Призванная. Когда закончится время

Став невольными свидетелями их личного разговора, мы с Максом не сговариваясь старались быть как можно незаметнее, разойдясь по разные стороны. Забрав у наездницы коня, он стал привязывать его на ночь. Мы с Линой изучали торговую деревушку, уничтоженную огнем. Пожар ничего от него не оставил. Сгоревшие дома и обожжённые деревья – во всю эту картину совершенно не вписывался еще не отстроенный до конца небольшой дом. Значит, вот она, обитель Макса, посреди болезненных воспоминаний!

Кроме его дома, в центре располагался крупный камень. «Портал», – поняла я. Догадаться было нетрудно, так же, он выделялся живым островком на мертвой земле. Не тронутый огнем, он каким-то образом защитил небольшое пространство вокруг себя. Вся земля была обгоревшей, а камень окружала сочная зеленая травка.

Валери молчала, переваривая услышанное, но ответ Тима совершенно не успокоил ее, только добавив вопросов.

– Тим, что это значит?

– Не знаю, я еще никогда не пробовал сделать это.

– Я не про Мост. Ты же знаешь, что его просто так невозможно активировать.

– Я в курсе; нужна кровь. Попробуем завтра.

– Истинная кровь, Тим! Не строй из себя идиота!

– Что ты хочешь от меня услышать? Я понятия не имею, какая у меня кровь, Вэл!

– Такая же, как и у меня, разве не так?

– Конечно, да, ты же моя сестра.

– Тогда почему отец не сказал об этом мне?

– Валери, успокойся. Он мне-то об этом говорил лишь раз.

– Вот именно, тебе говорил, еще в детстве. Мне – ни разу! Ты помнишь нашу маму?

– Валери, о чем ты?

– Отец всегда тебя любил больше! Занимался тобой, брал с собой на охоту, сам учил управляться с силами, а от меня откупался подарками, да и те оставлял в комнате, пока меня не было.

– Что ты несешь?!

– Тогда почему?! Почему, Тим?! Ты даже не знаешь, сколько ночей я проплакала в своей комнате, просто потому, что боялась спать одна! Если наша кровь не одинакова, это объяснило бы все.

Она вопросительно смотрела на брата горящими фиалковыми глазами.

– Валери, прекрати сейчас же! Ты мелешь ерунду!

– Ты не слышишь меня!

– А ты сама себя слышишь?! Если хочешь, мы вместе спросим у отца, как только вернемся. А сегодня нам нужно отдохнуть. Завтра переход.

Кажется, этот вариант ее не устроил.

– Я не собираюсь ждать, – ответила она и, развернувшись, гневно направилась к портальному камню.

– Отец всегда был сухим! Я не знаю, почему он поступал так с тобой. Чего ты от меня-то хочешь?

– От тебя – ничего!

Полоснув себя по руке ножом, Вэл приставила ладонь к поверхности магического валуна. Никто не мог и предположить, что она собирается сделать, поэтому никто не предпринял попыток ее остановить. Остолбенев от неожиданности, мы могли только ждать, что же будет дальше. Не дав нам опомниться, магия, заключенная в камне, отозвалась, признавая ее кровью, появившись в виде непроницаемого свечения. Мост открылся.

–Теперь ты довольна?! – гневно бросил Тим, не отрывая взгляда от портала.

– Я думала, он не сработает… – растерянно ответила Валери, виновато глядя на брата.

– Может, отправим ее одну, чтобы больше так не делала? – невесело пошутил Макс, подойдя к ребятам. Валери округлила глаза.

– Тим, но что это значит?! Как такое может быть?! Мы ведь не исинные, иначе знали бы об этом. Разве нет? Разве отец утаил бы это от нас?

– Вэл, я не знаю. Но мы обязательно во всем разберемся, обещаю тебе.

– Истинные или нет, сейчас-то что делать? – спросила я в растерянности. – Я думала, мы пойдем обычной дорогой, не привлекая к себе внимания. А сейчас, выходит, прямиком прыгаем в их объятия?

