Где-то во времени. Часть третья

Стилл задумчиво хмыкнул и, умышленно выждав больше, чем следовало, продолжил:

— Перед вами — Хранитель. Что он хранит, зачем он хранит и для кого он хранит — никто не знает. Верно?

С последним вопросом он обратился к Продавцу Сосисок. Я, хоть и понял, что это не он, но всё равно продолжил так величать странного мужчину. Вникать в загадочность этого явления сейчас не было сил.

Хранитель никак не прореагировал. Только еле заметно вздымающаяся грудь и пар из ноздрей говорили о том, что он вообще жив.

— Ну хорошо, хорошо, — Стилл выставил перед собой ладони, словно извиняясь за то, что потревожил покой великого божества. — Есть что-нибудь для этих?

Красноволосая голова склонилась в нашу сторону.

Мужик еле заметно кивнул. Мы ни черта не поняли.

— И… — многозначительно протянул капитан, жестом призывая собеседника продолжить мысль.

Продавец Сосисок молча упёр носок ботика в стоящую под столом коробку и вытолкнул её к нашим ногам.

— Не хотите посмотреть, что там? — улыбнулся капитан.

— Да хрен с тобой, — не выдержал Вишняков и, закинув дробовик за спину, склонился к картонке.

Я только сейчас заметил, что от спины Бабаха идёт пар. Чёрт его знает, до какой температуры разогрелся его организм, пытаясь бороться с холодом.

«А может, он уже простыл и это жар начался?» — с ужасом подумал я.

— Парни, парни! — Вишняков рывком распрямился над коробкой, выдёргивая из неё тёмно-синий сложенный прямоугольник ткани. — Одеяла! Здесь одеяла!

Мы не сговариваясь рванулись к коробке. Шесть рук одновременно устремились внутрь. Раздался хруст порвавшегося гофрокартона. Я трясущимися пальцами вцепился в аккуратно сложенное одеяло и потащил на себя. Даже не тратя время на то, чтобы рассмотреть спасительный предмет, я быстро отшагнул назад, расправляя добычу. Не думая ни о чём, я тут же в него завернулся, зажимая одеяло между ног, чтобы не задувало снизу, и, придерживая одной рукой изнутри запахнутые половинки, другой пытался как можно плотнее прижать ткань к голове.

— Живём! — раздался радостный возглас Вишнякова, похоже, вообще забывшего обо всём на свете.

— Давай помогу, — Нат деловито подскочила к Мезенцеву.

Своё одеяло девушка держала зажатым подмышкой. Всё же на ней была сухая кофта и шапочка, так что она решила сначала помочь нам.

Глядя на всё происходящее, Стилл хмыкнул.

— Неудивительно… — загадочно протянул он.

— Сука, как же хорошо, — дрожащим голосом сказал Гарик, не стесняясь присутствия вояки и Хранителя.

Я бросил быстрый взгляд на парней и брюнетку, тоже начавшую стремительно заматываться в одеяло. Сейчас со стороны они походили на гигантские куколки каких-то синих гусениц, только не висящих где-нибудь на ветке, а стоящих посреди серого дорожного полотна.

Стоило не слишком толстой, но не пропускающей воздух ткани создать экран между телом и холодом снежного мира, как тело начало расслабленно покалывать. И хоть дрожь пока никуда не делась, само осознание того, что так мы хотя бы не околеем раньше времени, наполняло сердце радостью. Правда, желание сделать какую-нибудь ощутимую гадость придурочному капитану никуда не делось.

— Вы хоть знаете, как ими пользоваться, салаги? — тут же усмехнулся он.

Вишняков громко и саркастически прыснул.

— А чего тут знать? Это же одеяло, заматываешься — и всё!

Командир раздосадовано помотал головой.

— Ты-то должна знать, — не слишком любезно обратился он к Нат.

— У нас таких не было. Впервые вижу.

Стилл прикрыл ладонью глаза.

— Капрал! — крикнул он.

В поле зрения тут же возникла девушка, которая, очевидно, была у него крайней на все случаи жизни.

— Покажите им, — Стилл ткнул пальцем в куколку, в которую превратился Вован.

Девушка коротко кивнула и тут же, подскочив к Бабаху, начала прощупывать края одеяла, обрамлённого большим толстым чёрным то ли швом, то ли какой-то прошитой накладкой.

