- -
- 100%
- +
Глава 1.
Большая картонная коробка тихо опустилась на стол. Вернее, её аккуратно поставила сюда Аня, помощница генерального директора строительной компании «РабСтрой». Бывшего генерального директора. Бывшей «РабСтрой». С сегодняшнего дня у компании новые хозяева и, как оказалось, даже новое название. Какое – Ане было неинтересно. Нет, не потому, что она нелюбопытный человек или не интересуется жизнью вокруг, а потому, что новый генеральный, войдя утром в головной офис, прям с порога заявил о том, что все «старые» сотрудники могут искать новую работу, т.к. штат новой компании уже набран и в услугах работников РабСтроя они не нуждаются.
«Действительно, зачем им «рабы» РабСтроя? У них в компании наверняка будут теперь работать только высококвалифицированные высокотрудоспособные и поэтому очень высокооплачиваемые кадры», – хмыкнула про себя Аня, забрасывая очередной предмет канцелярии в недра коробки. На самом деле, слово «забрасывать» совсем никак не соотносилось с этой девушкой. Проработав 2 года в РабСтрое, Аня уже в первый день поняла, почему сотрудники сами себя называют «рабами». Да, по иронии судьбы, а может и по скудоумию генерального – Рабинского Виталия Эдуардовича, – в названии появилась первая часть его фамилии, которая совпала еще и с его видением процесса управления – от своих работников он требовал максимум выкладки. Выдерживали его темп и требования немногие, учитывая не особо ярое желание начальства поощрять такой выматывающий труд своих сотрудников.
Аня же не только смогла «выжить» в таких условиях, но и завоевать авторитет среди коллег и даже благосклонность «самого главного начальника». Рабинский не только перевел её из секретарей в помощницы, но и назначил ей новое имя – она теперь стала именоваться не иначе как Анечка, – а с новым именем пришло и повышение зарплаты, что было нонсенсом в стенах РабСтроя со дня его основания.
Чем же эта 22 летняя девушка заслужила столь выдающееся положение? Нет, вовсе не тем, о чем обычно думают, когда речь идет о секретаршах и помощницах больших начальников. Анечка, кстати, и не обладала ничем таким «выдающимся». Просто Рабинский, хоть и был «могущественным повелителем» и «великим жмотом», но при этом был также трудоголиком до мозга костей и до трясучки женатым на своей Ирочке, от нее же на столько и зависимым и в неё же, похоже, еще и влюбленным. Поэтому Анечка покорила сердце Рабинского-трудоголика. Она безропотно, добросовестно и очень эффективно выполняла все поручения. В работе часто выходила «за рамки поставленной задачи», выполняя больше или угадывая чаяния великого босса. При этом, она совершенно не кичилась своим трудом, не выставляла напоказ свои заслуги и казалось, что она совершенно равнодушна к похвале, настолько безэмоционально она говорила свое фирменное «благодарю», стоило начальству начать расхваливать ее за очередную удачно реализованную инициативу.
И вот эта Анечка сейчас позволила себе впервые за 2 года проявить импульсивность, пусть это и касалось только канцелярских принадлежностей, являвшихся её же собственностью. Она забрасывала их в коробок, но не от злости или обиды, что её, как и других сотрудников, выставляют за дверь. Она была скорее раздосадована. Дело в том, что когда два года назад она пришла работать в РабСтрой, эта компания стала для неё всем. Благодаря работе здесь она не только могла питаться и оплачивать комнату, которую они снимали вместе с подругой, но и оплачивать учебу в университете. Перейдя на заочку, Аня долго не могла найти работу, которая устраивала бы не только зарплатой, но и давала ей опыт работы по получаемой профессии – менеджер по персоналу. РабСтрой во главе с Рабинским был для Ани пределом мечтаний.
И сегодня в 8.00 по МСК эти мечты разрушились…
Глава 2.
Утро Сергея Рокотова началось раньше обычного. День, которого он так ждал, наконец наступил, и он планировал насладиться каждой его минутой, распробовать на вкус свою победу, прочувствовать каждой клеткой свой хотя и не первый, но всё равно такой желанный триумф!
