Стальные паруса: дневник Валькирии

Глава 3. Врата Валькирий

День 52-й цикла Огня. 06:15.

Три дня в «Стальных парусах». Три дня, как я перестала быть ошибкой системы и стала просто ошибкой. По крайней мере, так думают большинство. Но не я. Они не такие плохие как мне показалось в начале. Они сестры и я хочу тоже для них ей стать.

Я сижу в столовой для младшего состава, и передо мной остывает синтетическая каша, которую я даже не пробовала. Вокруг меня шум, смех, звон посуды, но я чувствую себя невидимой. Нет, хуже — видимой, но только для того, чтобы на меня смотрели с сомнением, которое не скрывают даже за вежливыми улыбками.

— Это она? — слышу я шёпот слева.

— Да, та самая. Ошибка.

— Говорят, капитан Севера лично вписала её в списки, несмотря на рейтинг.

— Она даже не умеет нормально садиться. Вчера я видела, как она чуть не протаранила посадочную платформу. Хорошо что я радом не была, а то бы меня протаранила.

Я сжимаю ложку так, что она гнётся. Я хочу встать и крикнуть: «Я слышу вас! Я здесь!». Но я не делаю этого. Отец учил меня, что гнев — это слабость, которой пользуются враги. А здесь враги не за стенами — здесь враги внутри меня самой. Моя неуверенность, мой страх, мой прошлый рейтинг. Они лишь говорят правду, да я плохой пилот и знаю это.

Я поднимаю голову и встречаюсь взглядом с девушкой за соседним столом. Она смотрит прямо на меня, не отводя глаз. В её взгляде не злоба, а холодное любопытство. На её погонах — знак «Серебряного крыла», это значит, что она уже участвовала в настоящих боевых вылетах. Она на несколько лет старше меня, и её лицо кажется вырезанным из гранита. И она прекрасна, такие лица достойны висеть в коридоре с другими выдающимися личностями.

— Кадет Алия Стар, — произносит она, и её голос звучит громко, перекрывая шум. Прекрасный тембр принцессы из дальних колоний о которых в сказках поют в мультиках и спасают принцы. — Я слышала, ты спасла конвой на учениях. Или тебе просто повезло?

Столовая затихает. Все поворачиваются к нам. Моё сердце колотится, но я вспоминаю наставление Миры: «Никогда не показывай, что ты боишься. Даже если твои руки трясутся, улыбайся, как будто ты только что выиграла бой».

— Я не знаю, что такое везение, — отвечаю я, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Я видела угрозу и действовала. Капитан Севера сказала, что это была правильная тактическая оценка.

— Тактическая оценка, — девушка усмехнулась. — Ты даже не умеешь держать строй. Ты прыгаешь, как блоха с планеты С25 на раскаленной сковородке, и надеешься, что тебя не заметят. В настоящем бою с Роем такая тактика убьёт тебя и твоих сестёр.

Она встаёт и подходит к моему столу. Я выпрямляюсь, не опуская взгляда.

— Меня зовут Кайра Юпитер. Позывной «Волна». Я командир второго звена. И я хочу, чтобы ты знала: если ты подставишь моих девочек из-за своей глупой дерзости, я лично вышвырну тебя в открытый космос без скафандра. Но если ты докажешь, что умеешь не только прыгать, но и летать, я буду первой, кто признает твою полезность. Пока что я вижу только пустые глаза и дрожащие руки. Стань сестрой за которую не стыдно. Стань той кто будет гордиться Император.

Она разворачивается и уходит, оставляя меня под взглядами всей столовой. Я чувствую, как кровь приливает к лицу, но я не плачу. Я не позволяю себе плакать. Вместо этого я медленно подношу ложку ко рту и начинаю есть холодную кашу, глядя прямо перед собой. Я заставляю себя жевать, глотать, даже чувствовать вкус — хотя он похож на картон, хотя в нем все нужные витамины и минералы.

Через минуту Мира садится напротив меня.

