Призрак магического экспресса

Саламандра в рукаве звонила в тревожный колокол и требовала от ведьмы быть осторожней. В подтверждение своих чувств маленькая земноводная подруга начала медленно нагреваться. «Селия тоже готовится обороняться, но от чего? Я даже шороха никакого не слышу. Стоп!» Мейр встала как вкопанная и инстинктивно присела к земле.

— Эй, есть тут кто? — тихо позвала она, чтобы убедиться. Подозрение подтвердилось, голос звучал приглушенно, будто накрыт куполом. «Я слышу себя изнутри! Неужели вообще ничего?» Сглотнув, девушка хлопнула в ладоши. Тишина.

«Звуковой купол? Фокусы воздушников? Кассандра не стала бы тратить столько сил, чтобы оглушить два вагона, в том числе мой. Есть ли среди колдунов еще воздушники? Сомневаюсь». От размышлений отвлек сильный приступ головной боли. Мейр держала связь с фамильяром неподалеку и ощутила весь спектр его дискомфорта. Кто-то сжимал сердце ледяными тисками и тащил его наружу. Мертвенно-бледная ведьма разорвала связь и дернула ближайшую дверь салона на себя.

В огромном зале, отличном от покоев Мейр лишь едва заметными деталями, под потолком зависла черная пульсирующая масса. С очень неприятным и холодящим предчувствием ведьма разглядела уродливые искаженные лица, мерцающие в сгустке тьмы. Возможно, это было одно лицо, рассматривать особенно не хотелось. Одно ведьма знала наверняка — с этой магией она не знакома и даже приблизительно не может сказать, что это и кем оно может быть вызвано.

Стоя под массой, скалился огромный белоснежный волк. Несмотря на устрашающую позу и оголенные длинные клыки, задние лапы зверя слегка подрагивали.Сомнений не оставалось, сущность как-то успела ему навредить.

Облако тьмы сформировалось в черный мерцающий силуэт уродливого существа с горбом в капюшоне, сотканном из непроницаемого дыма. У него было несколько голов и множество рук. Он двоился и троился одновременно, не оставаясь в одном месте, при этом никуда не исчезая.

Существо извивалось вокруг, высматривая, как схватить волка. Зверь скалился, уворачивался от приближающегося тумана и клацал на него клыками. Поразительно, но неизвестная сущность одергивала протянутые к белому меху кривые белесые пальцы: они либо растворялись, зажатые в пасти волка, либо исчезали, чтобы появиться в другом месте и снова угрожать зверю.

Лишенная звуков, ужасающая картина способствовала тому, чтобы отбросить страх и начать действовать. Мейр быстро набралась решимости помочь белому волку. Мысленно она обратилась к зверю и сразу наткнулась на мощный барьер: «Ясно, где-то рядом твой колдун, которого ты защищаешь, а он защищает тебя от меня» — подытожила ведьма, вместе с тем сердясь, что хозяин волка, судя по всему, не собирался объявляться, чтобы помочь своему фамильяру.

Ведьма обратилась к Селии. Саламандра сразу поняла, что от нее требуется и юркнула из своего укрытия прямиком на ладонь. Беззвучно открывая рот, Селия явно угрожала темной материи, чем бы она ни была. Мейр оставалось только дивиться воинственности маленькой подруги и надеяться, что та верно поняла ее указания.

Когда ведьма подошла ближе, черная сущность отпрянула, но быстро собралась для атаки. Для этого она перенеслась на метр левее и оттуда всей массой ударила в Мейр. Если бы не полупрозрачный купол, которым Селия укрыла их, могло произойти что-то очень нехорошее. Мейр продолжала двигаться в сторону волка, она рассчитывала укрыть фамильяра куполом. На дальнейшее ее планы не распространялись.

Белый зверь воспринял заминку существа, как возможность напасть: «Болван, я помочь тебе пытаюсь!» — сокрушалась Мейр, когда гибкое тело припало к земле, и волк стал стремительно приближаться к темной материи. Агрессивный силуэт по всей видимости озадачился магическим куполом Селии и танцевал вокруг, не рискуя еще раз его коснуться.