— Ты же вверх ногами его намотал, — недовольно буркнула она.

— Чего? — Вишняков непонимающе выпучил глаза. — Как…

— Помолчи. Вот, ищите блок термостата. Настраивайте как надо.

Она отогнула уголок где-то в области плеча Вишнякова и показала на маленький пластиковый блок с простеньким экранчиком и несколькими кнопками.

— Температуру задать можно?! — глаза Вовки расширились ещё больше. — Пожалуйста, пожалуйста, мне побольше накрути!

— Чтоб птенцы вылупились? — буркнула девушка.

— Какие птенцы? — Вован непонимающе моргнул.

«Какой капитан, такие и солдаты», — подумал я, не имея сил объяснять Бабаху смысл шутки.

Мы тут же стали шуршать тканью и крутиться вокруг себя в поисках заветного уголка. Нат вновь пришла Гарику на помощь, лишний раз заслонив его спиной от Стилла, которого тот пытался испепелить взглядом.

Я нащупал пальцами толстый окантовочный шов и стал двигаться по нему, прижав подбородок к груди, чтобы верх кокона не раскрылся. Только сейчас я по-настоящему смог разглядеть спасительную тряпку.

Одеяло оказалось не слишком толстым. Поначалу я даже не обратил на это внимания, готовый замотаться во что угодно, лишь бы согреться.

На ощупь оно напоминало нейлон, только если бы он был немного бархатистым. Сама ткань была прошита чёрной ниткой, и пересекающиеся швы образовывали незатейливый ромбик размером чуть превышающим сигаретную пачку. Сама же толстая оконтовка оказалась выполненной из толстой, но очень эластичной резины. Я такую раньше не встречал.

Мне повезло, и искомый уголок оказался почти рядом. Я быстро поднёс его к глазам, изучая управление, но и тут всё оказалось максимально простым. Четыре кнопки. Две из них подписаны как «вкл» и «выкл». На двух других стоят стрелочки вверх и вниз. При включении на экранчике загорелись цифры как на электронных часах и значок градусов. Недолго думая, я зажал стрелочку вверх, пока цифры не остановились на отметке сорок пять по Цельсию.

— О! — Вишняков радостно запереступал с ноги на ногу, окидывая нас восторженным взглядом. — Тёпленькая пошла! А что, так-то можно и ещё покататься, а?

— Ну вот, я же говорил, что в ваших интересах быстрей шевелить задницами, — довольно улыбнулся Стилл… — А для нас есть что-нибудь?

— А чего ты хочешь, капитан? — безэмоционально спросил Хранитель.

— Майор, и ты это знаешь.

— Тебя понизили.

Стилл расплылся в улыбке.

— Меня может понизить только вышестоящее командование Федерации, которой я давал присягу. А у этих ваших сукиных хмырей нет таких полномочий. Ну разве кроме того, который меня вытащил. Хоть я и не просил.

— А они знают, что ты их так называешь?

— Конечно. Я же так в их пафосные рожи и сказал.

— Вот поэтому тебя и понизили.

Хранитель продолжил смотреть в несуществующую точку где-то рядом с плечом Стилла. Капитан выждал несколько секунд, а затем, извиваясь всем телом словно змея, подстроился под направление взгляда Продавца.

— Так есть то, что мне надо? Ты же знаешь, что это. Верно?

Мужчина в чёрном пальто никак не прореагировал на очередное представление и лишь продолжил всё в той же отрешённой манере:

— Знаю. Но не могу этого дать, — Хранитель выдержал паузу, потом добавил. — И артиллерии тоже у меня нет.

Стилл еле заметно вздрогнул и перестал кривляться. Лицо его мгновенно приобрело сосредоточенное выражение, и он пристально посмотрел в глаза Продавцу. Значит, было что-то, чего капитан хотел даже больше артиллерии.

— К тому же, — всё так же спокойно продолжил Хранитель, — ты собрался утащить батарею стопятидесятимиллиметровых гаубиц и всё остальное тремя броневиками?

На несколько секунд воцарилась тишина. Я бы с интересом вник в этот загадочный разговор, но одеяло уже начало разогреваться, обволакивая тело блаженным теплом. Как же мне хотелось просто раствориться в нём. Я физически ощущал, как злость и отчаяние отступают. И хоть дрожь всё ещё пробирала, с каждым мгновением становилось всё лучше и лучше.