– У нас два варианта: или ждать, пока кто-нибудь заглянет к нам, или прийти к ним первыми. Забросить туда Вэл – тоже рассматривается, – с напускным спокойствием ответил Макс.

Разговаривать со мной начал, хоть какая-то польза от опрометчивого поступка Вэл.

– Пробираться к ним через скалы – та еще задача! Можем вообще не дойти. А дойдем, где их искать? – рассудил Тим.

– У нас больше не будет такого эффекта неожиданности. Нельзя его терять, – уверенно, не отводя взгляда от прохода, проговорил Макс.– Время идет. Решайте. С вами или без, но я иду.

– Но мы даже не знаем, куда попадем! У нас вообще есть план? – спросила Валери испуганно.

– Ты сократила нам время обсуждений. Там и решим, – твердо заявил Макс.

– Если что-то пойдет не так, мы пришли, чтобы рассказать обо всем Его Величеству и просить его помочь нам разобраться во всем. Ами, про тебя с сестренкой рассказывать не стоит. Ни единого слова о том, как вы провалились в наш мир.

– Что же нам говорить?

– Вы с Линой – наши друзья из общины, не больше. Макс, с тобой мы договорились, верно? – спросил друга Тим, не уверенный в его решении.

– Как скажешь, только давай быстрее!

– Главное – если нас поймают, Мост активировал я, – обратился ко всем Тим. Мы молча согласились, понимая всю провокационную опасность сложившейся ситуации.

– Вэл, слышишь? Что бы ни случилось, это сделал я. – Он резко схватил ее за плечи и потряс, видя молчаливое несогласие девушки. – О том, что мы – родственники ни слова. Ты поняла, Валери?

– Тим, пожалуйста, давай не пойдем туда. Прошу тебя, – принялась умолять она брата. – Мы зря это затеяли. Если с тобой что-то случится, я не смогу – понимаешь, не смогу без тебя!

Тим нежно обнял сестру и поцеловал ее в лоб.

– Все будет хорошо, вот увидишь. Погоди немного, – после чего, развернувшись, подбежал к лошадям и развязал их.

Я крепче прижала к себе Лину. Наверно, впервые мне стало страшно от неизвестности, которая ожидала нас впереди, а еще от осознания того, что опасностей там, возможно, будет больше. Смогу ли я защитить свою малышку? Не слишком ли дорогую цену придется запалить за моё упрямство?

Лина с наивным интересом изучала свечение портала, крепко сжимая мягкую игрушку, совершенно не помня ее истории. Изначально котика звали Звездочкой. Это была моя игрушка. А потом у меня появилась сестренка, которая с первых дней решила, что не будет засыпать без моего котика. Так что ночью Звездочка назначалась дежурной и оставлялась спать в кроватке нового члена семьи. А днем Лина проводила время, с удовольствием посасывая ее лапки. Я не могла смириться с такой потерей и не единожды закатывала истерики. Однажды я обвинила маму в том, что она больше не любит меня, раз даже мои игрушки теперь принадлежат новой девочке. Мама тяжело вздохнула, устав от объяснений, и просто попросила забрать котика у Лины. А еще, больше никогда не показывать ей эту игрушку.

Не веря своему счастью, я выхватила Звездочку и убежала к себе. Тогда сестрёнка проплакала весь день. Мне ничего не говорили, позволяя отсидеться в своей комнате. Но никто не знал, что, спрятавшись под одеяло, я плакала вместе с ней. Из своей комнаты я вышла только ночью, когда, устав от плача, Лина уснула, а с ней и родители. Осторожно, чтобы не разбудить, я положила к ней игрушку и устроилась рядом. В ту ночь я пообещала, что больше никогда не обижу ее и никому не позволю это сделать.

Так что же я делаю теперь? Могу ли я решать за нее и вести с собой на поиски? Или же я противлюсь судьбе, не желая отпускать? Быть может, ее место здесь? Может, не зря мы сюда попали?

Я присела на корточки рядом с ней. Она нерешительно улыбнулась, и на сладких персиковых щечках образовались ямочки. Может быть, нужно просто позволить себе забыть все и остаться? Не рисковать ее жизнью?

