Наследница света

— Я могла бы просто умыться.

Мира посмотрела на меня так, будто я предложила отменить все правила этикета.

— Вы могли бы, — сухо произнесла она. — Но

В дверь постучали. Мира нахмурилась и обернулась.

— Сейчас узнаю, кто там.

Она подошла к двери, приоткрыла её и почти сразу закрыла. Когда Мира вернулась, в её руках была сложенная записка. Она быстро пробежала глазами по строчкам, и выражение её лица стало ещё более деловым.

— Что там? — спросила я.

— Графиня переносит встречу на ужин, — ответила Мира, складывая записку. — И просит меня подобающе вас подготовить.

— Подобающе подготовить? — переспросила я, снимая перчатки. — Звучит так, будто меня собираются не кормить, а выставлять на обозрение.

— Иногда это одно и то же, ваше высочество, — пробормотала Мира и тут же хлопнула в ладони, подзывая служанок.

Возражать было бесполезно. Я только вздохнула и позволила Мире стянуть с меня ремни, снять запылённую куртку и забрать перчатки, пахнущие кожей, железом и конюшней.

— Ложитесь, — сказала она, аккуратно складывая мои вещи на стул. — Пока подготовят воду, платье и всё необходимое к ужину, у вас есть время отдохнуть.

— Я не устала.

Мира посмотрела на меня с терпеливым спокойствием.

— Я знаю, ваше высочество. Но отдых после тренировки ещё никому не вредил. Особенно если впереди ужин с графом и графиней.

— Мне уже начинать бояться?

— Только если графиня увидит пыль у вас на рукаве.

Я усмехнулась.

— Убедила.

Мира помогла мне переодеться в лёгкую домашнюю рубашку и поправила покрывало на кровати.

— Полчаса спокойствия, — сказала она. — Хотя бы для приличия.

— Только полчаса.

— Как скажете.

Но по её лицу было ясно: будить меня через полчаса она не собирается. Когда Мира вышла распорядиться служанками, я опустилась на кровать. Комната сразу показалась тише. Сквозь открытое окно тянуло свежим воздухом, где-то внизу слышались голоса слуг и далёкий стук копыт во дворе. Спать не хотелось. По крайней мере, я упрямо пыталась себя в этом убедить.

На прикроватном столике лежала старая книга — подарок дяди на моё десятилетие. В детстве я всегда пропускала страницы, на которых герой сомневался и боялся. Мне хотелось скорее добраться до битв и побед. Теперь книга почему-то чаще раскрывалась именно на этих страницах. Я попыталась читать, но строки быстро начали расплываться перед глазами. Вскоре книга опустилась мне на грудь, и я сама не заметила, как уснула.

Проснулась я от мягкого прикосновения к плечу.

— Ваше высочество, — тихо позвала Мира. — Пора.

Я открыла глаза. За окнами свет уже изменился. Солнце уже клонилось к горизонту, окрашивая комнату тёплым янтарным светом.

— Сколько я спала? — спросила я, приподнимаясь.

— Почти три часа, ваше высочество, — ответила Мира. — Но до ужина ещё около двух часов. Отдых пошёл вам на пользу.

Я села, убирая книгу в сторону. У ширмы уже стояла ванна. Служанки наполняли её тёплой водой, от которой поднимался лёгкий пар. На кресле лежали чистые полотенца, рядом на столике Мира расставила флаконы с ароматическими маслами.

— Теперь, — сказала она с видом полководца перед битвой, — ванна, платье и причёска.

Я вздохнула.

— Только не слишком много лаванды, — предупредила я. — В прошлый раз от меня пахло так, будто я упала в храмовую кадильницу.

— Зато графиня была довольна, — невозмутимо ответила Мира.

Она добавила в воду несколько капель лавандового масла. Знакомый запах сразу напомнил о маме: так пахли её волосы, когда она укладывала меня спать.Я опустилась в тёплую воду и невольно выдохнула. Только теперь почувствовала, как после тренировки ноют плечи и ладони.

Мира аккуратно начала мыть волосы, напевая какую-то старинную колыбельную, которую, кажется, помнила ещё с моего детства. Её умелые руки мягко массировали кожу головы, смывая усталость дня, пыль двора и запах конюшни. Но даже сквозь аромат лаванды и жасмина я всё ещё будто чувствовала на коже тепло рук Колина.Я невольно прикрыла глаза, вспоминая его улыбку, взгляд и короткий поцелуй украдкой перед тем, как мы расстались.