Тем временем волк подобрался достаточно, чтобы одним прыжком вцепиться врагу в глотку. Только его ждала неудача. Когда клыки сомкнулись, будто бы кусая воздух, Мейр услышала тонкий, больше похожий на свист сквозняка в старой трубе, вопль. Этот звук раскалывал голову ведьмы на миллион частиц, Мейр взвыла и тут же ощутила горячее брюшко Селии. Магическая саламандра нагрелась, чтобы укрепить купол и защитить хозяйку. Стало немного легче и, сквозь выступившие слезы, ведьма смогла разглядеть, как горбатая мерцающая сущность распалась на темную непроницаемую тучу и поглотило белого волка.

По-прежнему в мире вокруг царила непроницаемая тишина и Мейр не могла услышать, как хрустнули кости фамильяра. Но она увидела по его закатившимся красным глазам, что еще немного и зверь погибнет.

— Нет, нет, нет!

Мейр бросила взгляд на свое запястье. Руна не стерлась, хорошо. Она направила Селии указания, и саламандра тут же выплюнула из пасти струю огня. И пусть полностью зверя оно не выпустило, но с истеричным воплем сущность ослабила хватку (это было заметно по тому, как осело тело волка).

Ручей слабого зеленого мерцания, потянувшись из глаз и пасти зверя, очень сильно не понравился и насторожил ведьму. Пришлось снова настроиться на волка, чтобы понять, что происходит.

Мейр ощутила, как силы покидают ее. Она было решила, что дело в руне и подпитке Селии, но нет, здесь было что-то иное. Сердце замедлялось, чужое дыхание становилось все более рваным и поверхностным. Волк умирал, а вместе с ним и Мейр. Ведьма прервала связь и, вдыхая полной грудью, всхлипнула, но звуки покинули этот экспресс и она походила на рыбу, выброшенную на берег.

В отчаянии, предчувствуя трагедию, которой вот-вот предстояло произойти, Мейр направила всю свою энергию в Селию. Саламандра дышала ярко-оранжевым магическим огнем подобно дракону. Удар такой магии не могло пережить ни одно живое существо, но неведомая дрянь только верещала, разрывая перепонки девушки и продолжала сосать из волка зеленый свет.

Когда сознание стало тонким, как рисовая бумага, и ведьма поняла, что скоро отключится, комнату залило ядовито-зеленое сияние. Чудище взревело и тут же бросило волка на землю. Мейр кинулась к зверю, забывая об осторожности. Она хотела достать графитовую палочку, чтобы начертить переносную руну и передать пострадавшему животному хотя бы крупицу из остатков своей энергии, но увидела, как слабое алое свечение окутало его, и волк моргнул, приходя в создание.

«Хозяин тебя не бросил» — успокоилась Мейр и только тогда обратила внимание на творящееся вокруг.

Нечто у двери тащило черное облако сущности к себе. Существо вопило и из его неясной темной массы показывались то уродливые белесые руки, то мелькали безобразные лица, искаженные от ярости, а, может, от страха. Будто оно пыталось ухватиться за что-то. Так продолжалось, пока с особенным раздирающим пространство клекотом облако не распалось в воздухе, вынуждая Мейр схватиться за уши, чтобы хоть как-то заглушить вопль.

Когда все закончилось, комнату залил солнечный свет, Мейр услышала свое дыхание, а также тихое поскуливание волка, лежащего у ее ног. Маленькие прохладные лапки Селии вцепились в запястье, измотанная саламандра снова спряталась в рукаве.

Ведьма присела к страдающему зверю и достала кисет из-за пазухи. Она окунула туда пальцы, помазала содержимым под мокрым прохладным носом. Глаза белого зверя тут же закатились и, глубоко вздохнув, он погрузился в бесчувственный сон. Пока мазь не выветрится, он пробудет в беспамятстве. Бесполезная штука для того, чтобы чаровать над зверем, но зато очень действенная, чтобы провести операцию и удалить у него зуб, например. Ну или как в данном случае обезболить, пока магия его хозяина не подлечит достаточно, чтобы избавить от страданий.

Только после этого ведьма оглянулась на проем, чтобы узнать, кто или что спасло их от страшного существа.

В дверях застыла бледная и остолбеневшая Кассандра. Ее всегда блестящие роскошные локоны, сейчас стояли дыбом. В глазах застыло безумное выражение. На пальце ярче прежнего горел зеленый камень на серебряном перстне. Умбра рычала позади, от нее лился бледно-голубой свет.

«Портал» — догадалась Мейр. Самой колдуньи тут не было. Она отправила фамильяра проверить в чем дело, и та с помощью силы хозяйки создала портал, через который Кассандра как-то умудрилась уничтожить сущность.