– Мне страшно, малыш, – призналась я. – А тебе?

– Чуть-чуть, – подтвердила она с озорным взглядом. – Но так интересно! Мы ведь тоже пойдем с ними?

– А ты хочешь? – Она утвердительно кивнула, протянув мне руку.

– Очень-очень! – ответила девочка. Я крепко прижала ее к себе, надеясь, что все будет хорошо. Валери была поглощена своими переживаниями. А вот Макс стоял рядом, совершенно не скрывая того, что наблюдает за нами.

– Положи-ка это к себе, дружочек, раз уж ты все равно с нами, – слегка потрепав Лину по волосам, он раскрыл ее рюкзак и положил в него увесистый кулек с невзрачными серыми камнями.

– Дай-ка мне. Тяжело ведь. – Я с укоризной посмотрела на Макса, надевая рюкзак на себя.

– Лина посильней некоторых будет, – усмехнулся он. – Ты же, что ни день, валишься в обморок. И что с тобой делать прикажешь?

Из-за деревьев показался его монстр. Не знаю, как они общались, но я ни разу не слышала, чтобы Макс что-то ему приказывал. Вот и сейчас он не произнёс ни одного слова, тем не менее, песик точно следовал указаниям своего хозяина, устроившись у портала.

– Подождет нас здесь, на всякий случай. – пояснил он мне, когда каменная псина, положив морду на лапы, потеряла все признаки жизни, превратившись в серый неприметный булыжник. Разве что размеры могли привлечь к нему внимание.

Нас отвлекло недовольное ржание лошади. Конь не желал спокойно стоять, пока Тим пытался отвязать уздечку от сучка.

– Ну же, Ветер, прекрати! Ты задерживаешь меня, – сказал он коню, погладив его по гриве. Тот зафыркал в ответ.

– Возвращайся домой.

– Он не хочет, – совершенно серьезно произнесла Лина. – Не хочет оставлять тебя.

– Откуда ты знаешь? – спросила я.

– Просто слышу его. Ему грустно от того, что Тим не берет его с собой.

Я знала, что у Лины проснулся дар, и все равно потрясенно уставилась на сестренку.

– Правда, – ответила она, по-своему истолковав мой взгляд.

– Не обижайся, дружище, я скоро вернусь. А пока позаботься об остальных, отведи их домой, – попросил Тим коня, словно тот мог понять его. И, больше не задерживаясь, вернулся к нам.

– Ну что, найдем этих ублюдков?

Никто ему не ответил, и он, достав оружие, шагнул в проход. За ним последовал Макс, а потом и мы с Валери и Линой. Малышка крепко сжимала мою руку, и я отвечала тем же, стараясь успокоить сердце, готовое выскочить из груди.

Что только моя богатая фантазия ни нарисовала, но точно не то, что я увидела!

Мы попали в простое помещение, практически без мебели. Свет проникал сквозь незастекленное окно, тускло освещая комнату. Никого не было. Первое напряжение спало.

– Не так уж и плохо, как мы ожидали, – подытожил Тим.

Они с Максом переглянулись, сумев к этому времени наладить взаимодействие. Ненависть к друг другу не прошла, но общий враг объединил их, подготовив место для новых отношений. Нет, друзьями они не стали, но могли работать. А это уже шаг вперед.

– Смотрите, здесь какие-то символы. – позвал нас Тим.

Мы столпились у такого же портального камня, только по эту сторону, с интересом изучая то, на что указал Тим. Он ничем не отличался от нашего, за одним исключением: на нем были какие-то знаки.

– Раз, два, три, четыре… – сосчитала их Лина – Красивые. – А пятый некрасивый. Кто его слома?

– Это пульт управления, – догадалась я.

– Что такое пульт? – спросила Валери.

– Кажется, я понял, о чем ты, – ответил Тим. – Мы должны находиться в королевстве. Каждое изображение – это путь, по которому можно пройти через проход. Четыре из них – это четыре графства, а пятая точка – наша.

