- -
- 100%
- +
– Оружие есть?! – в ужасе вскрикнула я, едва успев отдернуть ногу из клацнувшей клыками пасти.
– Ничего нет! У Кенты был нож.
Ясно.
Ни ножа, ни Кенты с нами не было. Что делать? Чем бы отпугнуть этих тварей? Нас же сожрут и даже косточек не оставят.
– Может хоть лопата есть? Вы же меня хоронить собрались?
– Масло-о-о! – один из волков сумел ухватиться за подол Юки и теперь тянул девушку с телеги вниз. – А-а-а! Риса-а-а! Помоги-и-и!
Не на шутку испугавшись, я покрепче ухватилась за край телеги и стала изо всех сил пинать ногой волка прямо по морде. Монстру это явно не сильно понравилось, поэтому он отпустил подол и решил вцепиться уже мне в лодыжку. Мне чудом снова удалось успеть отдернуть ногу.
– Вы меня сжечь планировали?
– Конечно!
Это вовремя я, однако, очнулась! Даже страшно представить, чтобы бы было открой я глаза немного позже. Но подумаю об этом позже, сейчас нужно сообразить, как отогнать этих тварей, а лучше сделать так, чтобы они убрались прочь, да подальше.
– А чем поджечь масло есть? – Мы уже полностью перебрались в телегу, ее хоть и невысокие бортики, но все же служили хоть какой-то преградой между нами и зубастыми пастями.
Юки сунула мне в руку несколько камней, похожих на картошку, видимо это что-то вроде огнива? Соображать пришлось молниеносно, никогда так быстро не думала.
Все звери бояться огня, значит нам нужны факелы. Хоть телега и была деревянной, отломать сейчас хоть одну из досок не представлялось возможным. Но вот шест, на который был прикреплен фонарь, подходил идеально. Я сорвала с крючка оранжевую круглую бумажную конструкцию и швырнула ее в тварей, попав одной из них прямо в морду, чем, конечно же, разозлила эту свору еще сильнее.
Телега вся ходила ходуном, наш бык бедняга ревел и пытался встать на дыбы, неистово мотая головой, отгоняя от себя зверье.
Я сломала шест пополам об колено, получилось две палки. Подхватила ту самую вонючую мешковину, которой был прикрыт мой труп, разорвала ее на два куска и обмотала ими каждый из концов половинок, вышло два самодельных факела. Всучила их Юки, а сама стала шарить по телеге, в поисках бутылок или горшков с маслом. Руки наткнулись на какие-то сосуды. Удача, что они не разбились и не разлились от всего происходящего. На ощупь бутыли были глиняными, заткнутыми чем-то вроде пробки или плотно скрученной и чем-то пропитанной тряпицы.
– Держи крепко, устроим этим тварям огненное шоу, – девчонка послушно вытянула перед собой факелы, а я стала поливать мешковину на них маслом. – Готова?
Юки кивнула, а я стала чиркать камнями, что она мне дала, друг об друга. Отсутствие опыта и сноровки не позволили мне извлечь даже самую маленькую искорку. Я чиркала и чиркала, руки тряслись. То и дело приходилось уворачиваться от напрыгивающих волков, пиная их или отбиваясь факелами. Было страшно потерять хотя бы один из них, потому что тогда наши шансы на спасение значительно бы уменьшились. Наконец-то из моих рук вырвалось несколько крупных искр прыгнувших на пропитанные маслом тряпки.
Вспыхнуло пламя. Я перехватила один из факелов у Юки и стала размахивать перед мордами тварей. Огонь им явно не пришелся по вкусу, и они немного отступили. Но не ушли совсем, а принялись бегать по кругу вокруг телеги, скалясь и рыча, то и дело пытаясь зайти сзади и запрыгнуть на нас. Приходилось все время вертеться, чтобы не быть застигнутыми врасплох. Мы прижались спина к спине.
— Да, что этим тварям от нас надо? — я судорожно размахивала факелом. — Почему они не уходят?
— Не… знаю-ю-ю, — девичий голос очень сильно дрожал, в нем слышался ужас и подступающая истерика.
Мне и самой было жутко страшно. Прямо до тошноты и ярких пятен перед глазами. А волки все никак не хотели убегать, никак не хотели отпускать свою добычу. Кружили вокруг нас, постепенно все меньше боясь факелов и сужая кольцо. Некоторые, осмелев, снова стали подходить очень близко, так близко, что я даже чувствовала смрадный запах тухлятины из их пастей.