Сегодня слияние фирм вошло в финальную фазу, и по такому случаю он мог впервые войти в «свой» теперь уже офис как полноправный начальник. Долгих 7 месяцев Рабинский цеплялся за соломинку, пытаясь отстоять РабСтрой, когда Рокотов «душил» его своим строительным холдингом со всех сторон. И вот, наконец, месяц назад, проиграв АртСтрою очередной тендер, Виталий Эдуардович сдался. Подписал договор о слиянии, чтобы избежать банкротства. Решение далось Рабинскому с огромным трудом и большими потерями – сотрудников, власти и немного чувства собственного достоинства – ведь его «потеснил» молодой тридцатичетырехлетний Рокотов, который на 15 лет младше Виталия Эдуардовича. Слияние, естественно, проходило на условиях АртСтроя и выгодно было только Рокотову. Рабинскому же оставался лишь небольшой процент акций объединенной компании и право занимать должность исполнительного директора в одном из филиалов. И для Рабинского это был наилучший исход.
Офис РабСтроя теперь становился центральным офисом большого строительного холдинга АртСтрой. Да, Рокотов давно положил глаз на удобное расположение и более комфортные условия этого здания. Отчасти поэтому так и стремился к слиянию.
__________________________
Сергей Рокотов еще раз осмотрел свой костюм в зеркале лифта, который через несколько секунд откроет перед ним дверь в его новые владения, поправил идеально подобранный под цвет рубашки галстук, коснулся носового платка, край которого всегда словно по линейке-уголку ровным равнобедренным треугольником выглядывал из кармашка пиджака, и смело, немного даже агрессивно, шагнул из остановившегося лифта.
Вопреки ожиданиям, он не услышал звука фанфар, его идеально начищенные ботинки ступили не на красную ковровую дорожку, а головы сотрудников не склонились в стройных рядах вдоль пути следования нового начальника. Офис жил своей жизнью. До начала рабочего дня было 5 минут, и вымуштрованные Рабинским «рабы», пришедшие без опозданий, сновали туда-сюда мимо Рокотова, переговариваясь, смеясь, совершая еще кучу ненужных, по мнению нового босса, действий. Этот факт почему-то ужасно разозлил Сергея Рокотова. Не так он представлял своё появление в АртСтрое…
И именно в эту минуту ему и пришло в голову жестокое и, возможно, не совсем взрослое решение – уволить всех до единого сотрудников этого офиса. Скорее всего, этот порыв был чересчур импульсивным и больше походил на детский каприз, но Рокотов не привык отказываться от своих решений, даже если они приняты спонтанно и только в его голове.
Через несколько секунд он увидел Виталия Эдуардовича, который выглянул из двери в центре большого офисного холла. Рабинский посмотрел на вход и, увидев Рокотова, спохватился, словно совсем не ожидая его появления, а потом быстро перевел взгляд на часы, висящие над головой новоиспеченного большого босса. Поняв, видимо, что время его власти стремительно истекает, взгляд бывшего начальника потух еще сильнее, а на лице появилась какая-то странная улыбка. Правила вежливости и хорошего воспитания Виталия Эдуардовича диктовали соблюдать деловой этикет и быть приветливым, но осознание того, что тебя «подвинули», или даже «задвинули», всячески противилось. Поэтому его улыбка, совмещавшая борьбу этих двух чувств, больше пугала, чем располагала к общению.
Однако Сергея Рокотова не так просто смутить. Он и сам прекрасно владел несколькими десятками приемов по запугиванию подчиненных. Достаточно было ему просто посмотреть на сотрудника, как тот сразу вспоминал, какие грехи водятся за ним и, на всякий случай, за всеми его родственниками, включая домашних животных.
– Сергей Александрович, доброго утра! Вы не предупредили, что приедете раньше. Сейчас я представлю Вас сотрудникам.
– Не стОит, – отрезал Рокотов, даже не поведя бровью. – Соберите начальников отделов в зале для совещаний.
Через пять минут Рокотов, сидевший во главе длинного стола, наблюдал за тем, как в конференц-зал, куда его сразу же проводил Рабинский, стройным рядочком стали входить работники компании. Сергею подумалось, что они сейчас напоминают группу детского сада, которую воспитатель выводит на прогулку.
"Неплохая дисциплина. Всё-таки стоит подумать над вариантами, как сохранить основной костяк топ-менеджеров", – размышлял Рокотов.
Пока начальники отделов рассаживались, несмело кивая сидящему в кресле генерального новому лицу, это лицо, не мигая и не проявляя ни одной эмоции, нечитаемым взглядом рассматривало входивших людей.