Я постаралась запомнить незамысловатые рисунки, предположив, что это могут быть родовые символы. Они представляли собой животных: олень в прыжке, рыба с разинутой зубастой пастью, орел и волк. Светящийся знак пятой – нашей – точки был тщательно сточен. Слегка поблёскивали магическим светом едва уцелевшие линии неизвестного символа.

– Как вы думаете, почему он стерт?

– Не знаю, но очень хочу узнать, – ответил Тим.

– Валери, кажется, ты хотела увидеть замок? – прошептал Макс, стоя у окна. – Прошу!

Окно выходило на внешний двор. В наступающей темноте невозможно было разглядеть мелкие детали, что никак не мешало любоваться могущественным величием крепости, возведенной на вершине скал. Такое трудно не заметить. Ярус за ярусом спускались линии из стен, образуя между собой небольшой двор – и прекрасную ловушку. Окно спальни находилось на крайнем этаже одного из верхних ярусов, но не на последнем. Наш ярус состоял из трех этажей, мы были на втором. Здание было огромным, со множеством сообщений между помещениями, являясь одновременно и жилым строением, и еще одним рубежом защиты на случай осады.

– Тише, там солдаты, – зашипел Макс.

И правда, на первом этаже туда-сюда сновали воины. Это умерило нашу беззаботность, возникшую после легкого прохождения сквозь мост.

– Тим, а отец тебе не рассказывал, как теперь закрыть этот проход? Он слишком яркий, может привлечь внимание.

– Может?! – возмутилась я. – Уже должен был! Он же светит, словно лампочка!

– А кто это такая? – спросила Вэл.

– Ты про лампочку? – Надо уже прекращать использовать подобные словечки.

– Такой волшебный фонарь, освещающий все вокруг. Ой, проехали! – пробубнила я себе под нос.

Распахнулась дверь, и в нашу сторону направили обнаженный меч.

– Вы кто такие?

Мы переглянулись. Воцарившуюся напряженную тишину нарушало только наше дыхание. Я схватила Лину за ручку и загородила сестрёнку. За последние дни я поняла одно: бояться за себя не так страшно. Хуже, когда ты охвачен волнением за близкого и очень дорого человека.

– Мы пришли за правосудием к Его Величеству королю, – выдал Тим заготовленную речь без единой запинки. Очень быстро мы перешли к плану «если что-то пойдет не так».

– Хотим сообщить о безнаказанном убийстве невинных мужчин, женщин и детей.

– К королю, говоришь? – переспросил крепко сбитый мужчина средних лет с мечом в руках. Если с ним одним мы и могли справиться, то два стража позади него лишали нас всяких шансов.

– Знаешь ли ты, что сначала принято подавать прошение о приеме, после – ждать, когда его рассмотрят, а когда тебе откажут – молча валить домой? – Произнеся это, он медленно обвел всех взглядом, желая понять, кто стоит перед ним, и замер, когда взгляд остановился на активированном проходе за нашими спинами. Даже сквозь вечерний сумрак было видно, как его небритое морщинистое лицо стало бесцветным.

– Стража, взять их!

Он пропустил вперед вооруженных солдат, которые, оценив обстановку, направились к ребятам. Для семерых эта комната была тесновата и явно не предназначалась для поединка на мечах. Тим, не дожидаясь, когда противник достанет оружие, толкнул ближайшего к нему бойца с неожиданной для молодого парня силой. Тот налетел на своего соратника, и, если бы не стена, в которую они врезались, оба повалились бы на пол.

– Бежим! – крикнул Тим, отбив у их командира меч и оглушив кулаком.

Долго уговаривать нас не пришлось, мы понеслись за ним по длинным коридорам крепости.

– Тревога! – закричал оставленный нами командир. – Чужие!

– Надо было сильнее приложить, – проворчал Макс на бегу.

– Побоялся убить старика, – оправдывался на ходу Тим.

– Теперь убьют нас! – буркнула уже я.

– Закрыть ворота! – доносились снаружи отдаваемые приказы.