— И что? — подал голос капитан. — Вообще ничего нет?

— Кое-что есть. Возьмите там.

Продавец Сосисок наконец-то пошевелился, вытянув руку и указав в сторону рябящего очертания домика или сарая.

Стилл прищурился и посмотрел в белёсую пелену, задумчиво потирая подбородок. Пара стоящих рядом солдат с оружием наготове взволнованно переглянулись.

— А мы возьмём, — принял решение Стилл и резко разорвал липучку на рукаве. — Капрал, организуй людей.

— Так точно, — кивнула девушка и, хлопнув ладонью по гарнитуре, назвала список фамилий.

Рябящий снегопад тут же заполнился лязганьем стальных элементов подошвы по асфальту и взволнованному роптанию бойцов. Я понятия не имел, чем вызвана подобная реакция, и решил понаблюдать. Благо тело начинало отогреваться, а мокрая одежда теперь создавала эффект горячего душа.

Капитан же в одно мгновение превратился в сосредоточенного и серьёзного командира без всякой клоунады. Быстро тыкая пальцем в экран вживлённой панели, он разбил солдат на четыре группы по четыре человека и, поставив задачу тащить всё, что найдут от домика Продавца Сосисок, скомандовал первой группе.

Бойцы взволнованно переглянулись, но возражений не высказали, доверяя командиру.

— С дорожки не сходить! — максимально чётко напомнил капитан. — Если что-то пойдёт не так, бросайте груз и бегом назад. Ясно?

— Так точно! — отозвались бойцы.

— Капрал, дублируй тайминг.

— Есть, — кивнула девушка, надвинув на один глаз небольшой блок приборов, чем-то похожий на уже знакомый мне тепловизор.

«Чего они так разволновались? — оживился отогревающийся мозг. — Видимо, в этом блоке ещё и таймер есть. А может, вообще какой-нибудь тактический компьютер. Как в фантастических фильмах. Надо будет потом спросить, как что устроено. И про рамы эти тоже…»

— Пошёл! — скомандовал Стилл, и первая четвёрка бросилась по дорожке к домику.

Спустя несколько секунд последовала вторая. Потом третья. Скрипнул лючок на башенке ближайшего «Тигра», и над миниганом возникла голова бойца в каске. Слов было не разобрать, но судя по движению губ, он как заведённый повторял только одно слово: «быстрей».

Наши синие куколки незаметно подступили к Стиллу, сосредоточенно смотрящему в свою панель. В воздухе повисло весьма ощутимое напряжение. Единственные, кто не реагировал на него, были только мы и сам Продавец Сосисок.

— Не понимаете, что сложного в том, чтобы пробежаться по дорожке и вернуться назад? — не глядя в нашу сторону поинтересовался Стилл.

— Да, — честно признался я.

— Понятно. Это мир Хранителя.

— И что из этого? — буркнул Гарик и, судя по шорканью ткани, пожал плечами.

— А то, что единственно безопасное для нас место здесь — это дорога под ногами. Пока вы на ней, вам ничего не угрожает. Но стоит сойти, и вы рискуете навсегда раствориться в вечном снегопаде.

— Чего? — не понял Вишняков.

— Вечном снегопаде? — с издёвкой переспросил Мезенцев.

— Да, — Стилл не отрывался от экрана. — Почему, по-вашему, снег всё время падает, но не засыпает этот мир?

— Не знаю, — сказал я.

— Потому что каждая снежинка существует здесь бесконечное количество раз. Коснувшись земли, спустя какое-то время она исчезает, но лишь для того, чтобы снова появиться в случайной точке небосвода, если он тут, конечно, есть, и снова начать падение. И так снова и снова, словно по…

— Окружности, — вырвалось у меня.

— Спирали, — уточнил капитан. — Но спираль — это растянутая окружность, так что отчасти ты прав, салага.

— Если так, вы не слишком-то о своих людях заботитесь, — вызывающе хмыкнул Гарик. — Они же не на асфальте…

— Но они на дорожке, — по-прежнему не отвлекаясь, ответил Стилл. — У каждого из них есть около десяти минут. Всё, помолчите. Капрал?

— Укладываются. Всё чётко, без происшествий, — отозвалась девушка. — Как мы и отрабатывали.

— Хорошо, — кивнул майор.