— Не обращай внимания на Кайру, — говорит она тихо. — Она прошла через ад, когда потеряла свою напарницу в прошлом году. Рой уничтожил её звено, она единственная выжила. С тех пор она никому не доверяет, особенно новичкам. Она боится, что ты повторишь ту же ошибку, что и её погибшая подруга. Та которую мы все любили.

— Какую ошибку? — спрашиваю я, хотя боязнь ответа уже сжимает горло.

— Импульсивность, — Мира смотрит мне прямо в глаза. — Её напарница, Лена Марс, была похожа на тебя. Такая же дерзкая, такая же интуитивная. Она бросилась в атаку без приказа, чтобы прикрыть отступающий корабль. И попала в ловушку. Рой отрезал её от группы, и она погибла. Кайра винит себя, что не остановила её. И теперь она видит в тебе напоминание о той своей ошибке.

Я молчу. Внутри меня что-то переворачивается. Я не хочу быть причиной чьей-то боли и ошибкой. Я не хочу, чтобы меня сравнивали с мёртвой девушкой которую любили. Но я понимаю Кайру. Я понимаю её страх. И я понимаю, что единственный способ развеять его — доказать, что я не повторю той же ошибки.

— Я справлюсь, — говорю я, но в голосе больше уверенности, чем я чувствую. — Я не дам ей повода думать обо мне плохо.

— Знаешь, — Мира улыбается, — я начинаю верить, что ты действительно заслужила своё место. Не потому, что ты талантлива. Потому что ты упряма. А упрямство в нашем деле важнее таланта. Да это то что держит нас здесь, а не возле мужей на кухне.

— Спасибо, — я чувствую, как внутри меня разливается тепло. Это первое слово поддержки, которое я услышала здесь, кроме капитана Северы.

Мы заканчиваем завтрак, и Мира ведёт меня на утреннюю тренировку. Сегодня нас ждёт не симулятор, а настоящий вылет. Мы будем отрабатывать перехват на скорости, превышающей допустимый предел. Это опасное упражнение, и риск повреждения корабля — высокий. Но Севера считает, что только в экстремальных условиях рождаются настоящие пилоты.

Ангар гудит от работы двигателей. Я вижу свой «Гром» с номером 071. Он выглядит огромным и неукротимым, как дикий зверь, которого я должна приручить. Я подхожу к нему, кладу руку на холодный металл фюзеляжа и шепчу:

— Ты и я. Мы справимся.

— Разговариваешь с кораблём? — раздаётся насмешливый голос сзади.

Я оборачиваюсь. Это Дан. Он стоит в своём лётном комбинезоне, с планшетом в руке, и смотрит на меня с лёгкой усмешкой. Красивый как с картинки как и всегда. Как же хочется броситься к нему в объятья и что бы он уволок меня в свою каюту на всю ночь.

— Он слышит, — отвечаю я, стараясь не краснеть. — Корабли чувствуют пилота. Так говорила моя мама, когда я была маленькой. Техника имеет память металла.

— Твоя мама была права, — неожиданно говорит Дан. — У каждого корабля есть душа. Она чувствует страх и уверенность. И если ты боишься, он тоже будет бояться. А если ты уверена, он сделает невозможное. И ии корабля помнит такие моменты, хотя ни когда об этом не признается. - Он улыбнулся в камеру на корабле.

Я удивлённо смотрю на него. Он не должен был мне этого говорить. Он из «Клинков». Он должен смотреть на меня свысока, как все остальные мужчины здесь. Но он говорит со мной как равный. Я что на столько миленькая, никогда за собой этого не замечала, хотя парни кадеты часто предлагали мне встречаться, даже замуж звали, говоря что договорятся с моим отцом.

— Почему ты помогаешь мне? — спрашиваю я. — Ты же не обязан.

Он пожимает плечами.

— Я видел, как ты летишь. У тебя есть талант, но ты слишком зажата. Ты боишься сделать лишнее движение, потому что думаешь, что это будет ошибкой. Но в небе нет ошибок. Есть только решения и последствия. Ты должна научиться принимать решения быстрее, чем думаешь о последствиях. Это единственный способ выжить против Роя. Выжить против страшного темного космоса что только и ждет что бы нас съесть.