Горячее масло капало на руки, оставляя ожоги, но я сцепила зубы и терпела. Адреналин буквально закипал в крови и видимо только благодаря ему, мое сердце еще не разорвало от ужаса. Не знаю уж, откуда во мне вдруг появилось столько смелости и стойкости, но сдаваться я ни за что не собиралась. Даже не смотря на то, что паника пыталась затмить мой разум, вопя что все бесполезно, что нас вот-вот разорвут на части и сожрут, и ничего с этим поделать нельзя.
Но я точно не для этого здесь оказалась!
— Приготовься бежать, — прорычала я сквозь зубы, крепче сжимая в одной руке факел, а в другой бутыль с маслом. План, созревший у меня в голове, был довольно прост — облить свору маслом и поджечь, а самим в это время броситься прочь как можно дальше. Если это не сработает… — Пригнись.
Когда Юки последовала моему приказу, я стала плескать маслом вокруг, стараясь попасть на волков, они то и были моей целью. Но масло в бутыле кончилось слишком быстро, к счастью была еще одна, но она была последней. Так что еще одной попытки у нас точно не было.
Когда разлетелись последние капли масла, я прицелилась и швырнула глиняный сосуд прямо в одно из отродий. Твари отфыркивались, скалились и рычали. С клыков капала вязкая пенящаяся слюна.
— На счет три… Раз… Два…
Но досчитать я не успела, дьявольские псины словно поняли, что мы собиралась сделать. Будто сговорившись они одновременно прыгнули на нас, мы инстинктивно присели, закрывая головы руками. Факелы отброшенные куда-то в стороны, чтобы отбиться, быстро подожгли разлитое на землю масло.
Телега пошатнулась и перевернулась, погребая нас под собой.
Все вокруг объяло пламя.
5
— Юки? — прохрипела я, пытаясь привстать. Вокруг стало невыносимо жарко, как-то уж слишком быстро. Пространство под телегой, где мы и оказались быстро наполнилось дымом. Я закашлялась.
Снаружи слышался вой и скулеж, отчаянное мычанье. Телегу тряхнуло, и я услышала удаляющийся топот копыт. Ну, ладно, хотя бы бычок наш смог убежать. Но и нам нужно обязательно выбираться! Не сожрут, так поджаримся!
— Юки? — уже более взволнованно позвала я, но девушка не отзывалась. Сквозь щели между досками проникал свет от ярко занявшегося вокруг телеги огня. Глаза попривыкли, и я повернувшись увидела девушку, что лежала на боку отвернута от меня. Сердце испуганно сжалось. — Юки!
Я принялась трясти девушку, возвращая ее в сознание. Через несколько невыносимо долгих секунд, за которые я чуть не поседела, она начала кашлять и зашевелилась.
— Нужно выбираться, давай… — я встала на четвереньки, помогла приподняться девчонке, и мы поползли вперед, где у телеги отсутствовал задний борт. Но стоило нам двинуться, как мы поняли, что впереди нас ждала стена огня. В ту сторону путь отрезан.
— Риса, что нам делать? — Юки зашлась кашлем.
Пламя уже вовсю забиралось внутрь. Противно пахло паленой шерстью, телега, упав, все же придавила одного из волков, и благо он не шевелился. Я вообще-то очень люблю животных, больших и маленький, но не тех, кто пытается меня сожрать, уж простите. Так что монстра мне жаль не было.
— Нужно постараться выбить доски, — я легла на спину и стала что было силы долбить ногами вверх. Удар, удар, еще удар. Одна из досок, к счастью, поддалась и выскочила из крепления, а за ней и еще одна. К счастью, потому что у меня уже совсем не осталось сил. Легкие болели от раскаленного воздуха, наполненного едким дымом. Каждый вдох обжигал внутренности. Еще немного и мы просто погибнем.
Идея с поджиганием уже не казалась такой уж хорошей.
— Вылезаем! — скомандовала я, шаря вокруг, чтобы поймать в дыму Юки. — Давай, иначе угорим.
Я стала выталкивать девушку в образовавшуюся дыру. Когда мы вылезли наверх, то перед нами предстала картина настоящего пожара. Огонь был повсюду!
— Что же… Что же нам делать?! — прижавшись ко мне, подвывала девчонка.
Растерянно осматриваясь вокруг, я пыталась найти хоть одну проплешину в стене огня, куда бы мы могли ринуться.