Неожиданно для себя Рокотов на несколько секунд обратил своё внимание на девушку, вошедшую в зал после всех. Это была совершенно обычная брюнетка, очень маленькая и в огромных круглых очках. Рокотов, чей рост был почти метр девяносто, вдруг задумался совершенно неуместно в данных обстоятельствах: каков рост этой девочки. Метр пятьдесят, может пятьдесят пять?
В следующую секунду она повернулась и посмотрела прямо на Сергея. От такого резкого прямого попадания глаза в глаза, он даже внутренне вздрогнул. Тут же взял себя в руки и почему-то отвёл взгляд. И разозлился на себя за это.
"С какой стати ты отводишь взгляд! Рокотов, ты здесь главный, и твои подчинённые обязаны прятать от тебя глаза", – выругал себя Сергей, однако решил пока не смотреть в сторону этой кареглазой.
"Кареглазой, блин! Это совсем лишняя информация!", – продолжал злиться на себя большой босс.
– Уважаемые коллеги, я собрал вас здесь, – начал свою речь Виталий Эдуардович, – чтобы сообщить, что с сегодняшнего дня наша компания становится частью строительного холдинга АртСтрой. Представляю вам вашего нового начальника – Рокотова Сергей Александровича.
С последними словами Рабинский посмотрел в сторону мужчины, сидящего во главе стола в его кресле, прощальным взглядом, передавая ему слово и бразды правления.
– Здравствуйте, – словно бы нехотя произнёс Рокотов. Он не любил приветствия, так как от них обычно веяло каким-то располагающим настроением, а Сергей привык с первого слова наводить страх и трепет на своих сотрудников, это было в его стиле и придавало ему уверенности. – С сегодняшнего дня вы уволены. Вы и ваши подчинённые. Доведите эту информацию по отделам самостоятельно. Наша компания будет набирать новый штат сотрудников, вы можете на общих основаниях тоже принять участие в конкурсе.
В этот момент его взгляд непроизвольно снова столкнулся с огромными карими глазами.
Рокотов уронил ручку на стол. Мысленно отвесил себе подзатыльник. Сжал кулаки и продолжил:
– По всем вопросам обращаться к моему секретарю, Вере Николаевне.
Он быстро поднялся со своего места и решительно зашагал к выходу, оставляя шокированных топ-менеджеров переваривать сказанные им слова.
Проходя мимо брюнетки, которая сидела почти у самой двери, Сергей поймал себя на мысли, что чувствует её взгляд на себе и … боится с ним встретиться.
"Иди, и не смотри в ту сторону", – звучало в голове, когда вокруг царила гробовая тишина. В этой тишине внутренний навигатор благополучно довёл Рокотова до двери…
Глава 3.
– Документы по поставщикам, – Вера Николаевна подошла к столу Рокотова в очередной раз и принесла несколько небольших папок. Видно было, что с ними работали – всё разложено по направлениям, датам и в алфавитном порядке.
– Вера Николаевна, задержитесь, – ровным голосом попросил Сергей, – я тут отложил несколько проектов, часть из них уже неактуальна, а вот эти, – он придвинул стопку с документами ближе к женщине лет сорока пяти – пятидесяти, – отдайте Андрею Викторовичу, возможно, там есть что-то важное, что требует внимания.
Когда дверь за секретарём закрылась, мысли Рокотова опять вернулись к девушке из конференц-зала.
"Интересно, если я велел собрать только начальников отделов, значит: она тоже из топ-менеджеров… Такая молоденькая… На вид лет 18… Да ну… Не может быть. В таком возрасте даже институт не окончишь, а до топов ещё нужно дослужиться. Стоп! А может она какая-то родственница Рабинского?.. Или не родственница, а… Да ну нет!"
Рокотов даже хлопнул ладонями по столу, а потом резко откинулся на спинку кресла, положив руки на подлокотники. Откуда эта злость? Какое вообще ему дело до девчонки с карими глазами?
"Нет, надо плотнее заняться работой! Дел невпроворот, а мысли разлетаются. Это всё от того, что сегодня день такой – слишком много событий, новых задач, вот организм сам и переключает мозг на левые темы", – закончил сеанс рефлексии Рокотов и поднял трубку селектора.