— Ты это серьёзно?

— Я никогда не шучу, когда речь идёт о полётах, — он ухмыляется и уходит, оставляя меня с его словами. Как же он хорошо сложен, почему он не смотрит на меня так же как я на него.

Я запрыгиваю в кабину, надеваю шлем, проверяю все системы. Двигатели ревут, вибрация проходит по всему телу, и я чувствую, как эта сила наполняет меня энергией. Сегодня я покажу им. Я покажу всем, что я не просто «ошибка». Не время думать о парнях, сегодня мой день.

Взлёт. Нас четверо в моём звене: Мира, я, Вера и ещё одна девушка по имени Рина Бета. Мы поднимаемся в стратосферу, где разреженный воздух почти не даёт сопротивления. Задание — перехватить «противника» (это будут дроны-имитаторы) на дистанции 200 километров, на скорости, которая превышает расчётную для «Грома» на 15 процентов. Это рискованный манёвр, потому что при такой скорости корпус может не выдержать перегрузок и сгореть.

— Заря, держись в хвосте, — командует Мира. — Не вырывайся вперёд.

— Принято, — отвечаю я, но внутри меня уже зреет план. Я вижу, что дроны летят клином, и их фланг с правой стороны немного отстаёт. Если я сделаю резкий рывок и обойду их с правого фланга, я смогу атаковать раньше, чем они перестроятся.

Я понимаю, что это нарушает приказ. Но я помню слова Дана: «принимай решения быстрее, чем думаешь о последствиях». И я решаю. Я врубаю форсаж и ухожу вправо, делая горку. Перегрузка вдавливает меня в кресло, я слышу, как стонет металл. Но «Гром» выдерживает.

— Заря, ты что опять делаешь?! — кричит Мира.

— Я вижу брешь, — отвечаю я. — Прикрою фланг.

Я выхожу на позицию и даю очередь. Три дрона падают, как подкошенные. Остальные начинают рассредоточиваться, нарушая строй. Мои сёстры пользуются моментом и атакуют с основной позиции.

— Молодец сестра, — голос Веры звучит в наушниках, и я слышу в нём что-то похожее на одобрение. — Импровизация иногда работает. Но не привыкай. Это может стоит тебе жизни сестер или твоей собственной.

Мы завершаем перехват за рекордное время — на 15 секунд быстрее норматива. Когда мы возвращаемся на базу, я чувствую, что мои руки дрожат от адреналина, но внутри меня всё поёт. Я сделала это. Я не просто выжила — я справилась с заданием.

После посадки нас ждёт разбор. Капитан Севера стоит перед нами, скрестив руки на груди. Её лицо непроницаемо. Никогда не поймешь будет ли она тебя хвалить или ругать.

— Кадет Алия Стар, — говорит она. — Нарушение строя. Самоуправство. Выход за пределы зоны действия. По уставу, это тянет на отстранение от полётов на неделю. И десять ударов плетью на виду у всех в голом виде.

Моё сердце проваливается в пятки.

— Но, — продолжает она, — твой маневр привёл к победе. Ты правильно оценила ситуацию и воспользовалась слабостью противника. Я не могу поощрять нарушение дисциплины, но я не могу игнорировать результат. Поэтому ты получишь два балла взыскания и два балла поощрения. Они аннулируют друг друга. Больше так не делай, если только не уверена на сто процентов. И один бал от меня который не войдет в зачет за храбрость.

— Есть, капитан, — выдыхаю я.

Севера отворачивается, но я вижу, что в уголках её губ дрожит улыбка. Она гордится мной. Она не скажет этого вслух, но я знаю. Сестер что только подчиняются приказам тут не любят. Это не обычный отряд девушек пилотов что много на флоте, это элита что должна побеждать в самых немыслимых условиях а не держать фланг пока мужчины пилоты побеждают.

После разбора Мира подходит ко мне.

