Но в твоём… бою у тебя не будет заклинаний, а значит, и маны, чтобы направлять твою сущность.

Настроение Тада упало. Волк был прав: «Минтавр Пустоты» блокировал заклинания Тада, так что он не смог бы притянуть свою сущность туда, куда нужно. — Другого способа нет? Я пытался притягивать сущность к рукам и раньше, но без маны она не двигалась.

Фенрир на мгновение задумался. — Не уверен. Я никогда не использовал сущность пустоты так, как пытаешься ты. Но… я могу это, только в человеческой форме. — Тело Фенрира засветилось, и он превратился в человеческую форму. Его когтистые руки слабо светились. Но, в отличие от того, как Тад готовил заклинание, свет не имел цвета — он был серебристым и нейтральным. — Мой учитель настоял, чтобы я это выучил, хотя это почти бесполезно. Не больше чем салонный фокус. — Фенрир напрягся, на лбу выступил пот, пока волкочеловек прилагал усилия. — Это должно помогать с потоком маны и направлением заклинаний в новые части тела. Но мне всегда было проще, чем сам этот фокус. Тебе придётся контролировать поток маны, не произнося заклинаний. Гораздо сложнее, чем кажется.