— Ох, ваше высочество, только не засыпайте, — проворчала Мира. — Мне не хотелось бы потом объяснять графине, как наследница престола утонула в ванной.

Я тихо рассмеялась.

— Думаю, это был бы самый нелепый конец династии.

— Вот именно, — строго сказала Мира. — Поэтому хватит нежиться. Вода уже остывает, а ужин, к сожалению, ждать не станет.

Я нехотя открыла глаза и позволила ей помочь мне выбраться из ванны. Тёплый воздух тут же показался прохладным после воды, и я невольно поёжилась. Мира набросила мне на плечи мягкое льняное полотенце, затем укутала в лёгкий халат и усадила перед туалетным столиком.

— Сидите ровно, — велела она, беря гребень. — И постарайтесь хотя бы пять минут не спорить.

— Пять минут? Это жестоко.

— Я верю в ваши силы, ваше высочество.

Я улыбнулась, но послушно замерла.

Затем Мира тщательно расчесала мои длинные волосы, бережно распутывая каждый локон, и высушила их мягким льняным полотенцем. В комнате пахло ароматическими маслами, а за окном уже сгущались сумерки.

— Пора одеваться к ужину, — объявила она, отложив гребень.

Я посмотрела в окно, во дворе зажигали первые факелы. Взгляд упал на тренировочный кожаный костюм, небрежно брошенный на сундук.

— Ну уж нет, не в этот вечер! — торжествующе заявила Мира и развернула платье.

Оно было синего цвета — насыщенного, как морская бездна, с глубокими сияющими переливами в свете свечей. Лиф украшала тонкая вышивка, напоминающая переплетённые лозы, а лёгкие полупрозрачные рукава мягко спадали к локтям. Юбка струилась плавными складками, не слишком пышная, но элегантная и дорогая. Платье выглядело именно так, как любила графиня Алисия: роскошно, но без чрезмерной вычурности.

— Сегодня в замке будут важные гости, — уклончиво сказала Мира, помогая мне надеть наряд. — И графиня хочет, чтобы всё прошло идеально.

— И почему у меня ощущение, что это звучит как угроза? — усмехнулась я.

Служанка загадочно улыбнулась, но отвечать не стала. Она застегнула мелкие крючки на моей спине, поправила складки юбки и принялась укладывать волосы. Часть прядей Мира собрала на затылке, закрепив серебряной заколкой с маленькими аметистами, остальные локоны оставила свободно спадать по плечам и спине.Когда всё было закончено, Мира отступила на шаг и довольно кивнула. Я подошла к зеркалу и невольно замерла. В платье и с убранными волосами я стала похожа на молодых королев с портретов в галерее. Это сходство не обрадовало. Оно напомнило, что совсем скоро от меня начнут ждать не сомнений и ошибок, а готовых решений.

Мой взгляд скользнул по комнате и неожиданно остановился на небольшом столике возле камина. Там лежала свёрнутая записка. Я нахмурилась. Сердце тут же забилось быстрее. Колин?

Я быстро подошла к столику и взяла письмо. Бумага была непривычно гладкой и дорогой — такой во дворце не пользовались. Внутри лежала маленькая золотая монета. На одной её стороне было выгравировано древо Сеты — огромное дерево с уходящими глубоко вниз корнями.

По спине пробежал холодок. Я развернула записку. «Ищи ответы за Стеной». Я перечитала строку трижды. Буквы не менялись. За Стеной. Туда, куда мне с детства запрещали даже приближаться. Туда, откуда, по словам жнецов, никто не возвращался. Я резко оглянулась на дверь. Тот, кто оставил записку, сумел войти в покои незамеченным. Это насторожило.

Я сжала монету в ладони. Металл неожиданно нагрелся, и я едва не выронила её. Золотая поверхность потемнела, покрылась тонкими трещинами, а затем рассыпалась сверкающей пылью. В тот же миг буквы на записке вспыхнули золотым светом. Огонь пробежал по строчкам, не обжигая пальцев, и бумага рассыпалась вслед за монетой. Через несколько секунд от послания не осталось ничего. Я вскрикнула и отшатнулась.

— Ваше высочество?! — Мира тут же подскочила ко мне. — Что случилось?

Я почувствовала, как сердце ударилось где-то в горле и запаниковала. Она не должна была это видеть. Не должна была потом рассказывать Алисии или дяде.

— Ничего, — слишком быстро сказала я.