— Туда! Придется прыгать и бежать очень быстро, — я махнула рукой налево, двигая Юки вперед себя. — Ты первая, пока огонь не разгорелся еще сильнее. Прыгай!
Я подпихнула девчонку, придавая ей небольшое ускорение. К счастью, она оказалась легкой и ловкой, перепрыгнула через пламя и еще в несколько прыжков оказалась на безопасном расстоянии.
— Мешок! — крикнула она мне, когда я уже собиралась прыгать вслед за ней. — Риса! Мешок! Возьми мешок!
— Какой к черту мешок? Я сейчас поджарюсь!
— Там твои вещи! И немного монет!
Решать нужно было быстро, или я прыгаю и плевать на все, или же пытаюсь достать мешок с вещами, прошу заметить даже не моими, и, возможно, погибаю.
Выбор очевиден. Но…
Не знаю, может я все же слишком надышалась дымом и мозг совсем перестал соображать, а может это внутренний голос заставил меня ринуться обратно в дыру.
Или все сразу…
Свесившись вниз наполовину, я быстро вынырнула обратно, потому что в огне, который уже вовсю объял телегу ничего невозможно было разглядеть. Глупость какая. Что я вообще творю? Какие вещи? Какие монеты? Бежать отсюда нужно, как можно скорее.
Когда я уже собиралась бросить эту безумную затею найти какой-то там мешок посреди огня и дыма, уже даже развернулась и встала — получила словно мысленную затрещину, да такую сильную, что снова упала на колени.
Воспоминания. Обрывки непонятных кадров вспыхнули у меня перед глазами. Гребень, зеркало, свиток…
Для меня эти предметы не представляли никакой ценности, едва ли за них стоит сгореть заживо. Но предыдущая хозяйка этого тела явно пыталась показать, что все это очень важно и может пригодиться.
Ладно.
Я задержала дыхание, вся подобралась и снова нырнула в расщелину. Словно по какому-то волшебству огонь внутри будто затих на мгновение, которое как раз мне и позволило разглядеть заброшенный в дальний угол мешок. Ухватившись за края узла, я дернула на себя и тут же выскочила наружу. Теперь точно пора отсюда убираться. Прижала спасенную поклажу к груди и махнула с телеги вниз. Огонь лизнул мне ноги, зацепился за подол.
— Туши, туши меня скорей! — я налетела на Юки, и мы кубарем покатились куда-то вниз, по пути собирая шишки себе на бока, об кочки и ветки. Но главное подальше от огня.
— Спаслись.
Я тяжело охнула, приподнимаясь. Поясница отваливалась, ребра трещали болью. Да, что же это такое? Как открыла глаза тут, так ни минуты покоя. Что еще мне приготовил этот “гостеприимный” мир? Хотя нет, ничего не хочу знать. На сегодня с меня хватит происшествий.
Дайте просто спокойно полежать.
На нос что-то капнуло, раз-два, от чего я моргнула и вздрогнула, а в следующую секунду с неба хлынул поток воды.
Серьезно? Дождь? Вот прямо сейчас? Не минутой раньше?
Я лежала и раздраженно пялилась в небо. Это точно какое-то издевательство. Ну, не бывает, чтобы не везло просто так.
— Вот это везение — дождь! — весело рассмеялась Юки, явно не разделяя моего праведного раздражения. — Небеса явно на нашей стороне.
— Я бы поспорила, — постанывая и ворча, как старая бабка, я смогла перевернуться на четвереньки, а потом с помощью девчонки принять вертикальное положение.
Но, с другой стороны, мне явно не стоило гневить кого бы то ни было там наверху своей неблагодарностью. Ну, подумаешь немного подпалена и подмочена, за то жива, вполне себе здорова и не в черном мешке, направляющимся в морг. А значит, не все уж так и плохо на сегодняшний день.
Я снова посмотрела в небо и кивнула. Если кто-то там есть и наблюдает за мной, пусть знает — я умею быть благодарной.
— Кажется, у меня пара ребер треснули, легко отделались. Ты как?
— Риса, я в порядке! А ты, ты как себя чувствуешь?
Юки принялась меня ощупывать своими маленькими, но на удивление сильными руками. Цепкие пальчики словно точно знали куда нужно нажать, чтобы я зашипела от боли.
— Ты права, пара ребер треснула. Но это не страшно, главное не сломаны, — девчонка, наконец-то перестала меня сдавливать и принялась вертеться, как волчок, осматриваясь. — До рассвета еще несколько часов, до ближайшей деревни вряд ли успеем дойти. Нужно где-то укрыться и развести огонь. Я прихватила с собой несколько бодрящих трав — заварим их, согреемся, наберемся сил. Где мешок?