— Ты бешеная сестренка, — говорит она. — Но это работает. Завтра у нас совместные учения с «Клинками». Настоящие, не учебные. Будет имитация боя с Роем с полным набором сил. Там командиром будет сам красавчик Дан. Будь готова. Все девушки выложатся по полной ради его внимания.

Я киваю. Совместные учения. Значит, я снова увижу его. И я должна буду доказать ему, что я не просто импульсивная девчонка. Я должна буду показать, что могу быть дисциплинированной, когда это нужно. Я должна показать что могу быть той кого он позовет к себе в каюту и не прогонит до самого утра. Хотя он по слухам так не делает в отличие от других мужчин пилотов. Может у него есть невеста. Жены пока нет, я это краснея уточнила у корабельного ии во время полета.

Вечером я сижу в своей каюте и пишу письмо домой на обычной бумаге, электронные письма запрещены. Только бумажные которых еще должны прочитать в отделе контроля. Я не знаю, дойдёт ли оно до шахтёрского сектора, но я пишу, потому что это помогает мне собраться с мыслями. Пишу так что бы оно не было порвано канцелярскими сразу.

Дорогие мама и папа. Милость Императора с вами,

Я здесь. В «Стальных парусах» нашей великой Империи. Я знаю, что вы не поверите, когда получите это письмо, но это правда. Меня взяли в элитный отряд. По тому что я смогла пройти минимум для поступления туда, я доказываю, что я не случайность и добьюсь большего. Сегодня я участвовала в перехвате и показала хороший результат. Я пока не лучшая, но я учусь. Капитан Севера говорит, что у меня есть интуиция. А ещё здесь есть Дан — пилот из «Клинков», он помогает мне советом. Я не влюблена, не подумайте, но он… он видит во мне что-то, что не видят другие. Может быть, он прав. Я скоро стану настоящей Валькирией. Я обещаю вам. Ждите меня. Я вернусь с крыльями. Пусть пока отец не ходит в отдел замужества и не выбирает мне мужа. Я постараюсь сама подыскать ему варианты для выбора.

Люблю вас.

Я сворачиваю бумагу и отправляю его через корабельную пневмопочту. Потом я смотрю на голограмму Императора на стене. Его лицо спокойно, но в его глазах — бесконечность, которая напоминает мне, что я часть чего-то большего, чем просто отряд или эскадрилья. Я часть Империи. Я дочь Вечных Огней. Его дочь о которой он пока не знает, но придет время и он будет горд за меня. И может будет горд Дан. Засыпая думаю о нем, о его запахе, о его сильных и ласковых руках, о его губах на моей шее.

День 53-й цикла Огня. 05:00.

Я просыпаюсь до сигнала будильника. Сегодня учения с «Клинками». Я надеваю свой комбинезон, и он кажется мне уже почти родным. Мои пальцы привычно пробегают по застёжкам, я проверяю шлем. Смотрюсь в зеркало, немного помады и туши и становлюсь миленькой девушкой для него. Иду в ангар. На входе стоит группа «Клинков» — они разминаются, обсуждают тактику. Дан красиво стоит в центре, что-то показывает на голографической карте. Когда я прохожу мимо, он поднимает голову и встречает мой взгляд.

— Алия, — произносит он, и на этот раз он не добавляет «кадет» или что-то формальное. Просто Алия. — Сегодня ты будешь в моей группе. Мы отрабатываем прорыв через заслон Роя. Ты нужна мне как ударная сила. Ты умеешь принимать быстрые решения — это пригодится. Сегодня будет непросто.

— Я справлюсь, — говорю я, стараясь не показать удивления и смущения.

— Я знаю, — он улыбается уголком губ. — Поэтому и попросил тебя к себе. Мне давно хочется увидеть что ты сможешь делать при правильном моем руководстве. - Он улыбнулся, другие пилоты стали смеяться, а он умеет разрядить обстановку в отряде.