— Ничего? — Мира нахмурилась. — Вы побледнели как полотно.

— Просто старая записка, — выдохнула я, заставляя себя говорить спокойнее. — Наверное, выпала из какой-нибудь книги и рассыпалась в руках

Мира посмотрела на меня с явным сомнением.

— Старая записка заставила вас вскрикнуть?

Я попыталась улыбнуться.

— Там был паук.

— Паук? — переспросила она, недоверчиво глядя то на меня, то на камин.

— Очень страшный паук, — добавила я и спрятала дрожащие пальцы в складках платья.

Мира ещё несколько мгновений изучала моё лицо, но потом тяжело вздохнула.

— Сета милосердная, ваше высочество Когда-нибудь вы сведёте меня в могилу.

Я промолчала. В горле всё ещё стоял ком, а в голове снова и снова вспыхивали слова, уже исчезнувшие в огне и исчезнувшая как по волшебству монета.

Мира провела меня по коридорам замка в Торжественный зал.

Торжественный зал я знала с детства, но сегодня он казался чужим. Между синими знамёнами нашего дома висели штандарты Верендора с серебряным оленем, а за длинным столом сидели люди, которых я прежде не видела.

Серебряные приборы и хрустальные кубки сверкали в свете люстр. В дальнем конце зала возле камина меня ждали дядя, Алисия, несколько советников и незнакомый мужчина в тёмно-синем камзоле. Разговоры стихли, когда я вошла и дядя первым нарушил тишину.

— Вот и наша наследница, — громко и тепло произнёс он.

Я сделала глубокий вдох, расправила плечи и направилась к гостям и дяде, чувствуя на себе десятки взглядов — любопытных, оценивающих, одобрительных.Я подошла к дяде, и он нежно поцеловал меня в лоб.

— Здравствуй, дорогая, — тепло произнёс граф Дилюс. — Ты выглядишь просто чудесно.

Я перевела взгляд на графиню. Алисия едва заметно кивнула — редчайшее проявление одобрения с её стороны. Дядя продолжил:

— Я хочу тебя представить.

Он показал рукой в сторону незнакомцев. Я сделала несколько шагов ближе и разглядела мужчину средних лет. В уголках его глаз уже залегли морщинки, выдававшие и возраст, и привычку улыбаться, но осанка была прямой, а взгляд — цепким и внимательным. По одежде сразу было понятно, что он из знати: камзол из тёмносинего бархата с серебряной вышивкой, манжеты из тончайшего кружева, на пальце — массивный перстень с тёмнокрасным камнем. Рядом с ним стояли несколько стражников в парадных доспехах и пожилые мужчины в праздничных костюмах — видимо, советники или сопровождающие.

— Ваше величество, — обратился дядя к мужчине с уважительным поклоном, — позвольте вам представить Мелейну, мою племянницу и наследницу престола.

Мужчина поднялся со своего места, расправил плечи и слегка поклонился мне — низко и почтительно, как подобает при встрече с будущей королевой.

— Принцесса Мелейна, — произнёс он глубоким, звучным голосом. — Для меня великая честь познакомиться с вами лично. Дилюс много рассказывал о вас. Должен признать, он оказался слишком скромен. Позвольте представиться, я — король Элард III из королевства Верендор, сосед и давний союзник вашего дома.

Верендор. Я знала это название с детства — как и полагалось будущей королеве Луминора. Верендор был ближайшим к нам королевством и граничил с нашими землями на западе. Нас разделяли холмы и несколько укреплённых перевалов, по которым веками ходили купцы и военные отряды. Королевство славилось оружейниками: верендорская сталь высоко ценилась по всему материку. Его гербом был серебряный олень на лазурном поле — тот же символ украшал перстень Эларда и знамёна его стражи

Король Элард III выглядел достойно своего титула: седина в тёмных волосах лишь подчёркивала благородство черт, а в глазах читалась мудрость многих лет правления. На груди у него висела золотая цепь с подвеской в виде того же оленя — символ королевской власти Верендора.

Я склонила голову в ответном поклоне, стараясь скрыть волнение.

— Для меня честь принимать вас в наших землях, ваше величество, — ответила я учтиво. — Надеюсь, ваше путешествие было благополучным?

— Более чем, — улыбнулся король Элард. — Особенно теперь, когда я вижу, что наследница престола столь же прекрасна, сколь и достойна своего положения.

Дядя мягко положил руку мне на плечо.