Мешок? Ах, да, тот самый из-за которого я чуть не покрылась румяной поджаристой корочкой. Я принялась шарить взглядом вокруг в поисках узелка.
— Нашла! — Юки бросилась куда-то в сторону, я же из-за стены дождя и темноты вокруг почти ничего не видела. — Теперь бы еще найти охотничью пещеру, было бы просто замечательно.
— Охотничью пещеру?
Честно признаться, я о таком впервые слышала, и звучало это не очень вдохновляюще.
— Да, в этих лесах много дичи, поэтому в пещерах охотники порой оставляют припасы, вязанку хвороста, если повезет даже одеяла и котелок, на случай если обрушится непогода или просто необходимо будет передохнуть.
Мы подходили под все эти пункты.
— Может, лучше вернуться на дорогу? Вдруг кто-то будет проезжать?
Идея найти пещеру, где можно обсохнуть, согреться, а возможно даже выпить чаю, звучала отлично. Но так ли просто будет отыскать это укрытие?
— Ты сама говорила, что ночью в лесу опасно, — я была полна сомнений.
— Поэтому нужно скорее найти место, где можно было бы развести огонь, он отпугнет демонов и хищников, — Юки же наоборот, словно приободрилась и была полна энтузиазма. Прижала к себе мешок, ухватила меня за руку и потянула в самую чащу леса.
6
Возможно, я бы даже смогла насладиться прогулкой по ночному лесу, если бы не странное и пугающее ощущение, что кто-то наблюдал за нами со стороны, пока мы пробирались в неизвестном мне направлении.
Как я не пыталась убедить себя, что вокруг может быть предостаточно вполне себе безобидных зверушек, которые были напуганы нами куда сильнее, чем мы ими, все равно вдоль позвоночника бегали ледяные мурашки, а волосы на затылке то и дело шевелились.
Нутром я чуяла, что мы удостоились пристального внимания не какой-то там простой совы или лисицы. А помня, какая нас настигла встреча совсем недавно, становилось совсем жутко.
— Ты тоже это чувствуешь? — прошептала я, опасливо озираясь вокруг.
Мы шли уже не меньше получаса. Юки тянула меня вперед и казалось, что она совершенно не сомневалась в выбранном направлении. Я же ничего кроме высоких тонких стволов не могла различить, и то, когда почти на них натыкалась с глухим стуком.
Лес будто тяжело дышал, как некто живой.
И вообще атмосфера была под стать фильму ужасов, когда так и хочется крикнуть героям через экран “Не ходите туда, бегите отсюда скорее, глупцы!”. Только нагнетающей музыки на фоне не хватало.
— Что именно? То, что у меня ноги окоченели и сил не осталось? Очень даже чувствую.
— Нет. Мне кажется будто кто-то за нами наблюдает, — по спине снова побежали мурашки, словно кто-то подул мне в затылок ледяным дыханием.
— А это… Не обращай внимания, иначе за нами увяжется какой-нибудь нечистый дух.
Спокойствие с которым Юки это произнесла, признаюсь честно, немного шокировало меня. В телеге она мне не показалась ни смелой, ни решительной. Сейчас же аура ее уверенности, разве что деревья не раздвигала у нас на пути. Возможно, именно она и не подпускала к нам призраков и прочую нечисть, что таились в темноте. Кому охото связываться с девчонкой, которая так бесстрашно топает через лес и даже не оборачивается.
Я такому спокойствию могла только позавидовать. Внутри все ходило ходуном, то ли от все еще бурлящего адреналина, то ли от тревожного предчувствия, то ли от того, что я вроде как умерла, а вроде как оказалась в другом мире и теле. Но я все еще очень надеялась, что больше потрясающих нервную систему событий не будет.
Пещера возникла перед нами внезапно.
Я, конечно, удивилась бы посильнее, что Юки выбрала такое точно правильное направление, если бы у меня были на это силы. Измотанные переживаниями и путем через лес, мы даже не удосужились как-то проверить пещеру на безопасность. Сразу ввалились в нее и рухнули на пороге.
Ноги гудели, невыносимо хотелось пить, а жалобно скрутившийся и прилипший к позвоночнику желудок, уже даже не был в состоянии издать жалобную голодную трель. Голова кружилась и больше всего хотелось просто провалиться в сон.
— Нужно развести огонь, но… — жалобно простонала Юки.