– Вера Николаевна, позовите ко мне Андрея Викторовича.
Не дожидаясь ответа, Сергей положил трубку и снова принялся разбирать бумаги.
В дверь тихо постучали, и начальник, не поднимая головы, бросил только: "Входи!", почему-то будучи совершенно уверенным, что это Андрей.
Дверь отворилась, и Рокотов услышал лёгкое покашливание, которым женский голос пытался обратить на себя внимание.
Она.
Рокотов вдохнул, хотя должен был выдохнуть, и подавился лишним вдохом, но показать свою растерянность (а для Сергея это означало слабость) он не мог никак. Поэтому резко выкрикнул грубым басом:
– Вы чего-то не поняли!? Я же сказал, всё свободны, все уволены!
Девушка не то чтобы смутилась, нет, скорее её лицо выражало какие-то сдерживаемые эмоции. Какие именно, Рокотов разобрать не мог. Но привычного для него страха и трепета точно там не было.
– Я помощница Виталия Эдуардовича и пришла забрать кое-какие свои вещи из этого кабинета.
Ну, конечно! Как я и думал – никакая она не родственница Рабинского, а самая настоящая…
– Это моё дерево, – вдруг сказала девушка, подойдя к какому-то фикусу в углу. – Его мы с мамой вместе посадили, а год назад, – она запнулась на секунду, – по семейным обстоятельствам, Виталий Эдуардович разрешил поставить его на время моей работы в своём кабинете.
Тон девушки был спокойный, словно бы убеждающий, что она не обманывает, но при этом лишённый заискивания и полный решимости отстаивать этот облезлый фикус.
Рокотов собрался прервать её речь, чтобы не слушать слишком уж приятный голос и не следить за каждым её движением как завороженный, но это не понадобилось, потому что на пороге в момент появился высокий подтянутый блондин с широченной улыбкой во все зубы.
– Серый, я беру свои слова по поводу набора сотрудников обратно! С нетерпением жду этот кастинг на роль своего секретаря – там такие девчонки из РабСтроя свои анкеты сейчас заполняют! – Андрей закатил глаза и его улыбка довольного кота стала ещё шире. Потом он осёкся, заметив, что шеф не один.
– Не кастинг, а конкурс, это во-первых. А во-вторых, Сергей Александрович.
– Простите великодушно. Конечно, Сергей Александрович, и никак иначе, – сказал вроде бы резко посерьезневшим голосом, но огоньки в глазах спрятать всё же не смог или не успел, отчего было понятно, что он просто дурачится, а не извиняется. – А я вот тут по делу, к Вам, – последнее слово выделил особо, – изучил документы по текущим проектам, и завтра в 9.00 у вас благотворительная выставка-ярмарка в детском центре.
Довольная улыбка снова затопила лицо Андрея.
"Как же не вовремя!" – пронеслось в голове Рокотова.
– Кто занимается проектом? – произнёс он вслух, делая вид, что девушка, передвигающая огромный горшок с цветком по его кабинету, совершенно его не заботит.
– Как кто? РабСтрой, конечно, – не понял вопроса Андрей. – Ну, а теперь – мы, получается…
– Кто в РабСтрое отвечал за этот проект? – с нотками раздражения прервал его Сергей.
– Ааа, – протянул блондин, копаясь в папке, которую только что принёс. – Вот. Весенняя Анна Валерьевна.
– Позови её ко мне в кабинет, – отчеканил Рокотов.
И тут случилось то, чего большой начальник ожидал меньше всего. Девушка, которая дотащила цветок почти к самой двери, вдруг обернулась, посмотрела на него и тихо, но уверенно сказала:
– Я здесь.
Глава 4.
"Вот же дёрнуло меня вернуться за Жориком", – мысленно возмущалась Аня, отпуская горшок с деревом, которому она ещё много лет назад дала имя, и поднимая глаза на нового начальника.
– Я здесь, – произнесла как приговор, на вдохе, и тут же затаила дыхание.
Пока собирала свои офисные пожитки, она уже набросала в голове план, как будет снова копаться на сайтах вакансий, обновлять своё резюме и рассылать его по сотням адресов. Мысленно Аня уже вернулась в свою комнатушку двенадцать квадратов пополам с подругой и пила чай с лимоном, размышляя, когда лучше пойти в институт, чтобы оформить академ.