— Мелейна — гордость нашего дома, — сдержанно сказал он. — Уверен, союз между нашими королевствами станет ещё крепче в будущем.

Почему-то от этих слов мне стало не по себе.

После знакомства дядя пригласил всех к столу, и слуги подали первое блюдо. Разговор постепенно перешёл к торговле, урожаям и поставкам металла из южных земель. Я села на своё место и почти не слушала разговор, пока не почувствовала на себе взгляд короля. Он задержался на мне дольше, чем требовали приличия. Я невольно напряглась, но старалась не обращать внимания. После тренировки я так и не успела нормально поесть, поэтому сейчас внимание гораздо сильнее привлекал аромат еды. Передо мной поставили стейк с запечёнными овощами. Я отрезала первый кусочек и только тогда поняла, насколько проголодалась. Пока остальные обсуждали политику, я почти полностью сосредоточилась на еде, машинально отмечая вкус специй и терпкость красного вина. Но одна фраза всё же заставила меня насторожиться.

— Поставка оружия прибудет до конца месяца, — негромко произнёс король Элард. Я подняла взгляд.

Дядя кивнул:

— Этого должно хватить, — Но его пальцы продолжали постукивать по столу. Я знала эту привычку: так происходило только тогда, когда он действительно боялся, хотя никогда этого не признавал.

Оружие? Я нахмурилась. Мы не вели войн. На границах давно сохранялось спокойствие, а стража скорее боролась с контрабандистами и разбойниками, чем с настоящими армиями. Тогда зачем столько оружия?

Король заметил, что я прислушиваюсь, и улыбнулся. Он наклонился к дяде и прошептал, достаточно громко, чтобы я могла услышать:

— У меня есть интересное предложение для вас, граф. Хотелось бы обсудить его наедине после ужина.

Дядя кивнул с серьёзным видом, и они обменялись многозначительными взглядами. Что-то в их тоне заставило меня насторожиться.

— Скажите, принцесса, — вдруг обратился ко мне король Элард, словно продолжая обычную светскую беседу, — вы когда-нибудь бывали в Верендоре?

Я подняла взгляд от бокала.

— Нет, ваше величество.

— Жаль, — произнёс он с лёгкой улыбкой. — Думаю, вам бы там понравилось.

Я заставила себя вежливо улыбнуться.

— Правда?

— Столица Верендора, Двомир стоит между двумя огромными озёрами. По утрам над водой поднимается туман, и кажется, будто башни дворца парят над облаками.

— Звучит необычно, — осторожно ответила я.

— Весной вокруг города цветут яблоневые сады, а к осени склоны покрываются виноградниками. Но даже самое прекрасное место остаётся пустым без достойной хозяйки

Его взгляд задержался на мне чуть дольше, чем позволяли приличия. Я напряглась, но сохранила улыбку.

— Вы слишком любезны, ваше величество.

— Я лишь говорю то, что вижу, — мягко ответил он. — Ваша грация, осанка даже взгляд. Вы удивительно напоминаете свою мать.

Я замерла.

— Вы знали мою маму?

Элард на мгновение опустил глаза, будто вспоминая.

— Знал — слишком громкое слово. Я видел её всего однажды, ещё мальчишкой, на приёме при дворе вашего деда. Один из молодых слуг уронил поднос прямо перед послами. Все смеялись, а ваша мать первой подошла и помогла ему собрать осколки.

Элард ненадолго замолчал.

— При дворе редко замечают тех, кто стоит ниже по положению. Она замечала. Поэтому я её запомнил.

Он внимательно посмотрел на меня.

— Вы похожи на неё сильнее, чем думаете.

У меня внутри что-то болезненно сжалось. Я не знала, что ответить. Слова о маме всегда выбивали почву из-под ног, а от его голоса мне почему-то становилось только тревожнее.

— Спасибо, — тихо произнесла я.

— Мы были бы счастливы принять такую гостью.

Последнее слово прозвучало вежливо. Но почему-то мне показалось, что он имел в виду совсем другое. Дядя сделал вид, что поправляет манжету, но я заметила, как он коротко взглянул на короля. Элард же продолжал смотреть на меня всё с той же спокойной улыбкой.

— Надеюсь, однажды вы сами убедитесь, как прекрасны мои земли.

Вечер затянулся почти до полуночи. Свечи в люстрах постепенно догорали, музыка стала тише, разговоры — спокойнее. Гости заметно расслабились после вина.Когда ужин подошёл к концу, король Элард поднялся со своего места и подошёл ко мне.