Я немного опешил от услышанного. Оказывается, проезжая через подобный мир самый первый раз, мы рисковали не меньше чем при встрече с ремехами в городе вырванных сердец? А мы так безмятежно топтались на асфальтовом полотне. Стреляли из обреза двустволки в земляные комья, даже не зная, что достаточно сойти с полотна — и всё будет кончено.

Впрочем, в голове всё равно не укладывалось, как так можно «раствориться» в вечном снегопаде.

«Может, капитан имеет в виду некую метафору тому, что если уйти далеко, то потеряешь направление и будешь бродить, окружённый снегопадом, пока от голоду не умрёшь? — подумал я. — Хотя вряд ли. Не похоже на то, чтобы вояке было присуще столь образное мышление…»

Это было очень странное чувство. С одной стороны, по телу начинало разливаться приятное тепло от нагревающегося одеяла, и мозги вообще не хотели соображать, наслаждаясь приятными ощущениями. С другой, я с непониманием смотрел на то, как из пелены снегопада показалась первая четвёрка бойцов, несущих большой деревянный ящик, выкрашенный в оливковый армейский цвет. Мысли наползали одна на другую, сбивая и путая.

Получалось так, что этот причудливый мир Продавца Сосисок, или Хранителя, действительно воплощал в реальность только то, чего хочется больше всего в настоящий момент.

«Ну да, всё сходится, — пробился трезвый рассудок сквозь мысленную чехарду. — Тогда нам дико хотелось кушать, и мы не думали ни о чём другом, в силу полного непонимания происходящего. И получили сосиски. Сейчас же был только холод. Только дрожь и озноб, пробирающий до костей. Получили одеяла…»

Следующая мысль была настолько шокирующей и пронзительной, что я невольно вздрогнул, посмотрев на Хранителя. Тот словно уловил это и немного повернул голову в мою сторону. Впрочем, в отрешённом взгляде ничего не отразилось.

«А что если въехать в такой мир с единственным желанием вернуть всё как было? — бешено затараторил внутренний голос. — Чтобы мама и папа были живы, и мы никогда не находили эти чёртовы медальоны? Что если так…»

— Вы только не думайте, салаги, что наш мистер Хранитель исполняет все желания, — не отрываясь от экрана, сказал Стилл. — Во всяком случае желания простых людей. То, что мы сейчас таскаем, это скорее всего нашему другу нашептал один из старших. Они с ними в особых отношениях. Верно?

Продавец ничего не ответил.

Тем временем бойцы притаскивали всё новые и новые ящики, которые тут же подхватывали другие, не ушедшие в туман, и загружали в броневики. Над головой со свистом быстро вращающихся пропеллеров промелькнула небольшая тень — должно быть, тот самый дрон. Я хотел было задрать голову, но боялся выпустить тепло, скопившееся в коконе.

— А мы, выходит, необычные? — тут же подхватил Мезенцев.

— Не знаю, — бросил капитан. — Об этом я и просил вас рассказать, но вы же просто «случайно мимо проезжали», если я ничего не путаю.

В тоне вояки прозвучала лёгкая издёвка, но он всё равно продолжил неотрывно следить за экранчиком. Должно быть, на нём отображалась схема передвижения его бойцов, иначе я не понимал, чего там может быть важного.

Гарик фыркнул.

После всех этих разговоров и откровений о данном мире я невольно забеспокоился за бойцов, таскающих груз. Стилл может и производил впечатление полнейшего придурка, но тут дело было явно серьёзным. Это читалось по поведению остальных бойцов и их сосредоточенным взглядам.

Пользуясь занятостью красноволосого командира, я тихо покашлял, ненавязчиво толкнув парней и Нат, чтобы те повернулись ко мне. Четыре наших куколки мелкими шажочками отошли немного в сторону.

— Мы можем ему всё рассказать? — тихо спросил я, когда мы образовали небольшой круг лицом друг к другу.

— Я думаю, да, — тут же ответила Нат.

Синее одеяло обрамляло её лицо с мокрыми выбившимися прядками тёмных волос, сочетаясь с мерцающим оттенком глаз.

— Его всё равно послали нас найти, значит, особого смысла скрывать что-либо нет, — логически заключила она.

Я согласно кивнул.

— Но он явно не знает, что всё дело в башке Палыча, — саркастически хмыкнул Гарик. — Значит, в детали его не посвятили.