"А дадут ли мне академ на последнем курсе?.. " – вдруг пришла неожиданная мысль. Оплачивать обучение было для Ани приоритетной статьёй в расходах, и с потерей работы её диплом, маячивший уже на горизонте, на глазах уплывал куда-то за воображаемую линию…
Аня окидывала взглядом свой опустевший стол, не позволив себе ни на секунду задуматься о том, чтобы участвовать в конкурсе на место в этой компании. Отсутствие диплома о высшем образовании, сессии дважды год сводили все шансы на получение работы к нулю. Но больше всего девушка не хотела иметь дело с этим страшным человеком – новым начальником.
Как он на неё посмотрел, когда она вошла в конференц-зал! Если бы взглядом можно было сжигать, то от неё в ту же минуту остался бы один пепел, который он бы просто сдул со своего шикарного дубового стола и продолжил свою речь.
А каково было войти к нему в кабинет и попросить забрать Жорика! Так зло на неё посмотрел, словно бы готовясь вышвырнуть из кабинета, как котёнка.
И тут, надо же, ведь почти успела добраться до спасительной двери, как услышала свою фамилию и перестала дышать.
– Вы должны быть завтра в 9.00 в этом центре, – безапелляционно заявил новый владелец этого кабинета. – Адрес, надеюсь, знаете?
– Адрес я знаю, и буду там обязательно.
– Отлично, расскажете мне всё на месте, сейчас у меня другие дела.
– Нет.
– Что нет? – удивлённо и даже слегка обескураженно вскинул голову начальник.
– Я пойду на мероприятие. Но у меня там свои дела, поэтому не смогу уделить вам время.
"ЧТО???!!! Это что сейчас было? Меня послали? МЕНЯ?! Начальника! Босса! " – Сергей Рокотов внутренне захлебывался эмоциями, но внешне остался скалой. Злой, бесящейся скалой.
– Что это значит?! Вы ответственны за этот проект!
– Я не снимаю с себя ответственности, как человек, но как работник, я с сегодняшнего дня ни за что не отвечаю. Меня полчаса назад уволили.
"Ах, вот в чем дело! В игры со мной играть вздумала, маленькая интриганка? Ну ладно, этот раунд за тобой", – хмыкнул Рокотов и сказал:
– Вы снова приняты. Возвращайтесь на рабочее место.
– Позвольте узнать, в качестве кого? – с вызовом, но спокойно спросила Аня.
– Не понял, что значит "в качестве кого"? – недовольно прорычал Сергей.
Аня многозначительно смотрела на него, ничего не говоря. И тут до него дошло! Она ведь была помощницей Рабинского. С его увольнением её место тоже вроде как самоупразднилось…
Глупая ситуация. И из неё нужно срочно найти выход.
– Вы же были помощником генерального? Вот и возвращайтесь к своим обязанностям. Генеральный директор находится в том же кабинете.
Сказал таким обыденным тоном, будто не помощницу себе только что назначил, а кофе в кафе заказал. Даже Андрей, притаившийся в сторонке и наблюдавший внезапно развернувшиеся у него на глазах баталии, поверил в то, что это была не импровизация, а заранее спланированное решение.
Повисла пауза, во время которой Сергей невозмутимо разбирал документы, а Андрей и Аня соревновались в гляделках. Нет, совсем не друг на друга. Аня вытаращила глаза на нового шефа, пытаясь рассмотреть подвох в его последней фразе, а блондин с каким-то подозрением рассматривал саму Аню.
– Вы ещё здесь? – не поднимая головы прогремел босс.
– Я… Могу я уточнить: я остаюсь в компании в должности помощника гендиректора? Мои обязанности…
– Ваши обязанности перечислены в вашем допсоглашении. Я вас не задерживаю. Когда вы мне понадобитесь, вас позовёт мой секретарь Вера Николаевна. Ещё вопросы?
– А как же… – вот тут Аня действительно и была и выглядела очень растерянно. – А… Жорик? – сама не поняла, как спросила про свой цветок, видимо потому, что по прежнему не отходила от огромного горшка, который стоял у самой двери и частично загораживал ей выход.
– Он тоже может остаться. Идите, я позабочусь о том, чтобы он вернулся на своё место.
Аня больше не могла произнести ни слова, ибо пребывала в лёгком шоке от произошедшего только что.