— Было истинным удовольствием познакомиться с вами, принцесса Мелейна, — произнёс он и осторожно взял мою руку и коснулся губами пальцев. Я заставила себя улыбнуться.

— Благодарю, ваше величество.

Его взгляд снова задержался на мне, слишком внимательно, слишком долго.

— Надеюсь, это не последняя наша встреча. — Улыбнулся мне король.

Что-то в его тоне заставило меня вздрогнуть. Дядя, напротив, выглядел довольным.

— Ты сегодня прекрасно держалась, Мел, — тихо сказал он, когда король отошёл. — Я горжусь тобой.

Я кивнула, хотя внутри уже нарастало странное беспокойство. Мне хотелось лишь одного — поскорее уйти отсюда.

Я нашла глазами служанку и слегка махнула ей головой в сторону двери. Не дожидаясь формального завершения вечера, я поднялась изза стола и, стараясь не привлекать лишнего внимания, направилась к выходу. Стоило дверям закрыться за моей спиной, как я облегчённо выдохнула и почти помчалась по переходам замка, минуя освещённые факелами галереи и тихие ниши с древними статуями. Хотелось как можно быстрее снять это тяжёлое платье, избавиться от тугой причёски и наконец-то встретиться с Колином у старого дуба — там, где нас никто не найдёт.В своих покоях я быстро избавилась от платья. Мира помогла распустить волосы и снять украшения.

— Вы были прекрасны сегодня, — восхищённо сказала она.

— Я устала быть прекрасной, — пробормотала я, растирая затёкшую шею.

Служанка тихо рассмеялась.

— Тогда отдыхайте, ваше высочество.

— Спокойной ночи, Мира.

— Спокойной ночи, ваше высочество, — пожелала Мира, слегка поклонившись.

Как только дверь за ней закрылась, я накинула простой дорожный плащ, проверила, не забыли ли слуги оставить свечу в подсвечнике, и тихо выскользнула в коридор. Сердце билось чаще обычного — не от страха, а от предвкушения. Гдето там, в тени старого дуба, меня ждал Колин.

Я осторожно двигалась по полутемным коридорам, стараясь ступать как можно тише. Замок ночью казался совсем другим. Днём здесь кипела жизнь — слуги, стража, голоса, звон посуды, шаги. Теперь же вокруг царила почти звенящая тишина. Только факелы потрескивали в настенных держателях да ветер глухо выл где-то за узкими окнами.

Проходя мимо покоев дяди, я услышала движение за дверью. Та неожиданно распахнулась, и в коридор вышла молодая служанка с пустым подносом в руках. Я успела отступить за угол, прежде чем она меня заметила. Девушка торопливо направилась к лестнице, даже не оглянувшись. Дверь за собой она прикрыла не до конца, оставив узкую щель.

Я уже собиралась продолжить путь, когда из комнаты донёсся голос Алисии:

— После её коронации будет поздно.

Я замерла. Не хотела слушать. Правда не хотела. Но затем услышала своё имя и невольно подошла ближе.

— Король согласен предоставить оружие только при одном условии, — донёсся голос дяди.

Я невольно шагнула ближе.

— Если принцесса станет его женой, — спокойно закончила графиня Алисия.

У меня внутри всё похолодело.

— Это выгодный союз, — продолжала она. — Такой шанс нельзя упускать.

Я прижала ладонь ко рту. Нет. Нет этого не может быть.

— А если родится девочка? — тихо спросил дядя.

Послышался шорох ткани — вероятно, он коснулся живота Алисии.

— Это не имеет значения, — ответила графиня. — Хоть ты и незаконнорожденный

Дилюс, но ты все ровно сын прежнего короля. Если законная наследница откажется от трона, ребёнок укрепит твоё положение при дворе. Мальчик или девочка — всё равно. У тебя появится собственная кровь, собственная ветвь дома. Для знати это важно. Дядя ничего не ответил.

— Пока Мелэйна здесь, все будут смотреть только на неё, — продолжила Алисия уже тише. — На законную наследницу. На дочь прежней королевы. На девочку, которую народ привык жалеть и превозносить.

Я похолодела.

— Не говори так, — глухо произнёс дядя.

— Я говорю правду. После коронации изменить что-либо будет уже невозможно.

— Она не вещь, которую можно переставить с места на место.