— Ко мне, быстро! — прошипела Кассандра, переводя взгляд на ведьму.

Вопреки ожидаемому, голос звучал скорей панически, чем походил на приказ. Единственная странность состояла в том, что звук шел от Умбры, в то время как колдунья даже не открывала рта.

— Я зайду позже. — зевнула Мейр, ощущая, как на нее наваливается ужасная усталость. — Я потратила все силы. Нам нужно поспать.

Мейр кольнула досада. Как теперь быть с двурогом, если Селия потратила весь заряд?

— Мейр! — взвизгнула Кассандра, через Умбру. — Эта дрянь никуда не делась, я только прогнала ее. Вполне вероятно на время. Наверное… По крайней мере, мне так кажется… Ты должна во всем разобраться!

Чуть погодя взгляд колдуньи смягчился, и она добавила:

— Я помогу с усталостью. Приходи.

— Ладно, ладно. — согласилась ведьма, поднимая ладони, будто сдаваясь.

Покачиваясь, она поднялась на ноги. Селия не одобрила, но была настолько же вымотана, что и хозяйка. Так что распыляя в усталом разуме Мейр слабое недовольство, она быстро затихла, заснув, пригревшись в рукаве.

Мейр шла за пантерой к вагону Кассандры. Ведьма размечталась, что попросту войдет в портал и быстро переместится к колдунье, но не тут-то было. Стоило Мейр согласилась поговорить, как довольная Кассандра захлопнула проход прямо перед носом девушки. Теперь Мейр плелась, глядя на лоснящийся зад черной кошки, в глубине души жалея, что не послушала саламандру.

Ведьма только подошла к двери салона колдуньи, как та распахнулась. Прибывших никто не встречал, и Мейр уверенно шагнула через порог, следуя за Умброй. Она с удивлением обнаружила мощнейший магический барьер, который заметно спружинил, пропуская через себя девушку.

Оказавшись внутри, Мейр огляделась. По идее салон был братом-близнецом ее вагона, но Кассандра уже успела все переделать под себя. Шторы на окнах приспущены. Всюду валялись перья и бумага, какие-то бледно-голубые кристаллы различных размеров и форм. То и дело на глаза попадались книги с загнутыми уголками. В особенно дорогих и старых томах закладками служили жемчужные и золотые шпильки для волос.

Поверх мягких декоративных подушек на диване были разбросаны несколько шелковых шарфов, юбки, блузки и даже чулки. А на столике рядом стояли раскрытые флаконы с духами. Их удушливый дорогой аромат Мейр почувствовала сразу, как вошла.

Девушка поморщилась, сдерживая зевок. Ей казалось, что если глубоко вдохнуть, то цитрусово-цветочные запахи, проникнув внутрь, не выветрятся еще пару лет. Стараясь дышать неглубоко, Мейр поймала на себе понимающий взгляд Умбры. Большая кошка веселилась, но быстро сменила окрас чувств в голове ведьмы с иронии, на тревожную сосредоточенность. Мейр обратила вопросительный взгляд на яростно листающую толстенный талмуд Кассандру.

Колдунья сидела на кровати, по-прежнему непривычно всклокоченная с заткнутыми уголками подола за пояс, будто она сейчас вот-вот пойдет мыть полы во всем экспрессе.

В ответ на пристальный взгляд, Кассандра подняла в воздух указательный палец, призывая помолчать и подождать пока закончит.

Ведьма перевела взгляд на Умбру и послала ей свои ощущения: полную измотанность и головную боль. Но пантера только отвернулась, передавая свое безразличие. Мейр усмехнулась: «Все кошки одинаковые».

— Бесполезно. — Кассандра с глухим стуком захлопнула тяжеленный том. Она бросила взгляд на открытую за спиной ведьмы дверь и резким взмахом руки призвала порыв воздуха, закрывший проход в салон.

Мейр вздрогнула. Она небрежно кивнула в сторону двери:

— Как много сил ты тратишь на поддержание барьера?

Кассандра отмахнулась:

— Не больше, чем остальные. — Кассандра вскинула голову и уставилась своими черными глазищами. — Видела?

Ловко соскочив с кровати, колдунья подошла вплотную к ведьме. В обычное время Мейр отпрянула бы, но загадочная в своем сумбуре Кассандра сунула ей в руки сразу три наполненных магией кристалла и пергамент с особой руной. Если повторить ее, то Мейр сможет поглотить магию Кассандры, точнее ту, что была скультивирована с помощью такой же руны.