— Сил нет, — закончила я за нее, прикрывая глаза.
Не знаю сколько прошло минут, но мы все так же обессилено лежали на холодной земле, почти провалившись в болезненный сон, пока холодок не коснулся лодыжки и я, распахнув глаза, не вскочила.
Испуганно заозиралась вокруг, а потом принялась всматриваться до боли в глазах в ночной лес перед собой. Стоило только нам оказаться в укрытии, как на зло дождь прекратился, видимость улучшилась. И то тут там мне мерещилось будто кто-то двигается среди деревьев.
— Ты кого-то видишь?
— Черт! Напугала! — Я от испуга даже отпрыгнула в сторону. — Слава богу, вроде никого, но это почему-то не успокаивает. Давай все же разведем костер. Ты вроде обещала чай.
— Сейчас все будет, поищи пока чего-то для растопки, чтобы огонь быстрее схватился.
Поищи. Звучит легко, но на деле в ночной темноте я не видела ничего отчетливо дальше двух шагов, а отходить от пещеры было просто боязно, да и бесполезно. Где после дождя можно найти что-то сухое? Недоверчиво и опасливо наблюдая за деревьями, я принялась сгребать поближе к себе небольшие кучки сухих уже опавших листьев на полу пещеры, до которых к моей удаче не добрался дождь.
Где-то за спиной Юки чиркнула огнивом. Пещеру озарил робкий огонек, который загорелся на конце странной рукоятки в руках девушки. Пламя так и трепетало и вот-вот грозилось потухнуть. Девчонка осторожно поводила по сторонам, освещая пространство вокруг нас.
Пещера оказалась совсем маленькой, с низким потолком, который был чуть выше наших макушек, но все равно неприятно давил. А какому-то среднестатистическому мужчине пришлось бы ходить тут сложившись едва ли не пополам. Но когда скрываешься от непогоды выбирать явно не приходится.
В отдаленном углу подальше от входа, явно чтобы не намочил дождь, нашлась совсем крохотная вязанка хвороста и пара более толстых дровишек.
Я не слишком сильна в походной жизни, все мои познания на этот счет ограничивались парочкой просмотренных передач по каналу дискавери, но думаю до утра этого вполне должно было хватить.
Рядом с вязанкой лежало два тканевых свертка, скорее всего те самые обещанные удачей одеяла, но выглядели они скорее, как издевательство, а пахли вообще убийственно.
Но вот ржавому котелку с мятым боком не обрадоваться было просто невозможно в нашей ситуации. Я вцепилась в него, как в сокровище, прижала к себе, предвкушая ощущение горячего питья, согревающего меня изнутри. А когда обернулась назад, то увидела хитросложенный Юки домик из хвороста, внутри виднелось широкое поленце и немного коры, которая уже занялась робким огоньком.
— Подложи сухих листьев и не дай огню погаснуть, я схожу наберу воды, кажется мы проходили ручей, — девчонка выхватила у меня из рук котелок и направилась из пещеры. Я лишь успела протянуть руку за ней, да открыть рот, чтобы окликнуть, как она уже скрылась из виду.
Она точно сумасшедшая. И бесстрашная. А еще жестокая, оставила меня одну в пещере посреди леса, да еще и ночью. А если с ней что-то случится? Что я буду делать тут одна?
С одной стороны я могла бы броситься за ней, вдвоем все же не так страшно. Но с другой, заблудиться мне было проще простого, а попасться кому-то голодному на зубок еще проще. Раз уж Юки так запросто нашла эту пещеру, то, наверно, не пропадет и найдет дорогу обратно.
Запас моей храбрости и решительности иссяк, поэтому я решила сделать, как мне было велено — следить за огнем. Присела на корточки возле занимающегося костерка и принялась осторожно подкладывать сухие листочки и веточки в него, чтобы подкормить пламя. Руки согрелись быстро, я подставляла ладони под робкие огненные языки, ощущая как тепло потихоньку ползет вдоль рук и начинает обогревать все тело.
Не скажу, что время до возвращения Юки тянулось как-то уж слишком долго, но понервничать я успела. Особенно когда снаружи пещеры все время что-то шелестело и хрустело, словно кто-то ходил туда-сюда. Это пугало и нервировало, потому что оборачиваясь каждый раз на эти звуки, я видела не меняющуюся картину ночного леса. Но благо ощущение слежки поутихло, хоть и не исчезло совсем.