Дойдя до следующей двери, мы остановились, стараясь не шуметь. Макс приоткрыл ее, чтобы понять, где мы оказались. Это был склад со сквозным проходом. Мы зашли внутрь.

– Нужно выбраться из крепости и затеряться в городе.

В коридоре, по которому мы пришли, раздался топот.

– Быстрее, быстрее! Они не могли далеко уйти! – гремел уже знакомый нам командир.

Ребята загородили проход бочонками, и мы двинулись дальше. Выбора все равно не оставалось. Преследователи шли по пятам, догоняя. Врываясь во все комнаты подряд, сшибая с ног тех, кому не посчастливилось оказаться у нас на пути, мы искали выход.

– Сюда, сюда! – окликнула нас Валери, заметив лестницу.

Стоило направиться вниз, как оттуда показалась дюжина воинов, встречающих нас.

– Наверх! – скомандовал Макс.

Быстро разобравшись с дверью, командир с его людьми тоже был на подходе. Мы ринулись вверх и оказались на третьем этаже. Миновав череду коридоров и поворотов, Тим сшиб не поддававшуюся дверь, и мы вошли в чью-то пустую спальню. У окна стояли деревянные кровать, письменный стол и табурет. К противоположенной стене был придвинут сундук, который я сначала приняла за лежак. Скромненько так. Мы с Вэл присели, стараясь перевести дух. Лина тоже тяжело дышала, пытаясь успокоиться. Неподалеку послышалось ржание лошадей.

– Где-то тут конюшня, надо попробовать пробраться туда.

– Мы на третьем этаже. Как ты это себе представляешь? – шепотом спросила Вэл. – Мы здесь в ловушке.

– Мы в этой комнате в ловушке. А там у нас есть шанс. – возразил Тим.

– Вы только взгляните! – не смогла я удержаться от возгласа.

Видимо, блуждая по коридорам, мы вышли к противоположенной стене – наша комната была первым этажом дома на следующем ярусе крепости. Окно спальни выходило во двор.

– Кажется, я нашла выход. – Интересно, хоть кто-то меня похвалит?

За дверью послышались шаги.

– А дальше-то что? У тебя есть план? – скептически спросила Вэл.

– План один на всех: остаться в живых. Пошли! – скомандовал Макс, пресекая споры.

Все полезли в окно, прячась в сумерках ночи. Дверь за нами поддалась ровно тогда, когда последний из нас шагнул в оконный проем. Показалась стража. Макс призвал свою силу и направил огненный вихрь в их сторону. Огонь осветил полутьму в спальне, и я увидела изумление на лицах преследователей.

– Огневик! – прокричал один из них, прежде чем на них обрушилась огненная волна.

Стараясь не переходить на бег, мы шли по внутреннему двору. Начался переполох, люди бежали тушить пожар. Не знаю, как здесь работала тревожная кнопка, но она точно была, так как повсюду уже сновали солдаты. Увидев приближающуюся поисковую группу, мы свернули в переулок. Оказавшись через пару шагов в тупике, побежали в противоположенную сторону. Макс шел впереди, прокладывая нам путь сквозь множество поворотов. Я, не отпуская ручку белой, как мел Лины, держалась за его спиной. Дальше шла Вэл, замыкающим был Тим. Переполох, устроенный огненной вспышкой, ненадолго остановил преследователей, дав нам немного времени. Очередной поворот вывел нас во двор, который оказался последним, и от возвышавшейся главной башни замка нас отделяли лишь подъемный мост и крайняя стена. Стоило нам показаться, как навстречу тут же побежали солдаты, и ребятам пришлось достать мечи. Кажется, все, попали: обратно бежать некуда, вперед не пройти. Солдат слишком много.

– Тим, пригнись! – заорала Валери что есть мочи.

У больших окон, скорее высоких, нежели широких, с полукруглым верхом, в толще стены стояли лучники.

– Огонь! – раздался приказ стрелкам, напиравшая стража отступила назад, и в нас полетели стрелы.

– Бойницы, Макс! – прокричал Тим.