— Думаешь, и нам не стоит? — уточнил я.

— Понятия не имею. Мы сами не знаем, что там, и за каким чёртом надо.

— Там что-то про переработку, — напомнил я. — И про чертежи…

— Джонни Мнемоник, — почему-то улыбнулся Вишняков. — Тохан просто флешка ходячая.

— Ну спасибо, — буркнул я. — Такого прозвища ещё не было.

— Короче, — деловито оборвал Мезенцев строгим шёпотом. — Пока молчим. Едем с ними. Другого пути нет, к тому же пока это всё не противоречит изначальному плану…

— Плану? — недоверчиво буркнул я.

— Концепции, — хмыкнул Винчестер. — Мы должны грохнуть эту сволочь Трэйтора. С этим у кого-то есть сомнения?

— Нет, — серьёзным тоном прошептал Вован.

— А Стилл и его солдаты, во всех этих железках, выглядят весьма достойно. Так что, движемся с ними и смотрим, чем они могут быть нам полезны.

— Вот как? — скептически улыбнулась Нат. — Они нам полезны? Не слишком ли самомнение разыгралось?

— Не слишком, — огрызнулся Мезенцев, будучи не в настроении шутить.

— Надо с кустосом говорить, — серьёзным тоном заключила Нат. — Без него мы так и будем бегать туда-сюда…

— Вот и я об этом же, — кивнул Гарик. — А кто нас к нему приведёт? Верно, этот клоун. Так что спокойно едем дальше, там видно будет.

— Думаешь, это безопасно? — зачем-то спросил я.

— Ну ты даёшь, Тохан, — тихо прыснул Вишняков.

Гарик посмотрел на меня как на идиота.

— Это явно безопасней перспективы быть сожранным или замёрзнуть где-нибудь в пустоте… — спокойно прошептала Нат, легонько толкнув меня плечом.

— Последний! — долетел до нас отдалённый возглас одного из бойцов.

Гарик кашлянул, и мы медленно развернулись, делая вид, что вовсе не совещались втихаря. Но Стиллу было не до нас. Он ещё раз сверился с экранчиком и, довольно кивнув, запахнул задранный рукав. Причудливой формы автомат так и висел у него на груди, а вот на бедре красовался массивный, поблёскивающий хромом огромный пистолет. Он был настолько велик, что ствол на несколько сантиметров торчал из жёсткой, похоже, что пластиковой кобуры, и я только сейчас признал в нём ни что иное, как «Пустынного орла» из американских боевиков.

«Точно! — пронеслось в голове. — То-то этот трапециевидный ствол показался мне знакомым. Чёрт, я не думал, что он реально такой здоровый. А грохот, будто гаубица бахнула. Интересно, почему он из него предпочёл выстрелить, а не из этой причудливой пушки на груди».

В памяти тут же возник образ перестроечного прошлого. Зимние каникулы, я у бабушки в Казахстане. Самодельная книжная полка, сколоченная из грубых досок, затянута грубым покрывалом с симметричным узором из каких-то треугольников. А к нему, аккуратно приколоты булавками вырезки из журнала «Огонёк». На одном — Арнольд Шварценеггер из первого «Терминатора», с каким-то не менее футуристическим пистолетом и большим лазерным прицелом над стволом. А на втором — Жан-Клод Ван Дамм из фильма «Двойной удар». Там он как раз играл братьев-близнецов, и один из них держал на постере этот пистолет.

От воспоминаний тупая игла кольнула сердце, и я задал глупый вопрос:

— А что в ящиках?

Стилл как раз закончил проводить перекличку по каналу связи, зажав одно ухо ладонью. Как бы он ни изображал бесшабашного вояку, вода на причудливой форме и волосах успела подмёрзнуть, поблёскивая льдом, а сами уши уже сверкали красным не хуже причёски. Впрочем, насколько я помнил из уроков по ОБЖ, если красные — значит, всё хорошо. А вот если белеть начнут, тогда дело дрянь.

— Явно не то, что мне надо, — буркнул капитан, подойдя к последнему оставшемуся на асфальте ящику. — Иди, сам посмотри.

Он подозвал меня жестом руки. Я, с горечью отгоняя милые сердцу образы, подошёл и посмотрел на крышку. На грубых крашеных досках стояли уставные чёрные буквы, нанесённые через трафарет. Причём трафарет был не самый удачный, да и наносил его кто-то не слишком старательно.