По моим внутренним часам Юки вернулась минут через пятнадцать с котелком полным холодной речной воды и узелком с неопознанным содержимым. Я тут же сунула нос в него, пахло сладко, но вид круглых пупырчатых темно алых плодов не показался мне знакомым, поэтому первой пробовать я не осмелилась.
— Это съедобно? — вновь принюхавшись, решила я уточнить.
— Стала бы я за ними лазать по кустам ночью, да сюда приносить? Как сама думаешь?
— Думаю не стала бы. Но что это? Никогда таких фруктов не видела.
— Это ямамомо*, ягода такая. Разве ты никогда не пробовала или забыла?
— Забыла видимо, у меня ощущение, что я многое забыла после пробуждения, — я стала вертеть странную ягоду, размером с небольшую сливу в руках. Кожица была шершавой и будто покрытой воском. Запах очень был похож клубничный, но явно с какими-то примесями других ягод. — Их можно есть прямо так? Сырыми?
— Да, я ополоснула их в реке, так что ешь смело. Я пока соображу как приладить котелок над огнем.
Юки завозилась над костром, сооружая что-то вроде треноги, на которую пыталась и так и эдак повесить котелок. Но ветки были недостаточно крепкими, чтобы удержать такой груз. Девчонка внимательно осмотрелась по сторонам, подскочила и снова исчезла на улице. Вернулась уже с несколькими крупными камнями в руках и снова принялась что-то конструировать.
Я же вертела в руках незнакомую ягоду и никак не могла решиться сделать первый укус. Снова принюхалась. Пахло действительно крайне съедобно и аппетитно, свежо и очень сладко, отчего рот так и наполнился слюной. Я все же решилась и вгрызлась в плод. Меня тут же затопило терпкой смесью клубники, вишни и ежевики, от которой невозможно было не застонать.
— Офень фкусно, — я сделала еще несколько жадных укусов.
— Ешь, больше ничего из съестного нет. Сейчас заварим чай, подай узелок, — Юки все еще сосредоточенно возилась у огня, ей удалось расположить три камня прямо внутри костра оставляя в середине между ними пространство, а на них поставить котелок. Стенки были тонкими, так что пламя быстро стало разогревать воду внутри.
Вставать было лень, да и низкий потолок так и твердил, что стоит мне встать в полный рост и я обязательно треснусь об него. Поэтому я просто потянулась за спасенным мной из пожара мешочком, плюхнула его себе на колени, кажется только сейчас почувствовав, что он куда тяжелее, чем мне казалось.
Стоило мне только потянуть сплетенный шнурок, что стягивал края, как внутри что-то зашевелилось слишком по-живому.
Думаю не стоит говорить, что я завизжала, как безумная сирена, отшвыривая мешок с такой силой, словно я всю жизнь посвятила метанию ядра.
Мешок смачно врезался в каменную стену, мяфкнул и рухнул на землю.
7
Мы с Юки вжались в противоположную стену и в ужасе, не отрываясь, смотрели на неподвижно лежащий на земле узелок.
— Клянусь, там кто-то шевелился! — выпалила я, чувствуя как вновь разгоняется пульс, а мышцы напрягаются для того, чтобы в любой момент можно было сорваться с места и убежать, или же защищаться.
— Я… Я видела. Давай треснем камнем? Вдруг это змея, ненавижу змей! — Юки даже передернуло от собственного предположения, она быстро присела, схватила что-то с земли и выпрямилась.
Сунула мне в руку небольшой камень. Я сжала его, ощущая ладонью прохладу, шероховатость и пусть даже и не достаточную тяжесть. Вряд ли таким можно убить ту тварь, что пробралась к нам, если только еще больше разозлить, но все равно, с камнем как-то поспокойнее.
Мы поколебались несколько мгновений, но потом все же отмерли и сделали осторожный шаг вперед. Мозг лихорадочно соображал, оценивал обстановку и возможную опасность. Сердце колотилось как безумное, я вся напряглась, будто сжатая пружина.
— На счет три… — едва слышно прошептала Юки. — Раз…
— Два… — тоже шепотом продолжила я, когда мы приблизились еще на шаг.
— Себя тресните! — раздалось из мешка, который не дав нам закончить счет, начал неистово дергаться.
Мы заорали так, что с потолка даже посыпалась каменная крошка, а руки сами собой запустили камни прямехонько в шевелящееся нечто.
— Изверги! Убийцы! Что за люди пошли! — кто-то неистово боролся с завязками узелка, шипя и сыпя едва понятными проклятиями в нашу сторону.