"Вулкан. Человек-вулкан", – думала Аня, сидя за своим столом и разбирая свои вещи из коробки, расставляя их на места на столе. В какой-то момент она словно зависла, глядя в одну точку и прокручивая в разговор в кабинете шефа. Её задумчивость прервал телефонный звонок.
Глава 5.
– Подруга, ты сейчас упадешь, какие у меня новости! – без приветствий и вступлений, ворвался в сознание Ани веселый голос Светки, бывшей одноклассницы, нынешней однокурсницы, соседки и при всём при этом лучшей подруги. – Угадай, кто приезжает в город в эти выходные!?
Вот кому-кому, но не Ане сейчас хотелось играть в угадайку. Она с трудом-то вообще восприняла смысл слов, донесшихся из динамика. Пока она собирала мысли в кучу и пыталась сформулировать хоть какой-то внятный ответ, Светка уже практически провизжала:
– Лёшка Синицын! Представляешь!
Лёшка Синицын… Когда-то они были неразлучными друзьями: Анька, Светка и Лёшка. А потом случилось… Много чего случилось, и пути их разошлись. Аня со Светкой уехали в город, а Лешка пошел в армию. Потом вроде у отца в автомастерской работал.
– Свет, давай дома поговорим. У меня тоже новости есть.
– Заинтриговала! Давай анонс новостей сейчас, а вечером подробности, – как всегда заговорщически протараторила подруга.
– Если коротко, то меня сегодня уволили из РабСтроя, а через час приняли в АртСтрой.
– Что?! Ничего не поняла: тебя уволили или приняли? Какие «строи»? У тебя всё в порядке?
– Да, в порядке, в порядке. Это был анонс, а полную версию слушайте сегодня в программе «Вечерний чай со Светланой Липатовой».
Всё-таки у Светки дар – разряжать обстановку и заражать позитивом. Аня отключила звонок и отложила телефон, продолжая улыбаться. Теперь вернемся к работе.
– Ну ты даешь, дружище! Вот это я понимаю – крутой начальник! Так их всех! Чтоб не распускались! – Андрей не смеялся, он дико ржал, вспоминая эпизод минутной давности.
– Всё? твой стендап закончен? – совершенно не разделив весёлого настроя друга, спросил Рокотов.
– Девчонка, конечно, с огоньком, и, признаться, где-то в середине вашей перестрелки я даже немного засомневался, что вначале поставил на тебя. Но ты молодца – всё ж таки сравнял счёт, смог хотя бы выбить её из колеи.
– Слушай, заканчивай, а?! Завтра до обеда остаёшься в офисе за главного. Посмотри отчёты за текущий месяц. Рабинский-то, конечно, педант и до сих пор ни одного серьёзного косяка мы не заметили, но последний подряд на строительство детских площадок в жилом комплексе какой-то мутный. Проверь, может, и показалось мне.
Андрей шутить больше не пытался, поняв, что друг полностью погружён в работу.
______________
Утром следующего дня Аня, обвешанная пакетами, запрыгивала в автобус. Маршрутка исключалась сразу, т. к. девушка прикинула заранее, что в час пик ей с таким количеством сумок туда будет просто не попасть. Автобус – другое дело, хотя едет медленней. Но Аня умеет рассчитывать время.
С вечера собрав все материалы для мастер-класса с детками, девушка уже предвкушала эту встречу со своими подопечными. Дело в том, что выставка-ярмарка, организуемая РабСтроем, который 2 года назад построил этот детский центр, была именно Аниной инициативой. Сначала она уговорила Рабинского провести такое мероприятие в рекламных целях и приурочить к сдаче объекта. Начальник предложение оценил сначала с точки зрения выгоды, а когда сам принял участие, увидел детскую боль и искреннюю радость, то поручил Ане организацию таких мероприятий несколько раз в год.
Аня же не могла довольствоваться только организацией, ей хотелось принимать реальное участие в благотворительности. Но денег у неё не было, и тогда она нашла выход. Она стала вести мастер-классы прямо во время ярмарки. Дети с родителями подходили к её столику и мастерили разные интересные вещи, заранее подготовленные Аней. Участие было бесплатное, но забрать себе готовое изделие можно было, только внеся за него благотворительное пожертвование для детского центра для детей-инвалидов. Аня ставила всегда минимальную стоимость, но денег в копилке всегда было в несколько раз больше.