В обычное время, чтобы восполнить силы, Мейр хватило бы и одного кристалла, но она слишком устала, и поспать в ближайшее время, похоже, возможности не представится. Да и слишком притягательной была возможность зарядить спящую Селию нежной, но порывистой магией воздушника.

Мейр достала палочку и быстро повторила символ на свободном запястье. Так она поглотит энергию и одновременно сможет зарядить саламандру. Когда с ритуалом было покончено, ведьма вцепилась в самый большой кристалл и с удовольствием ощутила, как пульсируют ее ладони, а под кожей расползается прохладная искрящаяся магия Кассандры. К сожалению, она не сможет колдовать как маг воздуха, но сил ей это прибавит точно. Очень скоро ведьма была готова внимательно слушать, чтобы узнать о неведомой тьме, чуть не погубившей белого фамильяра, а может и ее саму.

— Элоиза даже не вышла спасать своего волка! А Север для нее, все равно что правая рука. Сильная связь, очень много сил на него потрачено, и что? Бросила! Спасала собственную шкуру. — возмущенно начала тараторить Кассандра.

«Осуждение. Раздражение. Пренебрежение» — Умбра вторила хозяйке. Глаза Кассандры лихорадочно блестели, как в бреду, и говорила она достаточно сбивчиво. Но Мейр не допускала даже мысли, что колдунья тронулась рассудком. Кто угодно, только не Кассандра Дьюморн.

Еще во время обучения, каждый кто столкнулся с этой целеустремленной девушкой знал — ее ум острый, точно кинжал, и крайне мало вещей не то что во всем королевстве, даже во всем Эльвантире способны выбить ее из колеи.

Мейр бросила взгляд на руку Кассандры, зеленый камень больше не сиял, но все еще слабо пульсировал, как догорающий к утру огонь в камине.

— Никогда раньше не встречала эту колдунью… Элоизу. Кто проводил для нее фамильяризацию? Волк сильно ей предан. — покачала головой Мейр, давая Кассандре возможность рассказать о простых вещах, прежде чем приступить к расспросам о черной агрессивной сущности и новой магии, заключенной в серебряном кольце.

Кассандра неприязненно фыркнула, повторяя эмоции своей пантеры:

— Элоиза Каверн. Алый орден.

От этих слов у Мейр дрогнули брови и напряглись губы. Она сразу вспомнила алое сияние, окутывающее раненного фамильяра. Едва заметные проявления эмоций на лице ведьмы не ускользнули от цепких глаз колдуньи. Где-то, растянувшись на ковре, фыркнула Умбра. Кассандра медленно и с пониманием закивала, соглашаясь с обеими.

— Маги крови. Привязывают фамильяров намертво. Может только ты и можешь сказать, насколько он еще принадлежит сам себе. — она зашептала. — И вообще осталась ли в нем хотя бы частица его сущности.

Тишина, образовавшаяся после этих слов, очень быстро начала тяготить Мейр. Ведьма ненавидела излишнюю драму. Но даже зная склонность Кассандры к нагнетанию, дабы усилить накал переживаний — отношение к красной школе и без того было особенным. Ее ученики, как ни крути, вызывали трепет и волнение у всех, кто знал об их магии.

В Алый орден поступали колдуны, черпающие магию из крови. Эти силы были на грани допустимых, и, возможно, были бы совсем запрещены законом, если бы не давали способности к исцелению.

Излечиться от недугов было настолько заветным желанием озерчан, что колдунам крови разрешили создать свою школу: Алый орден. В итоге, заканчивали это заведение, не только обладая знаниями по врачеванию, но с возможностью легко свести человека с ума, заполучив совсем маленькую каплю его крови.

Голубые колдуны, такие как Кассандра и Якоб недолюбливали алых. И даже Мейр Шард (которая одинаково сторонилась всех колдунов) в глубине души признавала, что магия крови гораздо опасней и распространяется не только на людей, но и затрагивает животных. Белый волк был тому ярким подтверждением.

— Что ты знаешь об этой сущности, что напала на волка? — спросила Мейр, прерывая зловещее молчание.

Кассандра неуверенно поежилась и, как-то совсем несвойственно себе, неуклюже почесала затылок. Заметив пристальный интерес, она затрясла перед лицом Мейр руками:

— Нет, нет! Что ты там надумала? Я не знаю, что это было. Я впервые встречаюсь с такой магией.