— Нет, — спокойно согласилась Алисия. — Она будущая королева. Именно поэтому всё нужно сделать без скандала. Брак с Элардом решит сразу несколько проблем: Верендр даст нам поддержку, оружие и союз. А Мелэйна получит корону в другом королевстве.

— Ты называешь это решением?

— Да. Ведь после коронации она уже не сможет просто покинуть Луминор. Корона привяжет её к этому месту.

Несколько секунд стояла тишина.

— Она возненавидит меня, — тихо сказал дядя.

— Со временем поймёт, — ответила графиня. — Или смирится. Верендор — не ссылка.

Это сильное королевство, достойный союз и положение, о котором многие принцессы могли бы только мечтать.

— Ты говоришь так, будто её желание ничего не значит.

— В политике желания редко что-то значат, Дилюс. Особенно желания наследниц.

Я прижала ладонь ко рту, чтобы не выдать себя. Отправить меня в Верендор. Выдать за Эларда. Убрать из замка до коронации. Они уже всё решили. Это ударило сильнее пощёчины. Свирепая боль сдавила грудь. Дядя Всю жизнь он был для меня семьёй. Единственным человеком, которому я доверяла безоговорочно и теперь он собирался просто отдать меня, как часть сделки. Дядя долго молчал. Потом тихо сказал:

— Наверное ты права. Я не смогу защитить ее здесь.

Я отступила назад, чувствуя, как дрожат ноги. В этот момент под подошвой предательски скрипнула старая доска. Я вздрогнула и быстро отступила за угол.

— Кто здесь?! — резко спросил дядя.

Дверь распахнулась. Я прижалась спиной к холодной стене и задержала дыхание. Из своего укрытия я не видела Дилюса, только слышала его шаги.Напротив покоев находилась небольшая кладовая. Её дверь осталась приоткрытой и едва заметно покачивалась от сквозняка.

— Там кто-то есть? — спросила Алисия.

Несколько секунд дядя молчал.

— Нет. Наверное, скрипнула дверь кладовой.

Его шаги удалились, после чего дверь покоев закрылась. Я коснулась ладонью холодной стены. Раньше этот замок казался местом, способным защитить меня от всего мира. Теперь его стены скрывали разговоры о том, как от меня избавиться.Я медленно вышла из-за угла и направилась к лестнице, но вскоре шаг перешёл в бег. Воздуха не хватало, хотелось выбраться наружу, подальше от этих разговоров, подальше от боли. Когда я наконец вышла во двор, холодный ночной ветер ударил в лицо и немного привёл мысли в порядок. Старый дуб шумел листвой в темноте.

— Мел? — раздался тихий голос из тени.

Я обернулась. Колин стоял у дуба, в свете луны его лицо казалось особенно серьёзным. Он шагнул ко мне, взял за руки.

— Что случилось? Ты вся дрожишь.

Я посмотрела в его зелёные глаза — такие искренние, такие тёплые — и впервые за вечер почувствовала, что могу выдохнуть.

— Они хотят отдать меня королю Эларду, — прошептала я. — В обмен на оружие. Хотят, чтобы я уехала в Верендор и стала его женой.

Колин резко помрачнел.

— Что?..

— Я слышала разговор дяди и графини, — голос дрогнул. — Для них это просто сделка. Политика. Союз.

Я опустила взгляд.

— А меня никто даже не собирался спрашивать.

Несколько секунд Колин молчал. Потом крепче сжал мои ладони.

— Я не позволю им забрать тебя.

Я горько усмехнулась.

— И что ты сделаешь? Ты конюх, Колин. А он — король.

— Мне всё равно, кто он, — твёрдо сказал Колин. — Я найду выход.

В его голосе было столько уверенности, что я невольно подняла глаза. И впервые за этот вечер почувствовала, как паника внутри начинает понемногу отступать. Он осторожно коснулся моей щеки.

— Ты не одна, Мел.

Мы ещё долго стояли под старым дубом. Ночной ветер шевелил листву над нашими головами, где-то вдали перекликались стражники на башнях, а замок возвышался за моей спиной огромной тёмной громадой. Колин притянул меня ближе. Я прижалась лбом к его груди и впервые за весь вечер позволила себе просто молчать, без необходимости держать осанку, без придворных улыбок, без страха сказать что-то не то. Только рядом с ним я чувствовала себя не наследницей престола, а обычной девушкой.

— Хочешь сбежать? — неожиданно тихо спросил он.

Я подняла голову.