Я занимаю своё место. Сегодня я летаю на модифицированном «Громе» с улучшенной маневренностью и огневой мощью. Учения начинаются. Мы взлетаем. На радарах — плотный строй дронов, имитирующих Рой. Дан ведёт нас прямо в самое пекло. Другого от него ни кто не ждет.

— Строй — клин. Ударная группа — за мной, прикрытие — по флангам, — командует он. — Алия, ты с правого фланга. Прикрываешь меня. - Мы стальные паруса Империи, его клинок. Вперед.

— Принято, — отвечаю я.

Мы ныряем в облако дронов. Они открывают маркерный огонь. Я уклоняюсь, но одно попадание засчитывается в броню. Я не паникую. Я вижу, как Дан работает — его корабль перемещается плавно, как продолжение его тела. Он уничтожает дроны один за другим, почти не получая ударов. Я стараюсь подражать ему, но чувствую, что мои движения всё ещё слишком резкие, слишком нервные. Я слишком неопытна что бы поспевать в его ритме.

Внезапно я замечаю, что группа дронов отрезает нас от прикрытия. Они собираются атаковать Дану с тыла. У меня нет времени предупредить его. Я просто делаю резкий разворот и врубаю все орудия на подавление, выходя на таранную траекторию. Дроны рассыпаются, но один из них получает маркерное попадание в мой двигатель. Мой корабль издаёт предупреждающий сигнал.

— Алия, ты ранена? — голос Дана в наушнике.

— Нет, я в порядке. Двигатель повреждён, но я держусь.

— Возвращайся на базу, — говорит он. — Ты сделала достаточно.

— Я могу продолжить, — отвечаю я.

— Я знаю, но я не хочу рисковать тобой, — его голос на мгновение становится мягче. — Ты нужна мне живой. - Он запинается - Мне как командиру отряда.

Я подчиняюсь с полной несвойственной мне покорностью. Я разворачиваюсь и лечу обратно, чувствуя, как что-то тёплое разливается в груди от его слов. Он сказал «нужна мне». Может быть, это просто тактика. Но я запоминаю это. Слеза пошла по щеке, я нужна ему как и он мне. Я быстро смахиваю его. Корабельный ии лишь слегка засмеялся я легонько ударила по панели приборов дав понять что бы он прекратил смеяться, ему не понять девичьего сердца.

Когда я приземляюсь, меня встречают Мира и Вера. Они уже знают, что я получила повреждение и вернулась досрочно.

— Ты опять нарушила строй, — говорит Вера без злобы. — Но ты спасла Шторма. Это многое значит. Особенно для сестер в отряде. Она наш любимчик, хотя ты это знаешь. Каждая из нас пошла бы к нему в каюту если бы он только пальцем поманил. - Она потрясла головой отбрасывая эти мысли. - Расскажи все.

— Они собирались атаковать его с тыла, я видела, — оправдываюсь я, хотя чувствую, что не нужно оправдываться.

— Я знаю, — Вера смотрит на меня с новым выражением в глазах — почти уважением. — Я видела запись. Ты правильно оценила угрозу. Но ты не дослушала приказ — он сказал не вырываться. В следующий раз предупреждай, даже если нет времени. Даже если это стоит тебе жизни. Приказ в реальном бою важнее всего.

Я киваю, принимая замечание.

Вечером, когда все расходятся, Дан находит меня в техническом отсеке, где я помогаю механикам ремонтировать мой «Гром». Он садится на ящик рядом со мной и молчит несколько секунд.

— Ты сегодня спасла мою жизнь, — говорит он наконец. — Я не люблю быть должным, но я признаю это.

— Ты бы справился и без меня, — отвечаю я, не глядя на него. Смотреть в его прекрасные глаза сейчас я в не в силах не расплакавшись.

— Возможно. Но я ценю, что ты рискнула. Большинство новичков испугались бы и отступили. А ты пошла вперёд. Это качество, которое я уважаю и оно в тебе мне особенно нравиться как и другие качества.

Он смотрит на меня, и в его глазах я вижу не просто признание, а что-то большее — признание того, что я не просто «ошибка системы», а человек, который способен на большее.