— Сто двадцать эм эм, — только и смог разобрать я.

— Именно. Стодвадцатимиллиметровый полковой миномёт, — он повернулся к Хранителю… — Отличная шутка, я оценил. Мне нужна нормальная артиллерия, а мне подсовывают вот это…

Мужчина в чёрном пальто и шапочке ничего не ответил и стал спокойно собирать столик, словно так и должно было быть. Впрочем, скорее всего, для него это было именно так.

— О, отлично, — Стилл всплеснул руками. — Это означает, разговор окончен, валите отсюда?

— Думаю, да, — кивнул я.

— Прекрасно, — капитан кивнул бойцам на ящик, и те, подхватив его, потащили в броневик. — Капрал, по машинам! Уходим!

Я открыл было рот, потому что собирался задать Хранителю тот самый вопрос о том, возможно ли всё изменить, но Стилл не дал мне этого сделать.

— Всё, салаги, — разговоров больше не будет. — Этот хмырь дал вам что хотели, и мне это чертовски не нравится…

— Это почему? — ехидно поинтересовался Гарик. — Уши мёрзнут?

Стилл обернулся и вонзил в него холодный взгляд. Игнорируя суетящихся бойцов и складывающего столик Продавца, быстро подошёл к нему чуть ли не вплотную, нависнув всем телом. Было видно, как напрягся даже Вишняков, инстинктивно отшатнувшись в сторону и явно попытавшись схватиться под одеялом за «Сайгу».

— Потому что таким как я и мои солдаты не положено в этом мире получать то, чего хочешь, — сквозь зубы процедил он. — Никому не положено. Миномёты — это мой давнишний запрос.

Стилл вытянул палец и грубо ткнул Гарика в грудь, опутанную одеялом.

— А вам, за каким-то хреном, выкатили чёртовы тряпки по первому требованию. Добавь к этому медальоны и ховертанк… Не люблю, когда меня втягивают во что-то, что я не понимаю и не могу контролировать.

Гарик не смутился, но от тычков невольно пошатнулся. При столь близком расположении было видно, насколько Стилл всё-таки крупный мужчина. Будучи выше меня, он и в плечах был намного шире, чем казалось, когда просто смотришь со стороны. Должно быть, во многом эффект создавался из-за униформы и механической рамы, но всё равно, вступать в открытую конфронтацию с дурковатым капитаном явно не стоило.

— Грузитесь быстро, — бросил он, отходя от Мезенцева. — Капрал, проследите!

— Так точно! — снова раздался за спиной голос вездесущей девушки. — Пошевеливайтесь!

Когда «Тигр» заурчал двигателем, а парни уже притиснулись в отсек между доверху набитых ящиков, я глянул на Продавца-Хранителя. Он стоял, держа столик под мышкой, и смотрел мне в спину. Должно быть, мне показалось, но его стеклянные глаза на секунду ожили, и он постучал пальцем себя по виску, не отводя взгляда.

«Вернуть всё…» — мелькнуло в голове, и я чуть было не закричал прямо отсюда: «Как это сделать?!»

Но тут капрал бесцеремонно подтолкнула меня в спину, и я, пошатнувшись, различил, что Хранитель всего лишь поправлял чёрную вязаную шапочку, будто внезапно ощутил окружающий холод.

Хлопнула дверца буханки, и сквозь стекло было видно, как Нат устраивается за рулём, распахнув одеяло, но не снимая его полностью.

«Так возможно или нет?!» — взвизгнули мысли, когда я поднялся в отсек, и за спиной тут же загудели механизмы, приводящие в движение аппарель.

Глава 3

Флэшка

Ещё один переход. Всё как обычно, замедление времени, теплеющие медальоны… На этот раз даже приятно. Одеяла грели, а оказавшись в броневике, мы и вовсе понизили температуру нагревательного элемента, или что там было внутри, потому что становилось горячо. Промокшая одежда согрелась, и хотя она оставалась мокрой, ощущение было такое, словно стоишь под горячим душем. Озноб прошёл, и накатила отупляющая усталость, выжимающая все силы из стрессанувшего организма. Стоило миновать портал, как ненавистное красное освещение отсека сменилось бледноватым светом прямоугольных ламп, закреплённых вдоль стыков бронеплит борта и крыши.