Стоило шквалу стрел прекратиться, как солдаты перешли в наступление, а лучники приготовились к новой атаке. Мы с девочками бросились под защиту повозки, брошенной рядом.

Стоя на коленях, Лина в страхе прикрыла глаза. Я потянулась к ней, находясь практически в такой же позе, чтобы обнять ее.

– Ами, не мешай ей, она пробует использовать силу. Нам сейчас любая помощь не повредит, – остановила меня Вэл. И правда, мая маленькая сестричка была собрана как никогда, а не дрожала от страха, как я решила вначале. Закрыв газа, она что-то шептала, словно уговаривая, убеждая. Результат ее действий не заставил себя ждать, и я в первый раз увидела, на что способна Лина. В небо взметнулись десятки ворон и воронов, разбуженных посреди ночи. С недовольным карканьем они стали кружить над нами, закрывая обзор стрелкам и налетая на лучников, не давая им целиться.

– Молодец, Лина! – ахнула Валери. – Умница!

Малышка довольно улыбнулась, открыв глаза. Тем не менее, воины окружали нас со всех сторон, не оставляя шанса вырваться.

– Посторонись! – крикнул Тим.

Как только мы вылезли из своего укрытия, он, используя силу, толкнул повозку так, что она покатилась, тараня всех на своем пути. На замену временно выбывшим солдатам спешили другие. Макс поджег дверь и соломенную крышу соседнего здания, которая тут же вспыхнула, как спичка.

– Уходим, быстрее! – сказал он, пока нас прикрывала стена огня.

Мы побежали вниз по еще свободной улице в поисках укрытия, когда нам навстречу выскочили всадники. Слева показалась дверь, мы поторопились юркнуть в нее, независимо от того, куда она ведёт. Однако ее закрыли изнутри перед нашим носом. Так же поступили со следующей дверью. Закрывались даже ставни окон. Бежать больше некуда.

Поравнявшись с нами, конница стала кружить, не давая выбраться из западни. Их было слишком много. Стоя рядом друг с другом, мы перестали сопротивляться. Пытаться выбраться было бессмысленно, может, кто-то и смог бы, но не все. Понимая это, парни опустили оружие, стараясь прикрыть нас за собой.

Постепенно наездники остановились, все так же не выпуская нас из окружения, а их главный, спешившись, приблизился к нам.

– Значит, вы говорите, что эта… – Он сделал паузу, подбирая слово. – Мелочь навела весь этот беспорядок? – Ему удалось подчеркнуть тоном весь масштаб разрушений и волнений, при этом указав на нашу незначительность.

Вопрос был задан не нам, и я узнала в одном из наездников командира, с которым мы уже успели познакомиться.

– Так точно! – отрапортовал он.

– То есть, достойнейший из командиров при всех подтверждает, что разбуженное по тревоге боевое крыло под его началом, кстати, занимающее всю восточную часть второй линии, не смогло остановить их? – сахарным голосом закончил первый всадник.

Командир немало удивился, услышав такую версию произошедшего.

– Милорд, они использовали силу, – сдержанно попытался оправдаться он.

– Посмотрите, их всего лишь четверо с половиной, и вы позволили им практически разнести два восточных крыла.

Только сейчас я обратила внимание на то, что пожар очень быстро распространялся, угрожая все здесь сжечь. Нехорошо вышло. И не к чему хорошему не приведет.

– Что же будет, если к нам придут не четыре, а четыреста проклятых? – продолжал он. Мы переглянулись. Это мы-то проклятые?!

– Вам есть над чем подумать, командир. И, да, можете не переживать, я во всех деталях опишу случившееся Его Величеству. Можете быть свободны. – Его голос звучал властно.

Когда командир удалился, первый всадник обратился к нам.

– С вами говорит глава службы королевской безопасности Стейнар Ранн Хатфред. Кажется, вы пришли за аудиенцией. Хотите – получите. Только она будет предсмертной. Именем Его Величества вы арестованы!

Последнее, что я увидела – то, как в нас полетели небольшие пузырьки, разбивающиеся у наших ног и распространяющие желтоватый туман, после чего мир погрузился во тьму.