— Думаешь, это была чья-то магия? — не скрывая сомнения, спросила ведьма.

— Почему бы и нет? — неуверенно прозвучал голос колдуньи.

— Ты сказала, я должна разобраться. — на мгновение ведьма задумалась. То, что случилось с фамильяром этой Элоизы настолько потрясло ее, что даже в голову не пришло усомниться в той ответственности, которую навешала на нее испуганная колдунья. — Ну так может расскажешь, наконец, все что знаешь? — Мейр покосилась на перстень.

Кассандра поймала ее взгляд и сразу накрыла кольцо ладонью.

— Как ты прогнала то существо? — медленно произнесла Мейр. Если Кассандра и правда ничего не понимала в темной сущности, то о зеленом камне знала наверняка.

— Случайно. — тихо ответила колдунья.

— Как так?

— Я наугад попробовала силу этого… — она подняла ладонь вверх, демонстрируя на одном из растопыренных пальцев кольцо. — И получилось.

— Кассандра… — начала было ведьма, скрестив руки на груди и теряя терпение. Она уже поглотила достаточно энергии из кристаллов и чувствовала себя бодрой и полной сил.

— Ладно. Ладно. — закивала колдунья, собираясь с мыслями.

Она задумчиво обошла комнату по кругу за спиной Мейр, пока не встретилась с зеркалом, висящем на лакированной дверце длинного шкафа. Тихонько вскрикнув, Кассандра вытащила из-за пояса края подола, затем схватила щетку для волос и бросилась приводить внешний вид в порядок. А заодно и помогла себе сконцентрироваться, чтобы начать излагать мысли без лишней туманности и драматизма.

— Мы с Умброй заряжали кристаллы, когда одновременно почувствовали это… — она посмотрела в зеркало на отражение Мейр. — Будто кто-то тянет из нас жизненные силы. Будь я простым человеком, то с каждой минутой такого воздействия теряла бы годы жизни. Но вместо этого уходила магия. И быстро. Гораздо быстрее, чем я могла восполнять ее, поглощая из воздуха. — ее черные глаза расширились от ужаса. Мейр верила. Самый большой страх Кассандры — потерять магические силы. Сразу за этим следовала старость.

— И тогда ты сделала барьер? — Мейр оглянулась на дверь, где при внимательном рассмотрении можно было заметить мерцающую пелену, натянутую в проеме.

— Да. Но этого мало. Даже через барьер сила уходила. Нужно было что-то делать немедленно.

— Например, запереть магию в Умбре?

Типичное поведение колдуна в беде. Даже оставшись совсем без сил ему ничего не угрожает, если в безопасности его фамильяр. Но Кассандра знала это лучше всех, поэтому Мейр ждала скорее объяснений, нежели раскаяния, от того что колдунья не додумалась до такого самостоятельно.

— Нет. — таинственно покачала головой ведьма. — Из Умбры магия уходила точно так же. Как я не пыталась закрыть ее, защитить. Что-то тянуло магию…

Мейр кивнула, игнорируя приподнявшиеся волоски на руках.

— Я почти запаниковала, не зная, что предпринять, когда камень в перстне засиял ярким светом. Мне и в голову бы не пришло, что он поможет. Но я отправила Умбру к источнику поглощения и, когда она была на месте, открыла портал отражения. А потом просто позволила кольцу взять над собой верх. Оно принялось засасывать сущность. Та сопротивлялась и в конце концов просто сбежала, растворившись в воздухе. Но я все еще чувствую ее присутствие, вместе со слабым, омерзительно-сладковатым запахом разложения.

Мейр поморщилась, ощущая липкий страх Умбры и ее тревогу.

— Оно вернется Мейр, я чувствую, что оно не насытилось. И никакое колдовство не может его остановить.

Мейр вновь вернулась взглядом к перстню. Ведьма кивнула:

— Это кольцо кое-что может. — девушка шагнула по направлению к ведьме. — Кассандра, что это за магия? Она не твоя.

— Как ты догадалась? — съехидничала колдунья, откладывая щетку для волос и распрямляя плечи перед зеркалом, вновь становясь могущественной колдуньей Кассандрой Дьюморн. Девушка плохо переносила, когда ее отчитывали, а Мейр, вероятно, была близка к этому, сама не понимая почему.

Когда ведьма осталась равнодушна к выпаду, Кассандра тяжело вздохнула и, повернувшись к ней лицом, устало сказала:

— Обещай не паниковать.